История одной твари: Томление Духа

      Готэм — город разврата, беззакония, обиталище тысяч преступников всех мастей и просто клоака Америки, куда не жалко скинуть атомную бомбу в случае чего, но как же я рад видеть этот проклятый город. Даже воздух сейчас казался в десятки раз чище, чем до моего перехода в данж, и это успокаивало. Готическая архитектура больше не казалась такой уж и убогой, а эти снующие по улицам люди серыми кусками мусора. А всё это благодаря тому, что я выжил, да, чёрт возьми, я выжил!       Я прошёл боевое крещение, выжил там, где все сдохли до меня, и был счастлив, впервые реально счастлив в этом мире и… спокоен? Да, наверное, спокоен, так как после всего того трэша, хождения по грани и просто риска я снова почувствовал себя живым! Когда воскрес, я многое недооценивал. Недооценил свою «жажду крови», из-за чего лишилась жизни София, недооценил Памелу, из-за чего её мог лишиться уже я, и главное — я недооценил данжи и переоценил свои навыки. Это проблема всех людей моего склада характера, но мне уже насрать на подобное. Да, я недооценил угрозы для себя и своей жизни, но я справился с ними, вышел победителем из ситуации и стал лучше, а кто не согласен, может идти в жопу. Я тут папочка!       Не помню, сколько шёл бой с той тварью, но, одолев её, я сразу же согласился на предложение Системы покинуть данж и наугад выбрал награду, так как времени больше не было. Патроны кончались, автомат пострадал в прямом столкновении, а заражённые уже оценивали, откуда меня лучше начать жрать, поэтому отступал я хоть и в спешке, но счастливый. Уже прибыв обратно, я сразу же переоделся при помощи инвентаря и поймал такси, указав местом назначения ближайший отель. Водитель даже сначала не хотел меня принимать, и я его прекрасно понимаю: лицо в крови и пыли, в волосах паутина, зато одежда белоснежно-чистая, словно только что с манекена сняли. Но стоило мне просто протянуть одну сотню баксов и сказать, что сдачу он может оставить себе, любые сомнения у него улетучились.       Уже сидя в машине, я смог отдышаться, вспоминая все те события, что со мной произошли за последние два дня, что даже не удержался и засмеялся.       — Ха-ха-ха-ха-ха!!! — смех был громкий, искренний, словно я смеялся над самой смешной шуткой в мире, не жалея свою глотку и показывая, как мне сейчас до умопомрачения смешно.       Не удивлюсь, если таксист уже успел пожалеть о том, что поддался соблазну лёгких денег и взялся довести меня до отеля. Но мне насрать: я смеялся что есть мочи, чуть ли не бился головой об прозрачную перегородку, что разделяла меня с водителем, мой утробный смех вырывался практически без конца, прекрасно описывая моё состояние. Я был счастлив, так, сука, счастлив, что аж страшно, ведь я почувствовал вкус жизни как никогда раньше, и мне захочется ещё! И не сносить головы тем, кто попытается мне помешать в достижении этой цели или попытается отобрать МОЮ ЖИЗНЬ…       Где-то через десять минут после начала поездки, водитель, наверное, проклиная всё и вся за то, что связался со мной, наконец довёз меня до отеля, где я хотел привести себя в порядок и обработать раны, которые получил в результате своих стычек. Стоило мне только выйти из машины, водитель, тут же вдавив гашетку в пол, уехал за линию горизонта подальше от страшного меня. Видимо, мой смех заставил его изрядно понервничать, ведь ассоциация с психами, которые смеются в Готэме, у всех одна, но сомневаюсь, что он принял меня за Джокера, однако точно решил, что с головой у меня не всё в порядке. Не став долго думать над такой мелочью, я пошёл к отелю, который, на вид, был довольно приличный. Не пять звёзд, конечно, к которым я привык, но что-то среднее.       