Мотыльки, ржавчина и полынный дым

У троих сестер — единственный брат, и когда ведьмовские тропы горят, он приходит всего один день в году, амулеты развесить, увести беду. Говорят, уж давно забрал чародей его в замок снов, костей и теней, и теперь десять лет и еще один год, учась ворожбе, он проведет, а потом свершит на крови обряд, чародеем станет. Так говорят. Но единственный день брат приходит в дом. Когда путь открыт. Когда дремлет зло. Он хочет стены заговорить, всегда он против и есть, и пить. Он знает, еще давным-давно весь род был проклят. Его сынов берут учиться те колдуны, и, если всё время крепки их сны, никто не тронет и дальше род. Десять лет. И еще один год. И брат хранит свои сны в костях, прячет их в родовых корнях, вплетая в каждый тот амулет, что хранит сестёр долгих десять лет. Его сны в их косах, отец и мать под защитой чар будут крепко спать. Не знает брат, что три сестры весь год готовят свои дары: рубаху тонкую изо льна, в которую память их вплетена и капли крови всех трёх сестёр, соль их слёз, «он не будет мёртв». Ведь десять лет и год спустя, если сны хранить, они улетят. И забудет брат и себя, и дом, и душою он будет обречен чародеем новым в том замке стать, навсегда себя во тьме потерять и вернуться домой лишь в тот момент, когда будет снова родовой обмен. Сёстры нити с душою навек плетут, рубаха брату — он сейчас так худ, но принял дар и ушел в рассвет, и когда на траве истает след, поймут, проклятье иль брат умрёт. Ведь прошли десять лет. И еще один год.