Касание волны

      В объятиях матери Белле было тепло и уютно: словно пятилетняя девочка, она прижималась к ней. — Пойдем, я приготовила тебе завтрак: то что ты очень любишь.       Белла с матерью прошли на украшенную живыми цветами террасу. Вид с балкона был на маленький ухоженный парк и радовал глаз. Посередине зелени, словно раскрытый зонтик, бил фонтан. И почему раньше Белла не замечала, что бортики мраморного бассейна украшали искусственные морские звезды?       Огромная тарелка с яичницей, похожей на улыбающийся смайлик, графин свежевыжатого апельсинового сока, тосты и большая тарелка с фруктами. Белла, увидев эту красоту расплылась в счастливой улыбке. — Мам, всё как в детстве. — Присаживайся, моё сокровище, — Андромеда опустилась на плетёное кресло, и расслабилась. — Рассказывай, как там Оливер? — С Оливером все хорошо: он просил тебя обнять и поцеловать, служба его затянула. А ещё, я думаю, у него кто-то появился, но он тщательно скрывает. — Есть в кого, — Андромеда звонко рассмеялась. — Мам, — девушка положила себе небольшой кусок яичницы, свежие овощи и налила апельсиновый сок. — Я очень рада, что смогла отправиться в Атлантиду. Привела в порядок мысли в голове, сменила обстановку. Отдохнула. Сходила первый раз в их местный ночной клуб. — И как? — с любопытством поинтересовалась Андромеда. — Сильно от наших отличается? — Ну, как тебе сказать, — замялась Белла, отпивая небольшой глоток из бокала. — Все тоже самое: так же красуются друг перед другом. Так же пьют. У них есть такой интересный коктейль, похожий на наш абсент, но сильнее ударяет в голову. — Ты пробовала? Я надеюсь, тебе не стало плохо? — Да нет, всё было хорошо, — Белла не стала рассказывать матери, как напилась и обнимала местный туалет. — Как папа, как дедушка? — С отцом и дедом мы общались мало. Оба всё время заняты. Папа постоянно вспоминает тебя. Но служба не позволяет чтобы подняться к тебе на поверхность. — Ой. Чуть не забыла, — Белла полезла в сумочку, и достала оттуда небольшой металлический футляр, украшенный причудливой резьбой. Это- тебе подарок от отца. — Что это? — Андромеда взяла в руку увесистый футляр и открыла его. Внутри лежали три длинных сосуда, напоминающие маленькие пробирки.       Женщина аккуратно достала одну из пробирок, вытаскивая из плотной упаковки, и поднесла к свету. Цвет смеси был темно- зелёный, а консистенция- густой. В упаковке лежала инструкция Когда Андромеда развернула лист, её руки задрожали, лишь только она увидела знакомый почерк.       «Любимая моя, дорогая моему сердцу женщина. Прости, что не могу в последнее время выходить к тебе так часто, как хотелось бы. Я знаю, что у тебя скоро день рождения. И хочу сделать подарок: то, что находится здесь, это последняя наша разработка. Эта сыворотка поможет тебе приходить ко мне когда захочешь.»       На обратной стороне листа была инструкция по применению препарата. Андромеда не нашла слов, что сказать. Неожиданная радость предвкушения что она может сама спуститься и побыть с милым сердцу человеком. — Мам, ты чего так разволновалась? — Я не понимаю, — дрожащим голосом ответила она. — Сейчас я постараюсь объяснить: я слышала краем ухо о этой разработке учёных Атлантиды. Эта вакцина дарит способность дышать под водой, она заполняет лёгкие кислородом, и неопределённое время и можно спокойно спускаться на глубину, — Белла пыталась успокоить волнение матери. — Но…но как такое возможно?! — Атланты намного опередили нас по технологиям и науке. И это самый потрясающий подарок, какой он мог для тебя сделать. Мама, он даёт возможность тебе приходить к нему когда захочешь.       Белла отложила вилку в сторону, встала из-за стола и подошла к матери. Но радость на лице женщины длилась недолго. — Я не смогу принять его. Это слишком дорогой подарок. Сделав его мне, он подверг себя риску. Это же наверняка секретная разработка. И я не знаю, насколько это законно. — Я так не думаю. Он не глупый человек и не будет подвергать себя такому риску. Это награда им за службу от короля. Артур справедливый и мудрый правитель. И знает, что делает.       