Святочный бал

Урок зельеварения прошёл словно во сне. Хината сонно помешивала ингредиенты в старом чугунном котелке, совершенно не вникая в слова преподавателя. Лениво подперев щеку ладонью, волшебница бегло оглядела кабинет и его обитателей: почти все ученики смиренно смотрели в пожелтевшие страницы учебников, тщательно соблюдая пропорции зелья, которое Сасори задал им. Молодой преподаватель же вышел из кабинета по срочным делам, как он выразился, оставив своих подопечных одних, но никакого шума или переполоха не было. Многие боялись столько юного и талантливого учителя, который лишь одним своим взглядом ставил на место многих учеников Хогвартса. Даже Наруто, любивший навести шуму, сидел тихо и лишь с отчаянием смотрел в сторону возбужденной Сакуры. Харуно обожала зельеварение, ещё с самого первого курса розоволосая увлечённо обыскивала бесконечную библиотеку школы в поисках книг, где описывались редчайшие травы, зелья и их невероятные свойства. И в этом Гриффиндорка была невероятно талантлива, что даже такой преподаватель, как Акасуна признал ее и выделял среди других учеников, что было ему совершенно несвойственно. Хината же не была заинтересована в данном предмете так, как ее подруга, но базовыми навыками обладала и даже получала неплохие баллы и оценки за некоторые уроки. Досадно вздохнув, Хьюга перевела усталый взгляд на котелок, где бурлил отвар рябины. Одно из самых простых, но действенных эликсиров, способное исцелять почти все раны и увечья. Удивительно, что профессор выбрал сегодня именно его, но, скорее всего, ему не хотелось заваливать своих учеников перед зимними каникулами и Святочным балом. Во всяком случае, в это искренне верили двое неугомонных Гриффиндорцев — Наруто и Киба. Хината медленно перевернула страницу учебника, затем вторую и третью… Её отвар из корня рябины и слизи книжного червя был давно готов, а потому делать было совершенно нечего. Девушка была уверена, что Сакура уже давно готовит третье или четвёртое зелье, ведь ее частенько заносило на уроках… А Ино была слишком увлечена приготовление своего любимого, а также по совместительству, единственного, что у неё получилось в идеале — зелья вечно прочные ресницы*. Уже желая перелистнуть очередную пожелтевшую страницу, волшебница замерла. Перед её глазами виднелись строчки об одном из самых сложных в приготовлении, а также невероятно действенном снадобье — умиротворяющий бальзам. Сложность его заключалась в том, что одна неточность или ошибка в приготовлении могла привести к погружению в глубокий, или, что ещё хуже, летаргический сон! Хьюга не была настолько уверена в своих способностях, но желание хоть на время заглушить свои тревоги и переживания заставляло хорошенько подумать. С одной стороны, если Пуффендуйка будет абсолютна спокойна и безмятежна, то ей бы хватило духу позвать Наруто в качестве партнера на Святочный бал. Ей было бы плевать на смущение, нервозность, даже на правила приличия. Мечтательно улыбнувшись уголками губ, Хината представила себе, как она, совершенно уверенная в себе, подходит к опешившему Наруто, зовёт его на бал, а он не может ей отказать. Эта фантазия приятно грела душу, но вот только… Была неосуществима. Неожиданно волшебницу осенила мысль. Её лучшая подруга всегда готова была ей помочь, а особенно, если эта помощь будет заключаться в приготовлении непростого отвара… Сакура точно не откажется от такого шанса испытать свои силы. А потому Хината решительно собиралась попросить об услуге у Харуно. Да, так она и сделает… Гаара неспешно шёл по длинным коридорам неродной школы. Его не интересовало ни устройство величественного замка, ни многие его обитатели. Конечно, в первую неделю своего пребывания здесь он уже многое изучил. Территория Хогвартса была обширна. Особенно ему нравился небольшой городок Хогсмид, находящийся совсем недалеко. В Дурмстранге не было ничего подобного, но возможно, это и было к лучшему — отвлекаться от учебы ради побега в какую-то забегаловку за сливочным пивом? Нет уж, увольте. Хотя и в этом что-то было… интересное. Канкуро уже давно ушёл по своим делам, а с Темари они пересекались слишком редко ввиду своих занятостей. И сейчас один из лучших игроков квиддича направлялся в место, что заинтересовало его гораздо больше остальных. Набрел он на него совершенно случайно пару недель назад, хотя желающих провести ему ознакомительную экскурсию по огромному замку было полно, да только самому парню не хотелось этого. Тогда он поднялся слишком высоко по лестнице вверх, ориентироваться на столь большой территории было все ещё нелегко, да и эти чертовы лестницы, постоянно меняющие своё направление… Как студенты Хогвартса терпели это? А потому Гаара продолжил свой путь дальше, надеясь найти хоть что-то, что привлечёт его внимание. И не ошибся. Как выяснилось позже, это оказалась Астрономическая башня. Ученики по какой-то причине редко её посещали, но магу это было лишь на руку. С самого детства Собаку Но был нелюдим, возможно, в этом была вина безразличного