Последнее желание

Хелен

Склизкое и холодное. Оно забирается под кожу с каждым вдохом и прочно обосновывается у самого сердца. Как ядовитая змея, ищущая укрытия, чтобы отложить яйца, а затем взрастить маленьких змеек, и так до бесконечности. Пока эти змеи окончательно не соберутся в огромный комок, чтобы задушить твой немой крик. Это чувство страха. Теперь, когда информация о покушениях на студентов, давно перестала быть тайной, страх сковал сердца и души всех обитателей школы. Впрочем, боялись не только в Хогвартсе, на и за ее стенами. Миссис Хлоя Макманус, обладавшая уникальным чутьём, которое свойственно только старикам, не упускала малейшей возможности узнать, как дела у Микки. Единственный, а оттого еще более любимый, внук и сам не сильно протестовал против ежедневных звонков бабушки по камину, и недолгих, но по-семейному теплых, наставлений деда Ахиллеса о безопасности и правилах хорошего тона. В один из нечастых тайных визитов Мика в мой кабинет, мы с ним решили не посвящать Ахиллеса и Хлою в проблемы школы, чтобы не усиливать и без того сильное волнение семейства. «Для их же спокойного сна, не говори пока деду и бабушке ни о чем странном, договорились?» Детский азарт, с которым мальчишки и девчонки хранят секреты от взрослых, чувствуя себя причастными к чему-то загадочному, сразу загорелся в глазах Майкла. Он пил лимонный коктейль, который обожал в детстве и с недетской серьезностью разглядывал существ в моем шкафу у дальней стенки. Привлекло его внимание вовсе не чудное оперение гарпий, а то, что они должны были охранять. - Что в том сундуке, тетя? Я сделала вид, что не следила за ним все это время, и перевела удивленный взгляд на потасканный временем сундучок, исписанный рунами, поблескивающими при свете вечернего солнца. - Бартоломью. - Пират? – Карие глаза Микки округлились, став похожими на дно пустого стакана, который тот уже успел осушить. Легкий взмах моей руки заставил стеклянные стенки вновь переливаться ароматной цитрусовой жидкостью. - Почти. – Не сдержав улыбки, я направилась к шкафу и достала сундук. Всё это время меня сопровождал осуждающий взгляд Мелодии, на который я старалась не обращать лишнего внимания. Когда тяжелая дверь шкафа закрылась, зверинец как будто бы потерял интерес к двум магам в кабинете. - Смотри внимательно. – Концом черной палочки, я коснулась маленького замка, висящего на сундуке, и тот нехотя щелкнул, позволяя крышке чуть приоткрыть содержимое. - Вот это да! Что это такое? - На его лице, близко прислонившемся к маленькой щели, заиграли солнечные зайчики всех цветов радуги, озаряя темный кабинет волшебным светом. – Похоже на цветного туманчика.* - Ты прав, солнце. Если бы на твоем месте были непутевые студенты старших курсов, они бы так и решили. - Еще похоже на боггарта! – Предположил юный колдун, не чувствуя, как деревянные края крышки сундука оставляют ему полосы на, слишком сильно прижавшемся к ним, лице. - Можно сказать, они сородичи. И те, и это, питается воспоминаниями и эмоциями. Правда, этот куда более опасен. - Опаснее боггарта? – Микки перевел на меня недоверчивый взгляд, и тут же вернул его к существу на дне заколдованного сундука. – Что может быть страшнее самых страшных кошмаров? - Несбывшиеся мечты. Я легко потрепала его по кудрявой копне, убирая Бартоломью туда, где ему суждено было бы простоять еще немало лет под защитой мощных заклинаний. - Его назвали в честь пирата Бартоломью? – Мик нахмурился, покрутив в руках стакан, наполовину наполненный желтоватым коктейлем. – Но ведь по легенде он был веселым колдуном и искателем сокровищ. - И не слишком в этом преуспел. – Я присела на край стола, рядом с племянником, чувствуя, как время и тайны неумолимо отдаляют нас друг от друга, и как сильно мне его не хватает. Будто бы поняв мои чувства, мальчик прыгнул на стол, и зарылся в мои объятия. Точно также, как перед отъездом из дома. – Легенды о многом умалчивают, только история беспощадно честна. Пират по имени Бартоломью действительно существовал когда-то, но никогда не был одним из нас. Микки удивленно поднял глаза, не веря своим ушам, пока я гладила его по голове. - Всех людей тянет к неизведанному, Мик, как голодных к роскошным яствам. Когда-то это заканчивается успехом, и нищие становятся аристократами, а бывает, что погоня за тем, чего не имеешь, приводит к серьезным последствиям. Случай Бартоломью был из вторых. Он так отчаянно хотел доказать всем, что он особенный, что магия — это то, что поможет ему быть всемогущим королем морей, что в конечном итоге, пират опустился до уличного фокусника, выдавая свои изобретения за магию и заклинания. Маленький колдун внимательно слушал размеренный тихий голос, который чуть слышно разносился по кабинету преподавателя, смешиваясь с потрескиванием дров в камине. За пределами преподавательской башни рождался закат, освещая летевшие по осеннему ветру листья. Они, шурша, ложились на землю, такую же темную и холодную, как древние секреты, которые хранил этот замок. И, казалось, эти тайны ночами, обретали материальный облик и блуждали по коридорам в поисках тех, кто был бы способен их разгадать. Микки показалось, что прямо в этот момент, что-то страшное и темное находится совсем рядом с ним, но страшно здесь, в теплом