Борщ с водкой

      Три самых красивых мальчика на планете сидели на краю крыши и смотрели на закат. Ян периодически отвлекался на блокнот, в котором писал стихи, Кай рисовал комикс в скетчбуке, а Лис лежал на его плече и наблюдал. Умиротворение. И счастье. Откуда, спросите вы, у троих депрессивных трансов с кучей ментальных проблем взялось счастье? Все дело в том, что утром их наконец-то забрали из детдома. Всех троих, ибо парни столь неразлучны, что отказывались уходить друг без друга. И теперь у них есть семья и мама… Даже две. Ланика и Мелисса, две молодые женщины, недавно вернувшиеся на родину из Германии, где они поженились и прожили несколько месяцев. — Слышишь, Кай, — задумчиво окликнул новоиспеченного брата Ян. — М? — А что если я влюблюсь в свою мать? Лис рядом прыснул со смеху. — Ну так, в тебе ж верхня межа скільки там? Тридцять п’ять років? — парень как истинный украинский панк всегда говорил рідною мовою, хоть и жил в Киеве. — Вот не смешно сейчас, — беспокоился Ян. Если он что и умел лучше чем страдать, так это влюбляться. И страдать от того, что влюбился. Парень вытянул пачку сигарет, взял одну себе и протянул Лису. Кай недовольно поморщился. Он не любит, когда его друзья курят (Братья. Надо привыкать к тому что они теперь братья). Хотя и сам может раз в полгода выкурить сигаретку. Парень выводил линии карандашом и углубился в размышления. Сам он никогда ничего такого не чувствовал. Типа влюбленности. И это странно, ведь ему уже семнадцать, хочется чего-нибудь такого… Подросткового? Но он никогда не обсуждал это с братьями, а они не донимали его с расспросами. Может поговорить об этом с Яном? Так этот гад ползучий стебаться будет. А что если Кай — аромантик? И никогда не полюбит? -… і ось я пишу йому «знаєш, якщо ти такий правий, то чому дівчина ходить від тебе наліво до іншої дівчини?» — оживленно рассказывал Лис об очередной своей словесной победе над консервативным радикалом. Он обожал размазывать их по стене, ибо знал обо всех движениях, против которых они выступают, больше, чем кто либо, пожалуй, в стране. Ян засмеялся так, что чуть не упал с крыши. — Разъебал по фактам, ничего не скажешь. Кай, тебе что не смешно? — А? — старший совсем упустил нить разговора. — Давайте пойдем домой, темно уже, — он резко встал и направился к выходу с крыши. Лис и Ян переглянулись и пожали плечами. Мальчики не понимали что случилось с настроением их брата, но решили последовать за ним… Первое что услышали братья вернувшись домой — это ссора. — Говорю же, я не позволю тебе этого сделать! — Почему ты не можешь просто дать шанс? Парни смущенно топтались в прихожей. — Тише, кажется дети пришли. Это же их первый день дома. — Думаю проще все им объяснить. Через секунду Ланика вышла в прихожую и с улыбкой позвала детей на кухню. Ян ушел мыть руки, а его братья с опаской смотрели на мам. — Ааа... Почему вы ругались? — подал голос Кай. — А я тебе скажу почему, — заведенным голосом начала Мелисса, скрестив руки. — Дорогая не начинай… — Твоя мама, — девушка указала на Ланику, — считает что жарить макароны это хорошая идея. Представляешь? Не знаю где она это вычитала, но… — Господи, да ты хотя бы попробуй сначала, а потом говори! Ответная фраза потонула в смехе мальчишек. Его подхватили и мамы. Все вздохнули с облегчением. Кроме конечно Яна, который только вернулся из ванной и ничего не понимал: — Кто-то что-то сказал про макароны? — Да, завтра на ужин будут жареные макароны, — тоном, не терпящим возражений, заявила Ланика. — А что, звучит хайпово, — согласился повеселевший Кай. — Здається я тут один на боці Мелісси? — в шутку закатил глаза Лис. Через минуту новоиспеченная семья села за стол. — Ладно, парни, теперь серьезно, — отсмеявшись после очередной шутки, которые звучали весь ужин, начала Мелисса. — Завтра вы пойдете в новую школу. — Кстати очень удачно что вас всех приняли, будете всегда рядышком, хоть и в разных классах, — поддержала Ланика. — Да, но нам нужно обсудить вопросы безопасности, потому что никто не знает как вас там примут. Братья сидели с застывшими лицами. О них еще никто никогда так не заботился. Разумеется они прекрасно знали что такое непринятие обществом, они же трансгендеры в конце концов. Но раньше никто об этом даже и не думал беспокоиться (впрочем есть и плюсы: парни научились неплохо драться). — Мы не призываем вас скрывать что вы трансгендеры, потому что это ваша суть, но все-таки не болтайте о том, что у вас две мамы и что вы из детдома. Не давайте лишних поводов к вам приставать. — Хах, я даю кучу других поводов ко мне приставать, — не смог удержаться от шутки Ян. Абсолютно все на кухне посмотрели на него с укоризной. — В общем, надеемся все будет гладко, — подвела итог Ланика, — а теперь идите в душ и спать. Парни направились в свою комнату, но мамы их остановили и отпустили только после того, как поочередно обняли каждого сына. Сердца братьев просто растаяли. — Все таки хорошо что мы решились на этот шаг, — умиротворенно произнесла Мелисса, обнимая жену. На следующий день в школе №49 ожидалось пополнение. А именно в 9а, с историческим уклоном, куда поступил Лис, в математическом 10в, новом классе Яна, и в 11б, с филологическим профилем, где оказался Кай. Начинался октябрь, так что парни отстали от программы на месяц, но с их способностями это не было проблемой. Гораздо важнее было то, как школьники встретят новеньких. По пути в школу мальчики договорились что последуют совету матерей. Но как только началась перемена после первого же урока, их (каждого в своем классе) окружили ученики с кучей вопросов: — Ты серьезно транс? — Это правда что ты из детдома? — У тебя реально две матери? В смысле они лесбиянки? И откуда только они все это узнали? Все таки слухи — страшная сила. «Нам пиздец» — одновременно пронеслось в головах у братьев.