звездочёт

единичная помощь не свидетельствует о крепком общении.

у чонгука ужасное состояние, потому что в один момент его начинает волновать всё, что только может происходить в мире. он начинает интересоваться другой культурой, музыкой, учит новые языки. если бы это давало плоды, то чонгук не чувствовал бы себя ужасно настолько, насколько сейчас. мама максимально заинтересована в его самочувствии, но чон отмахивается загруженностью и неопытностью. это тоже было правдой, но главная и явная причина была совсем в другом. тэхён темнее тучи. у него нерасчёсанные волосы и немая грусть на лице. он никому не говорит о том, что терзает его душу, осознавая, что чимину это неинтересно, юнги вообще до лампочки, а мама может только похлопать по плечу и сказать, что дальше будет только сложнее. «потерпи, всё наладится». она говорила это каждый раз, когда у тэ случалось что-то непредвиденное и долгосрочное, но этот совет не помогал ему ни капли. дотерпеть до чего? когда всё наладится? ответ, как ни странно, лежал на поверхности — когда перестанешь думать об этом. телепатия звездочётов применялась не только к людям-звёздам, но и к своему собственному будущему. у тэхёна она была обратная — да было нет, а нет было да. так происходило каждый раз, когда спорная ситуация выходила из-под контроля. только он успевал пропустить мысль о том, что это никогда не закончится, — ситуация тут же сбавляла обороты или пропадала вовсе. странно, необъяснимо, но тэхён привык. сложно не привыкнуть к своей природе или, как говорили другие, «дару», потому что, прожив с этим неделю, человек начинает привыкать прогадывать наперёд. это вклинивается в жизнь абсолютно неожиданно, но с такими громкими овациями, что хочется уйти с этого праздника жизни как можно скорее. тэхёну двадцать пять, и он там самый главный и почитаемый гость. в сложившейся ситуации — тэхён теряет силу. любая ситуация, имеющая дурные для его организма последствия, высасывает сил больше, чем спортивная нагрузка. сияние его вен с каждым днём всё тише, а телепатия пропала вовсе. мама, смотря на него, хочет только плакать. у её сына высосали всё, что так берегла мать. — тэ-тэ, у тебя всё хорошо? — она осторожно присаживается на край кровати, где тэхён лежал, закутавшись с носом в одеяло. — ты так разбито выглядишь. ким высовывает голову из-под одеяла, смотря пустыми глазами на женщину. — мам, — она тут же смотрит на него, — сколько звездочёт может прожить без природной силы? — месяц, тэхён. месяц. может, всё же расскажешь, что произошло? на работе проблемы? у тебя что-то не получается? — она поглаживает его ножку, с осторожностью смотря в глаза. некоторое время парень молчит, закрыв глаза. позже он садится на кровати, притягивая к себе колени. — почему люди такие суки, мам? почему они сначала проявляют максимальное внимание к тебе, а потом вдруг исчезают, смотря побитым взглядом? — он накручивает одну прядь на палец. — на личном фронте что-то? — типа того, — он подсаживается ближе к ней, почти падая в материнские объятья. — человек сначала показывал свой максимальный интерес ко мне, а потом решил сблизиться не очень приятным способом, и я его оттолкнул. — ты посчитал это правильным? — она скрестила руки на его спине так, чтобы он уткнулся в её шею. — я сделал это на эмоциях, не подумав. он серьёзно это воспринял и теперь игнорирует меня. — он тебя или ты его? происходит секундная заминка, прежде чем тэ продолжает:  — больше, наверное, я, чем он. он делает это как побочный эффект, а я из принципа. — тебе дорого общение с этим человеком? — в какой-то степени — да, — отвечает он, немного подумав. в объятьях мамы тепло и уютно. здесь так спокойно и безопасно, что немного клонит в сон. он полностью расслабляется в чужих нежных руках, позволяя маме целовать его лоб. — тогда почему ты молчишь об этом? — она говорит едва слышно, но различимо. — дурачок мой. — твой. ты думаешь, — он отстраняется, — я нужен ему? женщина тепло улыбается, закидывая прядь за ухо. сын такой разбитый и маленький сейчас, что у неё всплывают воспоминания о его детстве. — спроси у него сам. — сам? — сам. тогда уже будем думать, что делать дальше, — она вновь прижимает его к своей груди. — это всё, что тебя волновало? тэ кивает и просит её посидеть с ним ещё несколько минут. всё же материнские объятья — лечебная вещь. мама всегда была опорой и стеной между ним и реальным миром. с ней — спокойно и безопасно, тэхёну не нужно думать о своём внешнем виде, выражениях. мама понимала его в большинстве случаев, за что он мог благодарить её вечность. любовь нечитаемо прослеживалась между ними, и тэхён дорожил этим, зная, что не у всех такие хорошие отношения с родителями. они пьют какао, и тэ заканчивает день ванной, в которой отмокает лучший час в его жизни.

