Скайрим. Пролог. Айрис в Скайриме.

Уж не знаю, сколько времени я провалялся без сознания, но, открыв глаза, я первым делом увидел высоченный каменный потолок, а затем чуть было не оказался задушен своим собственным хускарлом. Лидия была вся в слезах, но счастливо улыбалась. Неужели я и правда так ей дорог? - Тан, больше не пугайте меня! - тихо попросила девушка, а я лишь слабо кивнул в ответ. - Вы пробыли без сознания три дня... Лидия бы, наверное, продолжила говорить, но нас прервали: - Я вижу, ты очнулся, темный эльф? - голос старца был громким и пронизывающим. - Твоя рана обработана, и скоро слабость пройдет, а сейчас отдыхай. Девушка, перестаньте на нем сидеть, вы похожи на путану, - покраснев, Лидия освободила меня из своих объятий и отошла в сторону. Старик хотел было покинуть нас, но у меня еще остались вопросы: - Подождите, я хочу кое-что прояснить. Зачем вы, Седобородые, призвали меня на эту верхотень? - старец дернулся и внимательно стал изучать меня, по его опечаленному лицу я понял, что не подхожу под их критерии. - Темный, уж не хочешь ли ты сказать, что ты Довакин? - пфф... Как сказал то, будто я никто и звать меня никак! Лидия заметно насупилась, и я даже умилился: любит своего хозяина. Старик смотрел выжидающе, а я заулыбался и кивнул. - Не верю, ты не похож на носителя души дракона! – тут я даже обиделся. Я, конечно, не могучий норд, но и не принцесса какая-нибудь. - Вот, ты, старик, не поверишь, но мне тоже как-то не очень-то и хочется быть этим вашим Дуракином. Может быть, это и честь и вообще очень важно, но я хочу не этого, - мне действительно мало радости от подобных перспектив, но что поделать, если мне уже Азура с Морой мозг весь вскрыли на эту тему и доказали мою принадлежность к этим Довакинам. - Хм, мне нужно обговорить это с остальными, а ты можешь спуститься в столовую и поесть, - сказал старик и быстро смылся. Что ж, я не против. Через полчаса бесплодных попыток встать самостоятельно, я таки прибег к помощи своего хускарла. Лидия была вне себя от счастья, что ее любимый тан перестал строить из себя недотрогу. Кое-как дойдя до столовой и при этом промерзнув до костей, я кинулся к очагу. Как они здесь вообще живут?! Ног я уже не чувствовал, вернее, чувствовал их как две ватные опухшие колонны. Кислорода не хватало, дышать приходилось часто, а от малейшего движения пульс начинал зашкаливать. Ел я последний раз на дневном привале, и это был кусок замёрзшего ржаного хлеба и такого же замёрзшего мяса, и поэтому горячая подгоревшая овсяная каша, сваренная на воде, которую нам с Лидией вынесли послушники, показалась мне королевским блюдом. Только её оказалось мало – старцам такого количества, возможно, и достаточно, но мне, хоть и маленькому на вид, после дневного подъема на гору и последующих трех суток обморока, ее было на один зуб. Ну, не страдал я потерей аппетита на высоте, хоть и ощущал на себе признаки горной болезни! - Твое имя Айрис? - голос старика был как раскат грома, и я поморщился - не люблю я громких звуков - слишком тонкий слух как издержка профессии. Но я кивнул, вгрызаясь в кусок хлеба с мясом, который Лидия выудила из вещевого мешка. Интересно, здесь вода есть, или нужно идти за снегом и растапливать его? - Я думаю, - сказал он, - твое состояние не подходит для таких серьёзных разговоров. Лучше поговорить завтра, а сегодня ты отдохни. Послушники уже приготовили вам кельи. Но я могу сказать тебе одно: обучать пути Голоса Драконорождённого – это честь для нас. И здесь честь. В Скайриме, похоже, никуда без неё… - Я не могу быть Драконорождённым, ваш предшественник именно это мне заявил, - без надежды, что мне поверят, возразил я. - Это ошибка? - Айрис, - улыбнулся старец, - давай обсудим все завтра. Можно подумать, завтра что-то изменится. Разве что прибежит ярл