Как отпустить дракона

      Этери уверенно закрывает машину, Даня подаёт сумку и хлопает по карманам, проверяя телефон. Дудаков улыбается так сильно, что на улице становится ещё более светло.       -- Вы оба выглядите, как заговорщики,-- шутит.-- Дети подумают, что они что-то сделали не так.       Этери смущается, Даня пожимает плечами.       -- Даже не знаю, о чем ты.       Сергей качает головой, кивает в сторону беседки.       -- Перекур?       Этери вздыхает. Даня давно как бросил, а Дудаков из них остался тем, кто разлагает обстановку здорового образа жизни, но она готова прощать ему все, даже такой маленький недостаток.       -- Только ты не начинай,-- грозно говорит Дане.-- А не то..       Этери не договаривает, но он все понимает сразу. Не то не видать ему поцелуев даже дома.       -- Конечно, нет, я рядом постою.       Этери идёт на каток, запахивается на ходу, проверяет телефон. Даня смотрит ей вслед, понимая, что даже отпуская ее так ненадолго, где-то внутри уже скучает.       Дудаков щелкает зажигалкой, садится на лавочку.       -- Вам обоим это на пользу пошло.       -- Что именно это?-- Даня переспрашивает.       -- То, что вы перестали сопротивляться очевидному. А вот люди похоже с ума сошли окончательно.       Даня вздыхает. В чужое сумасшествие он верит и видит каждый день.       -- Что на этот раз?       -- У меня даже жена спрашивает, правда ли вы с Этери поженились тайно и давно вместе? Прочитала где-то в интернете этот бред. Говорит, даже группы есть, где ваши фото и клипы,-- Сергей делает глубокую затяжку.-- Я ей посоветовал меньше всякого бреда читать в интернете, но и правду не сказал. Потом, если нужно будет, сами расскажете на каком-нибудь совместном мероприятии..ну, или просто выдадите себя, если не перестанете так смотреть друг на друга.       Даня краснеет.       -- Так, это как?       -- Ты на нее , как на хрупкое сокровище, а Этери на тебя, как на вора, который хочет ее украсть. Недоверчиво с одной стороны, и с надеждой-- с другой. Потому что сидеть взаперти ей уже надоело, а выйти страшно.       Даня смеется.       -- Тебе сказки надо писать.       -- Ещё скажи, фанфики,-- бурчит Дудаков.       --Что?       -- Ничего. Идём работать.       Даня улыбается. Он знает, что у Дудакова отличное чувство юмора, а ещё он умеет хранить секреты. Они все связаны тонкими нитями обещаний , которые даже не сказаны вслух. Команда, которая идёт против всех, но сильна в том, что делает это вместе.       Уже на катке сталкиваются с Розановым, который о чем-то беседует с Этери. Даня снова чувствует внутри острый укол. Они никогда не делили с Сергеем девушек, всегда нравились разные, но Даня прекрасно знает, каким обходительным может быть Розанов и как сложно иногда его обаянию противостоять. Этери никогда не заставляет в себе сомневаться, но присутствие Сергея рядом с ней так близко, больше вымораживает Даню, чем ее саму. Этери весьма тактильна даже с незнакомцами, поэтому для нее нормально стоять, опираясь спиной о стену, едва касаясь коленом ноги Розанова. Тот что-то показывает в телефоне, заставляя Этери улыбаться. В ее руке, как потом замечает Даня, конфета абрикос в шоколаде. Любимая. Та, о которой сам Даня когда-то рассказал Сергею. И от этого очередной укол остаётся в районе сердца.       Дане не нравится это чувство, но он не может полностью потушить огонь внутри, поэтому подходит ближе, протягивает руку Розанову.       -- Доброе утро, бро.       Сергей рефлекторно отодвигается от Этери, чтобы поздороваться, а потом понимает, что Даня ненавязчиво стоит между ними и тоже заглядывает в телефон. Экран уже гаснет.       -- Все на лёд,-- уверенно командует Этери.       И уходит.       Когда она скрывается за дверью, Даня понимает, что не знает, что сказать Розанову и просто кивает, мол, идём.       Сергей улыбается.       -- Кстати, мы с ребятами недавно списывались, думали собраться как-нибудь, в Мафию поиграть, например. Ты как?       Даня кивает.       -- Не против.       А потом вспоминает слова Этери про то, что в квартиру нужно пускать жизнь и неожиданно для себя предлагает.       -- Можно даже у меня.       Розанов улыбается.       -- Отличный план. Будем думать, когда всем удобно.       Они идут в тренерскую, берут коньки и перекидываются ещё парочкой новостей. Когда Розанов не стоит рядом с Этери, он не вызывает в Дане неприятных эмоций. Это заставляет его самого очень удивляться , ведь по факту Даня никогда никого не ревновал, а здесь не в силах успокоиться. И именно по пути из коридора на лёд он окончательно понимает почему. Потому что так и не может пояснить сам себе, за что такая женщина, как Этери, может его полюбить.       А потом думать про это просто не хватает времени. Тренировки втягивают в нужный ритм, который уже давно привычен. Отличается только то, что возвращаются с работы вместе, экономят на бензине, можно сказать. Так шутит над ними Дудаков. А ещё готовят вдвоем, засыпают тоже близко, будто оттаивают и не могут отпустить друг друга.       На работе держат нейтралитет, шутят постоянно, стараются не прикасаться при людях, позволяя только самую малость уже в кабинете, за закрытой дверью. В этом никогда нет страсти, только неясная забота, словно таким прикосновением можно передать хотя бы частичку тепла среди вечного льда.       