Пособие для бывших демонов

— Сегодня прекрасный день! — провозгласила Мэйбл, сидя за завтраком во главе стола и с еле сдерживаемой улыбкой поглядывая на друзей и брата. Каждый этим утром был недоволен по-своему. Зус бубнил себе под нос о том, что впереди весь день экскурсий, а еще не все приведено в порядок после вечерней катастрофы, да еще Стэн и Форд приезжают сегодня, нужно подготовиться, нельзя же упасть в грязь лицом перед старым владельцем хижины. А никто и в ус не дул, чтобы помочь все разобрать. Вэнди всем своим видом показывала, что ее свидание несколько дней назад прошло, мягко говоря, не очень: можно было простить даже до чертиков ранний подъем ради того, чтобы посмотреть рассвет, но Диппера, который только и говорил о том, какая мерзкая Мэйбл и какой мерзкий Робби, простить никак нельзя. Диппер сидел чернее тучи и гипнотизировал мрачным взглядом счастливую Мэйбл, потому что тем вечером именно она одержала победу в неравной битве за возможность ходить на свидания с Робби и официально называть его своим парнем. В довершение она деликатно сообщила, что приложит все усилия, чтобы выставить Диппера перед Вэнди в самом дурацком свете, если тот будет против встреч с Робби. Диппер возмущался и кричал о том, что это грязный шантаж, а также о том, как он жалеет, что Мэйбл — его сестра. Сама же Мэйбл была счастлива, и широкими счастливыми шагами затопала на второй этаж, чуть не пробивая пятками ступени. Короче говоря, от того грандиозного скандала у хижины чуть крыша к небу не взлетела. — И чем же он так прекрасен? — ехидно поинтересовался Диппер. — Для тебя, братик, совершенно ничем. А вот я сегодня, наконец, увижу своего любимого дядю Стэна. И дядю Форда, конечно. И еще… еще я сейчас пойду навестить своего нового друга Билла. Со всеми этими свиданиями и перепалками с братом Мэйбл почти забыла про бедолагу парня, которого случайно нашла в поле и обещалась помогать не столько ему, сколько самой себе. Что ж это получается? Обнадежила и бросила? Какой же она после этого хороший друг? На сегодня это задача первостепеннее всех остальных. Из раздумий вывел сварливый голос Диппера. Брат озлобился на нее из-за Робби и принял решение пилить по поводу и без. — Какого это еще друга Билла? Тебе придурка Робби мало? Где ты вообще их находишь? Мэйбл не обратила внимание на грубый тон брата, приподняв бровки и мило улыбаясь, смотрела перед собой и чинно поднесла к губам бокал с соком. — Я нашла его в поле в тот день, когда мы приехали, — с невинным выражением лица ответила она, хотя тот вопрос совершенно не подразумевал ответа на него. Диппер чуть воздухом не подавился. Взгляд его стал еще более разъяренным, а первое время он не находил слов, чтобы выразить свое отношение к очередному ее чудачеству. — В поле? Признаться, твоя манера заводить друзей иногда настораживает. Ты не боишься, что он маньяк какой-нибудь? — Нет, — говорит Мэйбл и, поджав губы, так громко стукает стаканом о столешницу, что вилки звенят, — потому что из моего окружения на маньяка пока больше всего похож именно ты. Ты его даже не видел ни разу! — Она права, чувак, — подает голос Зус, который до этого вообще боялся хоть каким-то образом влезать в вяло текущий общий скандал, который длился уже несколько дней, чуть ли не с момента приезда в Гравити Фолз. — Да ладно тебе, пусть развлекается девчонка, — Вэнди лениво намешивала ложкой давно растворившийся сахар в кружке и, подперев голову рукой, с тоской слушала треп, который уже и не хотелось слушать. Поначалу наблюдать за этим увлекательным зрелищем было вполне интересно, как за комедией по телеку, но когда перепалки стали не то что ежедневными, а ежеминутными, даже Вэнди наскучило слушать треск близнецов, что похож назойливое радио, которое включается