Красная Шапочка

      Вскоре Деймон и Бонни ушли — хотя Сальваторе не против был бы остаться, это чувствовалось, но он все-таки проявил неожиданный для него такт. Бонни же ушла копаться в своих старых книгах, собираясь разыскивать там всякие скрывающие заклинания, но по глазам было видно, что ведьма не особо верит в успех предприятия. Гилберты остались в доме втроем, и тогда Елена впервые заикнулась о своей гениальной идее — увезти Фрэнки из города. За короткое время она продумала все, что якобы на учебу, в Денвер тот же, под покровом ночи, с охраной в виде кого-нибудь из вампиров, и неважно, черт возьми, что от разъяренного первородного гибрида не спасет ничего… Ответ Фрэнсис был абсолютно однозначным и даже слишком ожидаемым:       — Нет. Я Тая не оставлю. И тебя. Елена, я не могу бросить всех, тем более сейчас!       Елена вся как-то поникла сразу, как будто бы из нее разом все силы высосали. Фрэнсис, напротив, впервые почувствовала в себе настоящий стержень. Вспомнилась Кэтрин, которая столько лет бежала от Клауса. Перед глазами была Елена, пытающаяся любой ценой спастись от Майклсона. Только люди-то все равно умирают… Бежать, подвергая семью еще большей опасности? Узнав о более доступном источнике ценной крови, Клаус точно будет не в восторге, если Гилберты скроют Фрэнки. Бежать, когда лучший друг попал под зависимость Клауса, став его первым успешным гибридом? Нет, это не про Фрэнсис. Нет!       Ей, справедливости ради, страшно. Страшно настолько, что трясет — для Фрэнсис похолодевшие руки и ноги всегда были показателями истинного ужаса. Тайлер всегда именно так и раскрывал все ее попытки храбриться. Но что делать? Чудесного исцеления все равно не получится. Ничего не изменится! Проще принять. Смириться? Ждать, когда большой плохой волк решит попробовать ее на зубок? Точнее сказать, поделиться ей со своей будущей семьей, волки же всем делятся…       — Ты не понимаешь, чем это все может закончиться? — прошептала Елена, находясь на грани между истерикой и обмороком. Сестра не ожидала такой подлянки от вселенной. Никто из них не ожидал.       — Ты не забывай, пожалуйста, что не ты одна потеряла почти всех близких, — глухо напомнила Фрэнсис. — И именно поэтому, Дьявол тебя разорви, Елена Гилберт, я ни шагу не сделаю из этого проклятого города!       Голос на последних словах задрожал, выдавая истинное состояние Фрэнсис. Младшая Гилберт шумно выдохнула, запустив ладонь себе в волосы. Оборотни очень зависимы от телесного контакта. Фрэнки с недавних пор тоже стала.       Она этого всего не планировала.       Одно дело — быть тенью своей старшей сестры. Елена — двойник, Елена — способ пробудить давно спящего волка, Елена — ключ к созданию гибридов, Елену каждый первородный вампир хочет убить по своим причинам. Елену надо защищать, и такой расклад Фрэнки всегда устраивал полностью, потому что у Елены есть двое влюбленных в нее братьев-красавчиков-вампиров, которые за нее душу Дьяволу продадут и звезду с неба достанут.       И совсем другое дело — самой стать обладательницей чудесной крови. Понимать, что это тебя теперь будут хотеть скормить новообращенным гибридам, что ты теперь из ничего не значащего для Клауса пустого места превратилась в настоящее сокровище… гораздо более доступное, чем Елена! С помощью крови Фрэнсис он уже получил готового гибрида. За Фрэнсис не будут бороться так же сильно, как за ее сестру. Или… нет, конечно. Не будут. Жизнь Елены дорога большему количеству людей. Это не зависть почти, а просто признание очевидного всем факта.       Уехать, наверное, было бы разумнее всего. Но если уезжать, то не одной! Всем вместе. Только Елена ни за что не согласится — Фрэнки вообще не понимала, какого черта сестра все еще остается в городе. Хотя… живет по принципу «боль хочет, чтобы ее чувствовали», наверное, а с проклятым Мистик-Фоллсом связано слишком много плохого. Фрэнки села прямо на пол, привалившись спиной к стене и слишком внимательно изучая потолок. В тот день, когда Тайлер рассказал ей, что он оборотень, а Фрэнки удостоверилась в том, что он не бредит, она нарисовала у себя в комнате созвездие волка — в гугле нашла. Это был первый раз, когда Тайлер Локвуд действительно смутился.       