кабинете, рядом с тетей Хелен ему не было. Я положила руку на мерно вздымающееся плечо племянника. - Ему было мало признания простого народа, который считал его и вправду особенным, боясь не угодить такому магу, как он. Было мало и презрения, с каким к нему относились люди, знакомые с настоящей магией. Пират решил доказать всем, что его дар — это не шутка, а метка избранного. Бартоломью сумел раздобыть где-то карту, указывающую путь к волшебным сокровищам. Безумец искренне верил, что эти дары помогут раскрыть его магические силы и дать власть, о которой тот мечтал. Однажды осенью, корабль «Фортуна» под командованием Фрэнкуса Бартоломью попал в шторм, в который тот намеренно завел экипаж, считая, что его дар им поможет. - А куда вела эта карта? - К садам Безвременья. Теперь, если верить той же легенде, Бартоломью обосновался там, где предается мечтам о своем величии даже сегодня. В мальчишечьем воображении живо предстали мачты, покрытые кораллами. Палуба, дырявая и просевшая, которая служит теперь обиталищем морских коньков и скатов. И где-то внутри, покрытый зелеными водорослями и рыбьей слизью, еще жив славный пират. Закрыв свой глаз в пустом черепе черной треуголкой, он вертит в костлявых руках карту, ведущую в те самые сады, где сбываются желания. - Эти сады, они и правда..? - Кто знает. Часы на стене пробили девять вечера, а это значило что Микки давно пора быть в гостиной. Резво поправив желто-черный галстук и допив коктейль, он помахал мне на прощание. - Кто знает… - Пробормотала я, не отрывая взгляда от окна, за которым уже начали выглядывать из-за облаков первые звезды. Это значило, что пришло время исполнять обещанное. Поправив преподавательскую мантию, я бесшумно выскользнула из кабинета, прихватив с собой пару свернутых пергаментов и черную волшебную палочку. Предчувствие, что вот-вот случится что-то непоправимое, не покидало даже после посещения Микки, и успешно принятого им защитного зелья, под видом лимонного коктейля. Юный маг и не подозревал, что именно из-за большой концентрации трав, защищающих от темных чар, его стало сильно клонить в сон настолько, что, переступив порог гостиной Пуффендуя, он заснул прямо на диване возле камина. Да, директор дал слово, что в стенах Хогвартса мальчику ничего не угрожает, но излишняя осторожность никогда не повредит. Особенно в настолько темные времена. По дороге в кабинет Дамблдора меня не покидало чувство тревоги. Последний раз, такое было перед зданием Министерства, когда я четко ощущала на себе чужой взгляд. Взгляд, который жаждал убить. Последняя в коридоре картина старика в мешковатой мантии кивнула мне, открывая проход к самому сердцу школы, куда путь был закрыт почти всем в темное время суток. Но порой, мне казалось, что здесь по ночам я бываю чаще, чем в своей спальне. Дверь со скрипом открылась, пропуская меня в широкую круглую комнату, со стенами, до отказа забитыми книгами настолько, что стеллажи уходили далеко вверх, почти скрывая от глаз усеянный рунами и созвездиями потолок. Шляпа привычно махнула мне своими полами, пока я неторопливо подходила к столу, где, спиной ко мне стоял директор. Что-то изменилось здесь с моего последнего посещения, но что именно, понять пока было трудно. Быть может, причиной этому стал феникс, переродившийся снова в маленького птенца? Маленькие глаза Фоукса с любопытством глядели на меня, отражая в своей глубине мое лицо: настороженное и готовое к любой опасности. - Вы одна из немногих, кого он успел увидеть после своего перерождения. – По-доброму улыбнувшись, старый маг развернулся ко мне, подзывая рукой. Его длинные пальцы в полутьме кабинета напоминали когти феникса, который пока не решил, что ему делать с пойманным зверьком: поиграть и отпустить, или же... – Это редкая удача, и, поговаривают, хорошая примета. - Примета к чему? – Мой безразличный голос эхом прошелся по кабинету, отразившись от всех поверхностей, и вернулся ко мне с легкой ноткой нервозности в нем. «Сказываются ночные дежурства и недосыпы - решила я, - Теряю хватку». - Если верить сказкам маглов, то к интересному приключению, что изменит всю жизнь счастливца. А ежели прислушиваться к песням народов северного нагорья, вам они, конечно же, известны как «фейри» или духи озорства. Так вот, по мнению северян, увидевший перерождение феникса, умрет и воскреснет подобно ему. С любопытством глядя на меня, он со смешком добавил: - Не фигурально, разумеется. Хотя вам, профессор Эмастри, и это не в новинку, верно? - Мне больше по душе версия маглов, директор. Зачем сегодня вы меня звали? - Разве старым друзьям нужен повод для очередной встречи? Я покачала головой, и села на предложенный стул возле стола, за который с другой стороны, с необычайной для своего возраста лёгкостью, опустился и сам Дамблдор. Зная, что сейчас речь пойдет о Микки, я приготовилась слушать неутешительные новости. - Погода портится. – Коротко заметил он, задумчиво глядя в окно, сев ко мне в пол-оборота. За стеклом собрались тучи, закрывающие луну от этой части берега Черного Озера: плохая новость для сирен, хорошая для оборотней. Собирался дождь, и теперь чтобы разглядеть хоть что-то нужно было иметь при себе фонарь или палочку. – Природа готовится ко сну. Сегодня последний день, когда