***

день, когда чонгук понимает, что тэхён готов, наступает через неделю после случившегося инцидента, когда во время пары тэхён то и дело поглядывает на него. чонгук воспринимает это как напутствие к действиям и в конце дня заходит к нему, когда тэхён начинает собираться домой. студент смотрит на собирающегося тэ до момента, пока преподаватель не замечает его в дверном проёме. — ты что-то хотел? — устало спрашивает тэхён, затягивая шарф на шее. чонгук молчит, оглядывая его побитым взглядом, и отвечает, когда тэхён уже стоит перед ним, полностью готовый идти домой: — нам нужно поговорить, тэхён. ким кидает на него вымотанный взгляд, после чего вздыхает и проговаривает, выделяя каждое слово: — разве нам есть, что обсуждать, чонгук? — прости, — неожиданно говорит чон, смотря ему в глаза, но не находя там отблесков силы. волнение и стыд охватывают его, ведь это — из-за него. — я действовал необдуманно, руководствуясь лишь гормонами. прости меня, и я обещаю, что такого больше не повторится. я знаю, что в твоих глазах я выгляжу глупо, извиняясь перед тобой за то, что сделал, но мне совесть не позволяет сделать по-другому. прости ещё раз. я очень сожалею, правда. звучит абсурдно, да? тэхён лишь одаряет его лёгкой улыбкой и хлопает по плечу. — это не звучит абсурдно, чонгук. у тебя хватило совести и бесстрашия извиниться передо мной. не каждый способен осознать свои ошибки и сделать что-то, чтобы решить их, — он видит, как собеседник улыбается в ответ, после чего продолжает: — я прощаю тебя, чонгук. я делаю это не из жалости, пойми. я знаю, что эта ситуация, точнее, её последствия высосали кучу сил и энергии у нас обоих. и знаешь, — он смотрит ему прямо в глаза, — я не держал обиду на тебя. я не ненавидел тебя, я всего лишь копался в себе после того дня и делал выводы. прости за резкую реакцию и слова, что тогда вылетели из моих уст. мы оба виноваты в этой ситуации, и ты не должен винить только себя. давай учтём только одно — как бы сильно мне не нравилось то, что ты сделал с моей шеей, я не хочу, чтобы подобное повторялось. в первую очередь — это опасно, а уже потом мне это не нужно, не интересно и так далее. наши энергии не сопоставляются друг с другом, ты это понимаешь? так уж сложилось, ни я, ни ты в этом не виноваты. такое бывает — две энергии не подходят друг другу платонически и ментально. мы с тобой должны просто принять это и жить дальше. я понятно изъяснился? чонгук перетерпел весь спектр эмоций за время чужого монолога, начиная от радости и счастья, заканчивая горестью на корне языка и сдавливающим чувством в груди. тэхён серьёзно говорит, что они не совпадают на энергетическом этапе? звучит абсурдно, нереально, они же — половинки единого целого, разве нет? — ты прав, что мы оба виноваты. ты говоришь правильные вещи, тэхён. к сожалению, наша энергия неподвластна изменениям с нашей стороны, и я это понимаю. так значит — просто знакомые? — прости? — тэ легко смеётся и смотрит на чона. — так нужно, чонгук. я рад, что ты это понимаешь. они прощаются с тёплым чувством в груди, которое символизирует то, что их отношения в безопасности. в сомнительной, неоднозначной, временной, но безопасности. чонгук понимает, что ему нужен совет чимина, что делать дальше, а также то, что поплакать, придя домой, — просто необходимо, чтобы выпустить пар. тэхён осознаёт, что упустил что-то, но эта мысль быстро убегает от него, а он не успевает ухватить её за кончик хвоста. на душе — спокойно и приятно. уже неважно, как сильно чонгук взбесил его тогда — парень осознал свои оплошности и извинился перед ним. он не знает, что будет дальше, но понимает, что недопонимания станет меньше, а осознанности в чужих действиях — больше. у чонгука на душе кошки выскребают иконы, когда он ревёт, уткнувшись носом в подушку.

