Гарри Поттер и Хранители Силы (Harry Potter and the Guardians of Power)

После небольшой экскурсии по своим новым комнатам для своей второй семьи с последующим чаепитием, Гарри, с большим трудом, под уговорами Джинни, Рона и Гермионы, все же согласился поужинать в Большом зале. Северус находился в довольно дурном настроении. Он, конечно же, знал, что у него было мало шансов победить Гарри на дуэли, и все же это был приличный удар по его гордости. После небольшой беседы с портретом Мерлина о том, что он чувствовал после того, как его побил шестнадцатилетний мальчишка, Северус ощутил значительное облегчение, которое, все же, не избавило его от ожидания насмешек, которые, как он полагал, обязательно посыпятся на него за учительским столом на ужине. Так что, Северус оказался приятно удивлен, обнаружив, что никто не только не дразнил его по поводу проигрыша Гарри, но все наперебой с удивлением и благоговением обсуждали мастерство и силу обоих соперников. В их дуэли вообще не присутствовало магии, лишь чистая ловкость и физическая выносливость. Многие с восхищением отмечали, что Северус ничуть не уступал явно спортивному подростку. Особенно после того, как уже успел поучаствовать в двух довольно изнурительных магических дуэлях. Несколько преподавателей даже поинтересовались у директора, можно ли будет организовать в Хогвартсе занятия по физической подготовке и фехтованию, поскольку это, очевидно, давало хорошее преимущество, как в магических, так и в немагических поединках. Северус на это лишь неопределенно пожал плечами, так как знал, что это были как раз те дисциплины, которые Гарри хотел бы преподавать, когда они закончат с Томом, чтобы полностью переключить внимание с поимки Волдеморта на обучение студентов. Северус сам от себя не ожидал, что ему так сильно понравится поданный на ужин стейк с картофелем в мундире на гарнир. Не говоря уже о пропитанном ромом трехслойном шоколадном торте, последовавшем на десерт. Он полагал, что будет слишком нервничать из-за финальной части турнира, назначенной на вечер Альбусом, что оказалось совершенно не так, ведь он знал, что Гарри победит и в этот раз. Разговор с Мерлином очень помог. Осознание того, что его сыну проиграют абсолютно все сегодня, странным образом успокаивало.

***

Поднявшись со своего места, Альбус призвал всех присутствующих покинуть Большой зал, чтобы дать домовикам время придать помещению более приличествующий для дуэлей вид. Гарри, весь клан Уизли, Невилл с бабушкой, остальные подростки и взрослые вышли в коридор. Только студенты знали, что для Гарри этим вечером дуэли еще не закончились, поэтому их легкая беседа не затрагивала ничего серьезного и крутилась по большей части вокруг их повседневных дел. Гарри поделился парой своих последних розыгрышей, не выдавая, конечно же, все свои секреты, и заставил всех окружающих едва ли не впасть в истерику при описании лица профессора Треллони, когда та обнаружила колдографии, заменившие ее карты Таро. Ни у кого из старшего поколения она не преподавала, но все они были наслышаны о данной особе от детей, поэтому совершенно не возражали против безобидной шалости. Вскоре всех позвали обратно в Большой зал. Оставив студентов на одной половине трибун, взрослые заняли противоположную. Обняв на удачу Джинни и Гермиону, Гарри неловко пожал руку Рону и близнецам, после чего направился в сектор участников. Директора Дамблдора, Флитвика, как и Сириуса с Ремусом и его отцом он вполне ожидал там увидеть, а вот наличие Тонкс, Кингсли и даже Грозного Глаза Грюма оказалось сюрпризом. Что ж, это должно быть занятно. Интересно, как пройдут отборочные на этот раз? Профессор МакГонагалл призвала собравшихся к тишине и начала зачитывать правила финальной части турнира. — Это соревнование будет проходит в формате «один против трех». Потеря палочки не означает окончания раунда, только если противника выведут из строя или конфискуют его волшебную палочку. Каждый раунд будет длиться пять минут, между раундами пятиминутные перерывы. Если противник терпит поражение, его место займет другой в начале следующего