живое может повеселиться, встречая холода. Альбус повернулся ко мне, сложив пальцы на гладком столе домиком: - Сегодня тьма сильнее, чем обычно, Хелен. Подобные нам чувствуют это, зная, к чему быть готовыми. И не только потому, что сталкивались с тьмой лицом к лицу, но и потому, что привыкли видеть ее каждый день в зеркале. Гораздо проще бороться с тем, что нам знакомо, и в то же время сложнее ударить врага, у которого твое лицо. - Как раз поэтому вы и наняли меня охранять школу, директор Дамблдор. Я благодарна за эту возможность. Мои навыки могут помочь уберечь детей, как мы в ХАВКС того и хотели. – Я закинула одну озябшую ногу на другую. – Это лучшее применение моему опыту и дань памяти нашему отряду. - Поверьте мне, не один я такого мнения о ваших способностях, которые пропали бы зря, останься вы в Квейте. - Вы хотели сказать в «заслуженном изгнании»? - Министр Фадж слишком… - Доброе лицо директора стало на миг задумчивым, будто бы подобрать более мягкое выражение сейчас стоило ему усилий. – Щепетилен по отношению к тем, кто отличается от большинства. Множество талантливых магов лишились возможности развить себя, а возможно, и страну. Кто знает, каким замечательным было бы сейчас будущее магической Англии, если бы люди и, особенно маги, научились подавлять в себе страх ко всему новому. За маленькими очками-половинками блеснули глаза старого колдуна, отражая то, как сильно ему хотелось поменять существующее настоящее. У него было четкое понимание того, каким должен быть мир, и как его следует вернуть на путь света. Что-то в быстром потоке мыслей, меняющемся как в омуте, вдруг вернуло ему прежнюю серьезность и твердость в голосе. Не успела я проследить за столь быстрой сменой эмоций директора, как и сама поняла в чем причина: на лестнице, у самого начала этажа, раздавались мерные шаги, четко слышимые в ночной тишине замка. Старик заговорщически подался вперед, быстро и негромко заговорив: - Майкл замечательный юноша и довольно быстро учится, как вы и предупреждали. Он очень похож на своего отца, и я уверен, мадам Кэтрин была ничуть не хуже. А если верить тому, как о ней отзывался мой дорогой друг Мантер, юный Макманус унаследовал от неё огромный потенциал, о котором пока и сам не подозревает. При упоминании директора Дурмстранга, Харфанга Мантера, я невольно придвинулась ближе, что не осталось незамеченным. Глаза Альбуса сузились в хитрой улыбке, однако, не став менее добродушными чем минуту назад. Но их выражение давало понять, что я поймана на крючок. - Я вижу, что бывший директор Мантер был вам очень дорог, Хелен. Наш разговор произошел давно, еще до того, как юный Майкл научился ходить…Впрочем, я отвлекся. Мистер Макманус отличный ученик. Его вера в себя растет с каждым днем и с каждым проведенным мной уроком. Я слышал, что первые искры магии уже начали проявляться на занятиях с профессором Флитвиком, а также, что молодой колдун, и сам частенько занимается вне стен школы. - Я благодарна, что вы присматриваете за Микки и помогаете в развитии его способностей. Хотелось бы быть уверенной, что эти внеурочные занятия не принесут ему вреда... Хотя, если вы рядом с ним, ему точно ничего не угрожает. Я ответила теплой улыбкой на улыбку, удерживая в себе едкое «верно?» в конце предложения. Дамблдор не навредит Мику, пока я делаю то, что он от меня хочет, и не веду себя подозрительно. - Рад, что смог заслужить ваше доверие, профессор Эмастри. – Озорно мне подмигнув, директор привстал, чтобы получше рассмотреть человека, только что вошедшего в комнату. – Добрый вечер, профессор Снейп! Мы вас заждались. Еще не обернувшись, я почувствовала взгляд мага, пытающегося понять, как много я уже успела узнать. Ответ был известен нам обоим. Когда зельевар сел рядом со мной, я отвернулась, сделав вид, что задумчиво гляжу в окно. Снейп еще с самой первой нашей встречи знал кто я, и что мне нужно. * Двумя месяцами ранее. 28 августа 1992 года*. *Собирать сведения о том, о чем не имеешь ни малейшего понятия было трудным занятием. В особенности, когда его постоянно прерывали, пытаясь помешать и без того тяжелому и медленному процессу. Изучение списков всех учеников школы измотало меня. За все время моего нахождения замке, из всех имен, когда-либо звучавших в его стенах, меня заинтересовали всего несколько. Семьи Малфой и Блэк, связанные друг с другом крепче, чем казалось на первый взгляд, издавна были желанными учениками в школе Хогвартса. Немало Блэков выпускалось в одно время с Майклом Макманусом старшим, и почти столько же, позже, погибли или пропали при странных обстоятельствах. Пока следы с места убийства Аластора Крейджа и других магов, погибших за последний год, вели только к семейству Малфой, но Блэков со счетов сбрасывать не стоило. «Люциус Малфой, поступил на обучение в школу магии и колдовства Хогвартс 1 сентября 1965 года. Был принят на факультет Слизерин. В 1970 году становится старостой факультета Слизерин. С почетом окончил школу в 1972 году». - Он нигде не работал? – С удивлением, я перелистнула страницу, где обрывалось сообщение о благородном выпускнике, и не найдя ничего, пришла к выводу, что: - Ублюдок настолько богат, что счел недостойным работу для такого аристократа как он. Я закинула пергамент в кучу таких