Борщ с водкой

— Так, стоп, — вздохнув и успокоившись, — перебил одноклассников Ян, — во-первых, да, да и да, ума не приложу как вы все это узнали, но так и есть. А во-вторых какая вам разница? Я ахуенный и это единственное что имеет значение. — Мы не знаем ахуенный ты или нет, — возразил высокий блондин, — но знаем что ты транс. — И что? — Как что? — недоумевала девушка с голубыми волосами, — ЭТО ЖЕ ОФИГЕННО! — Знаешь… Стоп. Что? В смысле? Ян был готов к волне непонимания, осуждения, вопросов и оскорблений, даже к драке. Но не к этому. — Нам как раз не хватало кого-то из транс сообщества, — объясняла рыжеволосая девчонка, — ибо у нас ЛГБТ война десятых классов. — ЛГБТ… Че? — все еще недоумевал ошарашеный Ян. — Вот поэтому я и не люблю новеньких, — закатил глаза шатен, — все им объяснять нужно. — Ой, Дэн, тебя никто и не просил, — парировал блондин. — Так, значит ты — Дэн, я запомню, — Ян лихорадочно ухватывал любую новую информацию. — Небольшой исторический экскурс, — блондин поправил очки на носу, — я кстати Слава, — парень протянул руку Яну и тот ее пожал, — так вот. ЛГБТ война — это великое состязание наших параллелей, которое берет свое начало в еще восьмом классе, когда случился массовый каминг аут учеников. И с тех пор мы каждый год, с девятого класса, боремся за право коллектива, который поборол больше всего гомо и транс фобии. Ходят даже легенды, что некоторые стали ЛГБТ благодаря этой войне, — с важным видом поднял указательный палец Слава. Внутри Яна боролись недоумение и смех. С одной стороны он все еще был в шоке от того, что в этой школе быть трансом это… Хорошо? С другой стороны этот парень такое большое значение придает какому-то глупому состязанию. Но в данном случае лучше подчиниться местным правилам и тоже начать воспринимать его всерьез. — Понял, а что нужно делать чтобы победить? — Мне нравится твой настрой, — усмехнулась голубоволосая, — я Милена, если что, и я глава ЛГБТ отряда нашего класса, так что по всем вопросам ко мне. Так вот, делать нужно все, мы устраиваем акции протеста, ходим в другие школы с уроками секс просвета, собираем подписи на петиции и просто поддерживаем комьюнити всеми способами. Но мы не могли в полной мере отстаивать транс права, потому что мы все цисгендерные, в то время как в а и б классе есть небинарная персона и транс девушка. Так что мы отставали по очкам. В прошлом году победили историки, мы не можем этого снова допустить. А теперь у нас есть и ты, и уж прости, но я очень надеюсь что у тебя есть в запасе пара слезливых историй из личного опыта. — Ну, я еще и детдомовский, так что приходилось нелегко, — задумчиво произнес Ян. Его определенно начала завлекать вся эта движуха. — Отлично, — хлопнула в ладоши Милена, — а и кстати, если тебе интересно, победителя в конце года выбирает Мирослава. — Кто это? — ОООООООО, — протянули все ребята одновременно. — Еще один исторический экскурс, — меланхолично ответил Слава, — на этот раз во всех смыслах. Мирослава Павловна, aka просто Мирослава это наша учительница истории, самая строгая в школе, но рьяно поддерживает ЛГБТ. Утверждает что гетеросексуальна, спойлер: никто ей не верит. Не только самая строгая, но и самая молодая учительница в школе, ей 34. — Это уже старая, — фыркнул Дэн. — Ничего ты не понимаешь, — возразил Слава. — Согласен, — поддержал Ян, — 34 это еще вполне ничего. Он чувствовал как вливается в коллектив. — Она потрясающий педагог, — продолжал блондин, — но под горячую руку ей не попадайся. Впрочем, она всегда у нее горячая. — Ненавижу, блять, историю, — откликнулась рыжая. — А кто ее здесь любит, Жень? — хмыкнула Милена. Прозвенел звонок и ребята расселись по местам. — Сядешь со мной? — как бы невзначай предложила Женя. — Без б, — весело согласился Ян. — Кстати, если тебе интересно что у нас за команда: я — би, Милена — лесбиянка, Дэн — гей, Слава — асексуал. Есть еще Саша, она пан, но ей сломали нос на последнем митинге, так что ее нет в школе. — М, не подскажешь кто? — Ян чувствовал как в нем закипает злость. Пусть даже он эту Сашу в жизни не видел, за своих братьев и сестер он всегда жаждал мести. — Мы не приемлем насилия, — немного резко ответила Женя, чем смутила парня. Через минуту в кабинет вошел учитель математики и все замолкли. Тем временем в противоположном конце школы Кай отбивался от своих одноклассников: — Ребята, чего вы ко мне пристали? — Ты интересный, — пожала плечами блондинка. — Это же не повод так на меня напирать, — парень не любил лишнего внимания к себе, а уж противостоять агрессии, когда рядом не было его братьев, ему совсем не хотелось. Хоть он и был старшим, но чувствовал себя защищенным только рядом с ними. — Скажи мне, ты художник, писатель или музыкант? — прищурившись спросил какой-то темноволосый парень. — А если ни то ни другое ни третье? — пожал плечами Кай. Парень рассмеялся. — У нас не бывает таких. Так что отвечай давай. — Почему не бывает? — Потому что у нас самый творческий класс, — с нетерпением объясняла девушка, — в школе есть три команды, и мы соревнуемся за то, кто самый… ээ… творческий. — Ты, я так понимаю, не из писателей? — усмехнулся Кай. — Очень смешно, — насупилась блондинка. — Ну ладно, — сдался парень, — я рисую и что дальше? Если я не хочу во всем этом участвовать? — Ты просто не знаешь что получает команда победителей. — А что получает? — Славу и признание. Вообще это все директор придумал, и конкурс распространяется на всю школу, но самая ожесточенная битва происходит здесь, — с какой-то странной гордостью произнес темноволосый. — Суть в том что ты вступаешь в одну из команд: Солнце, Битва или Любовь, названия дебильные, но что поделать. В каждой команде собираются художники, писатели и музыканты со всей школы, но все руководители — тут, у нас, в 11б, — подчеркнул парень. — На самом деле художники это условно, есть и фотографы, и скульпторы, есть не только писатели, но и поэты, и публицисты, с музыкантами понятно. Команду-победителя определяет сам директор. Для них школа устраивает всякое: выставки для художников, публикации для писателей, выступления для музыкантов. Все еще не хочешь попытать удачу? — Нет, — мягко улыбнулся Кай, — я рисую для себя и друзей. У темноволосого чуть ли не задергался глаз. — Так, все хватит, Ваня, — вмешался парень, который все это время стоял в стороне, — чего вы к нему пристали? — он мягко взял Кая за плечо и отвел в сторону. — Слабак ты, — напоследок выкрикнул Ваня. Кай сел за парту вместе со своим спасителем. — Не обращай внимания на них, — начал тот, — ты не обязан участвовать во всей этой херне. Просто Ване с Кирой не хватает духа соперничества. Брат и сестра — два сапога пара. Я — Костя, кстати. — А в какой они команде? — Они в Битве, символично, правда? — усмехнулся парень. Кай задумался. Он всегда старался избегать конфликтов и не лез во всякие разборки. Кто-то скажет, что это — слабость. Кто-то скажет, что мудрость. А Кай скажет что его это заебало. Если этот Ваня бросает ему вызов — он его примет. — Слушай, а как можно вступить в команду? — Ты серьезно? — разочаровано вздохнул Костя. — Ох и пожалеешь же ты. Вступай в Солнце, я там. Помогу освоиться. — Хорошо, и как это сделать? — Зайди к директору и запишись, а я тебя познакомлю со всеми. Лис воткнул в уши наушники, показывая как ему железобетонно похуй на всех вокруг. Он был не намерен знакомиться с новым коллективом. Но через пять минут прослушивания музыки и втыкания в телефон он все-таки не выдержал нескольких пар пялящихся на него глаз. — Ну і чого вам треба? — ласковым он явно был только с друзьями. — У тебя серьезно родители… ну, — неловко начал парень. — Боже, Артур, — закатила глаза девушка, — так сложно сказать слово лесбиянки? — А вам