раунда. Соревнование закончится, когда все противники будут побеждены, или же тот, на кого нападают, будет повержен. Мгновенно-смертельные или непростительные заклинания запрещены. Вы можете пользоваться вашими волшебными палочками, беспалочковой магией, применять физическое воздействие и магию элементалей. Уважаемые участники, у вас есть три минуты на подготовку. Гарри посмотрел на Альбуса с Северусом: — Это шутка такая? Вы хотите, чтобы я сразился с тремя противниками, действующими группой, одновременно? Альбус легко похлопал его по плечу, проигнорировав часть с групповой атакой: — Да, мой мальчик. И я бы попросил, чтобы ты никого серьезно не калечил. Все же, они все старше тебя, и их ранения будут заживать дольше. Гарри изумленно уставился на Дамблдора, но, в конце концов, до него дошло, что они вовсе не шутят, и действительно хотят, чтобы он сразился один против трех. «Что ж, — обреченно подумал он, — даже так у меня больше шансов, чем когда-либо мне давал Волдеморт. По крайней мере, они не будут кидаться в меня Круциатусами!» Зрители не особо удивились, когда на платформу поднялся Гарри в сопровождении Северуса, Флитвика и Тонкс. Хотя их спокойствие тут же сменилось едва ли не шоком, когда они увидели, что Гарри остановился в стороне от оставшихся, повернувшись к ним лицом. Конечно же, он не будет тем самым волшебником, которому предстоит сражаться с тремя одновременно! Да, он очень хорошо проявил себя днем, вообще не использовал магии в дуэли с Северусом, только с другими студентами, действовал быстро и чисто, но, в конце концов, ни разу не использовал чего-то выдающегося. Гарри сфокусировался на своем магическом ядре и послал в каждую из рук поток с большей силой, чем использовал обычно. Он сделал несколько глубоких вздохов, очищая сознание, выбрасывая из головы все мысли, полностью сосредоточившись на предстоящей битве. Приоткрыв свои ментальные щиты, он принялся прощупывать противников, и был очень удивлен, обнаружив, что чувствует, какое именно заклинание они собираются применить за долю секунды, как они его фактически произносили. В то время как Тонкс бросила в него усиленный Редукто, Северус наколдовал отражающее заклинание на пол перед ногами Гарри. Флитвик же, отстав от них на секунду, направил Ослепляющее заклинание прямо ему в грудь. Левой рукой Гарри наколдовал вокруг себя воздушный щит, остановивший Ослепляющее заклинание, бросил Экспеллиармус в наколдованное Северусом зеркало, направив его в Тонкс, и ушел немного в сторону, позволив Редукто пролететь мимо него. Сделав кувырок влево, он направил на всех троих стену огня, после чего наколдовал Отражающее заклинание на потолке над ними. Северус, потушив огонь перед собой водным потоком, бросил в Гарри Петрификус Тоталус. Едва увернувшись, Гарри успел почувствовать, как заклинание пролетело совсем рядом с его щекой. Отклонившись от Взрывного проклятия Тонкс, он запустил Окаменей в потолок прямо над Флитвиком, который даже не заметил, как заклинание ударило его в макушку. Дамблдор отлевитировал его с площадки, а Тонкс с Северусом в это время воспользовались небольшой заминкой, чтобы ударить одновременно. Гарри призвал стихию Воздуха и, резко взмахнув руками вверх, взмыл к потолку, оказавшись над обоими лучами заклинаний, после чего мягко опустился на пол. Призвав змею, длиной не меньше тридцати футов, он приказал ей на парселтанге «Нападай». Северус проигнорировал ее, просто уйдя влево с линии атаки. Тонкс же, на мгновение замерев, довольно быстро пришла в себя, приступив в контратаке. Пока змея приближалась, Тонкс закидывала ее огненными стрелами, посылаемыми из палочки, пока, наконец, не попала ей в голову, после чего та злобно зашипела и испарилась. Тем временем правой рукой Гарри бросил в Северуса Фурункулюс, а левой Замораживающее заклинание, после чего вновь с правой — Левикорпус. Беспалочковым Протего Северус отбил фурункулы, но Замораживающее его почти достало, оставив на одежде мелкие сосульки. Левикорпус же перевернул его вверх ногами. Взмахом руки откинув его назад, Гарри использовал на Северусе заклинание