Глава 32.
30 июня 2020 г., 12:25
Я приземлилась на полированный паркет, больно ударившись всё той же рукой.
Михаил протянул мне руку, но я проигнорировав помощь, поднялась на ноги сама.
Я огляделась.
Красивый дом в викторианском стиле. На стенах висело много портретов, изображающих одну и ту же девушку.
- Где мы? - спросила я мужчину.
- У меня дома, - ответил он.
Перед глазами плясали разноцветные круги.
Я приложила руку ко лбу.
- Ты хорошо себя чувствуешь? - спросил меня Михаил.
Я ощущала сильную слабость в ногах, а к горлу подступил тошнотворный ком. Голова кружилась.
Я открыла рот, чтобы ответить "да", но картинка в глазах медленно потускнела, словно кто-то выключил свет.
***
Когда я пришла в себя, за окном было темно. Тело словно горело в огне. Волосы прилипли к мокрому лбу. Я по-прежнему была у Михаила. Я приподнялась на руках, приняв на постели положение сидя. Всегда, когда мне было плохо. Я искала утешение и помощи у опекуна. Несмотря на боль в каждой клеточке моего тела, я напряглась, попыталась почувствовать нашу с Алексом внутреннюю связь и позвать его. Он не мог оставить меня в беде! Он не мог отказать мне, когда я нуждалась в нём! В ответ пустота, тьма, ничего. Раньше я могла чувствовать Александра на расстоянии, иногда получалось видеть его глазами. А сейчас я упёрлась в стену, глухую тишину. Попытки установить с Алексом контакт, отозвались резкой головной болью. Я поморщилась и прижала руки к вискам. В комнате появился Михаил. - Что ты делаешь!? Ты должна лежать! - сказал он. Я отдёрнула одеяло и попыталась встать, но Михаил удержал меня за плечи. Я упрямо замотала головой. - Нет! Мне нужно домой! Меня не должно здесь быть! - сопротивлялась я и зашлась в кашле. Михаил неодобрительно покачал головой. - Ты сильно кашляешь! У тебя может быть пневмония! - сказал Михаил. - Ты компрометируешь меня! Если меня застанет здесь Александр, то история повторится... Михаил посмотрел на меня и недоуменно спросил: - Какая история? - потом опомнился и добавил. - Ты что, до сих пор считаешь себя Мелиссой? Я молчала. Правда состояла в том, что если я не Мелисса, то я не нужна Александру в новой жизни... Михаил тяжело вздохнул. - Я знаю, что ты мне не веришь. Но я говорю правду! Ты не можешь быть Мелиссой! - сказал он. Повисла тишина. Нижняя губа предательски задрожала. Я дала слабины и расплакалась. - Я никогда не буду счастлива! У меня ничего не будет! Никогда и ничего! Михаил растерялся. Это было видно по его лицу. - Я знаю, что такое быть несчастным, - сказал он. - А ещё я знаю, что самый тёмный час перед рассветом! - Михаил протянул мне пачку одноразовых носовых платков. - Я уверен, что у тебя всё будет хорошо! Просто, сейчас ты немножечко расстроена и не видишь очевидного... Я посмотрела на мужчину. - Зачем ты всё это делаешь: спасаешь, утешаешь? - спросила я. - Зачем отвечать, если ты всё равно меня не поймёшь? - вопросом на вопрос ответил Михаил. - Проблема в том, что у меня нет ангела-врачевателя, потому что мою армию давно умертвили. А это значит, что исцелить тебя я не могу. Придётся лечить тебя, как все смертные, - сменил тему падший ангел. После укола антибиотика, я всё же уснула.***
Я снова открыла глаза – за окном ярко светило солнце. Самочувствие было намного лучше. Прошёл озноб и боль в груди. Несколько минут я просто лежала, отходя от всего случившегося со мною. Потом села, подложив под спину подушку. Я сняла с запястья браслет, под которым прятала шрамик, оставшийся после "запечатывания". Я потеряла Алекса во второй раз. И похоже, на этот раз, навсегда... Нам не принадлежит ничего, что можно потерять. Если боишься терять, то ты ещё просто не нашёл себя. Как найдёшь – успокоишься, потому что устройство жизни таково, что нам не принадлежит ничего, что можно потерять. Я потянулась. Откинула одеяло, встала с кровати, подошла к окну и отдёрнула шторы. Обернувшись, я увидела своё отражение в зеркале. На мне была надета мужская рубашка. Всё. Я замотала головой, в поисках своих джинс, но так их и не нашла. Дверь в комнату приоткрылась. В щель просунулась голова Михаила. - А! Проснулась! - радостно воскликнул он. - Как себя чувствуешь, соня? - Где моя одежда?! - налетела я на него. - Я её постирал, - спокойно ответил Михаил. Во мне медленно, но верно, закипала злость. - Как ты посмел меня раздеть!? - закричала я. Он недоуменно посмотрел на меня. - А что мне оставалось делать? Твои вещи были мокрые. Оставить тебя в них - означало дать тебе умереть. - Ты всё это специально! Чтобы подставить меня! - выпалила я. Михаил приподнял бровь. - Подставить? Перед кем? - спросил он. - Перед Александром! Михаил скрестил на груди руки. - А где ты его здесь видишь? - спросил Михаил. - Ау! Александр! Под каким кустом ты прячешься?! Где был твой Александр, когда ты замерзала в параллельном мире? Где он был, когда ты загибалась с пневмонией?! Я молчала. - Слова не стоят ничего, главное поступки! И поступки Александра - гавно, - добавил Михаил и повернувшись, направился к двери. - Сейчас принесу твои вещи. Вернув свои вещи, я немного расслабилась. Я спустилась вниз. Михаил стоял у одного из многочисленных портретов неизвестной мне девушки, и пил виски. Увидев меня, он сказал: - Пойдём. Я тебя накормлю. Я отрицательно покачала головой. - Спасибо. Не надо, - сказала я. Я застегнула куртку. Посмотрела на Михаила, затем на портрет. - Кто она? - спросила я. Михаил молчал. Я снова посмотрела на портрет. Девушка с красивыми серыми глазами, длинными волосами и добрым лицом. Она показалась мне знакомой... - Кто эта девушка? - настаивала я. Михаил допил виски. Пальцы коснулись портрета. - Ты! - ответил он.