***

несколько часов плача пошли ему на пользу. ум более свеж и чист, а мысли просты и гениальны. вчерашние слёзы кажутся такими далёкими — настроение у чонгука поднялось. чимин выслушивает чужие сопли в голосовых и отвечает на это сухим «понятно», отправляет подростка спать и обещает ночью подумать над тем, что ему делать дальше, чтобы он не натворил глупостей. запах свежезаваренного кофе щекочет рецепторы в носу, и улыбка озаряет лицо парня. после всплесков эмоций всегда становилось спокойнее, а жизнь хотя бы несколько дней протекала в размеренном режиме. утренние порывы ветра колышут оконную штору, и чон понимает, что в данный момент жизни, в данную секунду его бесполезного существования — он счастлив. счастлив настолько, что не обижается, когда видит сообщение от чимина, в котором написано нечто типичное, но до жути правильное: «бери умом».

***

восстановление силы звездочёта — вещь не из приятных. есть несколько способов: внутривенно, ментально и самостоятельно. внутривенно — у здорового звездочёта изымают несколько миллилитров крови со сгустками силы и вводят в вены. один из самых небезопасных, но самых действующих. опасность заключается в столкновении двух энергий, что могут не подойти друг другу в одном единственном элементе. действие — всего лишь за несколько дней энергия приживается и даёт дальнейшее продолжение. ментально — мудрый звездочёт, что живёт больше ста лет, внушает словами, что «энергия приобретает вид силы и распространяется по всему вашему нутру». тут главное — поверить в это, а дальше действие, как у самостоятельной. самостоятельно — в этом способе не применяется чужое воздействие — опустошённый звездочёт сам проводит много времени, медитируя и восстанавливаясь естественным путём. самый долгосрочный и малодейственный способ, но самый безопасный, потому что сам. всё это было отголосками регенерации, но сами звездочёты обзывали это «восстановлением». тэхён же называл это кармой за свою же глупость. ким за свою жизнь попробовал все виды и пришёл к выводу, что способ нужно выбирать тот, который необходим именно сейчас. в данный момент — ему нужно быстро и безопасно, поэтому он выбрал внутривенно, заранее продумав, что он будет делать, если чужая энергия не приживётся. посоветовавшись с чимином, они пришли к выводу, что безопасный выход — изъять энергию у человека-звезды ранга не ниже, чем у него самого. поход в клинику, где делают это, намечен на следующее утро после вечернего разговора с чонгуком. сидя с карточкой в руках, тэхён понимает, что в универ попадёт, дай бог, к четвёртой паре — у врачей завтрак, в регистратуре «перерыв пятнадцать минут», а в коридоре намечается драка за очередь к терапевту. ректор понимающе басит в трубку и предупреждает студентов, чьи пары были первыми, что они могут не приходить. у чонгука, как назло, она была последней. через час воплей и криков в коридоре тэхёна вызывают в кабинет, потому что он по талону, где выслушивают жалобы, после чего дают каталог людей-звёзд с нужным описанием и порядковыми номерами. четыреста пятьдесят девятый привлекает его больше всех, потому что: энергия двух могущественных звездочётов (чон чонхай и чон линше) смешивается со жгучей страстью созвездия скорпиона в марсе. подходит звездочётам второго и третьего ранга. тэхён тыкает пальцем на него, ведь перспектива вобрать в себя силу скорпиона кажется довольно прогрессивной. врач обещает, что четыреста пятьдесят девятый прибудет сюда в ближайшее время, а пока тэхён может посидеть в коридоре, где опять не поделили лавочку. поблагодарив специалиста, он возвращается туда, где просидел битый час. сейчас остаётся ждать только заключения врача, ведь если этот четыреста пятьдесят девятый не сможет прибыть в ближайшие несколько часов, то тэ сможет доработать несколько пар на работе и с чистой совестью уйти домой. описание человека-звезды кажется знакомым, но он отгоняет эти мысли. неужели ни у кого, кроме чонгука, нет подобной силы? бред, да и только.