Все могло бы сложиться иначе, это точно. Фрэнсис могла бы остаться дома. Тайлер бы умер, и никто бы не узнал, что кровь Фрэнсис такая же чудесная, как и у Елены. Могло бы? Черт возьми, нет! Фрэнки криво улыбнулась, смотря на ею же нарисованные звезды и признавая, что нет, она не поступила бы иначе. И теперь проблем не оберешься, но зато она спасла лучшего друга.       И может спасти семью.       От шальной идеи, закравшейся в голову, Фрэнки резко вскочила, не веря, что она реально это придумала. Просто… все логично ведь! Клаусу нужна кровь, да? Да. Он может ее получить. В ответ Фрэнсис могла бы диктовать ему свои условия. Например, оставить ее семью и друзей Елены и больше никогда не вмешиваться в их жизни, а то… а то… а что — а то? Убьет себя? Ну, облегчит Клаусу получение крови. Да он, собственно, сам захочет — убьет. Если диктовать свои условия, то нужно предлагать что-то действительно ценное. Допустим… Фрэнки вдруг вспомнилось, что ее одноклассница, Кэти, недавно забеременела.       А если мать обладает чудо-кровью, то и ребенок, скорее всего, тоже?..       Додумать эту безумную мысль Фрэнки не успела — с первого этажа раздался грохот. Переобщавшись в последнее время с вампирами, Фрэнки знала этот звук — так чужое тело отлетает к стене. Затем послышался знакомый низкий рык, крик Елены, и Фрэнсис искренне поблагодарила Клауса за то, что он одним своим укусом испортил все ее старания. Серьезно, она только отучила Тайлера бросаться с кулаками на всех, кто на него косо посмотрел!       Решительность придала ей сил, и на первый этаж Фрэнсис спустилась, даже ни разу не пошатнувшись. Опасения подтвердились. Тайлера, скорее всего, пригласила Елена, не ожидая подвоха или просто веря, что хотя бы он переубедит Фрэнки, доблестный Джер решил отомстить за младшую сестру, а на выходе получилась драка, победитель в которой был известен заранее. Джереми лежал на полу. Сверкающий желтыми глазами и страшными клыками Тайлер замер, почувствовав Фрэнки.       — Встань и медленно отходи подальше, — прошипела Фрэнсис брату, вставая так, чтобы загородить его собой. — Иначе я буду не против, если Тайлер тебя сожрет!       Новая сущность принесла и более серьезные проблемы с самоконтролем. Тайлер на нее, вроде бы, смотрел, а Фрэнсис чувствовала, что он ее просто не узнает. Помнит, но не узнает, да. Самое главное — это не бояться. Что волки, что собаки очень чувствуют людской страх, и ничем хорошим такое поведение не закончится. Так что Фрэнсис мило улыбнулась, подходя ближе к Тайлеру, чудом не выдала волнения насчет того, что этими вот клыками он недавно впился ей в шею, и, не пожалев сил, влепила ему пощечину.       Волк зарычал еще более угрожающе.       — Ты на кого рычать вздумал, волчара? — хмыкнув, поинтересовалась Фрэнки, тут же начиная гладить место удара. Осторожно так, чтобы успокоить. Сыграть на контрасте. Обычно помогало. Рыка в ответ не последовало. Фрэнки, облегченно выдохнув, в ту же секунду обняла его. Хоть что-то идет по плану.       — Сожру же когда-нибудь… — прошептал Тайлер обреченно. Фрэнки хмыкнула, пряча улыбку, и как бы между делом напомнила:       — Попытался уже. Такой себе из тебя волк, раз даже не можешь съесть одну Красную Шапочку.       Тайлеру, в отличие от нее, смешно не было. Фрэнки отстранилась от него, кивнула Елене, чтобы та занялась Джереми, и потащила Локвуда к себе в комнату, чтобы избежать новых конфликтов. Хотя, вообще-то, тревожно было — Фрэнсис прекрасно понимала, что разговор им сейчас предстоит не из легких.       Едва они оказались вдвоем, Фрэнсис машинально скользнула взглядом по губам друга — ожидала увидеть клыки. Понятно, конечно, что раз за Тайлером не было дороги из трупов, значит ситуация более-менее стабилизировалась, но…       — Я не буду тебя кусать, — заверил ее Тай, прекрасно понимая, о чем она сейчас думает. Фрэнсис выдавила из себя не особо убедительную улыбку.       — Что, такая невкусная?       