Жизнь после

      Да я тебе, как сам себе — последний враг. Учусь живя среди людей любить собак, здесь все не так!       © Эллизиум — Не моя любовь.

      Гэвин медленно, словно во сне потянулся к мышке и, тяжело положив на нее руку, покрутил центральное колесико, увеличивая изображение, приближая фигуру в окне.       -Посмотри, — глухо попросил он и кивнул в сторону экрана, — Ты видишь? Видишь силуэт?       -В окне? — уточнил подошедший Найнс, — Да, вижу. Вы… Вы его узнаете?       Рид вяло кивнул, не сводя взгляда с монитора. Разумеется, он узнал эту фигуру — сложно было не узнать, учитывая то, что человек, которому она принадлежала занял особенное место в жизни полудушника еще задолго до того, как он этим самым полудушником стал. Гэвин был уверен, что больше никогда не увидит Дениз Виллерман, во всяком случае, на этом свете. Однако она была здесь — стояла у окна спокойно глядя на собравшихся у отеля людей своими серыми, блеклыми глазами. Будто ничего не случилось. Будто она и не умирала вовсе.       Поначалу, Рид думал о том, что он мог ошибиться. В конце концов, с чего бы душе, или призраку Дениз находиться в новомодном, свежеоткрытом отеле черт знает где? Даже если представить, что после смерти она стала тварью и сумела вернуться обратно на Землю во время Межевого кризиса, то зачем ей мельтешить у черта на куличиках в то время, как ее родной сын все еще жил в пределах Детройта? Неужели ей не хотелось бы увидеть его? Рид знал, что многих людей Меж меняла до неузнаваемости, но он успел пообщаться с Виллерман до ее трагической кончины достаточно, чтобы понять, как многое для нее значит Коул. Он был самым дорогим, самым ценным, самым любимым человеком в ее жизни… Нет, не так — он и был всей ее жизнью.       Что-то здесь не сходилось. Гэвин это чувствовал, и чувство это было скользким, холодным и неприятным. И подозрение это подтвердилось, стоило только Риду открыть текстовый документ, содержащийся на той же самой флешке. Он открылся куда быстрее, чем фотоснимок, но шокировал полудушника куда сильнее, чем чертова картинка. Потому что слова, написанные в текстовике, превратили ситуацию в разряд «полный, кромешный пиздец».       “Мне нужна твоя помощь, Гэвин», — писал Маркус, — «На накопителе ты найдешь снимок. Фотографию прислала одна из присутствовавших на мероприятии журналисток — она заметила странный силуэт в окне и тут же связалась с местным полудушником, но тот ничего не обнаружил. Однако… Я уверен в том, что в этом отеле что-то не так. И я прошу тебя съездить туда и разобраться. Я мог бы заняться этим сам, но боюсь, что моя личная заинтересованность в этом деле может только помешать. Потому что силуэт в окне отеля — моя давно погибшая мать….»       Эту фразу Рид перечитал раз пять.       И единственной мыслью, бившейся в его голове, пока он раз за разом складывал одни и те же буквы в одни и те же слова, была мысль о том, что либо Маркус, либо сам Гэвин очевидно сошли с ума. Иначе как объяснить то, что на одной и той же фотографии они видели совершенно разных людей?       Да, силуэт в окне был нечетким и размытым, но человек все равно узнавался замечательно. Рид же вот без труда понял, что за окном застыла Дениз, хотя и видел ее вживую всего пару раз в жизни — настолько точными были детали, за которые тут же цеплялся взгляд, что ошибиться было невозможно. Однако по всему выходило, что Манфред таки ошибся, узнав в совершенной незнакомке свою родную мать. Как такое могло быть, если, насколько Гэвину было известно, Маркус и его покойная ныне родительница были очень и очень близки? Черт, да она буквально в одиночку вырастила его, пока отец Манфреда, именитый художник, шарился по всему миру посещая все возможные выставки, галереи или просто в поисках вдохновения для очередного шедевра.       