Продавец кошмаров

Ацуши смотрелся в зеркало в примерочной и не мог оторвать взгляда от бордовой толстовки. Она была слишком идеальна. И попала в его руки исключительно по той причине, что Накахара (Накахара-семпай?) вручил её ему в руки, предварительно посоветовав не смотреть на ценник. Накаджима даже боялся представить, сколько там нулей, поэтому решил воспользоваться этим нехитрым советом. Магазин, в котором они находились, предлагал покупателям одеться под уличный стиль. Сюда же прилагались скейты, спортивные самокаты, бесчисленные банки с краской, снаряжение для активных видов спорта и ещё куча непонятных вещей, о предназначении которых можно было только догадываться. В общем, просто рай для всяких вандалов и людей со специфическим пониманием того, как нужно отдыхать. И при всем этом ещё и очень богатых. — Конечно, не блистать мне на показе мод, но где-то близко — точно, — ухмыльнулся Ацуши и натянул на голову капюшон, на котором оказались два кошачьих уха. Ощущение того, что он просто типичный подросток, усилилось. Было бы здорово, если бы ему не нужно было идти на задание. Он бы просто зашёл сюда за новыми вещами. А потом пошёл Бы домой и рубился в приставку до утра. Или даже с какими-нибудь друзьями сначала и вправду изрисовал парочку зданий, а потом бы убегал от полиции. Был бы обычным мальчишкой для своего возраста. Но нет. Ацуши вышел из примерочной и, оглянувшись, обнаружил Чую. Тот выбирал краску из огромного количества банок, внимательно читая что-то на упаковке и рассматривая этикетки, которые Накаджиме не говорили ровным счётом ничего. — Накахара-семпай, вы так усердно выбираете. Почему бы не взять любые? Мы же просто маскируемся, не думаю, что преступнику очень важно, какой марки у нас краска. Чуя не сразу отреагировал на его монолог, очевидно, дочитывая длиннющий состав на одной из этикеток. — Любая маскировка может сослужить хорошую службу тому, кто знает, как ей воспользоваться. Вас, новичков, всему ещё нужно учить. Например, среди банок с краской можно поставить очень похожую на неё, но со сценическим дымом или даже с усыпляющим газом, и вовремя ими воспользоваться. Да и состав самой краски очень важен, если ты не хочешь отравиться её парами за несколько часов использования, как я когда-то давно. Ацуши покраснел, но кивнул. Чуе виднее. — Ну, и раз уж мы взялись за такую миссию, я хочу нарисовать что-то красивое, а не просто испортить стену. Ты чего такой расстроенный, кстати? Я был с тобой груб? Ацуши не нашёлся, что сказать, только помотал головой и подергал рукав рукав толстовки. На самом деле внутри у него роились нехорошие предчувствия, в которых он даже самому себе не хотел признаваться. Отойдя от первого шока, парень понял, что случившееся с ним получасом ранее — вовсе не бред его воображения, а вполне реальное действие чьей-то сверхсилы. Вот только не ясно, какая именно она была, кто её использовал и зачем, а главное, почему передумал. Странный город и такие же странные люди. — О чем это вы так мило беседуете без меня? — услышал Накаджима знакомый голос и вздрогнул, когда рука Дадзая опустилась на его плечо. — И как же ты сюда так быстро добрался? — вздохнул, не оборачиваясь, Накахара. — Как Карлсон, через окошко. А вообще, воровать у меня не хорошо, а подчинённых — тем более, я тогда злой становлюсь. — Понятно, — не оборачиваясь бросил Чуя. — Тебе что, совсем все равно? — картинно оскорбился Осаму, как делал всегда, когда хотел, чтобы собеседник не отмалчивался. — Нет. Я хочу скорее закончить миссию и лечь спать. Меня дёрнули именно в тот день, когда должен был быть выходной. А это, знаешь ли, бывает не очень часто. — Кровожадные маньяки тоже не часто по городу разгуливают, — похлопал его по плечу Дадзай. На этот жест Чуя опасно сузил глаза, но Осаму будто этого не заметил. — Вот как справимся, так я тебе выходной у Мори выбью. Он же мне должен. Вот пусть тебя и отпустит. Чуя неопределённо помотал головой. Что он должен ему на это сказать? — Если серьезно, ты зачем сюда припёрся? — Ты веришь в случайности, Чуя? Как и вы, я просто закупаюсь к миссии. Времени уже не так много, а действовать нужно быстро. Да и прибыть всем нужно не в одно время, а в разное, чтобы у объекта наших действий было меньше поводов для подозрений на наш счёт. — Ага. А когда именно ты собирался оповестить меня об этой, скажем так, очень важной детали нашего плана? Дадзай озадаченно посмотрел на него. Примерно через секунду в его глазах появилось понимание. — Видимо, сейчас, — развёл он руками. — Видимо, командная работа — это просто не твоё, и мне придётся с этим смириться. Ты безнадежен, скумбрия. — Ладно-ладно, тут я в первый раз в жизни признаю, что выставил себя полным идиотом, но сейчас действительно придётся поспешить, продолжим наш диалог позже. Ацуши? Парень, все это время старающийся стать как можно незаметней, однако слышавший все до последнего слова, вздрогнул. — Да? — Давай ценник, — потянулся к его толстовке Дадзай. — Держи, — Чуя протянул Ацуши рюкзак, в котором наверняка были банки с краской. — И ещё, вот, лови. Он бросил что-то в сторону парню, и тот от