Было бы сердце — я бы тебя любил; был бы голос — я бы тебе пел

      I spent all of the love I saved       We were always a loosing game              День ото дня становилось хуже. Вэй Ин порой чувствовал, что просто не может выносить над собой дальнейшие издевательства, а именно на это было похоже присутствие второго Нефрита. Младшим называть его уже не имело смысла — таковым давно является Цзинъи. Вэй Усянь никогда бы не подумал, что Цзян Чэн захочет детей. Как итог — Лань Юань и Лань Цзинъи были любимыми сыновьями его брата. Он был искренне рад за них.       У них все было правильно. Они заслужили.       Вэй Ин считал, что тоже заслужил свое счастье. Да вот только кто с ним согласится? Лань Чжань продолжал заходить «на огонек», но ничего более. После того дня он и думать забыл, что был нежен с Вэй Усянем. А последнего это очень расстраивало. В конце-концов, сердце у него не вечное!       — И я тоже — не вечный, — еле слышно прошептал он в темноту, так, чтобы не разбудить возлюбленного. Он пока не знал, как начать разговор. «Слушай, тут такое дело, цветы перешли в активное наступление и сейчас я жив лишь по твоей милости!» «Ты представляешь, врачи тут такую шутку отморозили: говорят, если ты разлюбишь меня, то я коньки откину. Смешно, правда?» Бред.       Вэй Ин вздохнул. Он был бы рад, будь второй господин Лань чуть более открытым. По сравнению с ним даже Цзинь Лин, который, пусть и имел татуировку, был более искренним в своих эмоциях, нежели Лань Ванцзи. Пожалуй, он теперь и будет так его называть.       Или нет? А вдруг разлюбит...       Как же тяжело. Может плюнуть на все? Написать там предсмертную записку, извиниться перед шицзе, братом и племянником. Не они же виноваты. Виновата любовь, которая не очень хорошо разбирается в людях, раз ему достался такой отмороженный спутник. Возможно, это наказание за его прошлую жизнь. Кем же он был? Убивал людей? Вот была бы умора!        — Почему ты не спишь? Выглядишь не очень здоровым, — сонно отозвался Лань Чжань. Вэй Ин вздрогнул.       У него же чертов ланевский режим! Какого хрена он проснулся настолько рано?       — Все в порядке, просто не спится.       — Тебе всегда не спится, когда я рядом? Польщен.       После этих слов Вэй Усянь покраснел. Лань Чжань с ним флиртовал. Ф л и р т о в а л. Он не устанет это про себя повторять, потому что именно на это и было похоже. Сандал нежно погладил сердце, заставив Вэй Усяня спустится с небес на землю. Его убьет чужой любовью.       — Тебе больно? — миг, и Лань Ванцзи уже на ногах, с беспокойством смотрящий на Вэй Усяня. Сердце кольнуло еще раз, в груди приятно потеплело. Это люди ощущают, когда говорят, что им приятна забота и беспокойство?       — Все в порядке, А-Чжань. Пока ты рядом, все хорошо.       Пока ты рядом, у меня есть шанс, что ты все же примешь свои чувства ко мне и не будешь кидаться из крайности в крайность. Может быть, я сниму с себя черный крест и больше не буду просить у тебя эту белую ленту. Ну, знаешь, она так красиво будет смотреться, когда меня будут укладывать в гроб. Одна лента будет белой, остальные одеяния — красные. Свадебные. Потому что с рождения я был помолвлен со смертью.       Small-town boy in a big arcade       I got addicted to a loosing game              Лань Чжань на самом деле переживал за Вэй Ина, но никак не мог найти подходящего момента, чтобы задать все интересующие вопросы. Ему правда нужно было знать о том, что с ним происходит. А что-то происходило, и это что-то Лань Чжаню явно не нравилось, потому что каждый раз Вэй Усянь хватался за сердце, а на лице ясно читалась гримаса боли.       Лань Ванцзи чувствовал, что должен помочь. Но не знал как. Не знал, как подступиться, потому что все эти тринадцать лет он провел вдали от своего возлюбленного. Он хотел убедиться, что его чувства действительно его, а не проклятого Ханахаки. Возможно, он погорячился, когда говорил, что сам хочет выбирать. Потому что давно Лань Чжань выбрал Усяня. Он был в этом уверен. Слишком они гармоничными были.       Холодный и горячий. Острый и пресный. Вспыльчивый и нежный. Точно Инь и Ян — извечное противостояние. В Ян всегда есть немного Инь. Возможно, в Ванцзи было ее слишком мало, чтобы понять чувства Вэй Ина. Его Вэй Ина.       — Лань Чжань, ты любишь карри?       — Не острое.       — Ну А-Чжань! — законючил Вэй Ин и тут же схватился за грудь, чуть пошатнувшись. Лань Чжань вскочил и быстро помог выровнять равновесие. Когда Вэй Ин выглядел более-менее сносно, то осторожно повел его к дивану.       Теперь точно не отвертится. Лань Чжань строго посмотрел на мужчину.       — Ну так что, господин Мо Сюаньюй, расскажете, что с вами, или и дальше будете молчать как партизан? Я не слепой и вижу, что со здоровьем у тебя все не очень в порядке. Мягко сказано, кстати говоря.       — Все в по… — пытался отмахнуться Вэй Усянь, но тут случился новый приступ. А это уже действительно пугало. Он не думал, что чувства Лань Чжаня так быстро остынут, но черт, он не подготовил завещание и даже не вытребовал себе чертову ленту! Уж свои похороны он точно должен сделать незабываемыми!       — Тебе нужна моя кровь? — уже более серьезно спросил Лань Чжань. Он допускал мысль, что Ханахаки не совсем оставило Вэй Ина. Все-таки они даже не встречались официально. Из-за Лань Ванцзи. Сейчас они хоть и живут вместе, но парой оттого не стали. Из-за Лань Чжаня. Проклятье должно реагировать на чувства, однако они были какой-то особенной парой, раз даже количество чувств неугомонного Вэй Ина не хватило для этой жадины.       Вэй Усянь чувствовал себя заигравшимся мальчишкой. Он ведь изначально знал, что его чувства обречены на провал. Глупо было продолжать надеяться. Его не было целых тринадцать лет. Тринадцать чертовых лет Вэй Усянь страдал в неизвестности вместе с Лань Сичэнем. Помогал ему, потому что Цзян Чэн был рад отсутствию ледышки. Он так и не смог простить того, что тот сделал с его братом. Возможно, никогда не простит. Вэй Ин знал, что его шиди просто переживает за него. Потому что любит и считает, что он заслуживает лучшего.       Но лучше Лань Чжаня никого Вэй Ин встретить так и не смог.       — Не отворачивайся от меня сейчас. Я рядом.       Вэй Ин глухо рассмеялся. Он доверился один раз. Обжегся. Почти подох от любви к этому куску каменной глыбы. И до сих пор медленно сгорает в агонии от оставшегося пепла. Вэй Усянь совсем не феникс. Второго раза он не переживет.       — Я умираю, — просто сказал он. Лань Чжань изогнул бровь, да ладно. — Я… Цветы просто переместились. Их не видно, а они есть, — еще раз хохотнул Вэй Ин, а Лань Чжань смотрел серьезно. Шутки кончились.       — Врачи?       Вэй Ин замялся. Ну блин, даже если сказать это прямо, будет выглядеть глупо! Он почувствовал, как горят щеки. Лань Чжань обеспокоенно приложил руку ко лбу.       — Ты простудился?       — Нет! Да! Черт… Я умираю от твоей любви.       Нелепость ситуации превосходила все допустимые рамки Вэй Ина. И смешно и грустно. Он ведь, дурак такой, правда умрет скоро.              All I know, all I know       Loving you is a losing game              — Это не проблема. Знаешь ли, я из-за этого и вернулся.       — Проблема, А-Чжань, — грустно улыбнулся Вэй Ин и прилег на плечо возлюбленного. — Вот я сейчас сижу, а они мечутся беспокойно. Ищут тебя. Ты их как бы хозяин. Но они слушаются не твоих приказов, а твоих чувств. Если ты меня разлюбишь, сандал просто пережмет мне сердце. Сказочке конец. Ебанутая мы парочка, да?       Лань Ванцзи не находил слов.       — О, три года, если что. До этого все в порядке было. Я не знаю почему, но в один день просто стало плохо. Пошел ко врачу. А они мне это и выдают. Так что я жив только благодаря тебе.       Вэй Ин старался говорить словно в шутку, но голос все равно ломался. Он понимал, что, возможно, только лишь возможно, если чуть-чуть понадеяться, то Лань Ванцзи правда его любит. Не так, как привыкли все, а как-то по-особенному. У него свои рамки и границы, Вэй Ин давно их переступил. Но вдруг у него несколько уровней доверия, а Усянь не прошел последний рубикон…       Грустно. Тоскливо. Одиноко.              Silence ringing inside my head       Please, carry me, carry me, carry me home       <…>       I don't need your games, game over       Get me off this roller-coaster              — Я постараюсь, — тихо отозвался Лань Чжань. Вэй Ин удивленно поднял голову и посмотрел в золотые глаза. — Я правда постараюсь полюбить тебя сильнее, чем сейчас. Но я не знаю… как.       Вэй Ин прикрыл глаза. Он надеется, что у Лань Ванцзи получится. Спасибо, что он хотя бы готов к этому. И уж точно Вэй Усянь сделает все от себя зависящее, чтобы А-Чжань смог разглядеть в нем достойного спутника жизни. Потому что на меньшее Вэй Ин не согласен. Либо все, либо ничего, потому что ничего лучше, чем самая мелкая подачка. Он не мог любить вполсилы. Когда человек нужен, он просто нужен, не бывает полумер.       Лань Чжань легонько гладил волосы Вэй Ина, пока тот не задремал. Потом он поднял легкого мужчину на руки и положил на кровать, потом лег сам и уложил голову и руки возлюбленного у себя на груди. Он точно постарается достать все чувства, что у него есть. Светлые. Понемногу. Сложно доверять тому, кто когда-то предал. Но ничего, он разберется. И с цветами внутри Усяня тоже, потому что он может быть только моим, и с никаким Ханахаки делиться не собираюсь.       Пора отвечать за свои действия и чувства, а не скидывать все на чертово проклятье.              Love me in this fable, babe, my heart is in your hand       Our time is waiting right outside your door       And maybe tomorrow is a better day…