же, валявшихся под моим столом, свитков и листов об учениках школы. - Думай, Хелена, думай, как попасть в поле его зрения. Думать получалось не очень складно. На ум приходила лишь мысль о том, как легко удавались расследования, когда Они были рядом. Точнее, мы Все были рядом друг с другом. Виктор Джейтто был в этом непревзойдённым мастером. Пускай, мне и не сразу удалось признать это его превосходство, но во всем, что касалось выслеживания, расследований и добычи информации, мистер Джейтто мог дать фору любому министерству страны, целиком взятому. Сейчас помощь Виктора бы не помешала. Глубокий вдох. «Сейчас нельзя раскисать. Всё только начинается. Теперь я в ответе за то, чтобы Их гибель не была напрасной». Тени в глубине Следящего камня снова зашевелились, создавая причудливые дымчатые рисунки, которые складывались в высокую фигуру в черном. Которую, я, впрочем, приметила еще пару часов назад, когда он первый раз прошел мимо библиотеки Хогвартс, и заметил, что здесь кто-то есть. Это был один из преподавателей. Скорее всего это был Снейп, но с уверенностью утверждать я не могла, зная лишь список профессоров, но не видя ни разу их лиц. По тонкому аромату пара и трав, доносившемуся из-за двери, я поняла, что была права. Снейп работает на Дамблдора, как и я, тогда что же ему от меня нужно, черт побери? Незаметно подтолкнув носком ноги пару свитков вглубь своей сумки, я с притворным любопытством зарылась в «Темные искусства для старших курсов». Спустя шесть глав удивительно примитивных инструкций по борьбе с волколаками, запах зелий не стал слабее. - Собираетесь до вечера там стоять, или решитесь подойти? Скрипнула дверь, пропуская высокого мага в темной мантии школы. Профессор Снейп соответствовал слухам, которые ходили о нем в школе, да и за ее пределами. Черты его вытянутого лица с острыми линиями, вероятно, внушали детям страх, чем он наслаждался, даже не скрывая этого. Поймав его презрительный, и в то же время настороженный взгляд, каким он окинул стопки на моем столе, я убрала книгу в сторону. Скверный сноб, что опускает слабых ради своего удовольствия. Слухи описали его в точности таким, каким он и был в самом деле. Я заинтересованно подперла подбородок, внимательно разглядывая преподавателя зелий. - Хорошо, что не вас рекомендовали на должность профессора «Темных искусств», иначе студентов ждал бы полный провал на экзамене, с такими то навыками слежки. - В Хогвартсе мы занимаемся лишь «Защитой от темных искусств», мисс. – Нажимая на пропущенное мной слово, он снова, с недоверием, бросил высокомерный взгляд. – Впрочем, я согласен с вами. Лучше всего научить защищаться сможет только тот, кто сам отлично нападает. - Рада, что вы с директором сходитесь во мнениях. – Я рассеянно оглянула стопку книг. – Прошу прощения, но если вы закончили с… Даже преследованием назвать трудно, простите. Я попрошу не мешать мне готовиться к занятиям. - Бывший наемник забыл, как правильно проклинать и убивать, что вычитывает это в книжках? – Со смешком, выделяя последнее слово, он сделал короткое движение рукой, вырывая из моих пальцев тонкий свиток. - Будет очень мило, если вы поможете мне вспомнить как это делается.* Зельевар будто бы тоже вспомнил об этой встрече, демонстративно повернувшись ко мне в профиль. - Рад, что вы смогли прийти в такой час. Сегодня школа как никогда нуждается в защите, и я надеюсь на вас обоих в эту ночь. - Что-то должно произойти? - Студенты старших курсов устроивают тайный праздник в ванной старост. – Предостерегая ворчание Снейпа, директор мягко продолжил, глядя на меня. - За что мы их не можем осуждать. Мы должны помнить о том, какими сами были в юности и относиться с пониманием. Мудрым решением сейчас будет дать детям немного отдохнуть, но при этом, не теряя бдительности. - Уже известно, что нападает на студентов? - К сожалению, нам пока не удалось это выяснить. Но у профессора Эмастри, как специалиста по темным существам, есть несколько версий. Снейп фыркнул, переводя на меня взгляд, но не дождался на него ответа. - Точнее, несколько подозреваемых, директор. – Я достала из кармана мантии свиток с перечнем всех симптомов пострадавших учеников, и выделенными внизу существами, которые могли бы такой вред нанести. – Список большой, но упорная работа в течении ближайшего времени позволит поймать вредителей. - Собираетесь обеспечивать безопасность студентов с помощью куска пергамента? Я впечатлен. – Профессор зелий притворно склонил голову в жесте уважения. – Теперь студентам, вероятно, бояться нечего. - И тем не менее, Северус, нам нельзя расслабляться. Дети все еще в опасности, и боюсь, эта опасность смертельная. Я хочу, чтобы, пока злодей не будет пойман, вы не спускали глаз со студентов. К каждому факультету, помимо деканов, которые следят за обеспечением порядка, будут приставлены ещё преподаватели для дополнительного присмотра. Вас, Хелен, я попрошу приглядывать за Слизерином. - Директор, мой факультет не нуждается… - Спасибо за доверие, профессор Дамблдор. – Я встала со стула, чуть поклонившись старому колдуну. Тот удовлетворенно кивнул, мельком зыркнув на своего подчиненного. Кажется, Альбус был доволен, что ему не пришлось разрешать назревающий спор. – Я не подведу ни вас, ни учеников.