Рид долго размышлял над этой необъяснимой, казалось бы странностью, и уже подумывал даже позвонить Маркусу, чтобы выяснить, каким образом тот умудрился спутать родную мать с неизвестной ему женщиной, но внезапно придумал другой способ попытаться понять, какого черта происходит.       -Кого ты видишь? — глухо спросил он у Ричарда, — В окне — ты знаешь этого человека?       -Черты достаточно сильно размыты, — прищурился Найнс, вглядываясь в монитор, -Но да, я полагаю, что узнаю ее. Это…       -Сейчас. Погоди, молчи пока! И отвернись от терминала. Ну!       Ричард послушно повернулся к окну, и Гэвин принялся торопливо искать в сети изображения. Фотографии матери Манфреда он нашел быстро — еще бы, покойная супруга известной медийной личности! А вот со снимками Виллерман пришлось повозиться.       -Все, можешь поворачиваться, — позволил Рид и кивнул в сторону монитора, — Ну, кого из этих женщин ты видишь в окне?       Найнс качнул головой:       -Ни одну из них.       -В каком смысле? — искренне поразился Гэвин, — Но кого тогда?       -Мою бабушку.       Рид так и замер, забыв закрыть рот. Он ожидал чего угодно: того, что Найнс поддержит мнение полудушника, сказав, что тоже видит в окне Дениз; или того, что помощник укажет на мать Манфреда (и тогда уже точно можно звонить в психушку, ибо зрительные галлюцинации после чертового дня сурка это уже вполне очевидный симптом). Но того, что Ричард узнает в незнакомке в окне кого-то другого даже представить себе не мог! Все это окрашивало происходящее какими-то уж совсем пугающими и сумасшедшими красками. Но был в этом и очевидный плюс: ни Рид, ни Манфред с ума не сошли — либо это было массовое помешательство, либо тварь, которую даже на фотоснимке каждый видел по-своему.       Часы показали половину второго ночи, и Гэвин, бросив на них быстрый взгляд, взял свой сотовый и набрал номер отца Берта. В трубке ритмично раздавались длинные гудки, а после — пронзительный писк автоответчика. Рид сбросил вызов и снова набрал Виктора с точно таким же результатом. Очевидно, падре спал и либо отключил звук на своем мобильном, либо обладал таким крепким сном, которому позавидовал бы любой младенец. Эстер тоже трубку не брала, и Гэвину пришлось оставить им обоим сообщение с описанием своей новонайденной твари.       Ричард тем временем понял все без слов — он сел напротив полудушника и теперь быстро печатал что-то на переносной мини-клавиатуре, подключенной к его лэптопу.       Рид тоже времени зря не терял. Он открыл поисковик и, перенеся в строку поиска фотографию отеля, принялся искать похожие снимки в сети. И нашел их практически сразу: это был отель «Грей Рок Плаза», реставрация которого длилась аж пятнадцать лет (о причинах такой марафонской скорости, правда, в интернете не было сказано ни слова).       Как не было ровным счетом никакой информации и о том, что представляло из себя здание до реставрации — только пара черно-белых снимков крайне херового качества, на которых и различить что-то не представлялось возможным.       Гэвин надеялся на то, что Ричарду повезет больше (с его-то навыками), но тщетно.       -Простите, Гэвин, — печально покачал головой Найнс, — Насчет дома — ничего. Видимо, в нем не было ничего примечательного.       -Хуево. Я надеялся, ты что-то накопаешь.       -Мне очень жаль. Но я нашел кое-что другое. Взгляните, — Ричард несколько раз ткнул пальцем в сенсорный экран, и значок мессенджера в углу монитора Рида загорелся оранжевым.       -И что там? — вяло поинтересовался Гэвин.       Он открыл окно мессенджера и кликнул по ссылке, которую только что переслал ему Найнс.       -Веб-сайт, посвященный городским легендам Чикаго, — отозвался Ричард, -На нем жители города, в основном, молодежь, делится различными потусторонними историями и страшилками. Разумеется, бОльшая часть из этих историй всего лишь байки, но есть и кое-что интересное.       -Что, например? — глаза Рида наткнулись на знакомое название, — Вижу, погоди…       Гэвин пробежался по тексту — обычная криповая история, которых по сети гуляло великое множество. Вот только эта действительно была об отеле. Вернее, не о нем самом, а о затянувшейся реконструкции — неизвестный автор утверждал, будто работе мешают злые призраки, «чей вой можно услышать по ночам и чьи силуэты иногда мелькают в пустых рамах».       -Мне показалось, что эта «страшилка» может иметь отношение к силуэту покойницы в окне «Грей Рок Плазы»… — пояснил Ричард, заметив, как нахмурился полудушник, — Могу я задать вам вопрос?       -Блядь! Да, ты можешь задавать мне вопросы! И хватит каждый раз спрашивать разрешения!       -Вы же видите в окне другого человека, так? Не мою бабушку.       -Нет, не ее.       -Но тот человек, которого увидели вы, тоже мертв?       -Да.       -Но это значит… — Ричард на мгновенье замялся, — Значит, что эта тварь способна заставлять видеть в ней любого человека даже на фотоснимке. Вы когда-нибудь встречали что-то подобное?       Рид отрицательно покачал головой. Нет, такого он себе даже не представлял. Да даже задумываться о том, какой силой обладал межевик, способный на подобное, было страшновато.       -Понятия не имею, что это за тварь, — Гэвин облизнул пересохшие губы, — Но обязательно выясню.       Ричард согласно кивнул и снова принялся барабанить по переносной клавиатуре, внимательно вглядываясь в лэптоп своими дивными, нереально — светлыми глазами.       Рид поднялся из-за стола, отошел к окну и закурил.       Ему жутко хотелось спать — веки опускались сами собой. Удивительно, ведь именно в этом варианте сегодня он почти ничего не сделал, но устал куда сильнее, чем, например, в предыдущий раз, когда вытаскивал людей с горящего моста.       -Езжай домой, — выдохнул дым Гэвин.       -Простите?       Ричард оторвался от монитора и с сомнением посмотрел на полудушника.       -Домой езжай говорю. Времени дохрена уже.       Найнс нахмурился:       -Но я еще не закончил поиски…       Рид отмахнулся:       -Завтра закончишь. Я хочу спать.       Найнс несколько мгновений внимательно изучал уставшее, осунувшееся лицо полудушника прежде, чем спросить:       -Сегодня что-то случилось, не так ли?       -Блядь, конечно случилось! — вспылил Рид, — Я пол дня шароебился по лесу а потом с тремя пересадками до дома добирался!       -Но дело же не только в этом, — прищурился Ричард.       Гэвин скривился и затушил окурок в банке из-под маринованных сардин, которая служила ему пепельницей.       -Проницательный говнюк… — чуть слышно пробормотал он, — Да, случилось, угадал. Авария. Все выжили. Доволен?       Судя по выражению лица Ричарда, доволен он не был совершенно, но Риду было наплевать.       Он на ходу стянул с себя джинсы, начал было снимать и футболку, но передумал на полпути и лег на диван прямо в ней. Рид укрылся пледом, отвернулся к стене и закрыл глаза.       -Могу я остаться здесь? — спросил Найнс.       Гэвин тяжело вздохнул.       -Чего тебе дома-то не остается?       -В отеле не очень удобно.       -Так сними себе дом или квартиру! Ты же при деньгах.       -Это — пустая растрата. Я уйду, если вы скажите.       Гэвин сильнее закутался в одеяло и отодвинулся подальше от края.       -Ложись уже… — протянул он, и Ричард, судя по звуку, принялся раздеваться, осторожно (естественно!) складывая одежду на стул.       -Спокойной ночи, Гэвин, — сказал Найнс. Он прилег рядом с полудушником и, отвоевав кусочек пледа, укрылся, отползая к краю софы, чтобы, по-видимому, не желая влезать в личное пространство Рида.       Повисла тишина, нарушаемая только ровным дыханием Ричарда и рваными выдохами Гэвина.       Несмотря на сонливость и усталость, Рид засыпал очень долго — мешали тяжелые мысли, роящиеся в голове.       А еще ему было до ужаса страшно заснуть. Гэвин боялся того, что завтра снова наступит сегодня, и ему опять, опять, опять придется захоранивать кости и переживать жуткий момент, в который на дальней стороне улицы покажется поломанный черный джип, несущий смерть и разрушение.       Однако как бы сознание не сопротивлялось, организм все же взял свое, и Рид таки уснул тревожным, беспокойным сном. Ему снилась дорога, покрытая костями и залитая кровью. Каждый шаг отдавался жутким хрустом и хлюпаньем, но самым мерзким было не это, а повисший в воздухе запах — горячий, соленый, неживой. Гэвин шел вперед, стараясь не дышать, тщательно выбирая, куда поставить ногу. Он не знал, куда и зачем двигался, но чувствовал, что останавливаться ни в коем случае нельзя. И все время, пока он двигался, откуда-то сбоку раздавался хриплый смех старика, управлявшего временем.       -Ты ничего не понял! — кричал он, хохоча, как безумный, — Ты так ничего и не понял!       И все тело Рида сковывал холодный, первобытный ужас. ***       Гэвин съехал с четырнадцатого шоссе в районе Энн-Арбор и газанул по прямому, как стрела, девяносто четвертому шоссе.       Сегодня (наконец-то, наконец-то!) наступило завтра, и этот факт вознес настроение полудушника до самых небес. Даже дурные мысли и воспоминания о мерзком сне испарились, оставляя только чистое, концентрированное счастье. Удивительно, как мало нужно было Риду, чтобы почувствовать себя счастливым — всего лишь утро следующего дня. Совершенно обычное событие для всех остальных людей, но изумительно особенное для него.       Даже испортившаяся погода, казалось, вовсе не давила на внутреннее, приподнятое состояние Гэвина. Он мчал по шоссе, выкрутив звук на максимум и во все горло подпевая Адаму Гонтьеру, чей мелодичный и сильный голос повествовал о девушке, ставшей школьной королевой выпускного бала, но похерившей свое будущее из-за череды фатальных неудач.       Именно из-за этого, единственной причиной, по которой Рид узнал о том, что ему звонят, стал не бодрый рингтон его сотового, а взляд, случайно брошенный на пустующее соседнее сидение, на котором лежал мобильник.       -Нужно, блядь, брать трубку, когда тебе звонят! — с ходу рявкнул Гэвин, но злобы в его голосе не было, — Ты получил мое сообщение? Нашел что-нибудь?       -Прошу прощения, мистер Рид, — вежливо отозвался Виктор, — Я очень устал за последнюю неделю и, видимо, слишком крепко заснул — даже звонка телефона не услышал. Но да, я кое-что нашел… Правда, не уверен, что найденная мной информация имеет хоть какое-то отношение к реальности.       Гэвин сбросил скорость до девяноста миль и перестроился в крайний правый ряд, прижимаясь к обочине.       -В книге написано о многих тварях, способных менять свой облик, — продолжил Берт, — Но только одна из них способна искажать его даже на собственных изображениях. И эта… это существо — вовсе не межевик. Это — богиня, в греческой мифологии ее называли Немезидой.       -В каком смысле, богиня? — нахмурился Рид, окончательно выключая приглушенную музыку.       -Полагаю, что в прямом.       -То есть существо, создавшее мир, спустилось на землю и теперь светится на случайных фотографиях?       -Все не совсем так, — Виктор прочистил горло, — Немезида — не создательница мира. Древние греки верили, что она — олицетворение возмездия и справедливости.       -И зачем ей обращаться в разных людей?       -Этого я не знаю, но такую способность ей приписывают. Во всяком случае, в фолианте. Там описан случай, когда некий художник нарисовал ее. Подробности весьма размыты, но мысль, что каждый видел ее изображение по-своему донесена вполне ясно.       Рид пожевал губу.       -Эта штука опасна? — спросил он, — Как ее убить?       -Опасна, если пришла по твою душу. Ее нельзя убить.       Гэвин скривился:       -Как обычно…       -Но ее можно прогнать, — сообщил Виктор.       -Как?       -Разрушить ее алтарь.       Рид вырулил на обочину, заглушил двигатель и, опустив боковое стекло, закурил.       -Что еще за алтарь?       -Не знаю — никаких описаний в книге нет. Но если его разрушить, богиня то ли уйдет, то ли растеряет все свои силы — не уверен насчет этого, страница очень сильно повреждена, слова очень сложно разобрать.       -Ладно… Что-нибудь еще?       -Да. Будьте осторожнее. Здесь сказано, что она не трогает тех, на кого не направлен ее гнев, но вместе с тем она невероятно сильна и, цитирую, «обратит в прах любого, кто встанет у нее на пути».       -Похеру, — фыркнул Гэвин, — Я бессмертный.       -Практически бессмертный, — автоматически поправил его Виктор, — Не стоит забывать об этом.       Рид знал это и без напоминаний.       -Сделаешь для меня еще кое-что? — спросил он, проигнорировав замечание святого отца.       -Разумеется. Чем я могу помочь?       -Разыскать в книге одну тварь… — Гэвин замялся, — Но с одним условием — Эстер не должна узнать об этом. Идет?       -Я — пастор, мистер Рид, — с легкой обидой в голосе сказал Берт, — Я умею хранить секреты. Так что у вас за тварь?       И Рид рассказал Виктору о старике. ***       Машина остановилась возле большого, ужасно не ухоженного дома, который явно построили еще в начале прошлого века, после чего несколько раз реновировали.       Ричард вышел из машины и расплатился с водителем, по своему обыкновению оставив ему более чем щедрые чаевые. Молодой чернокожий водитель смутился и попытался отказаться, однако Найнс был непреклонен, и в итоге таксист, рассыпаясь в благодарностях все же принял заслуженную (по мнению Ричи) наличность.       Такая бурная реакция была совершенно непонятна Ричарду. В конце-концов, это же всего лишь деньги — раскрашенные куски бумаги или цифры на банковском счете. Во всяком случае, именно этим они являлись для него самого.       Найнс быстро поднялся по ступеням дома и, не обнаружив звонка, постучал в дверь.       -Минуту! — раздался из дома высокий, усталый голос Фрэнки Вудс.       Ричард сделал шаг назад и, вытянувшись, как оловянный солдатик, принялся послушно ждать, когда хозяйка дома соизволит открыть ему дверь. Ждать пришлось достаточно долго — минут пятнадцать, не меньше. Ричард уже решил было, что Френки попросту забыла о внезапном госте, когда створка все же распахнулась.       Найнс подался вперед, но замер, заметив, как плохо выглядела цветущая некогда девушка.       -Првиет, эм… — Вудс закатила глаза, явно пытаясь припомнить имя стоящего перед ней мужчины.       -Ричард, — подсказал ей Найнс, — Мисс Вудс, вы… в порядке?       -Нет, — качнула головой девушка, — Но я справлюсь…. Ой, черт! Что же я держу тебя на пороге? Проходи… Вот черт…       Фрэнки отступила на шаг назад, шире открывая дверь, и Найнс, поколебавшись мгновение, вошел в дом молодого медиума, с ходу отмечая царившую в нем практически идеальную чистоту.       -Хочешь есть? — вяло спросила Фрэнки.       -Нет, благодарю. Вы выглядите очень уставшей. Я не вовремя?       Вудс не ответила — она застыла, бестолково глядя куда-то сквозь Найнса, как загипнотизированная.       -Мисс Вудс? — осторожно позвал Ричард.       -Да? Да! Прости, я немного не выспалась сегодня, — Фрэнки нервно хохотнула, — Есть хочешь?       -Нет.       -А выпить? У меня есть пиво…       -Не нужно. Вы точно в порядке?       Фрэнки тяжело вздохнула.       -Нет, я не в порядке, — ответила она, — Я пиздец как не в порядке. Знаешь, на что похожа теперь моя жизнь? На фильм ужасов! И я не шучу — вокруг меня куча мертвых и умирающих людей, каждый из которых чего-то от меня хочет. А я не могу им помочь! Как? Что я сделаю? Я пыталась поначалу передавать их слова и просьбы родным, но получила только несколько судебных запретов на приближение и приводов в полицию. И да, мистер Нейрин, я понятия не имею, изменяла вам жена или нет, и не собираюсь это выяснять!       Последнюю фразу Фрэнки буквально выкрикнула, повернув голову куда-то в сторону и глядя на совершенно пустую точку в пространстве.       -Прости… — Вудс с силой потерла переносицу, — Прости, сорвалась….       -Все в порядке. Я…       Ричард запнулся, заметив выглядывающее из-за угла существо. Он знал, что это за тварь — поддомыш; жалкое, бесполезное и, по большей части, совершенно безобидное создание.       -О, не бойся его, — Фрэнки проследила за взглядом Найнса и улыбнулась поддомышу, — Майлз, иди сюда. Это — Ричард. Он — друг.       Существо помялось, но все же послушно двинулось вперед, останавливаясь чуть позади девушки. Поддомыш недоверчиво смотрел на Найнса своими огромными светящимися глазами, не мигая и практически не двигаясь.       -Что такое малыш? — ласково обратилась к нему Фрэнки.       Существо перевело взгляд на Вудс и несколько раз качнуло кулачком у своего серого, лунообразного лица.       -Спасибо. Я сейчас подойду.       Поддомыш кивнул, снова недоверчиво зыркнул на Ричарда, и медленно растворился в воздухе.       -Он сварил мне кофе, — пояснила Фрэнки, — Когда меня забросили в бункер, Майлз пытался мне помочь. Я не смогла оставить его там, а вот — теперь он живет здесь. Не представляю, как бы я без него со всем справлялась…       -Мне очень жаль, что ваша жизнь так резко изменилась, — холодно перебил ее Найнс, — И мне жаль, что я пришел не вовремя, но мистеру Риду сейчас очень нужна помощь.       Фрэнки тут же взбодрилась и заметно напряглась. Такая реакция поразила Найнса — он знал, что Гэвин спас эту девушку, подняв на уши ФБР и заставив их прочесать все окрестности Гурона. Как знал и то, что сама Вудс разве что не взашей прогнала Рида из своей палаты. И после этого, насколько Ричарду было известно, Фрэнки и Гэвин больше не пересеклись ни разу.       Но Вудс не только запомнила Найнса, которого видела всего несколько секунд перед тем, как ее погрузили в машину скорой (пусть и не припомнила его имени), но и явно переживала за Рида. Во всяком случае, так показалось Ричарду.       -Мистер Рид в опасности? — встревоженно спросила Фрэнки, подтверждая теорию Найнса, — С ним что-то случилось?       -Нет, мисс, — отрицательно качнул головой Ричард, — Гэвин в порядке. Он отправился в Чикаго. Из-за этого фотоснимка.       Найнс вытащил свой лэптоп и, открыв снимок, протянул КПК девушке.       Фрэнки мельком глянула на экран и тут же отпрянула в сторону, будто Ричард предложил ей взять в руки гремучую змею. Ее усталые, покрасневшие от переутомления глаза широко распахнулись. Маленькое, слишком худое тело сотрясалось мелкой дрожью.       -Мисс Вудс? Мисс Вудс, прошу вас, сохраняйте спокойствие. Это — всего лишь фотография, — мягко попросил Ричард, — Вы поможете Гэвину?       Фрэнки нервно облизала губы.       -Да, — хрипло отозвалась она, — Я помогу… Что именно я должна сделать?       Ричард убрал лэптоп обратно в карман пиджака.       -Давайте выпьем кофе, — предложил он, — И я все объясню.