Доброволец

Сидя за небольшим столиком доктор наблюдала за игрой в футбол и наслаждалась прохладой в тени. — Прячешься от жары? — со спины послышался знакомый голос. Казалось, что эту хрипотцу она узнавать будет до конца своих дней, ибо её обладатель так и норовит втиснуться в жизнь британки. Уже около двух месяцев она живёт в этом монастыре вместе с бандой грабителей, и уже как месяц назад у неё закончились отговорки для начальника, так что теперь она наконец-то взяла отпуск. — Ещё я прячусь от тебя, Андреас! — девушка одарила мужчину улыбкой, а потом скорчила грустную гримасу. — Но я провалилась. Её собеседник расположился в кресле рядом с ней. — Кстати, ты так и не открыла тот конверт… В последнюю свою поездку в Мадрид кроме того, что она посетила Национальный банк, забежала ещё в клинику и забрала результаты обследования. С тех пор конверт так и лежит запечатанным на комоде в её спальне. — Не хочу расстраиваться, — не отрывая взгляда от игры ответила Летиция. — По крайней мере сейчас…

***

После очередного урока Найроби Все-таки уволокла Бакстер к себе. Войдя в комнату она встретила Токио, Ракель и Монику. — Наконец-то! — воскликнула Моника. — Найроби удалось это сделать! — Что ей удалось? — с лёгкой улыбкой и недоумением в голосе поинтересовалась Бакстер. — Притянуть тебя сюда, принцесса, — подошла Токио и вручила ей стопку с текилой. В голосе испанки уже не было той злости, которую она направляла в сторону доктора при малейшей встречи. Громкая ритмичная музыка долго играла, заставляя британку присоединится к танцующим испанкам. Поначалу Бакстер сковано имитировала танцевальные движения, но по мере увеличения количества выпитых рюмок текилы, она позволяла себе расслабиться. — А что за повод для праздника? — перекрикивая музыку доктор спросила у Найроби. — Я стану мамой! — воскликнула девушка. — Найроби станет мамой! — подхватила Токио. Всё вокруг были рады такой новости даже не вникая в детали. Просто радовались. Если Найроби радуется, значит это действительно хорошая новость. Без исключений.

***

Бакстер раньше всех покинула праздник. Медленно шагая она направлялась к себе в спальню. Монастырь казался пустынным, хотя ещё не было и восьми вечера. Шаг за шагом доктор понимала, что завтра будет тяжелое утро. Надо быть осторожней с текилой, а иначе потом будет плохо и физически, и морально. Дверь издала истошный скрип, впустив её в спальню. Упав на кровать Летиция поняла, что завтра она первым делом попросит кого-то смазать эту дверь, а потом только займётся чем-то полезным. После недолгих размышлений, девушка встала и направилась к комоду. Достав порцию таблеток из органайзера и добавив к ним ещё и две таблетки сорбента, налила в стакан воды из графина, и по очереди выпила лекарства. Закончив ритуал она взглянула на конверт, который лежал на краю комода. По факту, два листа бумаги, которые способны перевернуть всю её жизнь с ног на голову. Да и британке не так страшно узнать, что с ней сейчас происходит, а страшно представить какой её жизнь будет после этого. Как она будет стареть быстрее других, как будет становится беспомощной, и как, в итоге, умрёт в одиночестве. Глядя, на этот конверт, в её голову не приходит мысль, что там хорошая новость, ведь она точно знает, что с ней не все в порядке. И даже если внутри лежит бумажка «все в норме», то обязательно найдётся другая, где будет «отклонение от нормы/патология». Взяв в руки конверт, Бакстер стоя в полумраке долго его крутила его в руках. Собравшись с мыслями, британка включила настольную лампу и достала специальный ножик из верхнего ящика комода. Ранее любимый ритуал превратился в пытку. Медленно вскрыв конверт, достала сложенный вдвое лист и раскрыла его. Ещё несколько минут она вчитывалась в текст. Дойдя до графы «Заключение» доктор остановилась, пошла присела на кровать. Собравшись с мыслями она перешла к прочтению своего приговора. Проведя физикальные, лабораторные и инструментальные исследования, а также учитывая отягощающий семейный анамнез предполагается наличие мультисистемной атрофии. В один миг будто из-под её ног ушла земля, несмотря на то, что она себя готовила к неочень хорошим новостям. По её щекам покатились слезы, которые она даже не смахивала. Бакстер просто сидела и перечитывала свой диагноз. Мультисистемная атрофия Неожиданный стук в её дверь заставил отложить письмо и вытереть слезы. — Проходите, — после её слов дверь приоткрылась и в комнату вошёл как всегда улыбающийся Андреас. — Вижу ты набралась смелости, — он аметил рядом лежащие с девушкой письмо, и улыбка исчезла с его лица. — Могу ли я спросить что там? — Читай, — британка наклонилась к прикроватной тумбе, достав оттуда флягу и два стакана, она налила в них немного бренди, — вряд-ли я смогу это произнести вслух. Взяв в руки лист испанец взглянул на последнюю графу, и перевел взгляд на девушку, которая уже протягивала ему ставка с алкоголем. — Мне жаль, Летиция, — он принял напиток. Бакстер кивнула ему в ответ. — Знаешь что самое обидное? — получив отрицательный ответ, девушка продолжила. — Я планировала прожить сто двадцать лет. Даже придумала как прожить так долго с болезнью Паркинсона, но жизнь меня переиграла… Мужчина присел рядом с Летицией, и она сразу положила свою голову на его плечо. — А теперь, — она продолжила, — мне надо придумать, чем я займу себя в последние месяцы жизни. — Меня поражает ход твоих мыслей! — удивлённо воскликнул грабитель. — Ты странно мыслишь! — Не странно. Если я начну унывать, то уже завтра вы найдёте меня повешенной. Я пытаюсь себя спасти! — Так может тогда научишь спасаться? — такая просьба заставила её подняться и посмотреть в глаза своему собеседнику. — Потому что я себя давно списал.

***

Оставшись наедине после ухода де Фонойоса, Летиция вышла на свою веранду. Увидев звёздное небо и прекрасный вид на море, она немного успокоилась. Природа почти всегда приносит умиротворение. Так может тогда научишь спасаться? Всё чаще британка стала замечать попытки этого человека втиснуться в её жизнь. С самого начала. С операции в Монетном дворе и по сей день. Хочешь не хочешь, но проскакивает мысль, что она ему не безразлична. И ей от этого не по себе. Что может сотворить человек с нестабильным ментальным здоровьем, если окажется, что его чувства не взаимные? И взаимный ли они вовсе? Ответов на эти вопросы у Летиции отсутствовали.

Обидно, когда разбивается сердце…