***

Шум, похожий на шорох книг, раздавался еще на подступе к кабинету. И с каждым моим шагом, нарочито громким, даже не думал становится тише. Или мелкий воришка был чертовски глуп, или столь же нагл. - Во имя Одина, профессор Локонс! Какого тролля вы тут забыли? Светловолосый маг, замерев на коленях напротив моего шкафа с волшебными зверями, медленно обернулся, кидая на разгромленный кабинет виноватый взгляд. Встав в полный рост, и встретившись взглядом со мной, его робость тут же улетучилась, снова представляя передо мной удивительно уверенного лгуна. - Профессор Эмастри! Рад вас видеть! Я очень давно хотел с вами увидеться, но всё никак не мог найти время в своем плотном графике… - Он пригладил волосы, другой рукой поправляя помявшуюся сиреневую мантию. – Знаете, ответы на письма фанатов, так утомляют! Вы, наверное, еще помните, какого это, верно? Легко развернувшись на каблуках Златопуст сделал вид, что с интересом, будто бы впервые, рассматривает мой кабинет. Устало опустившись на край кресла, мановением руки, я зажгла камин. Рев колдовского огня заставил Локонса подпрыгнуть на месте, но герой предпочёл сделать вид, что всего лишь закашлялся из-за пыли. Разглядывая кавардак, я тихо выдохнула. - И что же заставило вас пренебречь своими преданными последователями? Он радостно обернулся, вероятно, решив, что я не замечу перерытый сверху до низу шкаф с заклинаниями, и широкими шагами подошел к камину, картинно опершись о его верхнюю часть. - Вы правы, это было трудное решение, но я все же счел, что знакомство с коллегами было бы мне полезнее… То есть, кхм.. Приятная компания в такой промозглый вечерок разве не то, что нужно, да? Я скривилась в улыбке. - Не стоило таких жертв. - Ведь, если подумать, у нас с вами так много общего! – Откинув полы мантии, колдун с плохо скрываемой брезгливостью, опустился в кресло, напротив. Он лучезарно улыбнулся, отсвечивая ровным рядом зубов ярче, чем огонь в камине. – Всё-таки, и вы в свое время были почти столь же известны, и, наверное, даже получали целую половину тех откликов, что отправляют мне? - Вы мне льстите, профессор. Сомневаюсь, что вашу популярность уместно сравнивать с чьей-либо. Чаю? В воздухе, вылетев из шкафа, закружили фарфоровые чашки и струи горячего чая с чабрецом. Неловко поймав одну из них, Локонс сделал глоток, оставшись довольным вкусом, и в один залп выпил целую чашку. Чайник, с зеркально чистыми боками тут же подлетел к гостю. Заметив его, волшебник значительно оживился, машинально поправив волосы на голове, любовно глядя на своё отражение на стальных боках. Я чуть приглушила бурно разгоревшийся огонь, и отражение на чайнике погасло, возвращая Златопуста к нашему разговору. - Чай вполне... приятный, спасибо, профессор. В общем-то, причины у меня, помимо знакомства с легендой мракоборцев, были весьма весомые. – Он снова приторно улыбнулся. В этот момент чайник оказался между нами, скрывая мое недовольное выражение лица от настойчивого мага. – Дело в том, что профессор Снейп… Чайник резко отлетел к стенке, чуть ударившись о баночку с всполох-порохом на каминной полке. Звон стекла на время вывел меня из раздумья. - Извините, в последнее время посуда стала чрезвычайно нервной. Прошу, продолжайте. - Так вот, Снейп, можно сказать, по-дружески пригласил меня помочь ему в проведении дуэлей для учеников школы. Как волшебник с большим опытом, я не стал ему отказывать, надеясь, что смог бы научить детей как правильно реагировать в ситуациях настоящей опасности. - О ваших подвигах наслышаны все, Златопуст, и детям чрезвычайно повезло, что такой как вы любезно согласился их обучать. Должно быть, они подписывали петицию, чтобы добиться этого? Из-за шкафа с ворчанием вылез Люцифер, бесцеремонно устроившись у меня на коленях. При упоминании благородства Локонса, кот демонстративно фыркнул, сворачиваясь калачиком на моей темной мантии. - Что вы. Хотя, вполне вероятно, если бы я не согласился так быстро, бедным детям пришлось бы собирать подписи… - Он кинул взгляд на кота, потянувшись, чтобы приласкать того, и успев в последний момент увернуться от когтей буйного зверька. Люцифер умоляюще сверкнул на меня зелеными глазами. Тогда я сотворила ему на полу ветчину в маленьком блюде. Этот повод фамильяр счел достойным, чтобы вести себя прилично еще пару минут. – Мда… Так вот, наши уроки проходят… Не то чтобы совсем не гладко, но чересчур, можно сказать, однотипно. Мне бы