Переломный момент.

Payton — Love Letter       По квартире расходится дрель звонка будильника и стоны парня. Вставать не хочется от слова совсем. Утро вообще ещё то чудище. Особенно, если ты спал от силы три часа. Чимин всю ночь просидел в больнице возле родителей, и только под утро он ушел, и то потому, что его выгнала медсестра. Опять утро, опять в универ. Чимин вообще не понимает, зачем такая жизнь.       Но ответственность, которая для него скорее проклятие, чем божий дар, давит на парня. Он зарывается головой в подушку и стонет. Потому что снова опаздывает, потому что не любит опаздывать. Альфа как реактор влетает в душ, и так же вылетает оттуда, чтобы запрыгнуть в одежду, единственную чистую. Блондин оглядывается вокруг и изрекает. — Нужно сегодня навести здесь порядок. Ещё несколько секунд он об этом думает, а потом его бьёт обухом по голове. — Я же опаздываю!!!       В университете он оказался в рекордное время, хоть и давно не бегал. Парень, кстати, об этом задумывается, и решает таки начать бегать. Родители в коме уже месяц. Месяц как он предоставлен сам себе. Всепоглощающее чувство вины никуда не делось, но притихло немного, теперь Пак не чувствует его нечеловеческого крика в душе.       Он никогда не был мамкиным сынком, но всё же, для него готовили, убирали, стирали. И Чимину пришлось всему учиться с нуля. Чему блондину не пришлось учиться, так это одиночеству. Потому что они с ним лучшие друзья, и то давненько так. Потому он слишком спокойно принял тот факт, что Хосок теперь дружит с другими, а на него внимания не обращает. Нет, это, конечно, было больно, удушающе больно, но это ничего по сравнению с болью вины.       Универ, как всегда, его встречает громким гулом и серой массой, которая на него не обращает внимание, или он так хочет думать. Пак сидит за партой ожидая начала пары, зарывшись с головой в свои мысли, и даже не сразу замечает, что возле него кто-то сел. Чимин резко оборачивается и офигевает. — Эм, Чонгук? — Привет, Чимин~и. Не против, если я здесь сяду? — улыбаясь спрашивает альфа. — А ты разве не с другого потока? —Ты что, забыл? С понедельника некоторые потоки буду вместе посещать пары. — Да? А, ну хорошо. Конечно.       Альфа не то что забыл, он о таком даже не слышал. На пару секунд он даже сомневается в словах Чона, но потом поднимает взгляд и видит Мин Юнги, который, кстати, тоже с другого потока, который сидит через три ряда впереди. Блондин честно пытается вспомнить, когда об этом говорили преподаватели, но ничего — пусто. Альфа решает не ломать над этим свой мозг, который и так сломан, и просто принимает тот факт, что он теперь часто будет видеть Мина, который почему-то его ненавидит. — У тебя всё хорошо? — взволнованно спрашивает Чонгук. — Что? «Боже, прекрати выпадать с реальности» — отчитывает себя альфа. — Спрашиваю, всё ли у тебя в порядке? Ты не высыпаешься? — А, ну да. Учусь много просто.       Что Вам надо знать о Пак Чимине — это то, что он терпеть не может ложь, в любых ее проявлениях. И что он сейчас делает? Нагло лжет. А всё потому, что никому не надо знать, что он не высыпается, потому что сидит возле кроватей своих родных, которые в глубокой коме. Он не хочет, чтобы его жалели, да и кому вообще нужно знать, на самом деле, что там у Пака? Никому. Чимин благодарен альфе за вежливость, но это всё.  — Ну ты и так третий в списке, можно себе иногда позволять и спать, — серьезно отвечает Гук. — Ты прав. Спасибо.       Чонгук ещё что-то хотел спросить, но Пака спас звонок на пару. Ещё никогда он так не был ему рад, как сейчас. Пара прошла медленно и раздражающе. То почему-то Юнги на него смотрел, как то угрожающе, как будто он его котика пытал, то Чонгук не сводил с него обеспокоенного взгляда. Чимин не понимал в чем дело, но одно было ясно, он скучал по тем временам, когда мог спокойно сидеть на паре, а не истекать потом из-за этих двоих.       