Диффузия

      Чарли бросила сумку с вещами на кровать, села рядом и сразу же набрала Катрин. Мама возилась на кухне со спагетти, пообещав накормить с дороги и дочь, и Иду, так что всё равно нужно было подождать ещё где-то полчаса.       — Китти-и-и? — сразу протянула девушка, когда староста взяла трубку.       — Привет, Чарли. Как дела?       — Норм, норм, мы уже дома.       — Оу! Отлично! Я почему-то думала, что вы к вечеру доберётесь. Как себя чувствуешь?       — Нормально, я спала почти половину пути, — Чарли засмеялась. — Хорошо бы после такого ночью нормально уснуть.       — Ничего, успеешь выспаться. В школу только в четверг.       — Да-а, я даже домашку всю всё же добила, чтобы можно было законно маяться фигнёй остаток каникул. Купить тебе в честь Пасхи шоколадное яйцо с игрушкой?       — Я не так уж активно праздную, Чар-Чар. Но вижу, что ты в прекрасном настроении.       — Ну конечно, я ведь снова слышу твой голос, — Чарли улыбнулась, услышав в ответ смущённое бормотание. — Встретимся как-нибудь в эти дни?       — Ох, конечно, Чар… Я бы хоть сегодня встретилась… У меня такое чувство, будто мы сто лет не виделись.       — Я тебе верю, Китти, хех, — Чарли прижала мобильник к уху плечом и открыла сумку. — Когда сможешь… Обменяемся сувенирами.       — Слушай, я хотела… Мы говорили о ночёвке, помнишь?       — Конечно помню, котёнок. А что?       — Ка-а-ак насчёт завтра? Я поговорила с папой на этот счёт… Мы можем хоть весь день у нас сидеть, кроме, кроме ночёвки…       — О-о, конечно… Я спрошу у мамы, но я сама за! Мне нужно как-то особенно аккуратно себя вести у вас дома?       — Боже, Чарли. Ты же не в тюрьму строгого режима едешь. Мы не будем заходить в папин кабинет, и всё.       — Ну тогда-то конечно, — Чарли усмехнулась. — Хорошо, я спрошу у мамы тогда прям щас. И напишу тебе.       Льюис подъехал к дому Осборнов в десять утра. Чарли ждала снаружи с пересобранной сумкой с вещами на ночёвку, потому что ей хотелось первой увидеть, как Катрин выскакивает из машины и старается при этом сохранить лицо. Китти действительно выскочила, держа в руках какой-то свёрток, но побежала прямо ей навстречу.       — Эй, котик… — только и успела произнести Чарли перед тем, как Катрин уткнулась лицом ей в плечо. — Ого. Ну привет.       — Привет, — пробормотала староста, немного расслабляясь, и сделала глубокий вдох. — Я скучала.       — Это видно, — Чарли улыбнулась и обняла её одной рукой. — Не переживай, на сегодня я вся твоя. Мама мне даже немного дополнительных денег дала. На пиццу там или ещё что.       — Это очень мило с её стороны, — Чарли почувствовала совсем лёгкое прикосновение губ к открытой шее, и Катрин выпрямилась. Её светлые глаза, которые Чарли и сама будто не видела сто лет, блестели. — Но я уже заказала нам еду, на самом деле.       — Тогда поехали, — девушка предложила ей руку, и староста крепко сжала ладонь.       По дороге к дому Кэлвинов они весело поболтали с Льюисом. Катрин молчала, но на протяжении всего пути тискала пальцами её ладонь. Чарли не очень хорошо запомнила маршрут, но в один момент они поднялись по холму и въехали в район, полный частных домов с заборами выше, чем Чарли видела у кого-либо. В этой части Хэйзела она не была никогда, даже в детстве.       Льюис заехал в открывшиеся благодаря маленькому пульту дистанционного управления светло-серые ворота такого же светло-серого двухэтажного дома и остановился.       — Вам сегодня нужно будет ещё куда-нибудь, мисс?       — Нет. Ты, ммм, можешь отдохнуть пока… Пока папе не нужно будет ехать с работы.       — Как скажете, мисс Кэлвин, — Льюис улыбнулся и помахал Чарли, когда она вышла из машины. — В таком случае я вас оставляю. Хорошо вам провести время!       