хотелось, чтобы уроки вызывали больше… - Интереса? Маг чуть поперхнулся чаем, которым решил смочить горло, и замахал головой: - Нет-нет, что вы. Чтобы вызывать интерес, мне не требуется чужая помощь. – Увидев мой взгляд, он потупился, добавив: - Да и, я уверен, профессору Снейпу тоже. У нас с ним возникла идея, что такой опытный мракоборец как вы мог бы дать ученикам более полную картину ситуации, располагающей к смертельной опасности. Разумеется, настоящей смерти мы никого подвергать не будем, но если бы вы согласились на пару дуэлей с профессором Снейпом.. - Думаю, мне не составило бы труда, организовать парочку показательных дуэлей. Разумеется, исключительно в целях образования. - Да-да, разумеется! «Кажется, кто-то, как и я, уже недолюбливает профессора зелий. - я задумчиво потерла подбородок, - Любопытно». - Но с одним условием. Как и погода за окном, с усиливающимся ливнем, так и лицо профессора Локонса стало мрачнее тучи в один момент. Его руки, сжимающие тонкими ухоженными пальцами маленькую чашку, заметно напряглись, и весь он сам. - В следующую неделю, я обещала своей семье сводить их на матч по квиддичу, но раз вы просите меня помочь, я не могу отказаться. Жаль лишь, что уже не успею достать билеты на грядущий матч… Златопуст расслабленно выдохнул, чуть не разлив остатки чая на свое безупречное одеяние, поблескивающее в свете камина магической пылью. - О, не беспокойтесь, профессор, сочту своим долгом помочь вам и сам достану билеты на лучшие зрительские места. Сказать по правде, вся команда "Золотых грифонов" мои верные фанаты, и у меня уже припрятано несколько билетов. - С вами приятно иметь дело, профессор Локонс. – Чуть приподняв чашку я отсалютовала колдуну, отпивая горячего чая, искренне наслаждаясь его вкусом, совершенно не перебиваемым горечью расслабляющих магических трав. После долгожданного ухода Локонса, я метнулась к шкафу. Все зелья и бутылки с ядами были на месте, что уже дало повод свободно выдохнуть. - Люцифер! Мурчащее облачко меха с гулким звуком приземлилось передо мной, спрыгнув откуда-то сверху. - Покажи, чего хотело это недоразумение. Послушно мявкнув, кот широко открыл рот, выпуская небольшой сгусток темного тумана, который затем, сложился в небольшую, размером с тарелку, картинку. В ней отразился мой кабинет, с чуть приоткрытой дверью. В неё прошел невысокий колдун в сиреневой одежде, странно оглядываясь по сторонам. Дойдя до шкафа, он пошатнулся, видимо, выведенный из строя защитным заклинанием, но через секунду, вновь пришел в себя, и протянул руку к ручкам шкафа. Когда, перерыв полки с книгами, он, наконец, добрался до сундучка в самом низу, его испугало злобное урчание кота. - Хэй, котик. Кис-кис! - Уав! - Ах ты! – Мужчина тут же отдернул расцарапанную руку, пряча ее под полами мантии. – Да где же она? Вытащив сундук на свет свеч, он провел рукой по золотистым волосам, словно бы что-то раздумывая. Решившись посмотреть, что же внутри, здоровой рукой он с опаской дернул висячий замок, от неожиданности отскочив и ударившись головой о торчащий угол полки, когда сундук открылся. Из дна сундука в комнату начали выползать длинные струи белого тумана. Вскоре они уже заполнили всю комнату, заставляя колдуна кашлять от приторно-сладкого дымка, пахнущего сладкой ватой. Я развернулась на каблуках, с силой сжав руки в кулак. Теплый огонь еще потрескивал в камине, в такт мелодии дождевых капель на стекле. - Мама? Это ты, мамочка? Зябко поежившись, я нашла в себе силы взглянуть на несбывшийся рай мистера Локонса. В видении Люцифера, он стоял на коленях перед женщиной в простой одежде, кое-где потрепанной, с рваным подолом. В его голубых глазах стояли слезы. Было непривычно видеть наглого подлеца таким, но я не могла перестать смотреть. - Я здесь, мам! Ты меня видишь? Теперь я знаменит, ты можешь мной гордиться! Мам? Видение тут же исчезло, оставив после себя лишь магическую пыль. Ее остатки пеплом осели на мягком ковре, усеянном кусками пергамента и свитками. Один взмах палочкой, и комната пришла в свой изначальный вид. Птицы-гарпии спали праведным сном, сирен не было видно из-за высоких волн ночного океана в бутылке, а все книги и фолианты были разложены по местам. Лишь открытый сундук валялся посреди кабинета, напоминая брошенное дитя. Вспомнив о детях, которые сейчас веселились в ванной старост, я тут же выскочила из двери, на бегу прижимая к себе палочку. Только бы Снейп еще был там!