Прилипания, чтобы прикрепить его, все еще перевернутого, к дверям Большого зала, примерно в пяти футах от пола. К тому моменту, как прозвучал сигнал конца раунда, Тонкс как раз успела расправиться с гигантской змеей. Опустив палочку, она кинулась к зоне для участников и схватила кубок с водой, после чего устало плюхнулась в кресло. Гарри нахально улыбался все то время, пока шел к отцу, отцеплял его от стены, освобождал от своих заклинаний и аккуратно ловил, чтобы тот не приложился об пол. На пути к зоне для участников, он прошептал: — Месть сладка, папуля! Северус на это выдал ему подзатыльник и рыкнул: — Паршивец. В конце раунда зал взорвался аплодисментами, во главе со всем семейством рыжеволосых, среди которых затесалась молодая ведьма с копной каштанового цвета. Северус посмотрел на учеников своего факультета и был рад увидеть выражения ошеломления и задумчивости на нескольких лицах. Отлично, дайте им кого-то достаточно могущественного, за кем можно было бы последовать вместо этого маньяка-убийцы, и, возможно, Слизерин сможет восстановить свою подмоченную репутацию. Гарри ощущал себя так, будто только-только сел, когда настало время нового раунда. Теперь ему предстояло сражаться с Грюмом, Тонкс и Сириусом. Хм, он понятия не имел какой стиль боя у настоящего Грюма. Его придется вывести из строя максимально быстро. Первым же заклинанием он ударил аврору прямо в его магический глаз. Тот вылетел из глазницы и направился к нему, словно настоящий снитч. Поймав его в полете, Гарри отправил его на судейский стол. Он еще расслышал несколько сдавленных смешков из зала прежде, чем полностью сосредоточиться на бое. Гарри изолировал Сириуса и Тонкс с помощью мини-торнадо, отправив их в его эпицентр, и вплотную занялся Грюмом. Тот был очень зол и кинул в Гарри Взрывное заклинание, от которого щиты, возведенные вокруг площадки, зазвенели у Гарри за спиной словно гонг, когда он наклонился и откатился вправо, бросая в Грюма ответные заклинания сразу с двух рук. Одним он поразил оставшийся глаз Грюма конъюктивитом, а вторым — призвал Акцио его деревянную ногу. Потерявший равновесие и зрение старый аврор упал на пол, после чего Гарри тут же наслал на него Окаменей и Оглушающее, и отправил к ногам Дамблдора. Не теряя ни секунды, он выпустил оставшихся двоих соперников из торнадо. У обоих кружилась голова, они были дезориентированы и стреляли случайными заклинаниями во все стороны. Гарри направил в пол перед Тонкс заклинание Оледенения. Шагнув на зачарованный участок, она заскользила по нему и упала, тяжело ударившись спиной. Гарри связал ее цепями и едва успел пригнуться от шального заклинания, которыми все так же раскидывался Сириус. Наконец, тот смог восстановить равновесие и смерил крестника убийственным взглядом, но сигнал колокола удержал его от дальнейших действий. Вместо этого он, все еще слегка пошатываясь, подошел к своему креслу и опустился в него, прихватив кубок с водой. Аплодисменты и грохот сотен ног, топающих по полу, были настолько сильными, что с балок под сводами Большого зала начала лететь пыль. Гарри же просто вернулся к своему креслу и принял кубок с водой, что принес ему Добби, чьего ажиотажа и радости хватило бы на троих. К счастью, толпа производила достаточно шума, чтобы он мог хоть что-то расслышать, поэтому он лишь кивнул домовику и огляделся, делая большой глоток. И как-то ему стало немного неспокойно. Все учителя и авроры теперь смотрели так, будто были готовы прибить его. Теперь ему предстояло сражаться с Сириусом, Ремусом и Кингсли. И он все еще понятия не имел, что для него запланировал Дамблдор. Так что он очень надеялся, что сможет отправиться спать на своих двоих! День выдался весьма насыщенным, Гарри уже провел множество дуэлей, начиная с разминки с отцом. Он ощущал нарастающую усталость и знал, что проиграет, если в ближайшее время не получит какую-нибудь помощь. Так что, Гарри не считал, что сжульничает, если немного уравняет шансы. В конце концов, сражаться трое против одного, раз за разом выходя против новых противников, он считал уже несколько