неожиданности это "что-то" поймал. Разжав пальцы, Ацуши понял, что это были ключи от того самого мотоцикла, на котором они сюда приехали. — Водить не умеешь, но придётся тебе учиться на ходу. Координаты вышлю на телефон. Доедешь до точки, оставишь там мотоцикл. Дальше пойдёшь пешком. Накаджима несколько раз растерянно моргнул, обстановка менялась слишком быстро. — А не слишком странно, что обычный подросток разъезжает на такой шикарной штуке? — Мыслишь верно. Ну, мало ли, украл. А может, ты богатенький вандал, не важно. В рюкзаке найдёшь маску и передатчик. Задание понял? Думаю, понял. Выполнять. Ацуши сорвался с места и побежал в сторону выхода. Отдалённо он слышал, как Дадзай сказал что-то по типу "Опять командуешь моим подчинённым". * Получив координаты и построив кратчайший маршрут в мобильном навигаторе, Ацуши поспешил в нужное место. Гнать на запредельных скоростях, естественно, не стал. Но учитывая, что ничего подобного в жизни ему водить не доводилось, да и о водительских правах речи не шло, пришлось петлять такими улицами, чтобы и сильно не задерживаться, и не мешать другим водителям. Хоть в сумме поездка вышла довольно короткой и скорее предполагала, что он сделает вид, будто бы специально приехал порисовать на стенах, Ацуши она казалась вечной и через чур быстрой. В какой-то момент он пообещал себе, что если все пройдёт гладко, то обязательно научится водить, причём разные виды транспорта. А то мало ли, когда в следующий раз на встречу с маньяком придётся ехать или, не дай всевышний, плыть или лететь. Припарковавшись возле уже довольно обветшавшего, но ещё явно жилого здания, Ацуши спрятал ключи и достал из рюкзака передатчик. После сигнала подключения, он сразу же услышал голос Чуи: — Ну как, порядок? — Накахара-семпай, никогда больше не давайте мне свой мотоцикл, я вас прошу. Если я его угроблю, всю жизнь буду молить вас о прощении. Чуя рассмеялся. — Слышал, Дадзай? Вот так нужно обращаться с чужими вещами. А не подбрасывать бомбы под машины напарника и по-тихому сливаться. — Из всего услышанного меня напрягло только "Накахара-семпай", — отозвался Дадзай. — Что ещё за "семпай"? Ты чем его подкупил, чтобы он тебя так называл, псина? — Рыбам со дна морского слова не давали. — Я на позиции. Здесь тихо, — услышали все трое голос Гин. — Нам бы тоже следовало разойтись. И почему это я командую парадом, а не ты, Дадзай? — Ну, ты же у нас "Накахара-семпай". Так соответствуй. Поспешим. После этого передатчики замолчали. Теперь требовалась осторожность и наблюдательность. Ацуши накинул на голову капюшон и побрел по безлюдной улочке. Чем дальше он шёл, тем более старыми казались дома. Потрескавшаяся плитка под ногами, разбитые кое-где стекла и едва проникающий в это место свет заставляли Ацуши погружаться в те невеселые мысли, что всегда маячили у него в голове и которые он каждый раз от себя отгонял. Тревога подступала к горлу комом. Но её заглушала уверенность в том, что они обязательно справятся со своей миссией. Иначе быть просто не могло. * Дадзай свернул за угол заброшенного здания и увидел в далеке Чую. Тот вырисовывал что-то вроде цветка и женского силуэта. Работа над граффити только началась, но уже было видно, что по завершении это будет ни что иное, как произведение искусства. — Посмотрите на него. Есть ли что-то, что ты не умеешь делать? И где ты этому научился? Чуя помедлил с ответом, хоть и знал, что его напарник не отвяжется, если ему не сказать. И скорее из вредности, чем из интереса. — У меня было много времени в подростковом возрасте. Дадзай понимающе хмыкнул и поправил капюшон. В непривычной одежде в виде синих джинс и лёгкой куртки, да ещё и при поднявшемся ветре, было довольно прохладно. — Трущобы и не такому научат. Воровству. Тяге к знаниям и возможностям чему-либо научиться. — Вот, ты и сам все прекрасно понимаешь. Что пристал тогда? — Пытаюсь поддерживать дружеский разговор, насколько это возможно. Мы же на миссии. Прямо как в старые времена. — Вообще-то, по сюжету этой миссии, в старые времена нам было максимум по десять, так что лучше помолчи и принимайся за работу. Включи передатчик и проверь, насколько далеко все от... Чуя оглянулся. Ему показалось, будто только что произошло нечто странное и едва уловимое, но чрезвычайно важное. Шестое чувство подало сигнал, а парень предпочитал всегда ему верить. — Ты тоже почувствовал, да? — губы Осаму растянулись в улыбке. — Кажется, наш гость бродит где-то рядом. Недолго думая, Чуя нажал кнопку на передатчике. — Ацуши, приём. С другой стороны ему ответили только долгие протяжные гудки, а потом шум. Дадзай понял все по лицу напарника без лишних слов. — Итак, мы, кажется, влипли раньше, чем рассчитывали, — проговорил он. — Можно подумать, мы когда-то считали время, — на автомате отозвался Накахара. — Пора работать. Дадзай кивнул и поставил на землю рюкзак, из которого так и не успел достать никаких принадлежностей. Видно, не судьба ему почувствовать себя вандалом. По крайней мере, чуть больше, чем обычно. — Не забудь потом вернуться к своей картине, Чуя. Мне кажется, её и в правду стоит позже закончить.