***

- Слава Одину! Прислонившись плечом к каменной стене отдающей холодом, я почти сползла вниз, переводя дыхание. Видимо, существо еще не успело добраться сюда. - Домовиков гоняете? Ехидное лицо, устроившееся на стуле, с пыльной книгой в руках, теперь с любопытством на меня поглядывало. «Значит все в порядке» - решила я. Первым делом наведавшись в гостиную Пуффендуя и наложив немало заклинаний защиты, я бежала сюда, сломя голову, что суммарно заняло чуть больше пятнадцати минут. Если за это время Бартоломью еще не успело найти это место по запаху веселья, то, значит, еще не слишком голодно. Надо было торопиться. - Насколько хорошо вы владеете боевой магией? - Смотря кто угрожает. Я оценивающе осмотрела худощавого высокого колдуна, понимая, что лучше него мне сейчас отыскать в помощники некого. Внутри ванной старост что-то шумно хлопнуло, сопровождаясь дружным улюлюканьем. - Например, дементор. Снейп сузил черные глаза в недоверии, но палочку из рукава вытащил, направляя кончик на меня. - Если вы пытаетесь меня запугать… - Не льстите себе. – Брошенный зельевару свиток со связывающим заклятием, прилетел прямо в его костлявые руки. – Я далеко не зеркало, чтобы пытаться вас напугать. В молчании мы исследовали весь нижний этаж и верхние туалеты, где могло спрятаться что-то похожее на дементора. Их привлекала тьма, но в то же время и веселье. Ночь хэллоуина была будто бы специально придумана для успешной охоты таких существ как Бартоломью. - Это ведь, не дементор, верно? Нарочито спокойный голос позади отразился от стен, утихая в глубине коридоров замка. Ни одной живой души или присутствия, кроме занудного профессора на хвосте. - Вы очень проницательны, я поражена. - Шутки неуместны, когда под угрозой жизни учеников, мисс Эмастри. - Я лишь ответила на вопрос, и да, - Я развернулась, не сбавляя шага, - единственный дементор в округе, похоже, только вы. - Я уже говорил, что, если вы мне солжете, гарантирую, что ваше пребывание в школе перестанет быть столь приятным. - Какая жалость, похоже директор Дамблдор вас уже опередил, заставив меня носиться за мальчишкой Поттером. Шаги сзади чуть ускорились, быстро нагнав меня. - Почему именно вас? Я склонила голову набок, не понимая, всерьез ли сейчас спрашивает мрачный профессор, или лишь прикидывается дурачком, чтобы попытаться меня разболтать. Так и не поняв этого, я замерла на полпути. Снейп последовал моему примеру, застыв без единого движения. Понизив голос до едва различимого шепота, я чуть наклонилась вперед, готовясь к атаке: - Потому что хорошо защитить может лишь тот, кто знает, как нападать. Первый удар, волной густого тумана пришелся по тому месту, где минуту назад стоял Северус. Успев отскочить на пару шагов, тот прижался к стене, непонимающе глядя перед собой, и рефлекторно выставив палочку. Туман исчез также быстро, как и появился. Да и Снейпу не нужно было повторять дважды, чтобы тот понял, что происходит. Почти одновременно сорвавшись с места, и выкрикнув: «Люмос!», наши силуэты кинулись в погоню за Бартоломью, исчезающим во тьме. Моя тень быстро скакала по стене, а за окном из-за туч выглянула почти полная луна, когда очередной поворот привел нас к тупику. - Быть не может! Что это за тварь? Похоже на боггарта… - Ваши познания впечатляют, но может всё-таки постараемся его поймать? – Проклиная в тысячный раз невозможность трансгрессии в Хогвартс, я быстрыми шагами пошла в обратном направлении. – Что за этой стеной? - Столовая и кухня. – Невозмутимо следуя за мной ответил зельевар. Краем глаза я косо на него взглянула, понимая, что судьба студентов Пуффендуя, рядом с кухней, его волнует уже не так сильно, как жизни Слизеринцев на вечеринке в ванной. – Вы не ответили, что это такое. - Убить вы его не сможете, но поймать и обезвредить вполне. Ещё, будьте добры избавить меня от лишней бумажной волокиты с объяснительными о вашей смерти, - Дойдя до верха лестницы, я обернулась к запыхавшемуся профессору, догоняющему меня. – и не смотрите ему в глаза. В один миг ступени лестницы заходили ходуном, быстро доставляя меня к желанной цели. Спустя пару поворотов и закоулков, наконец, показались двери в кухню Хогвартс и куча бочонков рядом в том же коридоре, закрывающих проход в гостиную Пуффендуя. - Кажется, успела… - Мама? Знакомый детский голос заставил меня покрыться мурашками. Он шел из приоткрытой двери в кухню, откуда сейчас шло слабоватое белое свечение и выглядывали клочки светлого тумана. Выхватив палочку, я медленно подошла к двери. В центре огромной кухни, по стенам усеянной жаровнями, и столами для готовки вокруг, стояла женщина в темном платье и держала за руку высокого мужчину в брючном костюме, с нашивкой синей птицы на груди. Тёмные волосы женщины были растрепаны, но большие карие глаза на фоне бледного лица, светились умиротворенным спокойствием, какими были при жизни. Мужчина смотрел туда же, куда и его жена – на маленького мальчика в пижаме жёлтого цвета факультета, с такими же кудрями, как у женщины, что не отрывала от него ласкового взгляда. - Мам, пап, вы пришли чтобы посмотреть на меня? - Мы очень тобой гордимся, Микки. – Мужчина склонил колено, опустившись перед мальчиком, с точно такими же глазами, как у него самого. – То, что ты учишься в