Катрин не ответила — лишь покраснела и вцепилась в руку подруги, как только ворота за Льюисом закрылись.       — Пойдём? — тихо сказала она. Чарли кивнула.       — Я так посмотрю, в вашем районе всем нравится не видеть соседей?       — Этот район считается элитным, вроде как, — Катрин пожала плечами. — Не знаю. Из элитного здесь только цены на недвижимость. И, м-м, наверное, камеры у всех в домах?       — Тебе виднее, — Чарли подняла голову и увидела камеру как раз под козырьком главного входа. Передний двор, через который они недолго шли от асфальтовой площадки перед гаражом (который тоже находился внутри участка), казался неожиданно небольшим и пустынным. Даже аккуратный газон выглядел как-то невзрачно, словно был здесь посажен просто потому, что иначе весь двор представлял бы из себя сплошной асфальт. Или бетон. — А твоя комната где?       — На втором этаже… — Катрин отперла дверь и вошла. Чарли заметила, что староста держится странно прямо, словно в школе у доски. Обои в прихожей были светло-серые, с узкими тёмными полосами. Мистер Кэлвин явно предпочитал в выборе мебели придерживаться минимализма и невычурных прямых линий. — Оставь обувь вот здесь, пожалуйста, и надень вот эти тапочки.       Чарли кивнула и оставила тёплые кроссовки на металлической подставке для обуви. Тапочки ей приготовили новые, не пушистые, но мягкие, тёмного серого цвета.       — Это теперь мои тапки, или они у вас гостевые?       — Пока исключительно твои, у нас редко бывают гости… Наверное, совсем твои.       — Спасибо, — Чарли с улыбкой потянулась взять её за руку, но Китти скорее зашагала вперёд, и пришлось поспешить следом. — Эхей, куда ты так торопишься?       — В прихожей, гостиной и у заднего хода есть видеокамеры, — тихо пробормотала староста. Чарли завертела головой. — Н-не крутись… Мы идём в мою комнату.       — Куда вам столько?       — Основные снаружи, конечно. Папа ведь богатый бизнесмен. Конечно же у него есть наблюдение… Не вертись!       Чарли смирно проследовала за ней мимо гостиной по белой лестнице и через коридор второго этажа с картинами с такими невзрачными пейзажами, что они будто были призваны усыпить проходящего. Они подошли к одной из белых дверей, выглядевших для Чарли совершенно одинаково, и Катрин открыла её.       Комната Катрин представляла из себя что-то вроде выставочной спальни из Икеи, как Чарли показалось на первый взгляд. На полу — тёмно-серое ковровое покрытие, обои — светло-серые, почти белые, как и мебель. У окна стоял телескоп. Тот самый.       Катрин втолкнула подругу поглубже в комнату, закрыла дверь, и Чарли тут же почувствовала, как её тянут за руку назад. Она развернулась и почти наткнулась на лицо старосты.       — А ты си-и-ильно по мне соскучилась, а? — улыбнулась девушка, когда руки Китти сомкнулись за её спиной.       — Перестань меня дразнить, — ответила Катрин полушёпотом и наконец поцеловала Чарли. Девушка с удовольствием ответила, но староста быстро прервала поцелуй, хотя рук не убрала. — Извини. Конечно, если ничего криминального не случится, то папа не станет смотреть записи с камер видеонаблюдения, но мне не хочется рисковать.       — Я понимаю, Китс, — Чарли погладила её по голове и дала снова себя чмокнуть. — Куда сумку поставить?       — А, да куда хочешь… Короче говоря, пообниматься безопасно можно здесь. В остальных… Комнатах дома… Будем хорошими подругами.       — Хорошо, дорогая подруга, — Чарли поставила сумку в ногах кровати с неожиданно ярким на фоне основной цветовой гаммы зелёным покрывалом. — У тебя милая спальня… И много книг, — девушка указала на полки, расположенные над кроватью и над письменным столом. — Это всё научка?       — Нет, конечно… Там много научной литературы, но не все книги… Ах, точно, — Катрин вспомнила о свёртке, который всё ещё сжимала в ладони, и смущённо протянула его Чарли. — Это, вот… Из Филадельфии. Держи.       Девушка развернула свёрток и повертела в руках конструкцию из металлических трубочек и маленького шарика, закреплённых верёвочками на круглой деревяшке, покрашенной в цвет американского флага.       — О, ветряной колокольчик? Я ожидала копию Конституции из Индепенденс-холла, или где там они её держат…       — Какая безвкусица, charmant, — Катрин усмехнулась. — Он… Как сказать… Напомнил мне о тебе, наверное? Я-я не могу выразить это точнее.       — Спасибо, я найду, куда его повесить, — Чарли сунулась в сумку, чтобы убрать колокольчик, и достала коробку для Катрин. — А это тебе. Зелёная.       — Хах, кружка в чехле? — Катрин сразу вынула её. — Хм, знаешь, я, пожалуй, прямо сейчас налью в неё чай. Выглядит мило.       — Конечно, как хочешь, — Чарли села на кровать и сложила руки на коленях. — Так, ам… Чем займёмся?       — Мы можем посмотреть что-нибудь, — Катрин указала на свой рабочий стол, стоявший у стены напротив окна. Чарли увидела ноутбук какого-то более строгого вида, чем её собственный. — Папа иногда смотрит документальные фильмы, поэтому у нас есть семейная подписка.       — Да-а? — протянула Чарли. — У твоего папы есть… Хобби?       — В смысле «да-а»? Конечно, у него есть хобби! — Катрин фыркнула. — Ему нравятся документалки и исторические фильмы… Документалки только от одной студии, правда, но всё же… И иногда он читает бизнес-журналы. У него в кабинете их полшкафа.       — Извини, просто твой папа выглядит очень… Серьёзным… Почти всё время.       — Ах, ну, я понимаю, — Катрин прижала кружку к груди. — Да… Бывает. Так, ты хочешь горячий чай или что-то прохладное?       — Я за чай, — Чарли подтянула колени к груди. — А, и, просто заранее… А где у вас ванная?       — Моя ванная — сюда, — Катрин указала на дверь почти такого же цвета, как и обои, сбоку от письменного стола, которую Чарли сначала вообще не заметила. — Тебе даже из комнаты выходить не придётся.       — О-о-о, у мисс Кэлвин есть собственная ванная? — девушка хихикнула. Катрин пожала плечами.       — Придержи все шутки о невероятном богатстве моей семьи. Сначала я принесу нам чай.       Пока Китти ушла на кухню, Чарли покружила по её комнате. На полках с книгами действительно стояли по большей части научная литература и научпоп, но девушка нашла и художку — в основном Азимова и Уэллса. Книги выглядели новыми. «Хоббит», которого Чарли ей дарила на день Святого Валентина, лежал на прикроватной тумбочке.       Декора на стенах у неё почти не было, за исключением нескольких дипломов за победу в конкурсах по математике и физике и большого плаката с периодической таблицей химических элементов. Катрин даже уже сняла гирлянду, подаренную ей к Рождеству.       — Я тебе подарю того утконоса из «Хэппи-мил», — Чарли указала на таблицу, когда Катрин появилась в комнате с подносом с кружками и чем-то ещё. — А то у тебя как-то грустно.       — В каком смысле? — староста поставила поднос на стол и откатила кресло к кровати.       — Я думала, у тебя хоть постеры какие-нибудь висят… Хотя бы, ну там, в стиле «ар-деко», Бетховен, Шопен или ещё что.       — Отвлекает от учёбы, — Катрин пожала плечами. — Мне, м-м… Ну, мне нечего вешать на стены, кроме вон… Наград. По поводу ар-деко — уж точно нет. Под стиль комнаты не подойдёт.       — Я рада, что хоть дипломами ты гордишься настолько, что вешаешь их на стену, — Чарли похлопала по покрывалу. Катрин села рядом с ней, и девушка обняла её за плечи.       — Конечно, ведь я умная, — Катрин фыркнула и прижалась к ней сбоку. — Я горжусь собой. Когда получаю подтверждение качества своих знаний.       — Хорошо-хорошо, котик, — Чарли чмокнула её в висок, и староста взяла её за руку. — Какая у тебя вообще программа? Я так понимаю, у нас аж часов семь, пока твой папа не вернётся. Ну, плюс остальное время.       — Он вернётся позже, и… Давай пока не будем о моём папе.       — Прости, просто я даже не знаю, как себя с ним вести, когда он вернётся…       — Тебе необязательно прям болтать с ним, —Катрин погладила тыльную сторону её ладони большим пальцем. — Просто вежливо поддержи небольшой разговор, если он о чём-то спросит. В жизни он не очень общительный. Думаю, максимум тебя снова спросят об учёбе и планах на будущее.       — Да, пожалуй, перестанем говорить о твоём отце, — Чарли выпустила девушку из объятий, поднялась и перенесла поднос на кресло на колёсиках около кровати. Кроме кружек с чаем, на нём стояла вазочка с вафлями. — Лучше поболтаем о том, как ты съездила в Пенсильванию!       — Это не так интересно, как ты думаешь, — Катрин взяла новую кружку в вязаном зелёном чехле обеими руками.       — Ну-у-у, это уже мне решать! — девушка легко ткнула её локтем и взяла вторую. Это была обычная тёмно-синяя кружка с чьим-то неизвестным Чарли логотипом с подзорной трубой и звездой. — Расскажи, как вы на эту встречу бизнесовых наследников сходили-то. Было хоть что-то интересное?       — Нет, правда, не особо… Ладно, допустим, новые знакомства… Вот, Роберта, я тебе о ней говорила. Она вынудила меня обменяться с ней номерами. И мне уже написала. Пару раз. Боже, я никогда не видела никого в настолько розовом костюме…       — Ей нравится розовый?       — Я… не знаю. Возможно, гардероб ей подбирает отец. Просто жена мистера Трэверса… В смысле, нынешняя, это не мать Роберты… Она одета примерно в той же гамме, но более, м-м, откровенно. Знаешь… На кукол Барби похожа.       — Куклы Барби тоже на месте не стоят, знаешь ли, — Чарли хихикнула. — Сейчас есть всякие красивые разные штуки. Мне перед видео постоянно реклама вылезала пару месяцев летом, я в некотором роде эксперт!       — А говоришь, что это я зануда, — Катрин положила голову ей на плечо. — Боже. Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду. В общем, мачеха Роберты копирует стереотипных «Барби», и самой Роберте, видимо, этот стиль нравится… Но вообще-то она неглупая. Мы с ней общались лучше, чем с остальными ребятами.       — Ну и хорошо, — Чарли стала гладить её по голове. Катрин блаженно закрыла глаза. — А чем вы вообще там занимались? Поели хоть?       — Как сказать… Нас свели в отдельный зал в ресторане, родители и остальные гости сидели в другом… Мы в основном просто слушали музыку, и да, ели. Еда была хорошей, не спорю. Меня посадили рядом с Робертой, поэтому мы и заговорили…       — О чём болтали? — Чарли немного опустила руку, чтобы легонько массировать кончик уха старосты. — Ну то есть, вряд ли о физике, верно?       — Просто небольшой дежурный разговор о школе, в основном, — Катрин сделала несколько глотков, причмокнула, вернула кружку на поднос и уткнулась носом в шею Чарли. — Уф, извини, я так соскучилась… Я немного и про тебя рассказала тоже. То есть, что у меня есть очень хорошая подруга в школе. Это забавно… Роберта даже выглядела заинтересованной.       — Ты именно такими словами обо мне говорила?       — Я не… Помню точно… Когда я думаю о тебе, у меня мысли скачут… Иногда.       — Да нет, нет, я же не к тому, что ты могла сказать что-то не то, мне просто интересно, — Чарли потёрлась щекой о её макушку. Обниматься спустя неделю разлуки было ещё приятнее. — Ладно, если там не было ничего особо интересного — я не буду тебя этим тыкать. Посмотрим что-нибудь?