несправедливым. «Хогвартс, ты можешь мне помочь?» — мысленно спросил он. «Как пожелаешь, мастер Гарри. Открой мне свой разум, и я обновлю твой запас сил, как магических, так и физических. Я горжусь тобой, мой Мастер. Ты станешь самым могущественным борцом Света. И запомни, если будешь сражаться с Дамблдором, он очень любит заклинание Прыжка. Используй это знание с умом.» Гарри ощутил как сквозь него, от кончиков пальцев на ногах до макушки, прошел теплый освежающий поток энергии. Когда все закончилось, он чувствовал себя так, будто только что проснулся после долгого спокойного ночного отдыха, готовый начать новый день. Моргнув, он вернулся в реальность и вновь огляделся, уже с куда большим энтузиазмом. Северус мысленно произнес: «Ты будто только что подзарядился. Я чувствовал усталость, шедшую от тебя, но сейчас ты ощущаешься бодрым и отдохнувшим» Гарри улыбнулся ему через весь зал: «Хогвартс решила, что как-то несправедливо, что вы все объединились против ее бедного, беззащитного хозяина, поэтому решила мне немного помочь.» Северус в ответ рассмеялся: «Бедного? Беззащитного? Это ты про того паршивца, что недавно приклеил меня вверх ногами к дверям Большого зала, а после еще и ухмылялся этому?» Гарри невинно улыбнулся и мысленно ответил: «Это не мог быть я. Я же люблю тебя, отец. Я бы никогда не причинил тебе боль!» Северус фыркнул так выразительно, что едва не подавился, но ответил: «Я никому не скажу. В конце концов, я уже выбыл из соревнований. И я знаю, что ты не причинишь мне боль. Ты всего лишь вздернул меня вверх тормашками на публике!» «Именно так, отец. Именно так. Пожелай мне удачи в следующем раунде, мне кажется, что Сириус хочет меня прикончить.» На что Северус ему ответил, за секунду до прозвеневшего колокола: «Поверь мне, не он один!» Изящно балансируя на носках, Гарри повернулся к Сириусу, Ремусу и Кингсли. Сосредоточившись, он вновь направил свою магию в ладони. Аккуратно ментально прощупывая их намерения, он был очень удивлен, обнаружив, что все трое весьма поражены его успехами. Что ж, возможно, они и не станут его убивать. Еще до того, как они осознали, что он делает, Гарри призвал магию элементаля Земли и с помощью замка заблокировал Сириуса и Ремуса каменными стенами. Шок Кингсли от внезапного появления стен вокруг его товарищей был столь силен, что он проиграл без единого заклинания. Меньше минуты понадобилось Гарри, чтобы бросить в него Петрификус и Оглушающее, после чего отправить его к ногам Дамблдора. Освободив Ремуса от преград, он превратил его в щенка золотистого ретривера и отлевитировал на колени МакГонагалл. Та оказалась настолько поражена происходящим, что даже некоторое время рассеянно гладила его, прежде чем поняла, что делает. Когда же Гарри выпустил Сириуса, он вдруг почувствовал, что старший маг его немного побаивается, поэтому, ухмыльнувшись, он озорно помахал ему рукой. Сириус был напуган, да, но все равно не смог сдержать ответной улыбки, после чего ринулся в бой. Эти двое учинили прямо образцово-показательную дуэль. Они кружили друг вокруг друга, произнося несерьезные заклинания и проклятия, пока время раунда практически не истекло. К тому моменту у Гарри были зеленые волосы, а на Сириусе — розовая мантия, но ни один из них не обратил на это хоть сколько-то внимания. Гарри послал Замораживающее заклинание Сириусу под ноги, которое смогло просочиться под его щит и приморозило его ноги к полу, образовав вокруг солидную глыбу льда. Сириус в ответ кинул Редукто немного вправо и Рубящее в центр. Гарри на это повернулся боком, ощутив, как оба заклинания пролетели по обе стороны от него, после чего послал в ответ рой пчел. Взмахнув палочкой, Сириус языками пламени принялся сжигать подлетающих слишком близко насекомых, но ему мешало то, что его ноги были все еще прикованы к полу, и он не мог выпустить Гарри или пчел из поля зрения на достаточное время, чтобы расколдовать их. Нескольким пчелам все же удалось проникнуть ему под мантию и ужалить его, когда он кинул в Гарри Экспеллиармус и Петрификус Тоталус, надеясь хотя бы задеть его. Гарри же стоял