На ресепшене меня встретили с таким же скепсисом, как и водитель такси, но поблагодарив судьбу за огромное количество денег в понимании обычного человека в кармане, я дал взятку бедной девушке, которая думала, как бы меня спровадить покультурнее. Пару Франклинов заставили её пересмотреть своё мнение обо мне, и она даже лично сопроводила меня до номера, попутно строя глазки. Не знаю, на что она рассчитывала, но стоило мне попасть в комнату, как я тут же захлопнул дверь у неё перед носом. Мелочь, а приятно.       Номер, снятый мной, был довольно типичным для такого типа отелей: пастельные тона в интерьере, одна комната, она же спальня, сразу у входа был шкаф, куда можно повесить свои вещи, а около него дверь, ведущая в душевую с туалетом. Комната была обманчиво чистой, но я то знал, сколько здесь всякой заразы, но, если быть откровенным, на мне её сейчас не меньше. Раздеваться самостоятельно я не стал, сил на это уже просто не было, поэтому, отозвав всё в инвентарь, я пошёл в душ и, только сейчас будучи голым, смог обратить внимание на гематому, что появилась на моём левом боку. Слегка надавив на неё, проверил целостность рёбер. Ну, болит ужасно, но лёгкое не пострадало, и рёбра, максимум, треснули. Да уж, бой с той тварью не прошёл для меня бесследно: во время нашего сражения, она умудрилась кинуть в меня парочку камней, и не ото всех я успел увернуться. Один, к сожалению, попал прямо мне в бок, чуть не сбив наш темп сражения, что могло привести к летальной для меня ошибке, но всё обошлось.       Душ я принимал долго, тщательно вымывая все споры, что могли осесть на моей белоснежной коже, те килограммы пыли из волос и цемента, которые попали на меня, когда тварь, уже почти испустив дух, начала метаться по моргу. Первое время вода после меня была черная, но пачки с одноразовыми шампунями и гелями сделали своё дело. Когда, наконец, почувствовал себя достаточно чистым, чтобы не испытывать к себе омерзения, я вышел из душа, обернувшись в чистое полотенце. Настроение было приподнятое, поэтому после столь утомительного приключения, я развалился на постели и просто смотрел в потолок. И неважно, что на кровати куча всевозможных клопов и выделений разной степени мерзости; сейчас просто хотелось поваляться на относительно мягком матрасе и не думать ни о чём. Но, к сожалению, такую роскошь я себе позволить не мог. Сейчас у меня дома находится опасная экотеррористка, которая мановением руки может уничтожить мой дом, поэтому оставлять её надолго без присмотра глупо даже для меня.       Немного отдохнув, я решил заказать в номер еду, поскольку желудок жалостливо напомнил о себе, благо на такие случаи здесь был предусмотрен телефон. Пока мне везли мой обед, решил также перевязать свои раны, которых на моём теле было хоть и немного, но достаточно, чтобы вызвать в случае осмотра у врача подозрения. Чтобы было не так скучно, включил телевизор. Фоновый шум меня всегда успокаивал и помогал сконцентрироваться, любая из моих операций раньше проводилась под музыку так же, как и создание моих творений. Музыка стимулирует нас, придаёт сил, когда кажется, что больше их черпать неоткуда, помогает сконцентрироваться на цели, не отвлекаясь на всякие мелочи. Включив телевизор, начал листать каналы в надежде найти какой-нибудь музыкальный канал, но остановился, когда обнаружил нечто более интересное, чем прослушивания аналогов наших песен из этого мира. А именно интервью, и не абы кого, а самой Чудо-Женщины. Я уже и забыл, в какой интерпретация мира DC нахожусь, и должен бы не удивляться тому, что супергероиня сидит на ток-шоу в стиле Опры, но всё равно было непривычно.       — Диана, Вы — пример для всех девушек земли, — начала свой монолог темнокожая ведущая, — многие феминистки равняются на Вас, а ваше фан-сообщество неуклонно растёт. Расскажите, пожалуйста, а всегда ли Вы были такой и как пришли к тому, кем являетесь сейчас? — обратилась она к Диане, которая сидела напротив неё в кожаном кресле.       — Говорят, что каждый человек делает себя сам. Я согласна с этим утверждением, но оно неполное. Думаю, следует сказать: «Каждый человек делает себя сам при активной помощи близких». У меня была моя мать — королева Ипполита, которая всегда помогала всем амазонкам и женщинам по возможности. Мне перепало чуточку больше, — она мило улыбнулась. — Мне помогали мои сёстры, но, возможно, большую роль отыграла моя наставница Ника.       — Ника? Расскажите о ней поподробнее, — не упустила момента побольше разузнать телеведущая; глаза её загорелись от возможности получить эксклюзив.       — Ника, возможно, самая древняя амазонка. Она обучала мою мать и всех первых амазонок, и если я правильно в детстве научилась читать, то в хрониках амазонок она указана, как первая королева амазонок. Хотя она не любила этот титул и не стремилась к власти. Со временем, когда общество вольных амазонок окрепло и разрослось, моя мать стала королевой. А вот Ника стала наставницей для многих воительниц и генералов-амазонок. Меня она также обучала, и так вышло, что воспитывала. В некотором роде, она стала мне второй матерью. Но через пару столетий нашего знакомства, она стала часто отлучаться из острова. Сначала на пару месяцев, потом на годы, десятилетия. Один раз даже на сто с чем-то лет пропала без любой весточки о себе. А четыре столетия назад она вовсе пропала и не появлялась на острове, — грустно закончила Диана.       — Вы выяснили, где она может находиться? — с сочувствием поинтересовалась ведущая.       — Нет, — ещё больше погрустнела амазонка. — Кроме защиты и помощи женщинам в этом мире, я, если честно, отправилась и для того, чтобы найти Нику. Я искала её и по другим именам, которые она, как я знаю, использовала в мире мужчин: Ника, Вероника, Виктория, Мидори и многие другие. Но нигде её явных следов нет.       — Вы пробовали раньше воспользоваться связью с Лигой Справедливости и Медиа для того, чтобы найти её или обратиться к ней?       — Я не хотела тормошить других, к тому же Ника — очень своеобразный и сложный человек. Если она не хочет, чтобы её нашли, то её и не найдут.       — Даже Бэтмен? — с удивлением спросила женщина, поскольку Брюс уже имеет статус величайшего детектива.       — Не знаю. Я не просила о помощи никого. Я могу справиться и сама, ведь я — Чудо-Женщина, — с гордостью сказала Амазонка и начала излучать уверенность и силу духа.       Из зала послышались аплодисменты и радостные возгласы в поддержку её слов.       — Но, тем не менее, если вы так скучаете по ней, то, быть может, вы обратитесь к ней в прямом эфире? Наш канал «ФемТВ» один из самых популярных благодаря вам, и думаю, мы можем вам отплатить хотя бы частично за ваш вклад в наше дело. И, возможно, в следующий раз мы можем сидеть втроём и слушать Нику, почему она пропала на такой срок и чем занималась.       Диана из Темескиры явно нервничала, но затем кивнула и посмотрела на камеру:       — Ника, здравствуй. Думаю, ты точно услышишь меня рано или поздно, так что скажу прямо. Мне тебя не хватает, — она произносила это милым, почти детским тоном. — Я скучаю по тебе так же, как и скучают мои сёстры. А также моя мать. Тебя не хватает всем амазонкам. Я уверена, что ты занимаешься, безусловно, важными вещами, и знаю, что ты жива и здорова. Но я бы хотела это услышать от тебя, — впервые аудитория увидела слёзы Чудо-Женщины. — Прошу, отзовись.       В зале тут же началось улюлюканье в поддержку Чудо-Женщины: какие-то сопливые фемки начали вытирать хлынувшие слёзы носовыми платочками. Для завершения картины вселенского горя и печали не хватало, чтобы кто-то из них разродился там от напряжения, настолько всё это выглядело мерзко и глупо. Решив, что мне нет дела до каких-то там амазонок, которые давным-давно могли сдохнуть, я переключил канал и наконец нашёл то, что искал. Мечты сладки, как сны. Грёзы опасны и грешны. Я обошёл этот безумный мир. Каждый ищет что-то и хочет. Кто-то ждёт униженья. Кто-то сам хочет унижать. Кто-то хочет искушенья. Кто-то сам хочет искушать.       