Дыши

Посвящается читателям, которые были все это время моими личными Амелиями Понд (иф ю ноу вот ай мин) Блейн швырнул утром телефон на диван и со стоном запустил пальцы в волосы. Чертов отец, долбанный ублюдок. Ему нужны были деньги. Нужны. Ему нужен был колледж, и он не хотел до конца жизни прозябать в захудалом кафе. Его отец заблокировал все его счета после каминг-аута. Его отец – чертов гомофоб. Его отец не отвечал на чертовы звонки. Чертов автоответчик. Чертова секретарша, говорящая ему, чтобы он не беспокоил мистера Андерсона. *** - Так, два кофе, верно? Американо, две ложки сахара, – быстро повторил он заказ, отмечая его в блокноте. Вообще-то ему не нужно было записывать, просто на кухне Тине было удобней готовить все это. Под звон колокольчика в кафе зашел Курт. - Ты опоздал, - смерил его ледяным взглядом Андерсон, забыв про свою политику молчания. Не то чтобы он так уж сильно опоздал, но первые клиенты уже сидели за его столиком, и их пришлось обслуживать Блейну. - Прости, - парень немного запыхался, но выглядел сегодня лучше, чем обычно. - Я немного заблудился. Блейн встряхнул головой. Не хватало ему еще влюбиться в этого мальчишку. Со школы он ни разу не влюблялся. Тогда это был Себастьян – весь такой красивый, ухоженный – весь такой гей. Он не упускал случая пофлиртовать с Андерсоном, а Блейн же был от него без ума. Когда он рассказал ему об этом, то Себ рассмеялся и выкинул его как надоевшего щенка, научив раз и навсегда не выдавать ни себя, ни свои чувства. - О, ты обслужил моих клиентов, - Курт рассмеялся серебристыми колокольчиками. – Прости меня. Простишь же, да? – он посмотрел на Блейна щенячьими глазками. Брюнет поднял бровь. Этот тихоня обычно и просто смотреть на него стесняется. Словно тот Курт и этот – два абсолютно разных человека, хотя Андерсон не знал ни одного из них так, как ему хотелось бы. Как ему хотелось бы. - Слушай, а ты не хочешь выпить кофе? После работы, – спросил Блейн, ненавидя себя в этот момент. Зачем он клеится к этому молокососу? Он, Блейн-чертов-Андерсон, клеится к какому-то мальчишке? - Что… а. Хочу, - изумленно промямлил Курт, подняв бровь. - Отлично, - пожал плечами Блейн. *** Пока они шли по улице, Курт пытался устроиться поудобнее в куртке отца. Она была очень большая и теплая, но на его худом теле она висела съеженным мешком, превращаясь в нечто тяжелое и громоздкое. - Слушай, а почему ты носишь эту куртку? – наконец-то решил разрушить угнетающую тишину Блейн и, не зная, о чем спросить, задал первый пришедший на ум вопрос. - Я… - Курт замялся. В горле начал собираться большой ком. – Это куртка моего отца. - Нравится таскать вещи отца? Тебе что, 5 лет? Курт ничего не ответил, лишь потеплее закутавшись в куртку. - Где ты живешь? – внезапно спросил Блейн, с интересом взглянув на Курта. Он вспомнил недавние выкрики парней за его столиком. Курт вздрогнул. - Здесь, совсем недалеко, - тихо сказал он, радуясь, что теперь не нужно лгать. - Можно мне проводить тебя? - Это что, свидание? – рассмеялся Курт, умолкнув от понимания того, что это не шутка. – Ну, хорошо, - осторожно согласился он, взглянув на парня из-под опущенных ресниц. Блейн мысленно закатил глаза. У этого мальчишки столько романтических клише в голове, что ему даже стало неловко сказать о том, что он просто хотел выяснить, говорит ли он правду. - Свидание, - протянул Блейн, рассмеявшись. Курт моргнул и остановился, уставившись на него. – Эй, ну и чего ты остановился? - Почему тебе обязательно нужно себя так вести? – дрогнувшим голосом спросил Курт. Блейн, не понимая, о чем он говорит, уставился на него в ответ. – Неужели так трудно проявлять хотя бы, я не знаю, вежливости или такта, нет? Обязательно нужно всегда язвить и… - Так, приостанови свою машину для тарахтения, принцесса. Ты это, подожди-подожди, распсиховался из-за того, что я не подтвердил твою невероятно наивную и абсолютно идиотскую догадку о свидании? – усмехнулся Андерсон, не обращая внимания на беспокойный голос где-то глубоко под корой головного мозга, твердящий ему о том, чтобы он остановился. - Я не… Вот опять! – вспыхнул Курт и развернулся, чтобы уйти, но тяжелая ладонь брюнета легла ему на плечо, заставляя остановиться и развернуться лицом. - Слушай, сладкая попка. Как я тебе уже говорил – я не собираюсь пытаться подыгрывать тебе в твоих детских фантазиях. Я не способен на то, что ты там себе напридумывал, так что просто запомни, что я и ты – это всегда будет не больше, чем сейчас. Максимум, что я могу тебе позволить – это секс. Очаровательные худенькие мальчики не в моем вкусе, но у тебя отличная задница, так что я попытаюсь отвлечься от твоего черепашьего лица и трахнуть. Может, даже не один раз. Курт слушал его, побледнев. - Ты, гребаный мудак, неужели ты думаешь, что весь мир крутится вокруг тебя? Знаешь, что? Засунь свое мнение себе в задницу и… - он сжал кулаки, еще раз гневно посмотрел на Блейна и, снова повернувшись к нему спиной и скинув руку с плеча, ушел домой, пытаясь не разреветься прямо на улице. *** - Курт, что-то случилось? – обеспокоенно спросила Мерседес, отрываясь от тарелки с жареной картошкой и устремляя проницательный взгляд на чуть подрагивающего шатена. Курт, пожалуй, слишком быстро мотнул головой и потер тыльной стороной ладони покрасневшие глаза. - Ничего страшного, правда. Я просто немного устал, - для большей убедительности Курт еще кивнул при этом. - Ну, смотри. Если я узнаю, что эта твоя усталость что-то сделала тебе или сказала, то я узнаю, кто это и набью ему его морду, так и знай. Шатен какое-то время просто стоял, не двигаясь и не сводя с Мерседес взгляда. Затем Курт, который ни разу после смерти отца никого не обнял, Курт, который избегал общения с людьми, ограждая себя невидимой стеной – молниеносно рванул вперед и обнял ошеломленную девушку. - Эй, все в порядке, сладкий, - тихо протянула она, поглаживая всхлипывающего шатена по спине. Он поднял на неё глаза и прошептал: - Не называй меня, сладким, пожалуйста. - Как скажешь, Курт, - Мерседес пожала плечами и крепче обняла дрожащее худое тело мальчика.