яка справа? — Просто интересно, у Сени вон тоже два папы, можете меняться и прикидываться что вы нормальные семьи. — Лина, блин! — скрестил руки на груди Сеня. Лис вскипел. — І чому ти, Христа заради, — медленно, но злобно начал парень, — вважаєш, що маєш право вирішувати, яка сім’я нормальна, а яка ні? — Прости, не хотела обидеть, — смущенно опустила глаза Лина, — не всегда понимаю когда не стоит шутить. — Нічого, — Лис смягчился, — всьому можна навчитись. — Так ты значит говоришь только по-украински? — перевел тему Сеня. — Так. — Ну тоді я теж буду розмовляти з тобою українською, — лучезарно улыбнулся парень. Лис улыбнулся в ответ и решил, что этот диалог можно и продолжить. — Ты уже выбрал на кого поступать? — поинтересовался Артур. — Я буду политологом, Лина собирается на юриста, а Сеня у нас походу СБУшником будет, потому что никак не признается. — Да отстань ты, — возмутился его друг, — я просто еще не выбрал. — Ну, я думаю вступити на режисера, — задумчиво ответил Лис. — Вау, это круто, — одобрила Лина. — А что для этого нужно? — Теж саме що і для всіх, тільки ще й вміти фотографувати та знімати. — Так ти фотограф? — оживился Сеня, — в мене нещодавно з’явився фотік, може познімаємо якось разом? Я в тебе чогось повчусь… Не то что бы в планы Лиса входило сближаться с одноклассниками, но этот парень был милым и отказать было трудно. После второго урока Сеня хватает за руку Лиса и тянет из кабинета. — Куди ти мене ведеш? — Давай втечемо з уроків. — Ти серйозно? Це мій перший день у школі, а ми з тобою знайомі менше трьох годин. — Ну то й що? «А дійсно, то й що?» — подумал Лис. Посещение школы его мало когда волновало. Но уйти невесть куда с незнакомым парнем? Это вызывало тревогу. Впрочем, жизнь одна. — Добре, переконав, валимо. Через 15 минут парни уже отдали записку из медпункта классному руководителю (нехорошо обманывать градусник), забрали камеру и шли в неизвестном для Лиса направлении. — Куди ми йдемо? — Побачиш, — усмехнулся Сеня. Лис поежился, но беспокойство оказалось неоправданным. Через некоторое время парни через балку вышли к реке. На противоположном берегу виднелись красивые скалы, а небольшой пляж окружали деревья и кусты. Недалеко от пляжа посреди балки раскинулось небольшое поле усыпанное полевыми цветами. — Вау, просто вау, — Лис даже не подозревал что где-то в этом городе есть место где так свободно дышит природа. — Чомусь знав, що тобі сподобається, — усмехнулся Сеня. В следующие два часа парни фотографировали все что видели, в частности друг друга. Лис давал советы новоиспеченному другу и в целом они хорошо проводили время. Слушали музыку, валялись в траве, мочили ноги в реке, брызгались. Лис чувствовал себя хорошо и спокойно, думая что было глупо так переживать. Но веселье имеет свойство заканчиваться, дело шло к вечеру и нужно было возвращаться домой. — Було классно, — признал Лис. — Мені теж сподобалося, — улыбнулся Сеня, — дай мені свій телеграм, я тобі скину фото. Ребята обменялись телефонами и разошлись. По пути домой Лис встретил своих братьев, которые живо обсуждали свой первый школьный день. — Привіт. Повисло молчание. — Ты умудрился сбежать с уроков в первый же день, мелкий говнюк? — приподнял бровь Кай. — Не сварися, братику, мене спокусили на це. — Будь осторожнее с теми, с кем сбегаешь с уроков, потом они сбегут с вашей свадьбы, — пошутил Ян. — В тебе тільки одне на думці. Ви ж не видасте мене мамам? — Конечно нет, но в следующий раз по жопе получишь, — пробурчал старший. Дома братьев ждали жареные макароны, что на деле оказалось действительно вкусно, с чем не спорила даже Мелисса, и теплый разговор с недавно обретенной семьей. Парни рассказывали о первом дне в школе. И когда дело дошло до Лиса, он подумал и рассказал все как есть. К удивлению, мамы не стали его ругать, только взяли обещание не сбегать слишком часто.