отца, занимающего далеко не последнее место в Министерстве Магии, а потому растящий своих детей в строгой дисциплине. А может слишком ранний уход матери, ставшей последней каплей для их семьи. Он и его брат с сестрой были слишком разными, совершенно непохожими друг на друга даже внешне. В детстве Гааре бывало слишком одиноко, ведь его старшие были заняты другими делами, а отцу не было дело до младшего сына… Свою страсть Гаара со временем нашёл в полёте на метле. Первая досталась ему от дяди, такая потрепанная, растерявшая свою былую красоту, но не менее практичная и удобная. Мальчик смог полететь впервые уже в 7 лет и больше не слезал. Даже его строгий отец не стал препятствовать занятиям сына, возможно, именно это помогло Гааре в дальнейшем продвинуться столь далеко. Но ещё младший Собаку Но любил наблюдать за далекими и холодными в своей красоте звёздами. Как Канкуро любил создавать своими руками марионеток, а затем с помощью магии оживлять их. В детстве Гаара часто просил его создать ему новую живую игрушку, а его любовью был старый, потрёпанный, с немного надорванным ухом, мишка. Как сказал сам Канкуро, достался он им ещё от покойной матери, а потому был столько дорог. Звёзды тоже напоминали ему о матери. С годами он начинал забывать её голос, её запах или некоторые повадки и привычки. Лишь живые фотографии в рамках в доме не давали ему забыть. На них Мама была счастлива. На самой любимой из них она кружила совсем ещё маленького Гаару на руках и задорно улыбалась. Это фото маг хранил с особым трепетом. Звёзды были холодны, безжизненны, далеки, но прекрасны. Белый свет был ему милее света яркого солнца, а потому Астрономическая башня стала одним из самых посещаемых им мест. За все время своего пребывания здесь, он изредка встречал одного или двух человек, но это было лишь на руку. Здесь он мог спокойно окунуться в свой поток мыслей, непрерывный никем. Он устал от Турнира, устал от наставлений их директора, устал от всей этой суматохи и галдежа вокруг него. Он просто устал. Но не мог показать этого, нет. Гаара задумался о Святочном бале. Он так и не пригласил ни одну девушку, а ведь многие были не против и открыто говорили об этом. Даже Канкуро, никогда не интересовавшийся танцами и всей этой шумихой, пригласил ученицу Шармбаттона, а участник Турнира все был один. По правилам, все участники Турнира Трёх Волшебников открывали бал вместе со своей парой, а потому решать нужно было быстрее. Если бы студент Дурмстранга мог, то давно бы забыл и о бале и о поиске пары. Он привык быть один. Даже в столь большой толпе учеников, поклонников или знакомых — Гаара был одинок. Затерявшись в потоке своих мыслей, молодой маг не заметил, что был не один. По правде говоря, это он нарушил уединение данной персоны, а не наоборот. Хината стояла почти у края балкона, опустив бледные ладони на холодные перила балкона, покрытые белым снегом. Ей нестерпимо хотелось побежать в столовую, где сейчас сидела Сакура и ожидала её с уже готовым зельем. Упросить Харуна на данную авантюру было достаточно непросто, ведь волшебница опасалась за состояние своей близкой подруги, но приняв все доводы и аргументы в пользу данного предложения, любезно согласилась. Прошло всего два дня, а зелье уже было готово! Хината вновь подивилась таланту волшебницы в области зельеварения, но червячок сомнения закрался в голову слишком поздно и неожиданно… Хьюга начала сомневаться в собственной идее уже давно, но волнение, накатившее волной только сейчас, не позволяло пуффендуйке спуститься в столовую школы и забрать маленький пузырёк. Ей нужно было лишь выпить его и забыть обо всех заботах, но… Но всегда было это пресловутое «но»! Хината вновь боялась совершить нечто новое, нечто смелое, не вписывающееся в её характер. А потому одиноко стояла на балконе Астрономической башни, боясь совершить новый шаг. Гаара безразлично оглядел одну из учениц Хогвартса, которую он успел узнать, хотя они даже не обмолвились и парой слов. Его отец работал в министерстве магии их страны, но также частенько пересекался со столько достопочтенным человеком министерства Великобритании — Хиаши Хьюга. А потому он имел хоть небольшое представление о данной девушке и её семье. Неожиданно для Гаары Хината быстро развернулась, но также быстро замерла на месте от неожиданности. Она также совершенно не заметила пришествия участника Турнира, а потому была несказанно удивлена и смущена. Собаку Но выглядел всегда безразличным, даже холодным, лишенным всяких эмоций. На фоне вечно жизнерадостного Наруто, Гаара казался совершенно пустым для неё. Кивнув головой в знак приветствия, ведь Пуффендуйка не могла забыть о правилах приличия, привитых в ее строгой семье, решила быстро ретироваться, но совершимся пару быстрых шагов услышала удар дерева о каменную плиту пола. Развернувшись в нерешительности и смущений от своей же неуклюжести, волшебница увидела, как ученик Дурмстранга медленно опустился на корточки и поднял её палочку с пола. Давно Хината не испытывала