Валвоя, книга I - закон, вера и справедливость

В темной комнате, без общения, Йоуни потерял счёт времени. Может он томился здесь пятнадцать минут, может два часа. Его тело ныло от боли и усталости, отвлекая от размышлений над побегом. Но вдруг тишина была вновь нарушена - дверь открылась и никласинец, вглядываясь в темную комнату и держа на готове кнут, осторожно приблизился к Валвое. • Что теперь, ещё хлестать будете? - мрачно спросил пленник. • Нет, я пришёл поговорить. Аббат меня прислал. Звать меня - Тойво Коскинен. - ответил ему ломающийся юношеский голос, после чего никласинец снял капюшон. Валвоя печально усмехнулся - на него смотрело бледное и прыщавое лицо 15-летнего мальчика. • Эх, ещё зелёный, а уже испортился. - отметил Йоуни - Ну и по какому поводу ты решил к Никласу присоединиться? • У каждого свои причины. - ответил Тойво, после чего спросил - А почему ты решил ловить преступников? • Долгая история, но скажу вкратце - люблю я Финляндию, привык представлять её страной благополучной, где каждому найдётся место, и каждый будет получать по справедливости, и где сами люди будут именно что люди, а не скоты. К тому же детстве я романистов финских почитывал, а как увидел, что в жизни всё не так прекрасно, сам понимаешь, захотелось приблизить реальность к мечте. Вот и начал, ещё когда в школе учился, потихоньку выслеживать всяких воров и хулиганов, благо драться умею и по части силы природой не обижен. Потом и на «дичь покрупнее» перешёл, вроде вашей шайки. • Однако ты побеждён, ты не справился с нами. • Дерево не с первого удара падает, посмотрим ещё. • Да, как Никлас и говорил - благороден ты и духом силён, да не в то русло усердие направляешь. • Так ты об этом пришёл поговорить? Я вашими причитаниями по поводу того, что я, типа, не за то борюсь, уже по горло сыт. • Нет, я собирался поговорить о другом, но если ты продолжишь быть таким грубым, я приму меры. - посуровевший Тойво демонстративно потряс кнутом, после чего добавил - Если что, у нас ещё гвозди и паяльники есть. • Ладно, рассказывай. - более смиренно ответил Йоуни, всё-таки решивший не рисковать без надобности. Далее последовала долгая и тягучая беседа, в который юный адепт пытался поменять убеждения пленника. Он спросил, как Йоуни относится к Богу, на что тот, подумав, ответил нейтральное: «Не уверен, есть ли он, агностик я». Затем Тойво привёл несколько, по его мнению, доказательств существования Бога, которые Валвоя молча выслушал, не желая злить вооруженного фанатика. Посчитав, что пленник начал склоняться к его мнению, Тойво вычитал несколько строк из принесённой с собой Библии, где указывалось о том, как наказывать тот или иной грех. • Ну ладно, с грехом гнева и мужеложеством понятно - я буянов и голубых тоже не люблю, - ответил Йоуни, дослушав очередную цитату - Но девушка в соседней камере сказала мне, что вы её тут морите голодом просто за здоровый образ жизни - это где в Библии написано? Да и про то, что за проявление гнева надо именно пытать, я тоже не слышал. • Библия - письмо людям от Бога, но не всегда в одном письме всё написано. • То есть ты говоришь, что твой любимый Бог не сумел за 3000 лет выразить, все, что надо? - с улыбкой спросил Валвоя, после чего приготовился вновь терпеть удары кнута, но Тойво, хоть и с явным раздражением, лишь ответил: • Вот сейчас Бог это и выражает - наш отец Никлас продолжает Библию, он пишет третий - Новейший - Завет. • И ты думаешь, кто-то этот Завет будут издавать и читать? • Правда восторжествует, сколько бы лет или веков не прошло. Ни египтяне, ни вавилоняне, ни ромеи, ни еретики-исламисты не смогли уничтожить истинную веру. • Слушай, Тойво, я вижу, что ты - хороший мальчик, и зла на меня не держишь. Так что дайка и мне рассказать кое-что. • Говори. - помедлив, разрешил тот. • Думаю, ты знаешь, что разум, ну или, по-вашему, душа человека порой также заболевает, как и тело. И что среди душевных болезней есть шизофрения - когда человеку видится или слышится то, чего нет. Ведь знаешь? • О таком мне известно, это - проделки демонов, стремящихся захватить власть над человеком... подожди! - тут лицо мальчика, секунду назад спокойное, исказилось в гримасе звериной злобы. • Вот блять, за живое его задел... - подумал Валвоя, думая, что сейчас могут пойти в ход упомянутые гвозди и паяльники. К относительному счастью, Тойво смог сдержать, наверное, две трети «праведного» гнева и обойтись лишь пятью ударами кнута. На этот раз Йоуни не выдержал и вскрикнул. Когда крик сменился на тяжелое дыхание, а из темных полос на коже пленника потекли первые капли крови, никласинец пояснил: • Ты посчитал святого бесноватым?! Думаешь, это демон Саклас притворяется перед ним Богом?! Не смей больше так клеветать на того, кто в разы более велик, чем ты, иначе теперешняя моя кара покажется тебе благославнением. • Но... разве ты сейчас... не поддался... гневу, который сам же... считаешь грехом? - с трудом спросил Йоуни. • Признаю, тут ты прав. Однако наказать за то, что ты сказал, все равно было надо. - ответил покрасневший Тойво - Я ещё вернусь, а ты подумай над тем, что Никлас и я тебе рассказали. Тойво ушёл, вновь возобновились темнота и тишина, в которых Валвоя, измученный и усталый, начал засыпать. «А ведь сон тоже отбирает у меня время, и кому-то другому, павшему жертвой Никласа, эти часы дорого обойдутся, надо держаться, может ещё сумею найти выход...» - говорил Йоуни сам себе, но даже его крепкий и натренированный организм неуклонно требовал отдыха. В итоге пленник всё-таки заснул, найдя себе оправдание: «Сейчас я всё-равно не соображаю, высплюсь - и мысли лучше пойдут, может так и план побега составлю».