Postum

Рейх уже давно наблюдает за всем этим цирком. Мальчик-вернее, ангел-стройный, красивый и совершенно одинокий. Обычно, когда небесные дети пересекают окраины Ада, они путешествуют стаями: безопасность в количестве и так далее. Несколько раз он видел ангела, путешествующего в одиночку, но всегда до того, как ангел был страшен и нес пылающий меч, или окутан тайнами Всевышнего. Короче говоря, их всегда было слишком много или слишком опасно для него, чтобы когда-либо приблизиться. Во всяком случае, если он хочет сохранить свою шкуру в целости. Но только не этот ангел. Этот человек один, и Рейх заинтригован. Особняк Рейха находится в одном из самых отдаленных полей подземного мира, ближе к пересечению с человеческим миром. Он обнаружил присутствие одинокого ангела несколько часов назад и пришел посмотреть, что привело сюда одного из его святых кузенов. В отличие от многих представителей рода Рейха, у демона нет ничего интересного или особенно достойного божественного наказания в его недавнем прошлом: ни убийств, ни мучений несчастных влюбленных, ни подкупа героических лидеров. Он даже не пнул ни одного щенка. Как бы то ни было, ангелам не обязательно нужна причина, чтобы хотеть отомстить демонам, по его опыту. Так что пока он не ждет охотника, он заботится о том, чтобы завернуться в темноту, прежде чем он будет тащиться к краю поля. Однако, судя по его бдительности, он не думает, что ему есть о чем беспокоиться. Мальчик не охотник, он слишком бесцельный и рассеянный для этого. К тому же он недостаточно хорошо вооружен. Он просто в дорожной одежде, которую ангелы-посланники носят в дальних путешествиях, хотя она выглядит немного потрепанной по краям. И есть что-то странно печальное в нем, в том, как он двигается. Его голова поникла, и вместо неуклюжей походки, характерной для небесного воинства, этот мальчик шел так, словно нес на своих плечах какой-то огромный, но невидимый груз. Однако его меланхолия и поношенная одежда нисколько не умаляют его красоты. Из рощи деревьев, где он сливается с тенью, демон позволяет себе любоваться стройными конечностями мальчика, его светлыми волосами и идеальной кожей, ощущением скрытой глубины. Он также положительно излучает небесный свет, как маленький, но яркий маяк в темноте. Другие демоны будут привлечены сюда небесным светом; Рейх был просто первым, кто прибыл, потому что ангел пересекал его собственность. И это прекрасное создание слишком скоро поймет, почему—когда они достаточно глупы, чтобы пересечь поля проклятых-его товарищи путешествуют либо стаями, либо тяжело вооруженными. Он смотрит, как он тащится вперед, какое-то непонятное чувство пульсирует в нем. Он не питает особой любви к ангелам, но и не хочет противопоставлять себя ангельскому воинству. На самом деле, прошло уже очень много времени с тех пор, как ему было наплевать на… почти все, что угодно. Но что-то в этом мальчике засело у него в голове, как колючка, прилипшая к шерстяному пальто. Рейх должен был просто оставить его на произвол судьбы, или, самое большее, отпугнуть глупого ребенка. Вместо этого он подкрадывается ближе, потом еще ближе. Есть что—то странное в этом ангеле, что-то другое, что он не может точно определить-это почти кажется, что он потерял свои крылья. Ангелы, конечно, могут спрятать свои крылья, так же как демоны могут спрятать свои рога и хвосты, поэтому он не может быть полностью уверен. Но тот хочет это выяснить. Кто там внушал ему на днях? Тебе нужно завести еще одного питомца. Чем-то занять тебя! Может быть, он так и сделает…

***

Россия так устал. Прошел почти год с тех пор, как он покинул золотые поля. Большая часть этого времени была потрачена на блуждание по человеческому миру, пытаясь оставаться незаметным, незамеченным. Но он не мог долго оставаться на одном месте — слишком нервничает и тоскует. Так что он каким-то образом забрел очень далеко от того места, где должны быть ангелы, и теперь он оказался в этом пустом, одиноком месте. Солнце здесь не светит. Это не ночная тьма, точно; больше похоже на чрезвычайно тяжелый облачный покров, хмурое небо с обещанием дождя. Росс не столько боится темноты, сколько переживает из-за того, что понятия не имеет, где