такого стыда. Уронить палочку, да ещё и при таком маге? Позор для неё, да и только. Красноволосый маг задумчиво поднёс изящный кусок дерева к лицу. Гаара неплохо разбирался в волшебных палочках, ведь с детства интересовался данным вопросом. Внимательнее разглядывая палочку волшебницы, не обращая на неё саму совершенно никакого внимания, парень обнаружил для себя, что ещё не встречал такой древесины. -Из чего сделала твоя палочка? — задумчиво прокручивая сей предмет в тонких пальцах, Дурмстранговец перевёл взгляд внимательных глаз на обладательницу необычных лавандовых. Гаара с удивлением для себя обнаружил, что одна из семьи холодных Хьюг достаточно красива. А ещё он никогда не видел таких глаз, как у неё. Лишь на фото в газете смог узреть ее отца, но тогда маг даже не мог предположить, что они такого необычного оттенка. Лавандовые кажется?..  — Э-это вишня, — переборов смущений, Хината вновь взглянула в глаза стоящего перед ней парня. Ей хотелось бы побыстрей уйти отсюда, желательно в гостиную факультета, где ее никто не потревожит. Хьюга было невдомек, почему участник Турнира вообще задавал такие странные, по ее мнению, вопросы.  — Вишня? — Гаара впервые встретил волшебника, у которого палочка была сделала из дерева вишни, а потому ещё внимательней осмотрел стоящую перед ним девушку, — я слышал, что из дерева вишни получаются невероятной силы палочки, обладающие смертоносной силой, особенно в руках умелого волшебника, — ещё раз задумчиво покрутив в руках аккуратную палочку, волшебник передал её обратно владелице. Хината с особым трепетом взяла в руки такой важный предмет, вновь засмущавшись, особенно когда холодные пальцы мага коснулись таких же её.  — Возможно это и так, никогда не слышала о подобном… — спрятав палочку в карман плаща с гербом своего факультета на груди, девушка нерешительностей взглянула в лицо Гааре, — а… а какая палочка у тебя?.. Кажется не только Собаку Но, но и сама Хьюга были удивлены данным вопросом.  — Моя палочка сделана из граба, — ответ волшебника был немногословен, но даже это было приятно, нежели ее проигнорировали бы, — говорят, что эта древесина подходит для талантливых магов со своей страстью.  — Думаю, так оно и есть, — Хината задумчиво опустила взгляд на свои ботиночки, а затем ещё более застенчиво произнесла, — да, так оно и есть. Я видела тебя на соревнованиях и твои способности меня… поразили. И ты невероятно талантлив в области квиддича… Никогда ещё Гаара не слышал комплимент о своих умениях в столь застенчивой форме, да и вообще, редко кто ему говорил просто так такие слова… -Спасибо.- Гаара задумчиво отвёл взгляд в сторону медленно опускающегося снега на территорию Хогвартса. Становилось прохладно, а башня не была одним из тёплых помещений замка. Ему хотелось бы поёжиться от мороза, но он давно привык к холоду. А вот Хината зябко перебирала руками. Лёгкий пар выходил с каждым её вздохом, улетая дальше в никуда. На секунду Гаара замер. Он вспомнил, как хладный труп его матери был неподвижен, глаза некогда полные жизни заледенели, а грудь больше не вздымалась. Такое обычное действие напомнило ему о том, что он тоже живой. Вот пар также выходит из его рта, вот холодные пальцы чувствуют шершавость ткани его шубы. Дурмстранговец неожиданно вспомнил о том, что жизнь идёт, что Турнир волшебников ещё не завершён, а чертов Святочный бал был ещё впереди. И не придумал ничего лучше, чем сделать это. -Я хочу пригласить тебя на бал.

***

* Умиротворяющий бальзам — зелье, достаточно сложное по составу. Позволяет успокоить нервы и умерить все тревоги. Опасность данного бальзама состоит в том, что если была допущена ошибка в приготовлении, выпивший его может погрузится в глубочайший или, что ещё хуже, в летаргический сон. **Вечно прочные ресницы (англ. Everlasting Eyelashes) — волшебное средство по уходу за ресницами. Вероятно, способствует их укреплению и росту. *** Гаррик Олливандер так описал древесину вишни: «Это очень редкое для волшебных палочек дерево создает палочки удивительной силы. Больше всего они ценятся студентами японской волшебной школы Махотокоро, где быть владельцем вишневой волшебной палочки считается особо престижным. (Почему-то я посчитала, что данное дерево подойдёт Хинате, а не Сакуре. Одним из представителей магов, у которых была палочка из вишни, был Невилл Долгопупс. А между ним и Хинатой я вижу кое-какие сходства). **** Грабовые палочки быстрее остальных приспосабливаются к стилю колдовства своих хозяев и очень быстро становятся настолько персонифицированными, что остальным людям чрезвычайно тяжело её использовать даже для самых простых заклинаний. Также палочки из граба усваивают кодекс чести своего хозяина, какой бы он ни был, и не станут ничего совершать — как хорошее, так и плохое — если это не вяжется с его принципами. Такая палочка особенно точно настроена и разумна». (Палочка из граба была у волшебника, с которым я начала вести параллель Гаары — Виктор Крам) https://vk.com/wall-83785170_80 Арты по данной работе:)