Дурная Врановость (Aneb Поллюционный Кошмар Эдгара По).

Где-то в полвосьмого Сидя на дубу, В приступе Дурного Всем нам на беду Гаркнул ворон лихо - Как бы невзначай - Злым истошным вскриком На родимый край. Отозвались тут же: Гулким эхом - лес, Тучи - громом дюжей Молнии с небес, Поле - разъярённым Ветром штормовым, Озеро - огромным Гребешком волны. Чёрный птах завёлся, Право ж, отчего? Может, его triggered Эдгар Аллан По? Иль поэму "Ворон" Кто-то из крестьян Нарочито громко В поле зачитал? Нет - на толстой ветке Дуба с вороньём Труп в петле прекрепкой, Взмокнув под дождём, Вихрем раскачался Мощным - до того, Что в теченье часа "Солнышко" раз сто Висельник проделал И на сотый раз Ворону заехал Сапожочком в глаз. Вот и оскорбилась Пташка, мелкий бес, И на свет явилось Чудо из чудес: Из клоаки птички Под собачий лай Выпало яичко - Лорд Шалтай-Болтай. И тотчас сменили Гавкание псы На скулёж унылый, Вверх задрав носы. Волчий вой раздался Гвалту шавок вслед, И во всей деревне Вырубился свет. Лошади заржали, Словно гопота; Козы заблеяли В стайках для скота, Куры и индюшки Начали лысеть, Ну а свиньи-хрюшки - Буйно волосеть; В выменях коровок Скисло молоко, Свора крыс здоровых Сгрызла всех котов. Бомж в грязи очнулся - Грязный толстый дед - С чувством матюкнулся, Выдав пьяный бред, Встал на четвереньки И, пердя, пополз Нагло клянчить деньги В свой родной колхоз, А бредя́ до дома, Чушь такую плёл, Что с ума любого Слушателя б свёл: Он-де вор в законе И авторитет, Так как всем на зоне Римминг и минет Делал ежедневно: Паханам, блатным, Вертухаям гневным, Куму с понятым, Мужикам с козлами, Сукам, петухам. Но блевать словами Пьянь, дурак и хам Перестал мгновенно, Встретив на пути, Порцию отменной Ёбаной хуйни: Труп Шалтай-Болтая Крашенный в корпспейнт. А над ним летая, "I am not a saint!" Ворон говорящий Скримингом поёт (Ужас сей парящий Билли Раффул прёт) И желток соплёю С скорлупы бежит. С порванной петлёю Колобок лежит, Круг упрятав сырный, В луже из яиц И черствея в стильной Шубе из лисиц. Бич весь этот завтрак Только вздумал съесть Как пятиметровый Ворон-полтергейст Гаркнул, каркнул, хрюкнул, Шумно воспердел, В рот ханыге сплюнул, Начал беспредел: Лапами за шею Люмпена схватил, В вихре смерча рея, К тучам чёрным взмыл, Чтоб под рокот грома Пьяницу душить И бутылку рома В небе с ним распить, Найденную в недрах Анусундука - Во кишечных дебрях Алкоморяка. А прикончив пойло - В миг перевязать Забулдыге горло И пустить гулять По кустам крапивы (Только нагишом) Денег дав на пиво, Гречку с гуляшом И, с небес в жигалку Сбросив колдыря, Его пиздить палкой, Пытками грозя: "Не сумев весною Бросить водку жрать, В небе ты со мною Будешь вновь порхать". После в той деревне Был премного лет На слуху сказ древний, Как герой легенд - Сельский алик летом Вдруг зарёкся пить И глазуньей с хлебом Стал ворон кормить Утром на природе И дубовом пне, Распевая оды Ро́дной стороне Скримингом и кроуком, Чтобы веселей Песнь тяжёлым роком Мчалась средь полей.