Фрэнсис честно пыталась шутить, но сейчас, смотря на Тайлера, это было сложнее, чем казалось, потому что… он же теперь наполовину вампир. Наполовину мертвый. Клаус Майклсон добрался и до ее лучшего друга. Или это такая красивая, ненавязчивая месть за короткие отношения с Кэролайн? Волки же собственники, по Тайлеру заметно, по крайней мере…       — Прости меня. — Голос Тайлера звучал абсолютно безжизненно. Фрэнсис ни разу не видела своего всегда горящего друга таким. — Прости меня, Фрэнки, черт, я…       — Не начинай, а? — вздохнув, попросила Фрэнсис, подходя и снова обнимая Тайлера. Пальцы путались в его волосах, она чувствовала, как напряженный Локвуд расслабляется рядом с ней, а Фрэнсис прекрасно понимала, что чувство вины у него никуда чудесным образом не исчезнет. Только вот… — Просто подумай, что было бы со мной, если бы я знала, что могла тебя спасти, но не спасла. Все произошло так, как и должно быть. — Фрэнки ненадолго замолчала, а потом, не удержавшись, хохотнула. — Зато теперь могу всех пугать своим личным страшным волком. Ты же, в теории, теперь и без полнолуния сможешь превращаться?       — Дура ты, Фрэнки, — вздохнул Локвуд, особо не церемонясь с ней.       — От дурака и слышу, — невозмутимо парировала Гилберт. — Чтоб тебя… блохи съели, Тай!       Снова замолчали. В объятьях Тайлера было спокойно и тепло, не хотелось думать абсолютно ни о чем, но нужно. И тогда Фрэнки тихо спросила:       — Как скоро он придет за мной?       В голову снова полезли самые, без преувеличений, ее безумные мысли. Фрэнсис поняла, что Клаус спокойно может внушить Тайлеру привести ее силой… если уже не внушил. Так чего медлить? Ее покорность может быть полезной. Прекратить мучения сестры, подарить ей нормальную жизнь, освободить от рабства Тайлера, хотя Фрэнки все еще не понимала в полной мере суть возникшей между Таем и Клаусом связи…       Из груди Локвуда вырвался нервный рык. Он осторожно, но сильно сжал ей плечи, отстранил от себя, чтобы посмотреть в глаза, и произнес — Фрэнки с трудом разобрала слова:       — Даже не думай!       Фрэнки, на самом деле, удивилась бы, если бы он не догадался, что она что-то задумала и что именно она задумала. Он не был под внушением. Это немного… осложняло ситуацию.       — Я не собиралась прямо сейчас идти сдаваться Майклсонам! — воскликнула Фрэнки, попытавшись вырваться, но Тайлер держал ее крепко. — Просто… ты подумай, это же можно вывернуть в свою пользу! — Руки Тайлера на ее плечах сжались сильнее. — Тай!       — Я. Тебя. Не. Пущу. — Его голос становился все менее похожим на человеческий. Фрэнки смотрела в его желтые волчьи глаза и разрывалась одновременно от желания его снова обнять и навязчивой мысли настучать по этой дурной башке, готовой идти на самые неоправданные риски.       — Да не собираюсь я никуда идти прямо сейчас, Тай! — повторила Фрэнсис уже отчаяннее. Голос впервые за все время с момента укуса так дрожал. — Просто… Тай, я хочу хотя бы раз в жизни сделать что-то полезное для вас! Даже если ради этого придется стать мешком с кровью для Клауса! Просто… Тай, так можно… так можно прекратить… все!       Не ответил. В охапку сгреб, обнял так, что дышать стало трудно. И даже, господи, в макушку поцеловал. Нервы сдавали не только у Фрэнки. Ком в горле. Плакать не хотелось.       — Нет, — повторил Тайлер еще более решительно, чем до этого. Рычащие нотки из голоса пропали, но Фрэнки он все еще не отпускал.       — Ты же знаешь, что я вряд ли передумаю, — выдохнула Фрэнки. Это не из вредности было, не из принципа, а просто признание факта. — Клаус придет за мной сам. А так…       — Знаю, что не передумаешь, — согласился Тай. — А ты знаешь, что я все равно тебя никуда не отпущу. Только… только не одну.       Спорить Фрэнки уже не стала. Не хотелось тратить бесценное время, которое можно провести вместе, на скандалы. Просто… когда у тебя есть личный волк, который пытается тебя защитить — это несравнимое чувство. И Фрэнки еще раз повторила себе то, что она не зря рискнула. Тайлер — это половина ее вселенной.       Правда спокойствие, когда ты Гилберт, вещь очень кратковременная.       У первородных вампиров проблем с пунктуальностью-то нет.