В комнате заиграл приятный рок, а я смог призвать ещё пару рулонов бинтов и перевязать руку, которая пострадала во время лазания по шахте лифта, и ещё пару незначительных ран, которые получил во время своих уворотов от ударов смертоносной твари. Когда перед тобой стоит выбор: прокатиться по куче битого стекла и камней или попасть под удар машины смерти, то и выбирать особо не приходится, поэтому, во время таких ситуаций, я успел получить пару незначительных порезов, которые скоро заживут.       Когда я почти закончил с перевязкой ран, ко мне в номер постучались.       — Войдите! — крикнул я, так как был занят.       Конечно, это была еда, которую я заказал. Дав пареньку, что привёз мне еду, десятку на чай, я закончил с перевязкой и приступил к трапезе. Здешняя кухня не могла похвастаться какими-нибудь изысками, поэтому я ел обычную отбивную с пюре и кружечкой кофе. Вдоволь насытившись и утолив свой аппетит, я позвонил на ресепшн и попросил вызвать мне такси, так как не знал адреса гостиницы. Девушка очень удивилась, что я уже съезжаю, но задавать лишних вопросов не стала. Машина подъехала почти сразу, об её приезде меня также предупредили, позвонив в номер.       Спустившись к машине в уже более презентабельном виде, я попросил таксиста отвезти меня в центр города в один из магазинов оружия, в котором ещё когда-то закупался Кокс. К сожалению, во время моих сражений я потратил почти все патроны, ещё бы минута того натиска, что испытывал тогда в данже, и я бы просто сдох от того, что у меня тупо кончились патроны, а достойного оружия ближнего боя у меня тупо не было. Таксист, вбив адрес в навигатор, повёз меня, чётко следуя инструкциям навигатора и объезжая почти все пробки, которых сейчас в Готэме было достаточно много.       Пока мы ехали, я тупо пялился в окно, изучая архитектуры города и столь незатейливым способом убивая время. Таксист, судя по всему, был ссыклом или только получил права, но ехал он со скоростью умирающей черепахи, что меня жутко раздражало. Уже достаточно разозлившись на такую медлительность, я хотел предъявить водителю по этому поводу, но вдруг мой взгляд зацепился за трёх странных личностей. По центру города, вдоль магазинов, гуляли три девушки, и хер бы с ними, если бы это были обычные бабы, тогда бы я даже не обратил на них внимание, но они были весьма странными.        Одна из них отдалённо напоминала Харли Квинн за тем исключением, что на ней была обычная одежда, а не костюм арлекина или шортики три миллиметра от киски. Одета она была в чёрную кожаную куртку с белой футболкой и в рваные джинсы, но не в этом было её сходство с Квинн, а в столь же бледной, если не сказать, белой коже, причудливом макияже и двух хвостиках на голове разного цвета.       Вторая девушка из этой компании, что шла справа от центральной, имела столь же специфический оттенок тела, но была ярким представителем готического движения: чёрная кожаная одежда, Анкх на груди, тёмная подводка для глаз, чёрные линзы, зонтик, прикрывающий от лучей летнего солнца, а вид, словно только что из гроба вылезла.       Что удивительно, сопровождала этих двух недомодниц вполне привлекательная девушка в приличной и довольно стильной одежде. Волосы её были цвета вороньего крыла, почти как у меня, и глаза точно такого же цвета, как и у меня — ярко-зёленые, что словно гипнотизировали и выворачивали наизнанку с привкусом странного чувства. Не знаю, как так получилось, может, это случайность, может, воображение расшалилось, но я готов поклясться, что буквально на секунду наши с ней взгляды пересеклись, и она мне подмигнула. Внутренний голос кричал, что нужно остановиться и поговорить с ней, а инстинкты, что нужно бежать. К сожалению, решение приняли за меня, таксист вдруг сказал, что он водитель автомобиля, а не черепахи, и значительно прибавил газу, поэтому мы довольно быстро удалились от той компании.