***
Почему? Почему всё обернулось настолько сложным путём? Почему я не мог до этого додуматься? Неужели я и сам не замечаю, насколько сильно был загружен "важными" встречами, корреспонденцией, и всякой мелочью? Святой RA9, это просто какая-то бессмыслица! У Норт было достаточно причин и времени на самом деле, чтобы рассказать об утрате чувств. Она банально могла бы позвать меня по сети. Разве это было бы столь сложно, как если подойти ко мне в очередном окружении инвесторов и попросить отойти на пару минут для серьёзного разговора? Я понимаю, я и сам прекрасно виноват, мне стоило уделять ей больше внимания мне стоило с ней поговорить, мне... Мне стоило много чего сделать прежде, чем это произойдёт. Предпринять хотя бы что-то для того, чтобы ситуация не обернулась подобным скандалом. Карл... Я уверен, у тебя бы было для меня хоть какое-то наставление. Мысли завели Маркуса не в самую приятную темень его собственных микросхем. Да, он в точности был прав - Карл бы смог направить своего воспитанника, сына, на путь истинный. Он смог бы ему посоветовать что-то, смог бы поддержать, утешить, оправдать Маркуса, Маркуса, который отчаянно сейчас борется с мерзким чувством вины и одновременно жгучей злобой, что вцепилась в него, словно пиявка в шею. Система как и обычно выдаёт по несколько ошибок, но на сей раз гораздо настойчивее и надоедливее, девиант то и дело откладывает оконца в сторону, стараясь утихомириться. Он прекрасно знает, что всё из-за его чувств. Он старается принять и злобу, и вину вместе взятые, но даже такому совершенному девианту как он, даётся с трудом подобная махинация. Отчётливо помнит, как проживал эти чувства в спешке и в переполохе, думать о них было просто некогда, мысли его всегда были поглощены тем, чтобы защитить свой народ, или друзей, или права, и это помогало ему забыться. Сейчас всё иначе. Он наедине с самим собой, он наедине со злобой, и чёрт его знает, как с ней нужно справляться. Лидеру ничего больше не остаётся, кроме как лежать на мягкой, укрытой махровым одеялом кровати, устроиться поудобнее головой на пушистых и уютных подушках, прикрыть веки, с неким отчаянием нахмурив лоб, и предаться желанию оказаться в более укромном месте, где-то, где он не испытывал такой горечи, где он не гневался, не был вынужден чувствовать разочарование. И словно по волшебству его искусственное, якобы механическое сознание, но такое же живое, как и человеческое, переносится в самое, пожалуй, неожиданное для того воспоминание. Персиковое дерево. Парк. Вокруг шагают незнакомые люди, закат нежными и игривыми нотками переливается на пушистых облаках, погода более чем благоприятная, судя по едва ли не напрочь чистому небу. Да, пение птиц утихло, на смену их голосам пришли звуки прыгающих кузнечиков, шуршащих в траве цветов, беззаботно бегающих по парку детей. Вокруг царит лишь неприметное никому миролюбие, а напротив него сидит белокурый андроид со своими очаровательными чертами лица. Смотрит ему прямо в глаза, робко, до улыбки смущённо, уводит взгляд всего через пару мгновений, заставляя уходящие лучи солнца станцевать на сапфирах в ритме с бликами. Маркус любуется его чертами, оживлённо рассказывая очередное прожитое воспоминание, связанное с его домом, а Саймон, в свою очередь, в смирной позе с кошачьим удовольствием слушает его россказни и лишь изредка кивает, выжидая момент для очередного вопроса или же подхвата темы. Это... Моё представление об уютной атмосфере? Раньше мне казалось, что я представлял студию Карла... Хотя прекрасным к тому дополнением был бы Саймон. Саймон. Саймон всё меняет. За своими речами, за своими действиями, за обращением, за заботой он явно скрывает хитрый и коварный план: очаровать загорелого соратника, чтобы тот от него был без ума. Ну или же так думает исключительно Маркус, отрываясь головой от подушки, и намереваясь с пустым интересом подойти к окну, чтобы взглянуть на затянутое тучами небо. Даже если***