за мгновение и не имеет кнопки выключения. Диппер зыркнул на Зуса, следом на Вэнди, которая, по его мнению, должна была поддержать его точку зрения, а не подначивать Мэйбл, а затем снова набросился на сестру. — Никуда ты не пойдешь! Я, как брат, тебе запрещаю. И что это за имя такое — Билл? Помнишь, сколько мы натерпелись от другого Билла? Мэйбл хохотнула в сторону и нарочито медленно принялась снимать невидимые соринки с футболки и поправлять волосы. Она же не какая-нибудь там дурочка и сразу бы отличила Билла от «Билла», если бы это был действительно он. Боже, да это же просто смешно! Или все же любопытно? — Тебя спросить забыла, запрещает он мне, ага. Да будь это хоть трижды сам Билл Сайфер, я бы предпочла провести время с ним, чем торчать с тобой и выслушивать твою нудятину! Он хотя бы умеет развлекаться! — она хватает рюкзачок и выбегает из кухни, громко хлопнув дверью и напоследок показав брату язык. — Если что, в музее сегодня работы невпроворот… — как бы между прочим бросает Зус, но его, кажется, никто не слышит. — Это я-то нудный? Я нудный? Вэнди, нет, ну ты слышала, что она сказала? Я — нудный! Рыжая встала из-за стола, с неприятным звуком шваркнув ножками стула по полу. — Диппер, да иди ты в… музей сувениры расставлять! Стэна на вас нет! Диппер сопит, со злостью вороша хлопья с молоком в миске и превращая их в кашу. Есть расхотелось, настроение прескверное, да еще и Мэйбл тут уперлась как ослица. Хоть бы раз прислушалась, подумал он и с брызгами бросил ложку в тарелку. — Чувак, пошли в музей, — улыбнулся Зус и похлопал его по плечу, радостный, что сегодня удастся разделить работу с кем-то еще.

***

В «Обеде Жирнушки» уже с утра не протолкнуться. Мэйбл слегка удивлена, потому что обычно заняты несколько столиков, чахлые посетители, словно сонные мухи, клюют что-то из тарелок и даже комар пищит громче, чем говорят в кафешке. Теперь буквально яблоку негде упасть, а уж у кассы вообще выстроилась длинная очередь почему-то возмущенных людей, и стоит такой гам, что собственного голоса не разобрать. Найдя в конце зала маленький свободный столик, она уселась и принялась изучать меню, потому что спокойно позавтракать дома Диппер ей так и не дал, и одновременно осматривать зал в поисках нового друга, который уже несколько дней как работал здесь. Чуть позже она его все же увидела, точнее, разглядела светлые взъерошенные волосы с голубой кепкой-тенниской на них в толпе недовольных посетителей и услышала неумелые извинения, а также сразу поняла причину столпотворения в пустующей некогда кафешке. Бедный парень метался между кухней, кассой и столиками в зале, то забирая пустые тарелки, то принося заказы, то рассчитываясь с посетителями, между делом пытаясь наскрести карандашом в маленьком блокнотике новый заказ, забыв отметить нужный столик. Стараний было хоть отбавляй, вот только делал он все невпопад и постоянно путал заказы, едва успевал чередовать грязную посуду с чистой, из-за чего все вокруг были недовольны, а он измотан. В один момент со стороны кухни послышался грохот и звон, словно на пол разом упали тарелки. Очень много тарелок. Тут же оттуда вылетел Билл с подносами в каждой руке и криками «Я все уберу! Сейчас закончу и все уберу!». Тут же из зала кто-то закричал, что заказ был на яичницу с помидорами, а принесли зачем-то сладкие пирожки, в очереди на кассе уже требовали книгу жалоб и администратора, не догадываясь, что книжонку когда-то давно изорвали под жирную рыбу, администратора здесь отродясь не было и не будет, а бедный Билл уже с ног сбился, выслушивая порой неоправданные претензии. Едва разобравшись со всеми, он заметил Мэйбл и вяло поплелся к ней, пытаясь хоть как-то улыбнуться, мол, все здорово, но вышло совсем тухленько. — Вижу, делаешь