The two of us

      — Г’раха? — Хэйл ступил под кристаллический свод Окулара тихо и, не обнаружив Экзарха у портала, не стал возвышать голос. Возможно, он отдыхал — точнее, Хэйл надеялся, что это так. Однако почти сразу понял, что надежды не оправдались — когда услышал шорох страниц.       Он нашёл его ровно там, где оставил два дня назад — за столом, с книгой в руках. На мгновение Хэйлу показалось, что он потерялся во времени, но потом он со всей ясностью понял, что потерялся не он — Г’раха выглядел совершенно усталым, почти так же плохо, как тогда, во сне, из которого оба они вернулись едва ли четыре дня назад.       — Г’раха… — он вздохнул и шагнул ближе, заставляя Экзарха наконец заметить себя, поднимая слегка расфокусированный взгляд. — Тебе нужно отдохнуть.       — Не стоит волноваться обо мне, я отдыхаю, — вопреки собственным словам, он улыбнулся виновато.       — Я вижу, что нет. Ты выглядишь ужасно, — уйти от пристального взгляда Хэйла было сложно, поэтому напряжённое мгновение спустя Экзарх со вздохом закрыл книгу и отвёл взгляд, прежде чем заговорить.       — Я не могу уснуть. Я не могу избавиться от страха, что всё повторится, — он вздохнул ещё раз, ниже склонил голову над столешницей и едва слышно хмыкнул, — Невозможно, чтобы я попросил тебя быть стражем моего сна после того, что тебе пришлось увидеть.       На несколько секунд повисла тишина, в которой Хэйл хмурился сразу и из-за Г’раха, и из-за себя. Его опасение было естественным, и Хэйл мог бы сам подумать об этом. Но в действительности молчать Хэйла заставила причина, по которой Экзарх не говорил о своём страхе.       — Ты прав… — начал Хэйл серьёзно, — … нет смысла соблазнять меня таким образом после сна, едва ли оставившего место для разночтений. Ты мог бы сказать прямо.       — Чт… — Г’раха вскинул голову, смешавшись, и столкнулся с улыбающимся взглядом. — Пф, в таком случае, учитывая, что тот сон едва ли оставил место для разночтений, ты мог бы смело посчитать, что моё мнение уже высказано.       — Хм, справедливо. Но сейчас тебе отдых нужен больше ответа, — Хэйл сложил руки на груди, не двигаясь с места, — Я буду на страже.       — Я не могу задерживать тебя здесь из-за этого, Хэйл. Оба мира нуждаются в герое больше, чем я во сне, — Г’раха покачал головой.       — Я тоже имею право на выходной, — когда Хэйл щурился, его глаза окрашивались хищными тенями, присущими закалённым боями и суровым климатом кочевникам.       — Ладно, — сдавшись, Экзарх устало поднялся с места и отправился к той же кровати, на которой очнулся от сна. Последовавший за ним Хэйл без стеснения уселся на пол, прислоняясь к кровати спиной.       — А насчёт ответа… Если твоё одиночество не станет больше от компании искателя приключений …       — Хэйл, — повернувшийся на бок лицом к нему Г’раха не дал закончить предложение, — Я бы никогда не пожелал, чтобы ты остепенился. Раз уж я сам никогда больше не смогу отправиться в путешествие, не оглядываясь на Башню, я бы хотел, по крайней мере, слушать истории о твоих странствиях. Как можно больше историй. Возможно, однажды я их запишу и увековечу ещё хотя бы толику твоих деяний, изменивших так много жизней, — Г’раха улыбнулся с искренним теплом и, подложив под щёку предплечье, закрыл глаза, проваливаясь в сон через мгновения.       Хэйл улыбнулся уже спящему Экзарху, вытянул ноги и раскрыл стащенную из ближайшей стопки книгу.