Оказывается ВСЁ может пойти не так. - Сай, ты в порядке?.. В комнате буквально несколько секунд назад был выключен свет. Похоже гроза выдалась действительно сильной, раз уж у половины Детройта вырубило к чертям собачьим всё электричество, пока Маркус, недавно вальяжно зашедший в комнату белокурого соратника, с тяжестью на сердце рассказывал об измене Норт и о том, что по всей видимости уже давно не чувствовал к ней ничего тёплого. Саймон всячески подбадривал Маркуса, но и, по-честному, выражался достаточно прямолинейно насчёт того, что в этом присутствует не только вина рыжеволосой бестии. Они сидели, обсуждали эту весьма досадную неприятность, её разрешение, и вот, в одно мгновение БАМ, свет в комнате исчез. Обоих андроидов это, само собой, встревожило, Маркус тут же встал с креслица и подошёл к окну, убедится, не их ли здание перекоротило из-за очередной молнии. Когда же оказалось, что случилось это не только с их штабом, Маркус сказал, что нужно было бы поискать где-то фонарик. Его глаза не успели среагировать достаточно быстро на темноту, он лишь слышал как Саймон поднимается с кровати и куда-то шагает. Они оба шаркают по комнате в поисках фонарика, но в какой-то момент Саймон нечаянно натыкается на теннисный шарик. Маркус успевает только услышать испуганный возглас и двинуться в его сторону. А дальше.. Щелчок. Лампа вновь освещает комнату, хотя и не так ярко, как прежде, несколько лампочек успело перегореть. Саймон, как самый неуклюжий девиант на свете, лежит прямо на Маркусе и утыкается носом ему в грудак, а Маркус в свою очередь, придавленный не столь уж и большим весом Саймона, сомнительно разглядывает в панике потолок, беспокойно произнося фразу выше. Он будто бы не рискует посмотреть на Саймона, дабы не выдать всё своё неимоверно великое смущение. Голубоглазый же поднимает свою голову, обращая взор к лицу Маркуса и выдавливает из себя лишь едва слышимое, едва досказанное "ага", прежде, чем замереть от ужаса. Сердце. Оно вновь отбивает у него бешенным ритмом в груди, тириум словно бы подскакивает резко вверх, приливая к лицу, Саймон может поклясться, что у него неестественно быстро нагреваются щёки вместе с ушами. Он пытается как можно скорее подняться с объекта воздыхания, дёргано, испуганно, и не успевает отстраниться, как вновь застывает в изумлении, в восторженном шоке, поскольку тёплая и сильная ладонь самого отважного девианта ложится прямо ему на шею. И тогда перед глазами красуется причудливая гетерохромия, самое удивительное и самое невероятное, что видел когда-либо PL600. - ..Маркус? - Тихо, шёпотом, ненарочным, неприкаянным и сбитым с толку произносит застенчивый андроид, всё заглядывая в загадочно чистые и бликующие глаза. - Саймон.. - Необычно мурчаще, без улыбки, но с томным взглядом разных глаз произносит лидер родное имя. "Стоит ли мне..?" "Что ты делаешь, Маркус?" "Он так близко.." "Как же ты близко.." Не заставь меня об этом пожалеть Рука, столь же сильная, сколь и нежная, притягивает светлое лицо ненавязчиво ближе, да и блондин сам охотно тянется навстречу манящим губам. Они оба подумали об одном и том же, они оба страшились сделать этот огромный шаг в их отношениях, и они сделали его, как и всегда, одновременно. Маркус поцеловал Саймона, Саймон поцеловал Маркуса; не важно, кто это начал, они оба удивлялись идентичности своих мыслей, оба удивлялись тому, что хотели сделать это в одну и ту же секунду, и оба с превеликим удовольствием, лёжа на холодном полу, слились в нежном и чутком поцелуе, который говорил сам всё за себя. И хватило бы только его одного. Только его. Но для полной верности Маркус всё же хотел произнести эти три слова вслух: - Я люблю тебя. И тогда Саймон ему с лаской и усмешкой на устах ответил: - Не представляешь, как я тебя. Саймон поцеловал Маркуса в лоб, как и хотел сделать это очень, очень давно, заглянул ему в глаза и вновь шепнул: - Неужели для этого мне нужна была лишь глупая и шумная гроза, Маркус? Манфред неловко, но вполне заливисто рассмеялся: - Нет, Саймон. Но похоже Небесам уж надоело смотреть на наш цирк. - А как же Норт? - Норт это часть их коварного плана. - Маркус! - Саймон весело и громко рассмеялся, следом за ним и господин Манфред залился смехом. - Что? Разве я сказал что-то не так?***
- ...Что ты на меня так уставился? - Ты мне только что рассказала о своей измене, а я ненароком подослал... Маркуса... К..ю Сай... мо... ну... Хаха.. - Джош нервно заулыбался, как в припадке, и пожал дурашливо плечами, пока Норт застыла словно статуя. - ... - ТЫ ЧТО!?