успехи, — подмигнула ему девушка. — Мне очень нравится, но кажется, я вообще не справляюсь. — Он уселся напротив и устало выдохнул. — Кажется, всем гораздо быстрее и проще было бы самим принести себе все, чем это делаю я. Не понимаю, почему не получается… Билл опустил подбородок на руки и вымученным взглядом посмотрел на Мэйбл, думая, что он не по-детски подвел ее. Ведь она сделала ему огромнейшее одолжение, найдя жилье и устроив на работу просто за красивые глазки, а он так просто подставляет ее. И даже обслужить нормально не может. Хорош, ничего не сказать. — Эй, ты чего? Не все же сразу, поработаешь еще несколько дней и привыкнешь окончательно. А пока… я знаю одного благодарного клиента, который будет доволен в любом случае, что бы ты не принес. Я бы съела кусочек яблочного пирога с чаем. Можно? Она ободряюще улыбнулась и многозначительно посмотрела на него. — Конечно, — Билл просиял, как медный таз, и сорвался с места, — мисс Сьюзен вот недавно испекла, сейчас принесу. По пути, конечно, снова зацепили посетители, буквально хватая его своими клешнями, чтобы он выслушал их гневные замечания и объяснился, так что вернулся к Мэйбл он только минут через пятнадцать, держа в руках тарелку со слегка остывшей яичницей и стакан апельсинового сока. Она не напоминает ему, что хотела совсем другое, с благодарностью принимает угощение, а про себя думает: «Да, Диппер, будь это тот самый Билл, он бы далеко не зашел с такими-то успехами». От своей правоты она даже тихо хихикнула. Ему просто надо разок посмотреть на Билла и убедиться, что это просто чистой воды совпадение, только и всего. Мало ли на свете Биллов? — А Диппер — это кто? — спрашивает вдруг Билл, а Мэйбл замирает с тостом в зубах, хлопая ресницами. — Мой брат, — настороженно произносит она, абсолютно уверенная, что не говорила о нем ранее. — Откуда ты знаешь его имя? Билл пожал плечами. — Ты сказала вот только что. Вслух что ли? Господи, как неудобно вышло-то. — Ой, он такой у меня, знаешь… ну, дурачок, — выкручивается она и начинает активно жевать свой завтрак, чтобы больше не сболтнуть чего. — Кстати, пошли сегодня к нам в гости? У меня дяди приедут вечером, сто лет их не видела. Я тебя познакомлю со всеми, а? И даже с бестолковым Диппером, вот бы его лицо увидеть. Билл почему-то смеется, но соглашается, тем более, что его смена сегодня до обеда, а вечером все равно делать нечего, разве что сидеть в комнатке, которую ему выделила Сьюзен, в компании голодных клопов, да и только, или бродить, изучая и без того немногочисленные окрестности. — Знаешь, на самом деле здесь столько всего интересного! Надо тебе все показать. А еще ты просто обязан сходить на нашу ярмарку, которую устраивают каждый год, в августе, и на лодке покататься, а еще посмотреть на город с высоты птичьего полета! Тут можно полетать на воздушных шарах! Вид просто умопомрачительный!.. Билл сидел, сцепив пальцы в замок перед лицом, и смотрел на Мэйбл, которая без остановки что-то говорила и говорила, иногда прерываясь глотнуть соку, а потом продолжала с новыми силами. Кажется, последние несколько предложений он уже не слушал, а только смотрел на нее и смотрел, думая, все ли люди такие же добрые, как и она, или только ему так повезло? — Билл? У меня что, звезда во лбу горит — ты так уставился? — Мэйбл улыбнулась, но все же потрогала свой лоб пальчиками. — Извини, задумался. Ты говорила про ярмарку. Сходишь со мной, когда ее откроют? Она с улыбкой на губах закивала, почему-то даже не думая о том, что это прозвучало как самое настоящее приглашение на свидание. А он решил, что его прошлое, скрытое туманом памяти, не так уж и важно, ведь будущее явно интереснее и красивее — с ярким ободком в волосах, карими веселыми глазами и задорным смехом.

