Заклятые друзья

      — Да как ты смеешь?! — Кричал я на Грегори. — Я п'росил у тебя солдат, а ты дал мне детей! Некомпетентных детей!       Я встретил Грегори неприятным сюрпризом. У меня ушла целая неделя, чтобы вернуться в город. Целая неделя! Собаки утащили меня в лес и мне пришлось бить их лопатой до тех пор, пока они не отпустили мою ногу!       — К-крот?       — Заткнись! Грегори был поражён моим внезапным приступом агрессии.       — Кристоф, что вообще происходит?! — Удивлённо и немного сонно сказал он, чуть повысив голос. Его слова только ещё больше разозлили меня.       — Так ты даже не помнишь?! Ты отп'равил меня на помощь Те'р'рансу и Филиппу, но в конечном итоге меня убили! Да ещё и сто’рожевые собаки! А я ненавижу г'рёбанных собак!       Он положил свою руку мне на плечо, в попытке успокоить меня:       — Кристоф, пожалуйста, успокойся, сейчас два часа ночи. Мои родители спят. — Он тихо шикнул, приложив палец к моим губам. — Ты можешь зайти внутрь, только перест…       — Нет! — перебиваю я, уставившись на Грегори сверху вниз. — Я п'росил тебя об одной п'ростой вещи, но ты даже этого сделать не можешь!       Он сердито посмотрел на меня, немного надавив на моё плечо.       — Сначала я хотел пойти в одиночку, но они сами вызвались, да и мне показалось, что Стэн действительно хотел пойти туда со своими друзьями. Я просто не мог сказать «нет»!       Я выплюнул сигарету и наступил на неё, потушив огонь.       — В том-то и дело, что мог! Смот'ри и учись: нет! Так что никаких больше оп'равданий, и скажи уже мне, почему ТЫ, чё'рт возьми, не мог пойти туда!       Он в отчаянии потёр виски:       — Я же уже сказал тебе, они сами вызвались! Я не думал, что это так уж важно!       — Не так уж важно?! Да. Пошёл. Ты! Ты почти такой же отв'ратительный, как и Бог, п'риду'рок! — Я сплюнул и, достав из кармана ещё одну сигарету, закурил. Свежий запах дыма наполнил мои лёгкие. Грегори всё ещё пребывал в немом шоке. Он был одним из тех, кто знал, насколько сильно я ненавижу Бога. — Что, теперь это уже не так весело?! — Я выдохнул дым прямо ему в лицо, из-за чего он закашлялся.       Он выглядел оскорблённо и сердито. Он заслужил и то, и другое.       — Прошу прощения?! Я не имею никакого отношения к этому! Признаю, я должен был убедиться, что с ними кто-то есть, но я этого не сделал. Тем не менее ты здесь и ты в порядке! Так что заткнись ты, француз придурошный!       Как только эти слова слетели с его губ, он захлопнул рот обеими руками.       — Ну, — сказал я дрожащим голосом. Он был тем единственным человеком, который никогда бы не сказал про меня ничего подобного. Единственным человеком… — П'риятно знать, что ты на самом деле обо мне думаешь. — Слёзы наворачивались мне на глаза, но я не позволял себе расплакаться. Только не при нём. Я повернулся к нему спиной и зашагал прочь.       — К-кристоф, я-я… Мне жаль, я не это имел в виду! Пожалуйста… — он пытался остановить меня, молясь своему дерьмовому Богу, чтобы я простил его.       — Я думал-то, что мы д'рузья!       Он замолчал на какое-то время, но потом снова заговорил:       — Кристоф, но мы… мы и есть друзья. — Прошептал он.       — Нет, только не после того, что ты сделал. — Прорычал я, выплёвывая докуренную сигарету прямо ему в лицо. Грегори просто продолжил стоять там, не зная, что ещё ответить. Он даже не смахнул окурок со своего лица. — Так я и думал…       В ту ночь он проследовал со мной до моего дома, умоляя простить его. Он заслужил, чтобы эта сука Венди порвала с ним. Следующие несколько дней он дарил мне очень много подарков: новую лопату, сигареты, игрушечного жирафа, который напоминал мне того, которого я подарил ему, когда нам было по четыре. Этот список можно продолжать долго.       — А знаешь, что, Кристоф?! — Он кричал на меня весь последний час. Я сидел в своей комнате и читал книгу о войне, когда он сменил тон, привлекая моё внимание. — Я больше не нуждаюсь ни в тебе, ни в твоей тупой лопате! А ещё знаешь, что?! — Я открыл окно, чтобы лучше его слышать. — Бог это самая прекрасная вещь, которая когда-либо существовала в этом мире! Я оттолкнул его и закричал:       — Уби'райся нахуй из моего дома, пока я не швы'рнул в тебя моей лопатой!       Не могу поверить! А я ведь ему доверял, я рассказывал ему обо всём, что происходит в моей жизни, и он тоже. Но когда я обзывал его, я называл его своим другом. Я посмотрел на свои руки. Они были грязные и все измазаны грунтом из-за долгого копания. Чёртов придурок.