за своим воздушным щитом и наблюдал, как заклинания растворяются, не долетев до цели. После чего он уничтожил щиты Сириуса, послал в него Связывающее и приложил сверху для верности Парализующим. Последний противник был повержен как раз со звоном колокола, означающим конец третьего раунда. Толпа на мгновение застыла от увиденного, после чего взорвалась хлопками и криками поздравлений, адресованных Гарри. Это было невероятно. Он вывел из строя всех соперников, что вышли против него. Студенты были в восторге и гордились тем, чего смог достичь их сокурсник. Поднявшись на площадку, Дамблдор взял Гарри за руку и поднял ее вверх, объявив, что Гарри Поттер стал победителем Чемпионата Дуэльного клуба Хогвартса. После чего наклонился к Гарри и прошептал так, что только он смог его услышать: — Чувствуешь себя готовым к дуэли с одним весьма почтенным старцем, Гарри? Гарри сглотнул и оглянулся на отца: «Пап, как думаешь, стоит мне принять вызов Дамблдора?» «Полагаю, что да. Не знаю, сможешь ли ты одолеть его, но если ты продержишься против него пять минут, это наверняка заставит Пожирателей Смерти дважды подумать, прежде чем нападать на тебя. А это, в свою очередь, заставит моих слизеринцев очень сильно задуматься, а стоит ли вообще идти за Волдемортом. Все же они слишком хитры и расчетливы, и не поддержат того, кто может проиграть. Если мы сможем помешать Тому завербовать новых Пожирателей Смерти вместо похищенных, мы ослабим его еще до того, как нам придется вступить с ним в открытый бой». Гарри обдумал то, что сказал ему отец, и кивнул Альбусу: — Да, сэр. Только мне нужно сходить в туалет и попить. Может, минут через десять? О, и вы хотите использовать посохи, мечи, палочки, беспалочковую магию или магию элементалей? Альбус в ответ подмигнул Гарри: — Как насчет того, чтобы удивить меня?

***

Гарри стоял в центре дуэльной площадки в последний, как он надеялся, раз в этот вечер и задавался вопросом, о чем он думал, приняв этот вызов. Да, он победил Мерлина, но до этого он целый год обучался у него и, по крайней мере, знал стиль боя Мерлина, и на что тот способен. Он подозревал, что Дамблдор тоже был элементалистом, то, как он призвал воду, чтобы потушить пожары в Хогсмиде, доказывало, что он был мастером по крайней мере этой стихии. Но Гарри понятия не имел, умел ли тот управлять другими стихиями. Да и беспалочковую магию в исполнении директора он видел крайне мало. Гарри не знал, было ли это все, что он умел, или он, что вполне естественно, не демонстрировал на публике своих реальных умений. Что ж, в любом случае, отступать поздно, он уже согласился. Глаза Альбуса горели азартом в предвкушении соревнования. Прошло уже много лет с тех пор, как его вызывали на дружеский поединок. Будучи дуэлянтом его уровня крайне сложно найти достойного противника. Он изучал технику мальчика весь день и не смог найти особых закономерностей. Обычно Гарри оглушал своих оппонентов, а не использовал другие, более опасные заклинания, чтобы вывести их из строя, что, честно говоря, было отрадно видеть. В остальном же мальчик был крайне изобретателен и непредсказуем, сражаясь с бойцами разного уровня и подготовки. Альбус усмехнулся в бороду. Это, определенно, будет занятно. Он только надеялся, что продержится достаточно долго, чтобы не совсем уж опозориться. Гарри отправил свою палочку отцу. Она бы скорее мешала, а ему требовалось любое преимущество, какое только он мог получить в предстоящей дуэли. Глубоко вздохнув, он мысленно обратился к своему магическому ядру, откуда зачерпнул значительный кусок и поместил его в ближний резерв, так же он направил в ладони столько же энергии, сколько использовал суммарно во всех трех предыдущих дуэлях. Кроме того он призвал элементалей Воздуха, Земли и Огня, чтобы те находились в мгновенном доступе. Заблокировав все внешние раздражители, Гарри полностью сосредоточил свои чувства на магии старого волшебника. Никто, казалось, не удивился, когда Альбус начал светиться силой, но когда ярко засветился уже Гарри, по залу пронеслась целая волна пораженных вздохов и восклицаний. При