Белоснежная тьма прекрасна

Белоснежные хлопья снега падали с неба непрерывно уже больше дня. Улица давно стала вся белой, от чего глаза начинало резать от яркости. Переступая новую лужицу льда, молодая девушка лет 20-ти, поправив рукава теплой куртки, шла на домой. Уже минуло двенадцать вечера и наконец то получив свободу от работы, Мишель, устало улыбнувшись мыслям о теплой кровати и долгожданное сне, прибавила шаг. Уличные фонари в частном секторе иногда перегорали или отключались. Такое было часто и поэтому, решив собраться всем деньгами, жители частного сектора вызвали сантехника для проверки фонарей. Вот и сейчас эти надоедливые фонари, как на зло, включились, как только девушка подошла к ним. Раздраженно вздохнув, та, убавив шаг для своей же безопасности, пошла дальше, пытаясь привыкнуть ко тьме. 'Я очень благодарна вам, фонари' – мысленно говорила сама себе Мишель, сузив глаза от злости, – 'Так вовремя и в нужном месте! Ох, благодарствую!' Побурчав у себя в мыслях, Паркер, наконец дойдя до пешеходного перехода, вяло вздохнула, осмотрелась по сторонам и ступила на дорогу. 'А говорили же, что лучше будет, чем там в вашей странной маленькой стране рядом с Россией. Боже правый, да там тоже нихера не видно было, да и дома не сильно отличаются. И тот был частным, и этот' – чурча себе под нос, Мишель, потерев руки, засунула их в карманы куртки, – 'Да чтоб тебя, зима! Ненавижу, ненавижу, ненавижу!!!' Рядом послышался гул машины и Мишель, яростно вздрогнула от испуга, поспешила наконец дойти до другой стороны улицы. Но вот эти две ножки решили сегодня послать хозяйку на все четыре стороны, начав болеть от мороза /а нефиг было одевать обтягивающие джинсы/, не спеша уйти от новой опасности, уже не в роли льда. Судорожно проводя взглядом по дороге, Мишель, наконец дойдя до другой стороны, вздохнула с облегчением. Но не успела ступить на даже на бордюр, как ее сознание окутала тьма и судорожно вздохнув, та рухнула наземь. Еще не успевшее уйти сознание давало услышать испуганные голоса, пару женских и мужских. Один голос, самый низкий из всех, повысился и Мишель услышала одну только фразу перед предстоящей тьмой: – Вызовите скорую! Мы можем ее еще спасти! Вскрикнув, Мишель села на кровати, яростно поглощая воздух, который выбили из груди. Обведя комнату взглядом, Паркер отметила пару вещей – во-первых, это не похоже на современную Американскую комнату. Тут было все старое, в плане современности. Рядом с кроватью стояла небольшого размера тумбочка с .. Курильница? А она то тут что делает? – Твою мать..! – запоздало поняв, крикнула девушка, мотая головой, чтобы проснуться, – Не может быть, не может быть, не может быть! Так просто нельзя! Я хочу домой! В комнату кто-то ворвался, но Мишель не смотрела. Этот кто-то подбежал к девушке, аккуратно взяв за руку одной рукой, а второй проводя по голове в успокоительной манере. – Тише, тише, Мэй Мэй[1]. Все хорошо, – глубокий мужской голос был как успокоительное. Мишель, хрипло вздохнув, наконец успокоилась, – У тебя снова был приступ, А-Лу? Не волнуйся, твой Дагэ[2] с тобой. Дагэ защитит свою Мэй Мэй. – Спасибо.. Дагэ.. Мишель немного оторопела от нового слова. Какая, простите, нафиг, А-Лу?! Я вам тут не носитель всех имен мира! – Мэй Мэй, давай я помогу тебе встать и ты оденешься. Скоро начнутся занятия и я не хочу, чтобы моя Мэй Мэй получила нагоняй от Учителя Циженя. Так стоп. А это уже интересно.. Цижень говоришь? А не тот ли это старикашка, который являлся в знаменитой новелле "Магистр дьявольского культа" дядей статного мужчины, по национальности обрезанного рукава? Лань Ванцзи, так ведь? Из мыслей Мишель вывел голос ее нового "братца": – А-Лу, твои одеяния на месте за ширмой. Прости, что вчера я их туда занес без твоего согласия. Тебе было вчера очень плохо, – дотронувшись до лба девушки, виновато сказал парень, улыбаясь, – А-Лу, прошу, не обижайся на Дагэ. Слабо кивнув, А-Лу поднялась на ноги, держась за руку Дагэ и отблагодарив его, ушла за ширму. Ее братец ушел куда-то, куда – А-Лу и не знала. Попутно одевая одежду, А-Лу задумалась о этом мире: – Значит, я попала в эту новеллу? И сейчас обучение в Гусу, как я понимаю? Комната все-таки слишком белая, аж глаза болят, – наконец поняв, как правильно одеть ханьфу, А-Лу схватила пояс белых ученических одежд ордена Гусу Лань. Повязав его, девушка, уже знатно устав, взяла рядом лежащи меч, чуть достав из ножен и по знанию китайского языка, смогла с легкостью его прочесть, – СюэХуа Лиань[3] значит.. интересно. Нацепив ножны цвета спелой вишни на