Когда прозвенел звонок на перемену, Чимин был первым, кто выскочил из аудитории. Идя по коридору он, наконец-то мог спокойно дышать. Альфа не выдержит эти совместные пары. Не выдержит. Есть только один вариант — не ходить на них, но, конечно, воспитанный и правильный Пак Чимин, никогда бы себе этого не позволил. Думая об этом, он снова не замечает ничего вокруг и больно в кого-то врезается. Поднимает взгляд и проклинает себя. —  Ей, принцесса, смотри куда прешь своей задницей, — холодный, отчужденный тон.       Паку не обязательно было смотреть, чтобы понять, что перед ним собственной персоной Мин Юнги — ледяная королева, ёпта. Пак неосознанно бьёт себя по губам, потому что нельзя так думать. Это плохое — плохое слово. А Юнги смеётся. Смеётся? Чимин собственным глазам не верит. — Прости, я... — Что тебе надо? — грубо спрашивает Чонгук из-за спины Пака, возвышаясь над ним. — Может что-то и надо, но точно не от тебя, — ухмыляется Мин и смотрит на Пака.       А тот снова ни фига не понимает. Почему он вообще попадает в такие ситуации? Альфа готов выть волком, лишь бы от него все отстали, и делали вид, что его не существует. — Ну тогда точно проваливай, — рычит Чон. А терпение Пака кончается. Кончается и…закончилось. — Что Вам двоим от меня надо? Если у Вас какие-то проблемы, то решайте их без меня. Достали, — Пак толкает Мина и идёт вперёд.       А сердце колотится так быстро, что ещё немного и покинет своего хозяина. Руки потеют, а по телу бегут мурашки. Чимин идёт так быстро, как может, а сердце только ещё быстрее бьётся. Когда он наконец-то останавливается, то находит себя в туалете. Пустом туалете. Пак припадает спиной к стенке и медленно съезжает по ней, держась за сердце. — Это точно я сказал? — спрашивает парень в пустоты. — Пиздец, — говорит альфа и снова бьёт себя по губам.       Остальные пары, Слава Богам, проходят только с их потоком, и Пак ооочень этому рад. Как только закончилась последняя пара, он вылетает с универа и ноги его несут в одну определенную сторону. К кафе Джина. Это от недавних пор, его третий дом. Первый — там, где он живёт, второй — больница, а третий — кафе Джина.       Парень как всегда встречает его с тёплой улыбкой на лице, и сразу обнимает. А Чимин тонет в этой необходимой нежности и любви. Джин — хён, это лучшее, что с ним случалось за долгие годы жизни. — Ты как сегодня, мой птенчик? Опять спал только пару часов?       Джин ставит на стол тарелки с различными, любимыми блюдами Пака и садиться напротив. — Если я скажу, что нет, поверишь? — Нет, — безапелляционно заявляет Ким. — Тогда я просто промолчу, — смеётся альфа. — Эх ты. Птенчик ты мой бессовестный. Как родители? Пак на глазах поник и Джин уже пожалел, что спросил. — Всё так же. — Снова сегодня к ним? — Конечно. — Ладно, не думай об этом сейчас. Кушай. Снова не кушал целый день? — Агась, — опускает глаза Чимин. — Боже, ты самый прелестный альфа, которого я только встречал, — улыбается Джин и тискает Пака за щёчки.       Уже на второй их встрече, Пак признался, что он альфа. Джин тогда таращился на него несколько долгих минут с открытым ртом, с которого слюнка стекала. Ким, кстати, омега, и конечно, он выглядит как альфа, не то, что Чимин, но парень тогда промолчал, и парень ему был за это благодарен. — Джин, ты где? — закричал какой-то голос. — Тэхён, я здесь, — так же ответил парень.       Чимин не знал никаких Тэхёнов, поэтому начал внимательно смотреть, когда выйдет этот самый Тэхён. Парень был высоким, это была первая мысль альфы. А ещё очень красив. Очень. — Знакомься, это Чимин~и, мой любимый птенчик, — гордо заявил Джин.       Парень улыбнулся своей квадратной, очаровательной улыбкой, и подбежал к Паку, тиская его. Чимин, кстати, сидел как истукан. — Так это ты любимец Джина. А я тебя знаю, душка, — улыбнулся парень. — Знаешь? — спросил удивленный Джин.       И спасибо ему за это, потому что Пак хотел задать тот же вопрос, но просто физически не мог, его щеки мнули как тесто. — Мы учимся на одном потоке. Все знают эту милашку. Так ты всё же альфа, а все до сих пор думают, что омега. — Я...я...извини..те, я Вас не помню, — стеснительно ответил Пак вырываясь от притких рук парня. — Хаха, это ничего. Я Ким Тэхён, твой новый друг, — счастливо улыбнулся Ким. А Пак так и сидел, и не понимал, что случилось с его жизнью.