звуке колокола оба открыли глаза и приступили к дуэли. Они кружили по площадке, ожидая, когда соперник сделает первый удар. Наконец, Альбус направил в сторону Гарри струю воды, на что тот просто описал рукой дугу, заморозив ее в воздухе. Повторив движение другой рукой, Гарри разнес лед на мелкие осколки, которые направил обратно в Альбуса, словно тысяча крошечных снарядов. Альбус резко наколдовал щит, но множество острых игл пробилось сквозь него, порезав мантию, руки и лицо. На открытых участках кожи тут же проявились мелкие пятнышки крови, которые Дамблдор быстро залечил одним взмахом волшебной палочки. Пока директор был занят исцелением, Гарри послал волну магии по каменному полу замка. Толпа ахнула, увидев как вековые плиты становятся жидкими и покрываются рябью, словно вода в пруду. Альбус вовремя заметил это и, взмахнув обеими руками, перепрыгнул через приближающуюся волну. Легко приземлившись на уже твердый пол, он направил веревки на колени и ступни Гарри. Гарри позволил им его опутать, после чего сбросил одним движением пальца. Гарри вспомнил, что Хогвартс предупреждала его о том, что Дамблдор очень любит заклинание Прыжка, поэтому направил на него целую серию случайных заклятий и проклятий, пока продумывал свою атаку. Дамблдор понял, что мальчик что-то замышляет, но был слишком занят, уворачиваясь, пригибаясь и защищаясь от шквала мелких хаотично подобранных (похоже, Гарри даже не особо задумывался, что именно насылает) заклятий, направленных в его сторону, чтобы иметь возможность спланировать эффективную контратаку. Альбус послал в Гарри Рубящее заклятие, которое смогло пробить его воздушный щит и зацепило левое плечо, напомнив ему, с кем именно он имеет дело. Решившись, он начал приводить в действие свой план атаки. Один за другим, с минимальной задержкой, с обеих рук, он бросил в Альбуса огненные шары, один немного ниже другого. Дамблдор струей воды загасил первый и перепрыгнул через второй. Но Гарри не остановился после двух бросков. Он послал целую серию таких же шаров по дуге справа налево, каждый следующий чуть выше предыдущего. Альбус попытался увернуться, чтобы избежать соприкосновения, сумев уклониться от первых двух, но ему не от чего было оттолкнуться, когда он оказался уже в воздухе, и третий огненный заряд попал ему по ноге, чуть ниже колена. Весь зал услышал хруст ломающейся кости и синхронно съежился. Альбус тяжело опустился на сломанную ногу и начал заваливаться. Он был оглушен и связан, после чего подхвачен магией Гарри еще до того, как успел удариться об пол. Еще до того, как кто-либо успел хоть как-то отреагировать, Гарри подхватил старика на руки. Зрители сидели в полном ошеломлении, когда Гарри вытянул над поврежденной ногой Альбуса руку и принялся водить над ней ладонью, пока весь он светился яркой серебряной силой. Освободив Дамблдора от пут, Гарри привел его в чувство и на мгновение крепко обнял. По его лицу текли слезы. — Мне так жаль… я… я… я не… не хотел… причинять вам боль. Это вышло случайно. Я не хотел! Альбус протянул руку и обхватил лицо мальчика ладонью: — Я знаю, дитя. К тому же, ты уже исцелил меня. И я знаю, что ты не хотел причинять мне боль, но иногда на дуэлях, даже дружеских, что-то да случается. Ты выиграл честно. И уж поверь старику, мне причиняли гораздо большую боль, много раз. Наконец добравшись до них, Северус упал рядом с ними на колени и заключил обоих в крепкие объятия. — Отец, с тобой все в порядке? Гарри, не волнуйся, все прекрасно понимают, что это был несчастный случай, что ты не хотел на самом деле причинять ему боль. Отец, тебе надо в Больничное крыло? Альбус мягко усмехнулся, глядя на своих мальчиков. Они знали друг друга настолько хорошо, что Северус без слов понял, какие страхи сейчас обуревали Гарри. — Нет, сын, я в порядке. Гарри проделал замечательную работу, исцелив мое ранение. На самом деле, он влил в меня столько магии, что я ощущаю себя готовым к новому раунду. Давайте все же встанем, пока остальные не решили, что я умер, а вы двое скорбите над моим бренным телом. Северус помог Дамблдору подняться с