пояс, А-Лу вышла из покоев. Сразу же в лицо ей ударил свежий запах гор и деревьев, что населяли всю эту местность. Было только утро, об этом догадаться не было проблем из-за совсем низкого положения солнца, которое только-только поднялось и по росе на траве. Глубоко вздохнув свежий утренний запах, А-Лу блаженно улыбнулась и пошла по тропе, которая, как предполагалось, вела к столовой. Дл, начала все-таки нужно набить желудок, а уж потом сидеть на лекции, как в Университете. – Молодая госпожа Сюэ! Молодая госпожа Сю-юэ! – протянув последнее слово, начал кричать высокий парень /ну точно выше самой А-Лу на две головы с чем-то/, в котором Сюэ Лу[4] сразу же признала Вей Усяня – главного героя новеллы, у которого была не самая прекрасная судьба, – Молодая госпожа Сюэ, скажите, это ведь правда, что я – самый красивый из нас с Цзян Ченом и Хуайсаном? Сюэ Лу прикусила язык, думая над ответом. Только бы ничего такого не ляпнуть. – Молодой господин Вэй, прошу, будьте тише. Вы нарушаете правила на стене послушания, – начала девушка, в приветствии склонившись перед мужчинами, – На счет вашего вопроса - вы все трое выглядите лучше не куда. За таких, как вы, не грех отдать душу. – Шимэй.. – Хуайсан-сюн, я говорю правду. Была бы моя воля, я бы давно предложила одному из вас стать моим спутником на тропе самосовершенствования. – Чур это буду я! – широко улыбнувшись, крикнул Вей Ин, опять нарушая правила ордена, – Шимэй уже может поменять фамилию на Вэй! Вэй Лу.. Звучит отлично! – А как насчет Не Лу? – взмолился ХуайСан, пытаясь обратить внимание своей единственной подруги женского пола, – Неужели Шимэй бросит Шисюна? – Хватит валять дурака, вы оба! – раскрасневшись, прошипел Цзян Чен, – или вы хотите получить нагоняй от старика за нарушение правил? – Но мы же не нарушаем правила! – начал было Вэй Ин, как его перебил глубокий и холодный голос за спиной четырех. – 24-тое правило Ордена Гусу Лань запрещает хум в Облачных Глубинах. 78-е правило Ордена Гусу Лань запрещает общаться с заклинательницами. 10-тое правило Ордена Гусу Лань запрещает бегать в Облачных Глубинах. – Лань Чжань! Вот ты где! – Вэй Усянь, слабо похихикав, подошел к обладателю белой налобной ленты с нариванными на ней плывучими облаками. Тот лишь нахмурил брови, отведя взгляд, – Присоединяйся к нам! Как раз будешь Ланьским вариантом. Или лучше твой брат подойдет Шимэй, ведь ты так холоден, а Шимэй нужно тепло. – Вздор. – Молодой господин Лань, прошу простить поведение моих Шисюнов. В следующий раз они будут более предусмотрительнее, – поклонившись, сказала Сюэ Лу, заработав не понимающие взгляды от своих друзей, – Но прошу, господин Лань, позвольте мне продолжить общение с моими Шисюнами. Я смотрю за из поведением, не утруждайте себя волнением. – Правила гласят.. – Правила то, правила сё, – застонал Вэй Усянь, раскинув руки в стороны, – Ты такой скучный, Лань Чжань. Ни одна прекрасная дева не захочет выходить замуж за такой кусок льда! – Вэй-сюн, прекрати. Нам пора на занятия. – Это так, Хуайсан-сюн прав. Если мы опоздаем, то Учитель Цижень всех накажет сверхурочно, – Кивнув в знак согласия, изрекра Сюэ Лу, поправив свои расспущенные черные волосы, – Пора бы и поспешить. Итак. Этот день был таким же, как и в оригинале – скучный маналог старикана о правилах и шалости Вэй Ина с ХуайСаном. Я еле удержалась от сонливости, сумев скрыть ее и не получить. А вот Вэй Ин получил. Цижень задавал ему оригинальные вопросы. И когда дело дошло до последнего, старикан стал прям тираном. – Да как ты смеешь говорить такое?! Ты думаешь, что все кланы позволят тебе взять под контроль Темную Энергию?! – кинув свиток в Вэй Усянь, заревел старик Лань, – А ну с глаз моих долой! Пошел вон! А ведь и не думал, что Вэй Ин, откланявшись, уйдет. Тогда старикашка еще долго злился и даже на меня накричал. А я еле удержала слезы – что здесь, что дома, мне нельзя показывать слабость. Уже был вечер и я думала об плане. Будущее слишком суровое. Я бы могла убить Вэнь Чжу Лю раньше, чем он уничтожит золотое ядро Цзян Чэна. Я могу не дать Вэням напасть на Гусу Лань. Но как тогда всем доказать, что Вэни угрожают всем нам.. Из мыслей Сюэ Лу вывел ее друг, который, спрыгнув с дерева в открытое окно покоев, чем знатно испугал А-Лу, предложил ей заманчивое предложение. – Шимэй, давай снова сходим в Цайи за Улыбкой Императора! Ну чтож, Сюэ Лу оставалось только улыбнуться и кивнуть, запихнув плохие мысли в чулан. Пусть пока побудут там, ведь сейчас все идет хорошо. У нее еще есть время подумать стратегию, при этом не дав никому умереть.