Хён, я хочу кушать.

Чимин проснулся рано утром, но его любимой омежки нет. Это немного расстраивает альфу. Хочется проснуться утром, в объятьях истинного, поболтать, а потом уже идти по делам. Но как часто и бывает, Юнги уже куда-то слинял. Чимин приподнимается с кровати, направляясь в душ. Он, можно сказать, играет в игру «угадай куда теперь делся Юнги». Каждый раз это загадка. Он мог выйти в магазин, на улицу покурить, вынести мусор или просто прогуляться в полном одиночестве, чтобы встретить восход. Последний вариант, немного расстраивал. Куда лучше встречать восход со своим альфой. Так ведь? Светловолосый вышел из ванны, напялив на себя серые свободные штаны и белоснежную майку. Пак до сих пор думал, куда ушёл омежка. Из его мыслей, Чимина назад вернул звук с кухни. Небольшой грохот тарелки и, вроде как, сковородки. Чимин явно повеселел. Его любимый никуда не ушёл, а просто решил позаботиться о своём альфе. Чимин находил это очень милым. — Доброе утро~! — Чимин не успел зайти на кухню, но сразу же захотел поздороваться. — Доброе, — с кухни слышался тихий и вялый голос. Наверное не до конца проснулся. — Что будешь есть? — Хм, наверное… — Чимин заглянул на кухню из-за угла. Юнги стоял в боксёрах и длинной, чиминовой футболке, которая еле прикрывала округлое место омеги. А на кухне приятно пахло сакурой, дыней и мятой. И ещё чем-то, но Пак чуял только феромоны своей омежки. В придачу им, теперь на кухне пахло ещё и сиренью с дождём. Из-за запахов, казалось что они на пикнике, после дождя. — Тебя — Прохрипел младший. — Смешно, а по нормальному? — Я на полном серьёзе, Хён. Юнги чуть не упал на пол. Феромоны альфы удвоились в два, а то и в три раза. Еле как, стоя на своих ватных ногах, Юнги тяжело дышал. Он не мог ничего сделать в данной ситуации. Если бы он попытался сделать хоть шаг, упал бы на пол. — Прекрати. — тихо, еле слышно, сказал Мин. — Такими темпами, я свалюсь в обморок. Чимин уже стоял возле омеги, а не в проёме двери. Наклонив свою голову к шее старшего, нежно поцеловал её. Спустившись чуть ниже, так же нежно, прикусил белоснежную кожу Юнги, оставив красноватые следы. — Пожалуйста, Чимин. — промямлил рыжеволосый, а сам очень сильно дрожал. А что Чимин? А Чимин взял за подбородок Юнги и потянул к своему лицу. Он смачно поцеловал свою омежку. Настырно и грубо, но с любовью. Их языки сплетались вместе, и Пак чувствовал холодный шарик на языке своего Хёна. Альфа любил это ощущение. Этот вкус чужих губ. Миновых губ. Юнги очень сильно дрожал. Запах сирени вскружил голову, а запах дождя и вовсе добил. Это самые любимые запахи Мина. Омега отстраняется от своего альфы, с громким чмоком, пытаясь глотнуть немного воздуха. На него смотрят глаза, полные похоти и разврата. Сказать, что Юнги нравится этот взгляд, ничего не сказать. Он с ума от него сходит. Всё тело пробивает крупной дрожью, что кажется, передаётся на пол, как землетрясение. Сердце бешено стучит, что вот скоро не выдержит и остановится. А тело само просит поскорее в него вставить. С двух сторон боксёры Юнги все мокрые. Всё в смазке. Соски виднеются, сквозь любимую футболку, пропитанную запахом альфы. Руки не слушаются хозяина и сами тянутся к любимому месту — Чиминовому паху. Пока альфа смачно целует омегу, Юнги ласкает член любимого, сквозь штаны. Хочется поскорей от них избавиться, они ведь только мешают. — Давай продолжим в спальне, а то у тебя опять будет болеть спина. — Ласково произносит Чимин. — Всё равно. — Я тебя за язык не тянул. Чимин поднимает Юнги и садит на пустую тумбочку. Раздвигая тоненькие ножки старшего. — Вставь уже~ — Юнги не терпится. Всё тело сковывает судороги. А одно местечко так и просит член в себя. — При одном условии, — на лице младшего появляется ухмылка. А в глазах огонёк. — Ты сам себя растянешь. — Да просто вставь~ — Мин сладко растягивает последнее слово. — Нет, Хён. Юнги зашипел от недовольства, но подчинился. Старший стягивает боксёры. Край майки берёт в рот, что бы она не мешала и не заслоняла обзор альфе. Юнги вставляет один палец в дырочку. Вставить получилось без проблем, из-за обилия смазки. Потихоньку проталкивается глубже, но не хватает ни длины, ни толщины. Мин не получает и грамма удовольствия. — Лучше бы ты сразу вставил. — Хмыкнул омега, добавляя ещё два пальца. Альфа наблюдал за этим со стороны с довольной ухмылкой. Его омега сидит на тумбочке, в одной лишь футболке, и мастурбирует, растягивая себя. Что может быть лучше? Всадить ему прямо сейчас, вот что. Но Чимин держится. Добавив четвёртый палец, Мин тихо постанывал. Он начал двигаться грубее. И не заметил, как сам начал насаживаться бёдрами. Кажется вот-вот, и он кончит. Пак достаёт тонкие пальцы и грубо входит на всю длину сразу. Юнги успевает только вымолвить громкий стон. Чимин ебёт его с неслыханной силой, что кажется, трясутся стены. Мин держался руками за другой край тумбы, чтобы альфа, такими толчками, не скинул омегу. Запрокинув голову назад, Юнги стонет. Закатывает глаза. И понимает, что завтра он не встанет с кровати. Но это того стоило. Чимин берёт Юнги за плечи и переворачивает на колени, не доставая свой член. Берёт за руки Хёна и тянет на себя. Юнги прогибается в спине, как никогда раньше. Это поза позволяет достать до самых глубоких мест, от чего Юнги и кончает, закатив глаза. Но Пак не останавливается. Он продолжает вдалбливаться.

***

— Ложись~ — мягкий голос младшего. — Я же говорил, что будет болеть. — Чимин достаёт из кармана согревающую мазь. — Всё равно. Просто вспоминая, как ты меня трахал на кухне, заставляет боль исчезнуть. — Юнги улыбнулся, пытаясь привстать, но тут же скорчил гримасу от боли. — Прекрати~. Твоё здоровье куда важнее. — Чимин лупал своими глазками бусинками. — Ты такой невинный. Я не заслуживаю, такого, как ты. — с грустью сказал Юнги, а сам кое-как перебрался на коленки альфы, ложась на них своим голым животиком. — Ты просто не знаешь, сколько раз я трахал тебя в мыслях. — еле слышно прошептал альфа, заметно покраснев. Но Юнги всё прекрасно услышал. — Хах, давай перенесём твои фантазии в реальность? — Мин начал тихонько вилять своей попкой. — Ты тогда неделю с кровати встать не сможешь. — Вот и отлично. — Юнги широко улыбнулся. — Значит, всю работу по дому делаешь ты! — Договорились~ — Чимин шлёпнул омегу по заднице, которая так надоедливо крутилась.