Что в ваших карманах, Поттер?

Когда наши губы оторвались друг от друга мне стало вдруг так страшно… Вдруг я слишком резко… Вдруг он испугался… Конечно, Северус, припёрся посреди ночи на башню и домогаешься до своих же студентов. Ужас какой-то! Я не смотрел на него, боялся увидеть в изумрудных глазах затаившийся страх. Поттер вообще как будто глядел сквозь меня. Это выглядело так страшно. Вроде бы мы стояли совсем рядом, а казалось, что мы находимся за тысячу метров. И каждый просто смотрит в свою стену. Такое ощущение, что мы стояли там целую вечность, смотря в пустоту. Внезапно Поттер посмотрел мне в глаза, на его губах появилась глупая улыбка. Он обнял меня, прижался к моей груди. Вдыхал запах. — Тут так холодно… — прошептал он вжимаясь в меня сильнее. Чего, холодно? Я обнял его в ответ. — Так что же вы выперлись сюда в одной футболке? Он хмыкнул и пробубнил что-то неразборчивое. — Понятно. Знаете, мистер Поттер, мне стоило бы снять с вас баллы за хождение в столь поздний час… — он посмотрел на меня. — но, пожалуй, я сделаю для вас исключение. — Чего же вы хотите? — Гарри, помнишь, что было написано в твоих бумагах? — он осторожно кивнул. — Так вот, я хочу услышать это от тебя. Скажи мне, Гарри. Слегка помедлив, он снова вжался в меня, сцепив руки в замке сзади и чуть поднялся на носки. Так, чтобы говорить в самое ухо. -Я… я лю… люблю… вас… тебя… — Я верю. — говорил я целуя его. *** Год спустя. За столиком в «Четырёх метлах» сидели четверо человек. Один из них я, Северус Снейп, бывший профессор зельеварения в Хогвартсе. Меня много раз спрашивали: почему, зачем, ради чего я ушёл? Многие предлагали мне свои магические заведения в качестве работы. Я оказывал всем. Война закончилась. Я устал от всего этого. Устал от двойной жизни. Когда сначала все тебя ненавидят, а потом кричат о том какой ты герой, как они восхищаются тобой, и как им жаль за свои слова. Да плевать я на них хотел! Раньше думать надо было. Раньше! Навоевался! Не хочу больше. Теперь я счастлив, наконец! Я счастлив с любимым человеком. И это взаимно. Да кому тогда нужны ваши банки-склянки! Гарри, мой Гарри. Сейчас я держу его за руку, пью свой горячий кофе, и чувствую его тёплое колено под столом. На фоне Гермиона, что-то оживленно рассказывает Рону. Всё стало таким живым… Таким, красивым. Никакой войны, лжи и предательства. Лишь душевные разговоры в хорошей компании. Никогда бы не подумал, что буду называть по имени друзей Гарри. И нам правда будет интересно вместе… — Представьте, все так и было. Вот ведь. — громко засмеялась Гермиона. Затем Гарри. Ну, а я просто не выдержал и тоже тихо рассмеялся. Гарри сидел напротив меня рядом с Гермионой, а напротив неё Рон. Ну и получалось, что я сидел с Роном и тот как услышал, что я смеюсь, глаза выкатил и попытался слегка отсесть. — Профессор, вы смеётесь?! Нет рыдаю! Он чем думает вообще? — Рональд, что за вопросы? Профессор же тоже человек, и естественно умеет смеяться. — возразила Грейнджер. — Рон, Гермиона, какой я вам профессор? Я Северус. — они, что имени моего не знают? — Я люблю Гарри, а вы его друзья. Так что, пожалуйста, давайте уже перейдём на ты. — Конечно, Северус. — сказала Гермиона смотря на Рона. — Ага, проф… Сне… Сев… Северу… с.- говорил Рон, под пристальным взглядом Гермионы. Весь стол залился весёлым живым смехом. Бедный Рон. Хотя, думаю, он ещё сто раз увидит как я смеюсь и говорю Гарри как я его люблю. *** Мы прощались, сегодня был отличный день. Гарри обнимал друзей. Ну, а я что? Подошёл к ним и тоже обнял их. Всех сразу. — Пока, Северус. Пока, Гарри, — говорили эти двое отдаляясь от нас. Мальчишка крикнул что-то ещё и я поцеловал его, притягивая к себе за талию. — Я люблю тебя, несносный ты мальчишка!