Ульфрик и заявит, что он Довакин и хочет сам убивать драконов. Молодой послушник проводил нас с Лидией в нашу келью. Она была огромной, на две каменные койки, накрытые несколькими шкурами, и один грубо сколоченный деревянный комод, остальное пространство пустовало. Узкое окно-бойница было забрано снаружи деревянными ставнями, сквозь щели в которых задувал ветер. У двери стояла каменная чаша с тлеющими углями - комнату они не грели совершенно, и по моим меркам, здесь было не просто холодно – здесь было очень холодно. Я присел на кровать и задумался, есть ли смысл спать прямо в одежде. В конечном счете решил, что обувь можно и сбросить, а вот мантию и легкую броню под ней я снимать не собирался даже под страхом смерти. Стуча зубами от холода, я подумал, что учить язык драконов придется явно не один день. Да я здесь за неделю, ну может, две, окочурюсь! Утро радости не принесло. Мало того, что я замёрз ночью, сумев поспать всего пару часов, так и на завтрак была лишь маленькая чашечка заваренной пшеничной муки с небольшим ломтем солёного мяса. Послушник, правда, увидев моё выражение лица, добавил мне ещё одну ложку пшени – так, вроде, это блюдо называется, - но эта ложка погоды не делала. В результате на встречу с Арнгейром в его келью я пришёл замёрзший, не выспавшийся и голодный, а потому жутко злой и нервный. -Айрис, - Арнгейр тяжело посмотрел на меня, всем видом своим выражая свое недовольство мной, а я не удержался и фыркнул,; старик посмотрел еще более неодобрительно и заговорил сухим, не предвещающим лично мне ничего хорошего тоном. - Ты должен понимать, что Путь Голоса очень важен, и потому ты пройдешь все тренировки, прежде чем я позволю тебе попробовать кричать. Первым занятием будет испытание силы воли и физической выдержки. Встань на колени на ковер посередине этой комнаты и замри, - скомандовал Арнгейр. - Это чаша покоя, держи ее в правой руке на весу… Это чаша силы, также держи ее левой рукой на весу… А это - чаша тишины. Ее ты должен удержать на голове. Когда всю эту дрянь на меня таки водрузили, я уже понял, что долго не продержусь - я хочу спать и есть, а тут эта тренировка, чтоб ее! Старик вышел, а я, как идиот, остался. Прошло около часа, а может, больше, и меня начало клонить в дрему, а через еще минут двадцать я окончательно сдался и уснул. Странно, но звона чашей я не услышал. Все вокруг было уже привычно моему взору - те же книги, которым нет конца-края, и та же пыль на них. Самого Моры пока видно не было, и я от нечего делать решил хоть немного отдохнуть - в конце концов, здесь в разы теплее гребаного Хротгара. Мимо проплывали Искатели и, кажется, меня они совсем не замечали, что, впрочем, мне было только на руку. Снов я не видел, лишь кромешная тьма, но так было даже лучше. Странно... Кто-то старательно теребил меня, пытаясь разбудить, но зачем, я так устал... - Проснись, глупец! - рявкнули мне прямо в ухо, и я быстро распахнул глаза. Два совершенно черных глаза смотрели на меня, не мигая, сам их обладатель фыркнул и, отпустив мои плечи, отошёл на некоторое расстояние от меня. - Ты дурак? Смертный, сам Ситис явился в твой сон, а ты не хотел просыпаться, - я, уже более менее пришедший в себя, успел отметить изменившуюся обстановку и осознал, что мы явно не в Апокрифе. – Конечно, мы не в моем плане, Азура предпочла сама о тебе позаботиться и сейчас ругается с Ситисом, а ты лежи уже. Потом, когда я решу, что твой дух окреп, я отправлю тебя обратно в Нирн, но сейчас лежи… И слушай меня. Я кивнул, - по крайней мере, попытался это сделать, но тело не слушалось, и пришлось лишь вяло промычать что-то в ответ. Судя по тому, как Мора довольно хмыкнул, я услышу многое, а моя неспособность ответить его очень даже устраивает. Что ж, я не против, к тому же, как оказалось, послушать было что...