Помрачение сознания

Я морщусь, когда слышу, как щелкает замок. В глубине души у меня было не слишком отважное желание уехать, не встречаясь с Джастином. Солнышко заходит в комнату, как раз когда я складываю рубашку. За окном еще не светает, у меня включена одна лампа над его мольбертом. — Что ты делаешь? – спрашивает Джастин, не то всерьез, не то машинально. — Складываю вещи, - отвечаю я минимально язвительно. Ну, насколько могу. — Зачем? - Ты знаешь, люди считают, что в сложенном состоянии одежда меньше мнется при перевозке и не так много места занимает. — Брайан… Я швыряю рубашку в открытый чемодан и сажусь на диван, не глядя на Джастина. — Я возвращаюсь в Питтсбург. — Почему? — Почему?.. Потому что все это не имеет смысла, потому что у меня нет сил продолжать попытки. Потому что мне следовало догадаться раньше, что я не смогу переступать через собственную гордость раз за разом. — Я так не могу, - говорю я вслух. – Все эти бесконечные метания… И я не могу больше выносить такие переходы от какой-то надежды до осознания, что мы с тобой в полном дерьме… Конечно, если глянуть со стороны, он выносил такое состояние много лет, а меня хватило на несколько дней. Что и требовалось доказать. Джастин опускается рядом со мной. Я чувствую его взгляд на себе и продолжаю: — Не с тобой… это… чересчур сильно… и надежда, и… В общем, я тебя больше не побеспокою, не волнуйся… Бл@дь, какую неубедительную чушь я болтаю! – восклицаю я, досадуя на собственные скачущие мысли, которые никак не облекаются в слова, падаю навзничь на диван и глядя в потолок сообщаю: - Я улетаю в Питсбург. Джастин ложится рядом, с силой тянет меня, заставляя перевернуться на бок и посмотреть на него, и твердо заявляет: — Нет.