Андромеда тяжело вздохнула, положила сосуд на место и закрыла футляр. — Я не знаю, получится ли у меня. — Мам, у тебя все получится, подожди, — Белла стала рыться в сумке. — Вот держи, это пропуск в столицу на твое имя. — Она достала белый прямоугольник с нанесенным на него черным квадратом, похожим на штрих код и символами вокруг него, обозначающее данные. У меня такой же.       Женщина тяжело вздохнула и покрутила в руках пластиковый пропуск. — Мам, ты и сейчас так же любишь моего отца? Ведь он всю жизнь был так далеко от тебя. — Да. Я никогда не переставала его любить. Мне было девятнадцать лет, как и тебе, когда я нашла его ранним утром во время купания, лежащего на берегу. И меня словно сразила молния. Я не могла оставить его там, раненого и без сознания. Хорошо, что я жила одна, и ни у кого не возникло вопросов по поводу того, кто это. Я еле доволокла его до дома: ты себе не представляешь, что значит тащить здоровенного мужчину. Кое-как я уложила бессознательное тело на диван на первом этаже. Сменила мокрую одежду, укрыла тёплым одеялом.       Через сутки он пришел в себя, и чуть не убил меня, уложив на лопатки и схватив за горло. Когда я уже начала терять сознание от удушья, он отпустил, поняв, что от меня не исходит угрозы. Да и какая от меня угроза? Какой он и какая я по телосложению. Потом он объяснил мне, как оказался на том берегу и кто он такой. Естественно, я не поверила. В доказательство он показал несколько трюков с водой: он сделал дельфина, стоило мне открыть кран. Я была молодой девятнадцатилетней девушкой, он -взрослым мужчиной, намного старше меня. В его голосе звучала сталь, а речь была убедительной, но взгляд по весеннему теплый: я первый раз в жизни встретила такого человека.       Он быстро шёл на поправку, раны, что были на боку, как ни странно, затянулись. Мы часто вечерами сидели на берегу у костра, и разговаривали, глядя на то, как волны касаются песка, а когда шел тропический ливень, то сидели у камина и я читала вслух классику мировой литературы. Он с удовольствием слушал, смотря как огонь играет с поленьями. — У нас нет огня, — он тяжело вздыхал, и было видно, что он скучает по дому.       Я старалась выбирать что-то не очень длинное, и после прочтения, за чаем, мы спорили, отстаивая каждый свою точку зрения. Это было невероятные мгновения, и я просто наслаждалась его обществом. И привязывалась к нему больше и больше.       Он рассказывал об Атлантиде и мне захотелось хотя бы один раз там побывать. Но я понимала, что это невозможно. Я чувствовала, что с его появлением мой мир изменился.       Восстановив свои силы, он вынужден был вернуться в море. Он попросил не провожать и просто ушел. В тот миг будто время остановилось, и мою жизнь разделили на до и после. Как жить без него, я не знала. Это была моя первая любовь, и, как видимо, единственная. Я понимала, что мы разные и у нас нет будущего. Чтобы отвлечься от грустных мыслей, я направилась в бассейн. Вода всегда действовала на меня как успокаивающее. Я разделась и нырнула в бассейн, но вода показалась холодной, то ли нагревательный аппарат сломался, то еще что… судорога свела обе ноги и мое тело потянуло вниз. Я как могла барахталась и кричала, звала на помощь, надеясь что кто-нибудь услышит, но понимала, что в доме одна. Я пыталась выплыть, но не смогла. И ощутила, как иду ко дну. Я уже попрощалась с жизнью и закрыла глаза, как почувствовала, что кто-то вытащил меня. Этим человеком оказался твой отец. Я просто вцепилась за него, боясь снова оказаться в бассейне. — Как ты тут оказался? — тресясь от страха, спросила я, но он ничего не ответил. Его лицо было другим. Не таким, как обычно: задумчивое, взволнованное и суровое.       