Валвоя, книга I - закон, вера и справедливость

Шли дни - хотя Валвоя точно не знал, какое время, ибо спал и бодрствовал явно не по режиму, но находился он здесь уже около трёх суток. Его тело начало слабеть, истощённое скудной диетой и побоями. Однако в душе у Йоуни зрела надежда - не только на побег, но и на спасение одного из детей, поверивших бредням Никласа. Тойво постоянно навещал пленника, иногда - с водой и хлебом, но чаще - с речами и уговорами добровольно принять предложение Алого Аббата. Валвоя слушал молча и внимательно, но то и дело отвечал жестко и цинично, не в силах выносить того, как Тойво, пусть и искренне, выставлял злодеяния геройствами. Из-за этого ран и синяков от кнута на теле Йоуни становилось все больше. Тем не менее, он замечал, что мальчик поднимает на него хлыст все менее охотно, все больше задумывается над словами пленника. Возможно, многие на месте Йоуни стали бы вести себя смирнее, дабы избежать дальнейших избиений, но Валвоя был все таким же настойчивым, хоть и опасался, что Никлас может пойти на более серьезные пытки. • Эх, Йоуни - с печалью произнёс Тойво во время одной из бесед - Мне, вообще-то обидно, что ты ставишь нас в один ряд с маньяками и садистами. Думаешь, наш очистительный огонь жжёт больнее адского? • Очистительный огонь? Вы что, реально людей на костре сжигайте, как в средневековье? - изумился Йоуни, с трудом удержав рвущиеся наружи ярость и матерные слова. • Некоторых людей иначе не исправить, они слишком сильно увязли в грехе. • Ты уверен? Вот та же Лииса, которую вы морите голодом. Может её образ жизни и кажется тебе греховным, но разве ты не подумал, что она находит время и на то, и на другое? Ведь, насколько я слышал, один из вас был её возлюбленным - а разве любовь не является добродетелью? Или вот Лаури, которого вы до полу-смерти избивайте. Да, наверное своим характером он тоже много трудностей доставлял, но может и хорошие стороны у него были? • Ну... - тут Тойво замялся, подумал и в итоге отрезал - Не тебе судить Никласа. • Но может тебе? - улыбнулся Йоуни - Скажи честно, ты правда с ним согласен? Тойво помрачнел, ничего не ответив. Йоуни расценил это так, что ему следует приготовиться к очередной порке, однако её не последовало. Монах вновь помедлил, но потом ответил: «Да, согласен.» Однако в его голосе Валвоя услышал некую неуверенность. Подобно тому, как в крепком камне все же попадаются трещины, фанатизм юнца начали разъедать сомнения. «Быть может, ты и не безнадёжен» - отметил Валвоя, после чего поинтересовался: • Как ты вообще оказался в этой компании, чем тебя Никлас так привлёк? • Привлёк? Он спас меня, дал мне жизнь и любовь. До того я жил иначе. Матери у меня не было, а отец... едва ли этим словом можно назвать то чудовище, что издевалось надо мной восемь лет моей жизни. На девятый год я не выдержал и сбежал из дома. Ну а после этого меня нашёл Никлас. Он стал мне вторым отцом - на этот любящим, ценящим меня. Он рассказал мне о добре и зле, о своей миссии. Его цель - это и моя цель, а этот монастырь - моя семья. • Соболезную твоей семейной трагедии, но, даже если Никлас на самом деле любит тебя, как сына, это не значит, что он не может ошибаться. Как бы он не был тебе дорог, у тебя есть и своя голова, и в твоём возрасте нормально не слушаться старших, так задумайся хоть на минуту - добро ли вы делайте людям? Может большинство из тех, кого вы «исправляйте», чувствует себя так же, как ты во время жизни с твоим родным папашей. Тойво собирался что-то ответить, но передумал и молча ушёл.