***

Мэйбл, полная энтузиазма, легкой походкой выскочила из кафе, щурясь от яркого летнего солнца, которое приятно щекотало слегка раскрасневшееся лицо. Она честно и терпеливо дожидалась конца смены, даже решила безвозмездно помочь разнести некоторые заказы, но, узнав из короткой смс-ки от Диппера, что дяди уже где-то в черте города и будут с минуты на минуту, условилась с Биллом о встрече около пяти часов в Хижине Чудес. Ей уж слишком не терпелось увидеться с Пайнсами-старшими, обнять их, поговорить, потом еще раз обнять, а затем посмотреть вместе какую-нибудь отстойную комедию по телеку. Завидев, как паркуется старенькая машина Стэна во дворе, Мэйбл улыбнулась еще шире, предвкушая этот сладостный момент, который вот-вот наступит. Диппер стоял на пороге Хижины и тоже выжидал. Наконец, старшие близнецы показались из салона, загорелые-загорелые, немного даже исхудавшие и принесшие вместе с собой запах соленого океана и водорослей. — Дядя Стэн! — закричала Мэйбл и с визгом бросилась на дядю, который даже в себя толком не успел прийти после семи часов езды, пока Диппер чинно здоровался с Фордом простым рукопожатием. — Ох, Мэйбл, какая ты большая стала. Осторожнее, задушишь старика в своих объятиях, я ж вроде как не молодею. А где тут наши работнички? Гляжу, Хижина стоит на месте, а это уже хорошо. Если честно, я думал, что камня на камне тут не увижу, когда вернусь. А работнички, Вэнди и Зус, доводили в этот день последнюю экскурсию. Диппер, как обычно, сразу начал за упокой, за здравие у него не получалось никогда. — Дядя Форд, вы так неожиданно вернулись. В чем дело? Что-то произошло? — Как сказать… — Форд глянул на Мэйбл, которая уже потянула Стэна смотреть обновленную Хижину. — Хорошо, если мы не будем об этом сильно распространяться. Пошли вниз, в лабораторию, расскажу всё толком. Рассказ дяди поверг в шок, и только потом Диппера охватил небывалый восторг. Жажда приключений, наверное, никогда не иссякнет в нем. Выходит, что ничего еще не закончилось? И все то время, что они провели в тишине и покое без особых потрясений, было временем лишь для того, чтобы кто-то, пришедший теперь в их мир, подкопил силы? — Как ты думаешь, кто это? — взволнованно спросил Диппер, зажав между зубами кончик большого пальца. — Ну, пока у меня, только один вариант. Я не знаю существа, равного по силе… — Биллу Сайферу, — закончил парень. — Да, но трудность вот в чем — с тех пор ничего необычного не происходило, по крайней мере я не замечал. Возможно, ему каким-то образом удается умело маскировать свое присутствие. Возможно, он нашел какую-то лазейку, смог либо измениться до неузнаваемости, либо втереться к кому-то в доверие. Или и то, и другое… Получается, что мы уже никому в этом городе не можем доверять. Снова. Но крохотная надежда на лучшее все же оставалась. — Дядя, ты уверен, что вы не ошиблись? Может… — Нет, Диппер, не может. Мы со Стэнли перепроверили все несколько раз прежде, ошибки быть не может. А… что за шум наверху? Диппер повернул голову в сторону лестницы наверх и, поняв, в чем дело, махнул рукой. — А, да это Мэйбл позвала сегодня своего нового друга. Откопала его на днях где-то, не знаю даже где, а сейчас марафет наводит, кажется, скоро будет и мебель там двигать. Форд нахмурился и решительно направился к выходу из подвала. — Пойдем-ка посмотрим, что это за друг у нее такой.