Хогвартс, доказывает, что ты наш сын. Ты унаследовал силу и закончишь наше с мамой дело. Кап. Поток слез, каплями стекающий на пол выдал мое присутствие. Теплая струя скатилась по руке, которой я с силой зажимала себе рот, чтобы не дать вырваться крику. Женщина перевела взгляд на меня и развела руки в приглашающих объятиях: - Сестра! Елена, иди к нам. - Тетя! – Микки в отчаянии подбежал ко мне, пряча слезы в подол моей мантии. – Я правда, не хотел, но ничего не смог сделать. - Микки. Слушай меня внимательно. – Я присела рядом с племянником, взяв его за плечи, и заставляя посмотреть в мое, такое же как у него, заплаканное лицо. – Где твоя палочка? Из-за спины он показал чуть светящуюся волшебную палочку. Сам того, не подозревая, он наколдовал защитное заклинание, которое вместе с выпитыми зельями смогло защитить его от смертельного воздействия Бартоломью. Существо не смогло высосать из него энергию, но продолжало отчаянно звать к себе. - Ты большой молодец, Мик. – Я прижала кудрявую макушку к себе, стараясь сдерживать собственные всхлипывания. – Посмотри на них. Не бойся, посмотри. Видишь? Они не настоящие. Будто бы убеждая себя самого мальчик закивал, но при этом опасаясь смотреть в глаза родителям, которые с распростёртыми объятиями ждали его, отделяемые половиной пустой кухни. - Теперь беги, и никого сюда не впускай, ладно? Только ты можешь мне помочь, хорошо? Я доверяю тебе. - Будь осторожна! – Рывком маленький колдун прижал меня к себе, и бегом вылетел из места, которое и так доставило ему много боли. Выпрямившись, я оглядела зал. Свечи, летающие у высокого потолка, еще горели, и их приглушенный свет путался, смешиваясь с густотой тумана, напускаемого существом. В витражах сверкнул луч луны, уже полностью вошедшей в свои права. Было далеко за полночь. От сильной концентрации магии, моя собственная палочка начала чуть пульсировать исходящим от нее голубоватым свечением. Таким же голубым и ярким, как птица на нашивке Майкла Макмануса старшего. - Вас тут быть не должно. - Как и тебя, сестрица. – Кэтрин ласково прищурилась, как кот на майском солнышке. Бартоломью знал, и читал все воспоминания своих жертв. – Ты не должна пытаться мстить за нас. - Ты лучше нас знаешь, что твоя борьба бессмысленна. Ничто не искупит того, что случилось. Перестань себя истязать, это приказ. - Приобняв жену, присоединился к ней Макманус старший. Я выставила палочку вперед, кончик которой засиял еще сильнее, заставив мою сестру и друга исказиться, превращаясь обратно в туман. Но почти тут же из тумана вышел другой силуэт. Мужчины. - Ждала меня? - Прочь. – Цедить сквозь зубы, чтобы не вдыхать едкий дым было трудно, но мужчина как будто бы понял, горько улыбнувшись мне. Его лицо было таким же, как в день, когда я запомнила его в последний раз: полным жизни и любви ко мне. - Мама! Из-за спины колдуна вышел маленький мальчик в желтой пижаме Пуффендуя, радостно протягивая к нему свои руки. Мужчина со смехом подхватил его на руки, и теперь они оба махали мне, будто это было в самом деле. - Мама! Иди к нам! Кучерявый мальчишка, так сильно похожий на Микки, нетерпеливо подпрыгивал, как делал это обычно, когда не мог усидеть из-за волнения. Виктор улыбнулся, понимающе кивая. - Не торопись. Сохрани то, что мы не смогли уберечь. - Эхшара менру… - Со слезами на глазах я читала заклинание, осознавая, что всё это лишь иллюзия. За дверью в кухню послышалась возня и чьи-то шаги. Туман вокруг меня закружил в водовороте, эпицентром которого оказалась я. Казалось, белый свет вокруг, и только я, Виктор, и туманный Мик, который звал меня мамой, а его папой. Витражные окна дребезжали под силой заклятия, а стены гудели. Среди всего этого шума я слышала лишь то, как меня кто-то звал, пытаясь докричаться сквозь пелену давно забытых воспоминаний. - Амен. Существо вдруг сжалось до размеров маленькой сферы, светящейся как сотня свечей, и столь же ослепительно погасло. На месте остался лишь небольшой зверек, напоминающий самую странную медузу, с маленькими лапками вместо щупалец. Осторожно взяв Бартоломью в ладони, я завернула его в свою мантию, из-под которой теперь было слышно лишь что-то похожее на довольное бульканье. - Что это было? Развернувшись, у самой двери, я увидела Снейпа с палочкой в руках, и настоящего Микки позади него. Профессор придерживал мальчишку одной рукой, чтобы тот не кинулся мне на помощь, навредив себе. У обоих палочки горели защитными заклинаниями, слегка пульсирующими до сих пор. Свечи снова горели ровно, а шум дождя на улице мерно убаюкивал эльфов где-то за стенами этой школьной кухоньки. - Вам, юноша, давно пора быть в постели. Не подавая вида, мальчик сжал мою руку, когда я поравнялась рядом с ними. Попутно пытаясь заглянуть в комочек, обернутый в мантию в другой руке, он вытянул шею, чуть не получив за это подзатыльник от профессора зельеварения. - Живо. - Да, профессор и… профессор! – Неловко переводя взгляд, Микки пошлепал в гостиную, с ничуть не огорчённым, но странно задумчивым взглядом. Догадываясь, что его мучило, я не отошла от двери, пока не убедилась, что он вошел в гостиную. Снейп всё ещё был рядом, не собираясь уходить без ответа. Я устало ему кивнула, молча прижав существо ближе к себе. Тот не стал возражать, пропуская меня в коридор.