— Хён, трахни меня.

— Хён, трахни меня. Именно это сказал пьяный Пак Чимин, когда Юнги тащил того до его комнаты. Сказать, что Юнги был удивлен — ничего не сказать. Если с пьяными приставаниями — смазанные поцелуи в шею и в подбородок, неумелые подкаты — старший старался мириться и сдерживаться, то тут, уж простите, сложно игнорировать младшего. — Чимин, что за хрень ты несёшь? Мин был уверен, что утром Пак ничего не вспомнит, и их отношения на уровне «хён» вернутся. Старший доводит пьяного танцора до комнаты, а там и до кровати, и скидывает тяжёлую (хотя очень даже лёгкую, так считает Мин глубоко внутри себя, но признаваться в этом хочется в последнюю очередь) тушку на кровать. На это Пак лишь протяжно стонет и бормочет что-то себе под нос. — Юнги-и… Трахнуть сложно?.. — и дальше идёт что-то неразборчивое. — Слушай, мелкий, если я тебя трахну, утром ты сидеть не сможешь нормально, что уж говорить о ходьбе. — Ой, ты просто боишься не удовлетворить меня. Вдруг… Твой член маленький, и мне не понравится-я. — Ты... Блять, ты такой... Юнги резко наваливается на Чимина, прижимает к кровати и также резко обхватывает своими губами губы младшего. Чимин от неожиданности стонет прямо в поцелуй, а Мин пользуется этим и языком проникает в такой манящий ротик. Все достаточно грубо и быстро. Юнги по-другому не умеет, хотя этой пьяной тушке хочется дарить только мягкие прикосновения и нежные поцелуи. Чимин сам не понимает, когда его руки начинают судорожно бороться с ремнем на джинсах Юнги, не прерывая при этом поцелуй. После нескольких попыток он бросает это дело и переходит к груди парня: проводит своими маленькими ладошками по груди, медленно спускается к животу, затем достаточно быстро переходит на спину, где сжимает футболку Мина, ибо тот прикусил его губу и, кажется, до крови. Никогда в жизни Юнги так быстро не возбуждался. Он, почти не прерывая поцелуй, снимает кофту с Чимина и сжимает правый сосок пальцами. Очередной стон дает зеленый свет на другие, более извращённые действия. И Мин быстро проводит рукой вниз и также быстро спускает джинсы Пака вместе с боксерами. Юнги отстраняется от таких желанных полных губ и в последний раз смотрит на Чимина, чтобы найти хоть каплю сопротивление, но ее просто нет. Вид, который открылся для старшего, заставляет судорожно сглотнуть. Он начинает покрывать мокрыми поцелуями шею танцора, слегка прикусывая, на что тот выгибается навстречу и тихо постанывает, с новой силой сжимая плечи Мина. Все происходит настолько быстро, — Юнги уже проводит языком по головке члена Пака, тот стал перебирать пальцами короткие волосы рэпера — что младший теряется в своих чувствах и ощущениях. Мин начинает отсасывать Чимину, как профессиональная шлюха, так думает сам танцор, так как раньше ему никто не доставлял подобное удовольствие. Старший понимает, что все делает правильно, когда берет член глубже в рот, а Чимин протяжно стонет и сам делает толчок вперёд. Мин сдерживает рвотные позывы из-за порыва младшего, стараясь расслабить глотку и дать Паку все, что он хочет. Чимин же начинает достаточно активно двигать бедрами и уже сам задаёт темп, почти неразборчиво шепча «хен» и «Юнги» с порцией стонов Спустя пару минут Чимин толкается глубоко в рот парня и обильно кончает с громким стоном, даже не предупредив. Юнги с небольшим отвращением все сглатывает, позже осознавая, что сперма мелкого все также достаточно приятна на вкус. Мин отстраняется от члена и внимательно смотрит на Пака, который тяжело дышит, прикрыв глаза. — Боже, Юнги… П-прости, я... — голос танцора севший от стонов. — Не извиняйся. Нам обоим было приятно. Юнги припадает своими губами, на которых ещё можно чувствовать вкус чужой спермы, к чужим губам. На этот раз поцелуй долгий и нежный. Под конец рэпер ощущает, что Пак совсем перестал отвечать на его действия. Отстранившись, Мин понимает, что эта мелкая задница уснула. Уснула, когда они целовались. Уснула сразу после минета. Тяжело вздохнув, он поднимается с чужой кровати и находит свою футболку на полу. Юнги в последний раз невесомо касается губ, накрывает пледом, что лежал не так далеко, младшего и выходит из комнаты. Он понимает, что на утро Чимин ничего не вспомнит. Понимает это, но продолжает потакать этому мальчишке, когда тот пьян. Продолжает ублажать его, когда тот так неистово просит. Продолжает, зная, что большего ждать не стоит. Продолжает, потому что самому нравится, нравится вкус спермы и высокие стоны Чимина. Продолжает, потому что любит.