***

Биллу было любопытно и немного не по себе. И дело было даже не в практически полном отсутствии памяти, не в новом месте, в котором он оказался, и даже не в странных людях, которые его постоянно окружали, а в том, что он когда-то это место знал, и память его каждую мелочь хранила, но слишком глубоко, не добраться. После рабочего дня он брел по улицам городка и будто припоминал что-то далекое, что вертелось на самом краешке сознания, но тут же тонуло глубоко, стоило мимо проехать машине или прозвенеть колокольчику над дверью магазина рядом. Он то и дело проклинал весь окружающий мир, что водил его за нос, как глупого мальчишку, скрывал самое главное, самую соль, а показывал только верхушку айсберга, который глубоко-глубоко уходил вниз, в пучину океана. Как тебя зовут? Меня Мэйбл. Ему уже тогда захотелось закричать: «Я знаю. Знаю! Знаю тебя! Это же ты та Мэйбл! Та самая! Ну та…». А вот какая та, для него самого оставалось большим вопросом. Он видел ее глаза когда-то и где-то, и с ее улыбкой встречался не раз при каких-то обстоятельствах, но будто бы реже, может, оттого она была ценнее уже за эти несколько дней. Самое странное, что и она знала его тоже — он это с каким-то внутренним чутьем понял. Знала, но либо сама не хотела признаться в этом, либо играла с ним. А спросить — улыбнется, посмеется, похлопает по руке, может быть, закажет холодного чаю, немного смутится, когда он принесет ей, конечно, не чай, что-то другое, и, забирая бокал из его рук, случайно коснется. На секунду, не более, но посмотрит внимательно, будто говоря: «Я тоже тебя знаю, только — тс-с-с — никому не рассказывай», — и спрячет розовеющее личико за ярким зонтиком, торчащим из бокала, так по-детски хихикнув. У меня что, звезда во лбу горит? Звезда… Звездочка… знакомое слово так и крутится на языке, но какое оно имеет отношение к Мэйбл и всей этой истории, Билл пока тоже понять не может. Это же просто космический объект, небесное тело? Почему тогда при его упоминании что-то щекочет в груди? В сознании что-то на миг щелкает, будто завеса сейчас хоть на толику приподнимется, но это состояние снова и снова проходит, оставляя после себя странное послевкусие. Она пригласила его в свой дом, и это также для него очень волнительно. Где находился его дом раньше, он не знал, да это было и не важно. Маленькая уютная комнатка с видом во двор, полный цветов, за которыми ухаживала Сьюзен, распахнутые окна, фруктовый чай по утрам, уютная постель и стопка книг с желтыми на срезе страничками, что лежали на подоконнике — все это составляло теперь его дом. Почему-то он думал, что этого ему будет вполне достаточно, вернее уже достаточно. И это место тоже подарила ему Мэйбл. С помощью Сьюзен, конечно, но все равно она. А вот чем жила сама Мэйбл, он пока даже не догадывался. Но, наверное, чем-то очень интересным, тонким, воздушным, волшебным, примерно таким, как она сама. Однажды Билл обязательно все узнает о ней. Обязательно. — Диппер, да чтоб тебя! Только попробуй ляпнуть что-нибудь при нем, и я закопаю тебя на заднем дворе! Обещаю! — услышал он разъяренное рычание девушки, подходя к хижине. — Я тебя тогда из-под земли достану, и не дам вам с Робби нормальной жизни! Обещаю! — донеслось в ответ, и Билл уже задумался, стоит ли ему заходить. Вот только времени на раздумья у него не осталось, потому что дверь резко распахнулась с неистовым скрипом, на пороге словно вкопанная встала Вэнди, которая больше не могла слышать «Робби» ближайшие лет сто и намеревалась расклеить какие-то яркие постеры возле входа в музей. Выпустить пар, так сказать. — О, привет. Ты, кажется… новый друг Мэйбл, да? Кто же еще это мог быть, Мэйбл больше, чем о нем, жужжала если только о Робби и о «самом романтичном свидании» в ее жизни, каковым была каждая вторая встреча с Робби. К сожалению, в последнее время речь только об этом и заходила. Вэнди слегка раздраженно выдохнула, пытаясь переключить внимание на гостя. Как же его? Боб? Бэн? — Я Билл. — Вэнди, — она вытянула руку, которую Билл не сразу пожал, едва поняв, что же это за жест такой. — Проходи, как раз с остальными познакомишься. Но предупреждаю: они те еще экземпляры. Терпения