***

на одной из пар телефон чонгука разрывается от звонков с незнакомого номера. он просится выйти — его выпускают, и в коридоре он наконец-то отвечает на вызов. — да, здравствуйте, — он вежливо представляется, давя желание высказаться. — здравствуйте, вас беспокоят из больницы номер три по лечению ранга звездочётов и людей-звёзд. вам удобно разговаривать? — да, — врёт студент, немного напрягаясь. что больнице нужно от чонгука? — ваша анкета в содействии нашей больницы была выбрана одним пациентом. вы готовы принять условия договора? — в смысле пожертвовать свою энергию для спасения звездочёта? — он колотит костяшками стенку. — вы правильно поняли. — я согласен, — в ту же секунду отвечает чонгук, не думая уточнять детали. если он может помочь человеку, чья жизнь сейчас на волоске, то почему он должен отказываться? тем более он сам заполнил эту анкету и оставил заявку, значит, он изначально был готов к тому, что в любой момент абсолютно незнакомому человеку может понадобиться его энергия, и он обязан согласиться. сердобольность взяла вверх, и он, собрав вещи в рюкзак, направился в больницу. желание помочь незнакомцу росло с каждой пройденной остановкой всё больше, так что он начал волноваться. а если он не успеет, и звездочёт скончается прямо в больнице? этот человек будет ненавидеть его в загробном мире, а это очень опасно для его дальнейшей жизни. быть проклятым мертвецом — равносильно смерти. забежав в больницу, встречает врача, что ждал его около самого входа. они направляются в палату, где незнакомца уже подготовили к операции. в этот момент все сомнения улетучились. человек жив, и этого уже достаточно.