находится. Или, скорее, у него есть идея. Он просто очень надеется, что ошибается. Где бы он ни был, шел он уже несколько часов. Россия оглядывается, видит справа от себя густую рощицу деревьев и направляется к ним. Он подошел к ним метров на двадцать, прежде чем внезапно узнал одно из деревьев—вернее, большое черное пятно на его боку. Осознание того, что он ходил кругами, ударило его, как физический удар, и он рухнул, опустившись на колени и закрыв лицо руками. — О боже, — произносит голос совсем рядом. — Не думаю, что я когда-нибудь видел плачущего ангела. Росс вздрагивает, пытаясь подняться, но безуспешно, лишь опрокинувшись. Его взгляд падает на высокую фигуру, стоящую всего в нескольких футах от него, одетую в элегантный красно-черный костюм, с тёмными волосами и пугающей улыбкой. — Не подходи ко мне нечисть! — он вскакивает на ноги, поспешно пятится назад. Свет внутри него вспыхивает, заставляя его светиться и освещая тусклое поле. Человек-демон вздрагивает, поднимая руку, чтобы заслонить лицо. Но вместо того, чтобы ударить его темной магией, он морщит нос и говорит: — Я бы на твоем месте этого не делал. Это просто привлечет больше внимания, и это действительно не место для этого, не так ли? Россия краснеет, хмуро глядя на демона. Он сам не понимает, что могло спровоцировать его сильнее. Слова которые он говорит, или его рожа, которую хочется ударить немедленно. Сейчас он красный как помидор, то-ли от смущения, или гнева. — Не веди себя так, будто пытаешься мне помочь мразь. — огрызается Россия снова. Демон выгибает одну изящную бровь и действительно улыбается. — Если бы я хотел причинить тебе боль вместо этого, разве не было бы легче, когда ты лежал на земле, свернувшись калачиком и плача? Это отбрасывает его назад. Он колеблется, но лишь на мгновение, его праведность тускнеет. Демон ничего не делает, только спокойно наблюдает за ним. Наконец Росс чуть смягчается, отступает назад и смотрит в землю, прожигая на ней дыру и думая как ответь ему проще, что тот давно его заебал. Его знатно достало отношение к себе, как какой-то кукле, которую можно легко сломать. Ублюдки, которые на его братьев и сестёр готовы трахнуть при каждой возможности можно найти легко, хотя обычно, такая участь будет у всех ангелов, которые не состоят в войсках. Россия не любит к себе подкатов и зачастую обходится несколькими словами, чтобы от него отстали. Для него это какая-то игра, но за одно словечко послать куда подальше пока не получается. Все говорят что он перегибает палку и плохо себя ведёт, хотя закон он не нарушал, да и детишек спасал от «нечестей». Вот так и хочется называть их по другому, но слушать скучные лекции по этому поводу не хочется. Он может придумать себе повод для самоубийства более интересным. Он знает, что глупо отводить глаза от демона. Но это не самая глупая вещь, которую он сделал за последнее время, по большому счету. — Я тебе нечего не сделал. — коротко отвечает он. — Оставь меня в покое. — Ты слишком далеко ушел от дома, чтобы просто погулять, — говорит демон. Его голос обманчиво мягок, но Россия не одурачишь; он знает вопрос, когда слышит его. — Я заблудился, чего тебе не понятно. Глаза есть, вроде, слепой что-ли — говорит он. Несколько мгновений он молчит-достаточно долго, чтобы ангел снова поднял глаза. Рейх наблюдает за ним с непроницаемым выражением лица, что делает невозможным угадать, о чем он думает. России от этого становится не по себе, хоть он этого и не признает. — Ну что ж, — говорит наконец демон, — я далек от того, чтобы указывать ангелу, каким путем им следует идти, но, возможно, я могу пролить некоторый свет на ваше нынешнее положение.