Он просто взял полотенце, завернул меня в него, поднял на руки, словно я ничего не весила, и отнес в спальню. Посадил на кровать и вышел. Я сняла мокрый купальник, переоделась в теплый халат и спустилась в холл. Он был на кухне и заваривал горячий чай.       За окном разбушевалась непогода, словно толстые тяжёлые тучи шли войной друг на друга. Меня всегда привлекала гроза. Мне нравилось смотреть, как сверкает молния в темном небе, и дождь, словно юный барабанщик, барабанит по окнам и крышам, отбивая ритм. А воздух? Воздух после дождя…Я смотрела в окно и так залюбовалась стихией, что не услышала, как он подошёл ко мне сзади, обнимая, облокотил на себя, протягивая чашку. — Ты замёрзла. Я заварил чай, выпей, тебе надо согреться. Вода в бассейне слишком холодная и ты до сих пор дрожишь.       Я так резко развернулась, что чай из чашки пролился на него, а он стоял, словно ему было нипочем. Твой отец поставил её на подоконник, и приблизился ко мне настолько, что нас разделяли лишь пара сантиметров. Меня охватило чувство, что воздух сжался вокруг нас, а внутри все затрепетало… — Почему ты вернулся? Ты должен был уплыть домой. Как ты узнал, что со мной случилось? — я не сводила с него глаз, словно загипнотизированная — Я ушел ни сразу. Что-то меня удержало. Я просто стоял и смотрел, как ты закрыла дверь, а когда услышал твой крик, бросился обратно. Прости, не так я хотел попрощаться, но я сдерживал себя, понимая, что ничего не могу дать тебе. — Я не понимаю, о чем ты.       Он наклонился и поцеловал меня. Так страстно, что я потеряла голову. Я не думала о том, что будет дальше. Хотелось наслаждаться моментом, раствориться в его поцелуях без остатка, насладиться прикосновениями его рук ко мне. Я его хотела очень сильно. Так сильно, как не хотела ни до ни после ни одного мужчину. Он посадил меня подоконник, распахнул халат и… — Мам, опусти подробности. Я и так догадалась, что у вас было. А после этого у тебя появились двое: я и Оливер, — она мило расплылась в улыбке.       Мы оба понимали, что рано или поздно должны расстаться. Наше прощание было на берегу океана, на фоне заходящего солнца, и я не могла сдержать слезы. Он нежно обнимал и говорил успокаивающие слова. Потом снял кольцо с пальца и вложил мне в ладонь. — Храни его и не забывай меня. Мы обязательно встретимся. Ты подарила мне незабываемые дни и счастье, которого я не знал ранее. Я люблю тебя, моя девочка.       Нежным поцелуем он коснулся моих губ, и волна скрылась его собой. Я сидела до самого рассвета, смотрела на огромный диск луны, и слёзы катились из глаз.        Я жалела только об одном, что не сказала, что люблю его. Просто не смогла.       С рассветом я уехала в аэропорт, а спустя полтора месяца узнала, что беременна вами. Но как рассказать об этом родителям, я не знала. Они бы не поняли меня. Но на моё счастье, которое мне подарил Бог, мой друг предложил выйти за него… — Боб. — Он самый. — Мама. У тебя потрясающая история, — голос девушки немного сник. — Белла, — Андромеда взяла дочь за руку. — Почему ты так погрустнела? Мне кажется, что ты что-то не договариваешь. — Мама, я наверное сделала большую глупость, — дочь, глубоко вздохнув, поведала все то, что с ней произошло. — Белла, я не считаю что это было глупостью. У каждого из нас бывают такие моменты в жизни. Но мы не должны забывать принимать средства экстренной контрацепции. Белла задумалась об этом, но по её подсчётам, тот день был безопасным, и была гарантия, что она не забеременеет от Орма.       Обняв маму, Белла ушла к себе в комнату, выпила таблетку, которую предусмотрительно купила чтобы не забеременеть, и прилегла немного отдохнуть. Спустя полтора часа Андромеда разбудила дочь: — Милая, Боб должен отвести тебя в аэропорт.       Глядя в иллюминатор самолёта на заходящее солнце, Белла думала об Орме и мысленно задавала себе вопрос: что будет дальше? Она не заметила как уснула, а самолёт разрезал ночное небо, и лишь серебристая луна освещала ему путь, унося уставшую девушку прочь из родного дома во Флоренцию, где её ждал контракт…