пола, после чего протянул руку Гарри. Приобняв сына под руку, он почувствовал, как тот дрожит от пережитого шока. Наклонившись к Альбусу, Северус шепнул ему на ухо: — Мне нужно срочно увести его отсюда. У него начинается паническая атака из-за того, что он причинил тебе боль. Толпе не стоит это видеть. Северус несильно стукнул волшебной палочкой Гарри по макушке, наколдовав на него дезиллюминационные чары, скрыв от посторонних взглядов, пока не сможет помочь мальчику взять себя в руки. Альбус кивнул и обратил на себя внимание авроров и клана Уизли, которые уже начали пробиваться сквозь толпу, пытаясь добраться до Гарри. Неспеша продвигаясь вперед, Северус аккуратно огибал людей с невидимым Гарри на прицепе, который продолжал судорожно цепляться за него, ведя их к маленькой двери позади учительского стола, за которой он смог бы снять с него заклинание Невидимости и напоить Успокоительным без навязчивого внимания зрителей. Несколько минут спустя, когда зелье немного подействовало, Северус принялся успокаивать мальчика вербально, уверяя, что все присутствующие понимают, что это был несчастный случай, и никто, даже сам директор, не обвиняет его в том, что он намеренно причинил боль другому волшебнику. В конце концов, Альбус тоже зацепил плечо Гарри Режущим в той же дуэли. Гарри же не пришло в голову обвинять в этом Директора. Он просто залечил порез и тут же забыл о нем. Когда же зелье подействовало достаточно, чтобы слова Северуса все же дошли до его сознания, преодолев приступ паники, Гарри сделал глубокий вздох, поправил мантию, призвал Карус на плечо и вышел, чтобы закончить турнир, как полагается. Карус уткнулась клювом ему в волосы, напевая ему успокаивающую песнь феникса. Он пообещал взять ее с собой в полет, как только сможет, но она призналась, что ей действительно нравится Фоукс, так что она не против проводить время с огненным фениксом, поэтому не в обиде на Гарри за то, что тот в последнее время уделял ей так мало внимания, будучи занят.

***

Взяв внимание на себя, Дамблдор довольно споро выгнал галдящую толпу в коридор, после чего смог заменить трибуны на ряды удобных стульев. Зрители как раз заканчивали рассаживаться, так что никто особо и не заметил недолгое отсутствие Гарри. Альбус взмахом руки пригласил Северуса с Гарри подняться на площадку, на которой обычно располагался учительский стол, после чего поднял ладони, призывая всех к тишине. — Думаю, мне не было так весело уже целую вечность. Возможно, мы могли бы это как-нибудь повторить. Может, в следующем году. Я горжусь всеми студентами, что участвовали в Турнире, и присуждаю десять баллов каждому из них за каждый выигранный ими раунд. Кроме того, я присуждаю по двадцать пять баллов каждому из четырех финалистов и сто баллов мистеру Гарри Поттеру, первому Чемпиону Дуэльного клуба Хогвартса, и вручаю ему этот прекрасный трофей, который будет стоять в кабинете декана его факультета и простоит там, пока мистер Поттер не закончит школу, после чего он отправится в Зал Трофеев. Поаплодируем же нашему новому Чемпиону! Громкие поздравления и аплодисменты вновь сотрясли своды Большого зала. К общему веселью присоединилось даже несколько слизеринцев, что заставило Северуса едва заметно улыбнуться. Тщательно запомнив, кто именно отказался принимать участие в поздравлениях, он сделал себе мысленную пометку внимательнее приглядывать именно за этими студентами.

***

Покинув пещеру, Рита полетела до ближайшей деревушки, расположенной на побережье. Увидев небольшой отель, прямо на берегу океана, она подождала, когда местный поезд подъедет и отъедет, и только после этого приняла свой человеческий облик. Схватив с пола какой-то бумажный пакет, она превратила его в дорожный саквояж и пешком направилась в отель. Ей требовалось немного поспать, а после — связаться с Дамблдором. Может, в отеле найдется карта, чтобы она смогла определить, где конкретно находится. Никто не нашел ничего необычного в том, что она сняла номер на неделю. Дойдя до нужной двери, она зашла в комнату, блаженно опустилась на кровать и погрузилась в глубокий сон.