- Рот Рейха кривится от собственного каламбура. Россия испытывает два приступа одной и той же эмоции: раздражение от самодовольной самоуверенности демона и раздражение на самого себя за то, что он не может просто отказаться от общения с ним. Может ему не хватает всяких заноз в заднице, чтобы наконец прекратить вести себя так. — Ты один в одном из дальних полей ада, и от тебя исходит Святой свет. Каждое адское существо в радиусе десяти лиг отсюда может почувствовать тебя: бескрылый ангел, далекий от небес и совершенно одинокий. Тут он бледнеет. Свет вспыхивает в его руках и лице снова, и демон вздрагивает и снова закрывает свое лицо. — Я не бескрылый— натянуто отвечает ангел. Демон щурится на него, пытаясь прикрыть глаза рукой. — Это правда, — говорит он. — Значит, есть еще какая-то причина, по которой ты все еще здесь? Я понимаю, что в ад легко долететь, но ты никогда не пересечешь его пешком, как раньше. Теперь лицо России заливается краской от смущения по причинам, которые не имеют никакого отношения к святому огню, кипящему в его руках. Он пытается скрыть свою реакцию, но уже слишком поздно. Он свирепо смотрит на демона, раздумывая о том, чтобы просто взорвать его святым огнем из злости, но—это не то, что должен делать ангел. Не то, чтобы он имел право использовать эту метрику больше. Он опускает руки, и свет тускнеет. Демон снова выпрямляется, и какое-то мгновение они с ним просто смотрят друг на друга. — А чего ты хочешь? — Наконец спросил Росс. — Если ты здесь только для того, чтобы посмеяться надо мной, то катись отсюда, мне почти всегда плевать на чужое мнение, особенно таких как ты. — Не совсем, — говорит демон. Он улыбается, и есть… что-то другое в этом человеке; это кажется менее скромным, так или иначе. — Ты шел по моим землям, и мне было скучно. Я пришел посмотреть, что здесь делает одинокий ангел. — Я уже говорил тебе, что заблудился, — кисло отвечает он. — Действительно, — говорит демон. — Но ты не можешь выбраться отсюда без посторонней помощи. Но не раньше, чем мои товарищи найдут тебя, и я не думаю, что это доставит тебе большое удовольствие. Россия невольно вздрагивает при этих словах. Он не нуждается в том, чтобы демон уточнял; он прекрасно знает, какого рода месть демоны любят требовать от своего вида. — Скажи мне, чего ты хочешь, или оставь меня в покое, — говорит он напряженным голосом. Неожиданно он получает настоящий ответ. — Приезжай на несколько дней в мое поместье, — говорит демон. Он пристально наблюдает за блондином, и его голубые глаза сейчас как будто светятся ярче, словно фонари в голове. — Там никто не причинит тебе вреда, а я буду наслаждаться обществом такой прелестного ангела. И в обмен, я провожу тебя в целости и сохранности до границ моих земель, когда ты будешь готов уехать. Россия пристально смотрит на него. Какой бы просьбы он не ждал от демона, но почему-то не такой. Инстинкт подсказывает ему отказаться—любая сделка с демоном немедленно вызывает подозрение, и ему нельзя доверять. Но что-то заставляет его колебаться. Конечно, вполне возможно, что демон просто играет с ним, но он почему-то так не считает. Как и все ангелы, Россия может чувствовать обман. И хотя он может сказать, что демон не желает ему добра, он… кажется, не желает зла. И это очень странно. Может быть, он просто слишком устал в этот момент. Так долго путешествовал, что он даже не помнит, когда в последний раз по-настоящему отдыхал. — Я не знаю, почему ты интересуешься мной, — наконец говорит ангел. — Я вообще ничего не стою. — Напротив, я думаю, что ты ужасно интересный, — говорит демон. — Не говоря уже о красоте. Я бы очень хотел, чтобы ты приехал погостить у меня ненадолго. — Он приближается, пока не оказывается всего в нескольких футах от ангела. Россия достаточно силён достаточно взрослый, чтобы противостоять чарам демона было так же легко, как дышать. Но вместо того, чтобы сопротивляться, он по какой-то причине обнаруживает, что хочет сдаться. Предложение демона звучит гораздо более заманчиво, чем продолжение его одинокого путешествия, гораздо проще. Все, что ему нужно сделать, это сказать «да». Он сглатывает. Кажется, он не может перестать смотреть на него. Демон улыбается ему, и теперь его улыбка не кажется настолько страшной, чем привлекательной. Россия точно не знает, как должны вести себя ангелы, ведь мало кто вообще окажется в такой ситуации. Только сейчас Россия действительно обидно, что он не послушал близких ему людей и не отправился на службу. — Хорошо, — слышит он свой голос. — Я приду. Улыбка демона становится ярче; все его существо горит от этого, его удовольствие обволакивает воздух вокруг него, почти лизнув его кожу. — Замечательно, — говорит он. А у России, в голове творится полная неразбериха.