Что в ваших карманах, Поттер?

Глазами Гарри. *** Я рванул из его кабинета прочь, иногда падая, спотыкаясь о собственные ноги, пытался ухватиться за кирпичи на стене, вытягивая руки вперёд. Глаза были выпучены. Я был в недоумение. Но не потому-что мне вроде как отказали. Я был в шоке от того, что он творил! Снейп без всяких заклинаний ворвался в мою голову, перевернул там всё, что можно, и просто ушёл! Мерлинова борода, я даже понять ничего не смог. Всю эту неделю я не выходил из комнаты. Рон и Миона приносили мне еду из Большого зала. Внутрь я не пускал никого. Эта комната стала моим маленьким миром, я чувствовал себя в безопасности. Иногда я выходил по ночам, гулял по темным коридорам. Я не хотел встретиться взглядом с глубокими чёрными глазами, но чем больше времени я пытался избегать его, тем больше влюблялся в эти глаза, в этот голос и его волосы… *** — Гарри, ты в порядке? Мы принесли поесть… — проговорил Рон, пытаясь всмотреться в полупрозрачные оконца двери. -Всё хорошо.- сказал я смотря в стену. Видимо, Рон хотел сказать что-то ещё, но его прервал тихий голос Гермионы. — Рональд, оставь его. Захочет, расскажет сам. Он грустно вздохнул и начал отдаляться. Я точно не слышал, что было дальше, но зная Гермиону я думаю, что она приобняла Рона за плечи и они, смотря в пол, пошли дальше. *** Снова бессонная ночь. Снова истерические крики на самого себя. Чёрт, какого хрена я так себя веду? Я что, какая-то сопливая третикурсница, сохнущая по мировой звезде? Сука, меня пытались убить, до сих пор ещё пытаются! Моя жизнь слишком непредсказуема. Так, мне нужно с ним поговорить, а то от Дамблдора никакой пользы. Мерлин, где бумага? Ах да, конечно, у нас же нет листов, у нас есть только высококачественный пергамент из шерсти единорога и ещё какой-то ереси. Я достал пергамент, нашёл перо, но не нашёл чернил… ГДЕ МОИ ЧЕРНИЛА! А вот они. Хм, надо написать извинение за своё поведение, за то, что так резко убежал… Да и просто извиниться. Ну и заодно свалить куда-нибудь. А то прибьёт ещё. Я натянул мантию невидимости, и как можно тише пошёл. Шёл я недолго, минут пять, и дошёл до Астрономической башни. Мда, и что мне там делать? Ну ладно, там хотя бы звёзды красивые. Я поднялся наверх и открыл дверь, подставил лицо под потоки ветра. Эх, ветерок такой холодненький, главное ничего себе не отморозить, а так всё хорошо. Я сел в угол и уставился на звёзды. Впервые за это время чувствовал прохладу и спокойствие. Вдруг скрипнула дверь… Вошёл человек, одет он был полностью в чёрное. И чёрные волосы до плеч собранные в расслабленный хвост, видимо, на скорую руку. Тут и без очков, всё было понятно. — Профессор… — Гарри, вот ты можешь мне ответить? Что с тобой происходило? Я между прочим волнуюсь. — Волновались? — я слегка удивился. — Поттер, если вы ещё не поняли, я не железный всё-таки! А я смотрю на него, как на привидение! — Что же вы такой недалёкий-то, ну! Я хотел было возмутиться, но меня тут же заткнули. Я ощутил тонкие горячие губы на своих. Пару секунд я думал, а потом растаял в его руках. Одна легла мне на бедро, а вторая аккуратно поглаживала волосы. За то время пока я сидел взаперти моя прическа ещё больше стала напоминать птичье гнездо. Так как башню хорошенько так обдувал ветер, губы Северуса были самым горячим, что я чувствовал за последнее время. Мне было тепло и хорошо рядом с ним. — Ох, мой милый Гарри… Ты не представляешь как я скучал… Так скучал. Думал с ума сойду, представляешь? Мой. Он сказал мой… Он говорил все это в каком-то бреду, наверное, отходил от поцелуя. Возможно, он сказал это на автомате. Но для меня это простое слово оказалось всем. Моей маленькой вселенной. Нет, не моей — нашей! Ах, да — руки у него были тёплые…