***

— он сейчас прибудет, не беспокойтесь. мой коллега сообщил, что он уже в больнице. тэхён улыбается уголками губ, смотря на санитара. тот уже подготовил всё нужное — оголил чужую грудь в месте, где находилось сердце, продезинфицировал шприцы и взял немного крови тэхёна, чтобы потом смешать её с кровью донора — для более удачного срастания энергий. профессионализм в каждом действии медика успокаивал звездочёта и настраивал на удачную операцию. дверь открывается со скрипом, и миру является четыреста пятьдесят девятый, или в простонародье — чон чонгук, ученик первого курса на факультете искусств. знакомые лица уставились друг на друга в недоумении, пока медсестра заполняла необходимые документы. — мистер чон, присаживайтесь напротив и снимайте верх. тэхён отводит взгляд, в мыслях находясь в странном состоянии — ему смеяться, плакать или возмущаться? — добрый день, чонгук, — ким решает поздороваться, чтобы хоть как-то разбавить смущающую тишину. сидеть друг напротив друга полуголыми было как минимум в новинку. — добрый, — отвечает чон, прикрывая красные щёки. тело кима имело рельеф, что манил, но чонгук усмирял это желание, основанное лишь на гормонах. — неожиданная встреча, да? — да, — тихо усмехается тэ и смотрит на студента. — давай ты потом выскажешь мне претензии по поводу скрещивания энергий, а сейчас врачи просто сделают своё дело. чон удивляется на секунду, потому что подобных мыслей в его голове не было, но сейчас до него дошло. тэхён… врал ему? их энергии нельзя смешивать, разве нет? он немного темнеет лицом, но своё негодование решает не выносить в свет, потому что ситуация того не предполагает. глупо что-то спрашивать в тот момент, когда врачи уже готовят шприцы, чтобы смешать то, что якобы смешивать нельзя. операция проходит успешно — через час врачи сообщают, что смешивание пошло, и шанс на приживание энергии возрастает в несколько раз. у тэхёна опять смешанное состояние — он вроде рад, что всё прошло успешно, а вроде и стыдно перед чонгуком. он ведь уверял его, что их энергии не смешиваются, а если это произойдёт — они уничтожат друг друга, не оставят даже праха. он смотрит на расстроенного студента, на лице которого читаются вселенская боль и негодование. тэхёну стыдно — он облажался. врач даёт рекомендации обеим сторонам и отпускает их восвояси. несколько секунд тэхён думает, как будет объясняться, но чонгук опережает его и сам начинает разговор: — тэхён, — он смотрит на него своими округлыми глазами. — зачем ты врал мне? для чего? — чонгук, пойми, — он облизывает губы, выстраивая предложение в голове. — я думал, что наши энергии не совпадают. я не знал, что под номером четыреста пятьдесят девять будешь ты. там даётся только описание энергии и ранг. всё остальное — от имени до пола — скрыто и узнаётся уже во время операции. твоя энергия — хороша для восстановление силы. врачи подтвердили, что наши энергии могут соприкасаться друг с другом, понимаешь? врачи подтвердили — не я сказал, а они поставили диагноз. я могу ошибаться, чонгук, и это нормально. мои знания в этой сфере крайне малы — я мог что-то упустить и не учесть. ты хочешь извинений? — он смотрит на него, пока рассказывает всю информацию. — я не хочу извинений, тэхён. если ты не хочешь контактировать со мной, то ты мог сказать это прямо, а не прятаться под «энергии не соприкасаются». мне непонятно, почему ты, не удостоверившись в информации, смог выдать мне свои умозаключения в том виде, в каком ты их выдал? — я облажался, чонгук, и признаю это, — тэ поджимает губы. — и нет, я не не хотел контактировать с тобой. мы всё равно бы виделись — я твой преподаватель. это моя оплошность, ты это признаёшь? — я не хочу конфликтовать с тобой, тэхён, — вдруг говорит чонгук, заставляя кима вздохнуть. — мы только разрешили один конфликт, из-за которого ты потерял силу, а сейчас мы создаём конфликтную ситуацию из-за разрешённого конфликта. глупо? тэхён застывает с открытым ртом. впервые за всё время их знакомства чонгук говорит донельзя правильные вещи, и даже он не в силах противоречить ему. они как маленькие дети, решившие, что будут играть в песочнице вместе, чуть не подравшись, а потом уже выяснилось, что у них одна лопатка на двоих. ким понимает, что ещё одна неосторожная фраза, сказанная сейчас, всерьёз может породить ещё один конфликт, который они будут решать ещё долго. абсурдно, глупо и бесполезно — вот, как можно назвать будущий спор. — глупо, — подтверждает тэхён. — прости, я истощён, и это защитная реакция. — я понимаю это, тэхён. тебе лучше не появляться несколько дней в университете, пока энергия не приживётся. если вдруг появится недомогание, тебе же есть, кому отвезти тебя в больницу в случае чего? — мама должна уехать на днях. я сомневаюсь, что «отдых» пойдёт мне на пользу. — отвлекись, займись любимым делом, — чонгук улыбается. — ты доберёшься домой? — я не при смерти, чонгук, — он тихо смеётся, думая, что студент слишком сильно печётся о нём. — я доберусь, не беспокойся. даже если мамы не будет рядом, а со мной вдруг что-то произойдёт, — телефон всегда со мной, я вызову скорую. спасибо за беспокойство, но мне правда нужно идти. до встречи, чонгук. — пока, — они расходятся в разные стороны. тэхён понимает, что чонгук научился сдерживать гнев и думать более расчётливо, чем несколько месяцев назад. это приводит его в спокойствие — за студента теперь не нужно переживать — он сможет сдержать себя. будто бы кто-то собирался переживать за чонгука.