тебе, чувак. Парень кивнул, каким-то слишком пристальным взглядом изучая девушку, будто хотел заглянуть в нее, обошел ее и оказался на пороге Хижины Чудес, про которую ему все утро и рассказывала Мэйбл. — А, Билл, это ты! Заходи, — девушка выглянула из соседней комнаты, прервав спор с братом, и миловидно улыбнулась, смахивая с себя остатки былого раздражения. — Мы как раз тебя и ждем, чтобы чай попить. Сбоку на него черным неприветливым взглядом смотрел высокий парень, всем своим видом сообщающий, что если он, Билл, и попьет сегодня чаю, то только с мышьяком. — Диппер, знакомься, это Билл, — она испепеляющим взглядом глянула на брата, тем самым говоря, что свой спор они продолжат чуточку позже и пусть только попробует сейчас что-нибудь брякнуть не то. — Диппер Пайнс, — он хмуро посмотрел на Билла. «Очень неприятно познакомиться», — добавил бы Диппер, если бы сестра не смерила его взглядом. Билл же с любопытством оглядывал все вокруг себя. Для него каждый цветочек на улице был диковинкой, а здесь, в Хижине Чудес, глаза просто разбегались от увиденного. Все эти парашистые экспонаты, склеенные из всякого хлама или давно не исправных вещей, купленных на блошином рынке в 90-е, вводили Билла просто в дикий восторг. Билл приложил усилия, чтобы не распыляться, и, вновь повернув голову к Дипперу, продолжил: — Мэйбл рассказывала о тебе. — Я тоже о тебе наслышан, — буркнул в ответ он. — А что ты рассказала обо мне, Мэйбл? Мэйбл пристально посмотрела на него и угрожающе откашлялась. — Диппер! Билл, пошли я покажу тебе хижину, и с дядями познакомлю, а то тут… тут душно слишком. Она подхватила ничего не понимающего Билла под руку и повела в сторону гостиной, напоследок обернулась, и, глядя прямо в глаза брату, резко провела ребром ладони по шее, а по ее губам тот смог явно прочесть «Только попробуй». Диппер остался один на один со своим недовольством и подозрениями, а также с непонятно откуда взявшимся голосом, который нашептывал о том, что все не просто так, что Билл Сайфер действительно вернулся, что вернулся он прямо в Хижину и прямо сейчас с ним под ручку чешет его, Диппера, сестра. В Гостиной перед телеком уже восседал Стэн, как будто он никуда и не уезжал. Мэйбл от радости чуть не всплакнула, поняв, что все стало таким же, как раньше, и ей абсолютно все равно, почему дяди вернулись так неожиданно, и на секунду она даже простила своего обделенного умишком брата (но только на секунду). Нового друга племянницы Стэн принял спокойно, даже безразлично, прикинув, что внучке будет полезно общаться с новыми людьми, да и к нему меньше приставать будет со своими гениальными идеями, пусть лучше ничего не подозревающему мальчишке мозги компостирует, а Форд отнесся к этой дружбе с большим сомнением, но тоже ничего не сказал. Парень как парень. Диппер же не сводил глаз с друга сестры в течение всего вечера, и даже за чаем сверлил его взглядом, абсолютно убежденный, что тот опасен, но на великого и злобного Демона Разума Билл не тянул совсем. Или умело притворялся. Тут еще предстояло разобраться.

***

Диппер уже нервно подергивался при упоминании Робби, а если речь заходила про Билла, то он просто слетал с катушек. Ясное дело, Мэйбл убеждать бесполезно — она даже смотрит на Билла, как на малого ребенка. Вэнди тоже не восприняла всерьез догадки Диппера, мол, он же совершенно безобидный, как этого можно не видеть, да и симпатичный к тому же — это и был решающий аргумент, что у Вэнди, что у Мэйбл. Про Зуса и говорить нечего, он был настолько занят делами в хижине, что не видел вокруг ничего, кроме бланков заказа на сувенирную продукцию и ежедневника с расписанными на месяц вперед экскурсиями. Тогда от большого отчаяния он решил поделиться подозрениями с Фордом, зная, что дядя-то точно поддержит его. Или надеялся на это. — Так, давай начнем сначала. С чего ты решил, что в этого парнишку вселился Сайфер? — Форд снял очки и потер переносицу, устав слушать непонятную тираду Диппера. — Ну как же с чего? Я уже несколько дней наблюдал за ним, он ничего не помнит и не знает о нас, людях. Ты сам видел, какой он странный… Собственно этот аргумент был исчерпывающим, а главное — вполне себе адекватным, но в голове Диппера, большего было и не нужно. Форд требовал объяснений, а оказаться перед ним чудиком парень не мог себе позволить. — Диппер, если бы за странность можно было арестовывать, то все жители города давно бы мотали срок. Включая нас с тобой. Ты же это понимаешь? — Да, но это же просто не может быть совпадением! Вспомни, когда вы обнаружили эту самую вспышку энергии, и что в тот самый день случилось в Хижине, Вэнди и Зус же рассказывали. А наутро Мэйбл нашла этого… этого… Я просто чувствую, что это он. Да и зовут его — Билл. Последний аргумент, конечно, железный, тут не поспоришь. — Предположим, друг Мэйбл — действительно Билл, — увидев загоревшиеся глаза Диппера, Форд сухо откашлялся. — Допустим. Это надо еще доказать, с такими вещами шутить нельзя. — Но ты же веришь мне? Форд задумался, будто не замечая, что Диппер смотрит на него глазами, в которых надежда соседствовала с упрямством и странной верой в свою правоту. — Как сказать… мне мальчик тоже показался довольно интересным. И хотелось бы все же узнать, откуда он, такой хороший, свалился на голову нашей Мэйбл. Желательно от него самого. Будь с ним поосторожней, Диппер. Возможно, я подчеркиваю, возможно, он и является тем, о ком мы думаем, но пока мы не знаем наверняка, нельзя действовать ни в коем случае. Пообещай мне, что не будешь ничего предпринимать самостоятельно? — Обещаю, — пожал плечами Диппер. — А сестру пока не пугай, просто мягко намекни, что ее новый друг может оказаться не тем, кем хочет казаться. И следи за ней побольше, идет? Парень закивал головой, получив официальную отмашку на то, чтобы день и ночь шпионить за сестрой. — Спасибо, дядя Форд! Я знал, что ты меня поймешь! Диппер дружески похлопал дядю по плечу и побежал на первый этаж, где, как он помнил, Мэйбл собиралась на очередную встречу со своим подозрительным другом. — И кому я это все говорил? Эх, ладно, надеюсь, эти двое и Мэйбл ничего не натворят.

***

Мэйбл стояла на выходе и приглаживала волосы перед зеркалом, мурлыкая под нос какую-то песню из приевшейся всем рекламы. На сегодня были намечены просто грандиозные планы. Догадаться нетрудно — сначала небольшая прогулка с Биллом, а потом свидание с Робби. Уже седьмое, четко знала Мэйбл. Казалось, это прекрасный сон, сказка, в которой она главная героиня и где все складывается для нее просто чудесным образом. Но все волшебство ударилось о жесткую стену серьезности брата-близнеца и резко рассыпалось в пыль. — Мэйбл, есть разговор, — Диппер показался из подвала, и его перекошенное лицо подсказывало, что это точно надолго. Вот зачем он это сказал? Все же было так хорошо, а теперь… теперь все не так. — Мне некогда-а, — пропела она и уже запустила ножки в балетки, стараясь кутаться в свое счастье как можно сильнее. Смятое выражение лица Диппера говорило только одно: этого диалога никак не избежать. — А мне нужно сказать тебе кое-что по-поводу Билла, очень серьезное… — Серьезное, несерьезное, бу-бу-бу! Вот опять ты заладил! Забудь про свою серьезность и наслаждайся уже каникулами!.. — Мэйбл, да послушай же ты! — Диппер дернул ее за руку, развернув к себе передом, беззаботная улыбка сползла с ее лица. — Твой Билл — тот самый Билл. Сайфер. Как же ты не понимаешь?! — Диппер, ну ты совсем дурачок, что ли? — Мэйбл хохотнула. — Ты же сам его видел: он собирает со мной цветы и помогает готовить кексы Сьюзен. Настоящего Сайфера уже вывернуло бы. Даже если есть какая-то милипусечная доля вероятности, что это он, то сейчас он все равно человек, потерявший всякую память. Просто расслабься, Дип. Неужели тебе так не хочется, чтобы я общалась с кем-то, кроме тебя, Вэнди и Зуса? Она несколько обиженно высвободила руку и ушла на улицу, где ее уже ждал Билл, готовый прогуляться до водонапорной башни, которую в кои-то веки решили обновить и хотя бы положить свежий слой краски. Диппер остался один наедине со своими мыслями. Что-то ему подсказывало, что Билл — далеко не самая страшная и главная их проблема. А Мэйбл после этого разговора окончательно уверилась в том, что этим летом ее ждет самое грандиозное романтическое приключение. Сайфер, говоришь? Ну ладно...