***

Празднование в Большом зале продолжалось до тех пор, пока сам Дамблдор не настоял, чтобы студенты разошлись по своим спальням. Деканы же должны были проследить, что дети действительно отправились по гостиным, а не продолжили веселиться где-то еще. Со слизеринцами у Северуса не было никаких проблем, но вот Минерве он сегодня точно не позавидовал бы. На его памяти Гриффиндор никогда раньше не выигрывал так много баллов за один день. И в отличии от того раза, когда Дамблдор наградил гриффиндорцев после того фиаско с Философским камнем, эти баллы были действительно заработаны! Он сидел в гостиной Слизерина и тихо разговаривал с теми студентами, кто был готов его слушать. Набралось всего около двадцати пяти человек, но это было лишь начало. Накинув на их группу беспалочковое заклинание Конфиденциальности, которому научил его Мерлин, он заставил каждого ребенка показать левое предплечье, проверив его Проявляющими чарами. Теперь, когда он стал свободен от Темной метки, он мог честно поделиться подробностями жизни Пожирателя Смерти и развеять мифы, которыми пичкали головы некоторым его подопечным с раннего детства. Большинство из тех, чьи родители были Пожирателями Смерти, вспомнили в каком физическом состоянии и с какими «болячками» те возвращались после встреч с Темным Лордом. До этого многие из них не видели или не хотели видеть связи между этими фактами, но теперь подтверждали то, что их декан рассказывал остальным. Он показал им свое чистое предплечье и рассказал, как избавился от Метки. Почти все старшекурсники были поражены тем, как именно Волдеморт использовал метку, что через нее он тянет магию и жизнь из своих последователей. К счастью, к тому времени почти все младшие уже отправились спать. После таких откровений старшие поклялись ему, что не станут примыкать к Волдеморту и сделают все возможное, чтобы никто из их домочадцев не совершили ошибку, которую когда-то сделал сам Северус. Прежде чем снять купол Конфиденциальности, Северус пообещал принести портрет самого Салазара Слизерина, чтобы студенты смогли своими глазами увидеть, каким на самом деле был Основатель их факультета.

***

Проверив тихо кипящее Зелье Поттера, Северус направился в их новые комнаты, чтобы впервые поспать в своей новой кровати. Он с нетерпением ждал, когда все уляжется. Казалось, за три недели, прошедшие с их с Гарри возвращения, у них не было ни минуты покоя. Он знал, что ему нужно проводить больше времени с Гарри, он скучал по их близким отношениям, сложившимся в последний год, кроме того ему очень хотелось поговорить с портретами Основателей и Мерлина, узнать, как сложилась их дальнейшая жизнь. И, в частности, что случилось с незаконнорожденным сыном Сала. Гарри так вымотался за день и был так выбит из колеи своей панической атакой, что Северус дал ему флакон зелья Сна-без-сновидений и попросил сделать хотя бы глоток, если понадобиться, но Гарри сказал, что поговорит перед сном с Хогвартсом, так что он был уверен, что она будет пристально следить, чтобы ему снились лишь хорошие сны. Северус сделал себе мысленную пометку выяснить, насколько сильная связь была между этими двумя на самом деле. Тихо открыв дверь в комнату Гарри, Северус увидел, что тот раскинулся поперек в своей большой кровати, свесив одну ногу и сбросив одеяло на пол. Осторожно переложив сына на подушки головой, он подоткнул ему одеяло со всех сторон. Откинув непослушные пряди со лба мальчика, Северус провел большим пальцем по тому месту, где когда-то был шрам. Наклонившись, он поцеловал его в это место и тихо произнес: — Спи спокойно, сынок. Повернувшись, он заметил портрет Лили и Джеймса, прямо-таки излучающих гордость за сына. Они кивнули ему в знак благодарности и теснее прижались друг к другу. На мгновение задумавшись, Северус тихо произнес: — Вы можете прийти ко мне и разбудить, если ему приснится кошмар? Дождавшись легкого кивка в ответ, Северус пожелал им спокойной ночи и отправился в свою кровать. Завтра предстоит еще один тяжелый день.