***

за три дня с ним не происходит ничего непредвиденного. подстать тэхёновой энергии, чонгукова стала разрастаться. опасения чимина, что она не приживётся, улетучиваются, когда врач пишет в карточке «прижилась успешно» и отправляет тэхёна домой. тот в растерянности добирается до дома — теперь чонгук на медицинских основаниях может катить свои шары к нему. главное, чтобы тэхён не раздавил их, когда будет идти. в универ он возвращается почти под аплодисменты — коллеги поздравляют с возращением и интересуются самочувствием. тэхён отмахивается от всего простым «всё хорошо, спасибо» и с неким трепетом направляется к своему кабинету. за три дня он успел заскучать за орами студентов и вечным «извините, можно выйти?», так что счастье наполняет его, когда он умещает свой зад на учительский стул. он чувствует себя просто отлично — сейчас он готов согласиться на любую авантюру, которую ему сможет кто-то предложить. пальцы на ногах поджимаются, когда он видит толпу студентов, столпившихся около аудитории. несмотря на скелеты в шкафу, что скоро вывалятся наружу, он обожал свою работу и не мог прекратить восхищаться ею. в толпе он замечает чонгука, который одаряет его улыбкой и машет ему ладошкой в качестве приветствия. настроение подскакивает ещё выше, и тэхён улыбается в ответ. как это приятно — вновь оказаться там, где ты чувствуешь себя комфортно.

***

«бери умом» чонгук воспринимает всерьёз, из-за чего начинает чаще отвечать на вопросы, которые тэхён задаёт во время пары. когда во вторник его группе ставят две пары подряд, тэхён почему-то светится от счастья. ему нравится то, что чонгук взялся за ум, хотя тот никогда не давал усомниться в своих знаниях. чонгуку в радость наблюдать, когда тэ счастливо улыбается после очередного правильного ответа на его вопрос. связь между ними стала крепче — всё же жертва энергии и их сопоставление — это не шутки. чон думает, что врачи открыли ему полигон к войне, но у тэхёна на это другие планы. для него чонгук — знакомый, что спас ему жизнь. единичная помощь не свидетельствует о крепком общении. естественно, тэхён благодарен ему за сердобольность, но он ничего не обещал, когда проводилась операция. чонгук тоже ничего не спрашивал — сам безвольно решил, что они теперь «друзья». с какой стати — об этом чон не сообщил. возможно, тэхён просто загоняется о том, чего ещё нет, но сомнения, что знакомый считает именно так, неприятно оседали в горле. тэхён не хочет делать больно своими словами «мы не друзья», поэтому улыбаться студенту всё сложнее. чонгук не хочет рушить то хрупкое, что образовалось между ними, отчего дальше улыбок не заходит. знает, что тэхён не против, но сознательно этого не делает. он считает победой эти несколько улыбок за время пары, о чём рассказывает чимину. тот выслушивает, понимающе отвечает и говорит, что чонгук делает всё правильно. чон не сомневается.

***

чимин приезжает в понедельник утром. первое, куда он едет, — к тэхёну, потому что соскучился. причина до жути сопливая, но чимин хочет удостовериться, что с другом всё хорошо и ему не нужна помощь. в то же утро тэхён намечает им встречу вечером и отправляется на работу. чимин коварно улыбается, вызванивая юнги, чтобы поехать в магазин. — бери паспорт, будем закупаться алкашкой.

***

вечер обещает быть долгим, ведь чимин заезжает к нему с тремя ящиками виски. тэхён посвистывает и пропускает гостя в квартиру, пока сам думает, что сильно напиваться не будет, ведь «будний день, завтра на работу, ректор не поймёт». — рассказывай, друг, что тут происходило, пока меня не было, — они усаживаются на кухне, беря первую бутылку за этот вечер. — ой, с чего бы начать, — тэ выпивает первый шот, кривясь, и с грохотом возвращает рюмку на стол. — начнём с работы? — я ожидал услышать рассказ про чонгука, но работа так работа, — чимин ухмыляется. — ладно, уговорил, — тянет тэ, закидывая пятьдесят грамм в рот. — чонгук извинился, спас мне жизнь, начал поддерживать меня на парах… — и вы всё ещё не вместе? — чим, — тэ обиженно смотрит на него. — мне не нужны отношения. я не готов к подобному, а чонгук просто хороший знакомый. тем более он младше меня на одну пятую часть моего возраста, ты думаешь, он опытный? — какая… возраст — это последнее, что должно тебя волновать в отношениях, тэхён. то, что ты не готов к отношениям, — чонгука не остановит. я не понимаю тебя, честно, — у тебя прямо перед носом мелькает то, о чём мечтает добрая часть его курса. если верить юнги, то вторая тоже слюнки подбирает. чё ты сопротивляешься? ким выпивает три рюмки подряд, после чего выдаёт: — зай, он мне не нравится, — чимин театрально вздыхает. — пусть он хоть что делает — я на его подкаты всегда смогу дать откаты. тебя, кроме чонгука, ничего не интересует? — я жду полный, во всех подробностях, рассказ о том, что за эти две недели происходило в универе, мальчик мой.

***

посиделки с чимином всегда заканчивались одинаково — тэхён плакал у него на плече, пока пак закидывал в себя оставшийся алкоголь. на следующий день было очень плохо и одновременно — так свободно — выплеск эмоций нужен был даже тэхёну. хотя бы раз в полгода. похмелье дало о себе знать в шесть утра, что для кима было идеальным вариантом — ко времени, когда нужно было выходить на работу, он выглядел соответствующе. в крайнем случае помято — это почти прилично. немного расшатано, но он добрался до университета. громкие звуки немного сдавливали слух, но, в принципе, дорога до места работы прошла спокойнее, чем он представлял. тэ понимал, что ректор по головке за подобное не погладит, но его явка на работу, даже в таком состоянии, рассматривалась бы выгоднее, чем прогул из-за «у нас тут ящик виски, понимаете?». гогот студентов воспринимался как раздражающий фактор, а не вещь, которая поднимала бы настроение.

***

чонгук подумал, что кофе задобрит тэхёна и тот пойдёт хоть на какой-то контакт. ради этого он покупает два стаканчика американо, оставляет чаевые официанту из-за хорошего настроения и резвой походкой направляется на учёбу, ведь тэхён точно будет рад такому дружескому жесту с его стороны. чон быстро находит нужную аудиторию, где предположительно у преподавателя проходила первая пара, и аккуратно стучится в дверь. он уже несколько десятков раз по дороге от кафе до универа успел представить, с какой радостью и с каким нескрываемым удовольствием ким примет этот ароматный кофе из аккуратных рук чонгука. — чонгук? у тебя же третья пара у меня, разве нет? — тэ немного удивлён неожиданному появлению студента и был готов уже идти разбираться с ректором из-за неточного расписания. — да, третья, но я решил, что кофе с утра будет хорошим началом дня, тэхён-ши, — он улыбается и протягивает преподавателю картонный стаканчик, почти до краёв заполненный сладкой чёрной жидкостью. несколько секунд у тэхёна уходит, чтобы понять смысл сказанного. ещё несколько, чтобы идентифицировать протянутый ему предмет. последний мыслительный процесс уходит на то, чтобы сгенерировать ответ. — спасибо, — он забирает стакан из чужих рук, пристально смотря на чона. у того будто что-то ломается вместе с тэхёновым «спасибо», но ким решает не акцентировать на этом внимание. подумаешь, у младшего настроение плохое. — всё хорошо, тэхён? — чонгук сводит брови к переносице, думая, что он мог сделать не так? или причина не в нём? — как бы тебе сказать, — тэ отпивает купленный кофе, хлюпая. — вчера мой любимый друг приехал из двухнедельной командировки, а вместе с ним из тэгу прибыл ещё ящик виски. внимание, вопрос: мучает ли меня похмелье? ответ: мучает. он смотрит на лицо собеседника, эмоции которого сменяются с грусти до подозрения, с подозрения до улыбки и с улыбки до сдерживания смеха. ким салютует ему стаканчиком, ведя бровями, и жестом просит удалиться. — начинать утро с кофе — прекрасная идея, мистер чон, — кричит вдогонку тэхён, осознавая, что его настроение чуточку скакнуло вверх. кофе он пьёт на протяжении всей первой пары, замечая презрительные взгляды студентов. ким тэхён всегда позволял себе на парах больше, чем предполагал его статус. чего только стоили вечные чаёвничества и распития чего-то из стаканов.

***

после этого чонгук думает, что их отношения, прямо как в злосчастном симсе, — улучшились. думает он так до момента, пока не замечает тэхёна с каким-то парнем, так мило беседующих около аудитории. очки настроения падают вниз. — да-да, конечно, после пар забеги за мной. я буду тут же, — до него долетает только обрывок последней фразы, а после неё — лёгкий чмок в щёку со стороны незнакомца. чонгук пытается удержать разрушающиеся замки, что с грохотом падают на землю, сметая всех и всё на своём пути.