В магазин тоже ходят вместе, выбирая продукты на двоих, чтобы холодильник не был пустым. Могли бы и заказывать доставку, но Дане нравится тайком покупать Этери киндеры с драконами. Теперь у нее их уже три. К Норберту присоединяется тучный Туфтель и кокетливая Кьяра.       Даня сам не понимает , как Этери сходу выдает им имена, но этот момент нравится ему слишком сильно. Потому что становится личным. Тем, что остаётся только между ними и связывает ещё сильнее.       -- Ты не против,если мы с ребятами в моей квартире соберёмся в субботу вечером?-- спрашивает Даня перед сном.       Розанов и остальные друзья уже который день спрашивают его, когда обещание будет исполнено.       -- Конечно, нет. Я же сама это предложила,-- Этери обнимает подушку одной рукой, а вторую кладет Дане на грудь. -- Надеюсь, ты понимаешь,что я туда точно не пойду?       В ее словах нет ни обиды, ни вызова, а просто констатация факта. Этери такое неинтересно, она не любит шумные компании кроме своей семьи,и Даня это понимает.       -- А ты чем займешься?       Этери пожимает плечами.       -- Встречусь с Ольгой, давно не сидели вместе, не болтали по-девичьи,-- ехидно улыбается.       -- Будете обсуждать мальчиков?--Даня накрывает ее ладонью своей.       Этери рефлекторно сжимает пальцы.       -- Да. Прошлых, настоящих...-- делает паузу.-- И будущих.       Даня снова чувствует внезапный укол слева, облизывает губы.       -- Может, без будущих?-- шутит.-- Пока настоящие ещё в кровати спят?       Его голос бодр и весел внешне, но сердце стучит слишком быстро.       -- Окей,-- зевая протягивает Этери.-- Пока настоящие спят в постели,никаких обсуждений о будущих.       -- Ты невыносимая.       -- Ты хотел сказать невероятная?-- Этери уже почти засыпает,придвигается ближе, утыкаясь лбом в Дане в плечо.       -- Да, невероятная,-- покорно соглашается, гладит по волосам.       Даня понимает, что даже шутки о ком-то другом вызывают в нем странные эмоции, поэтому невесомо целует Этери в лоб и тоже старается заснуть.       Страх потерять ее мешает мыслить здраво, но ведь на самом деле Этери никогда не давала повода усомниться в себе. Но Дане от этого не становится легче. И лишь когда Этери закидывает на него ногу, обнимая ещё теснее, Даня немного выдыхает. Отдавать эту женщину без борьбы он точно не собирается, поэтому всем потенциальным будущим придется долго стоять в очереди.       А вот на тренировках, чем ближе к Чемпионату России, тем становится жарче.       Обстановка на катке накаляется.       Алена, которая мучается с ногой, капризничает. Она не умеет проигрывать и поэтому любое, что мешает стать первой, выбивает из колеи. Слезы, которые для кого-то непозволительная роскошь, для Алёны в последнее время средство расслабления. Вот только Этери каждый раз разрывается, когда Алена рыдает, а Саша при этом методично падает с прыжков.       В глазах у Трусовой страх проиграть и подвести ожидания семьи. Пока она не думает про груз ответственности, все получается, как только вспоминает про отбор на Европу, застывает. Ее парализует этот ужас проигрыша и не даёт двигаться дальше.       И между ними обеими Аня. Спокойная внешне и железная внутри. Так кажется со стороны, но что на самом деле происходит с ней, даже Этери не знает. Аня фанатик и у нее есть родители, которые всегда поддерживают. У них нет требований или претензий, которые высказываются вслух, но в тихом омуте всегда водятся не только черти, но и что-то похуже.       Этери держит нейтралитет, даёт Ане указания, смотрит за ее программой, понимая, что это менее проблемная из всех ее учениц теперь. К тому же, чемпионка России прошлого года.       Как многие думали тогда, случайная. Ведь ставили все на Трусову. Когда в прошлом году Этери спросила Аню, верит ли она, что победила, та ответила:       -- Нет. Осознание придет потом. Ведь это проще, потому что в меня никто не верил,-- а потом тихо добавляет.-- Даже вы.       Эта фраза часто потом звучит у Этери в голове. Она хочет что-то возразить, но понимает, что не стоит. Ведь что такое вера в спортсмена? Это надежда, что он откатает чисто и покажет свой максимум. Но конкуренция в группе такая, что места распределяются не по максимуму, а по тому, кто меньше ошибётся. Эта подушка безопасности даёт им право ошибаться в отношении фигуристок других стран, но не по отношению друг к другу.       Аня это четко понимает. Также как и то, что при чистом прокате Алёны и Саши, проиграет. У Алёны триксели, которые судьи оценивают ,как эталон, а у Саши столько квадов, которые она штампует на тренировке, что становится не по себе.       Аня это видит.       Но ее сила в стабильности и поэтому молча тренирует не только прыжки, но и нервы. Этери понимает, что Щербакова в чем-то права. Если бы она сама делала ставки на победу учениц, положив руку на сердце, Анины ставки были бы не высоки.       В последнее время Этери часто кричит на тренировках. Пытается мотивировать самым быстрым способом, но все больше устает сама. Криком на катке уже никого не удивишь. Даня никогда не понимал, как у Этери получается держать баланс между строгостью и юмором. Вот вроде только недавно говорит что-то недовольное Саше, а через минуту уже обе смеются. Они все знают, пока Этери придирается, ей не все равно. Хуже будет, если она замолчит. А вот в стенах Хрустального на саму Этери кричат не часто.       Практически никогда.       Но если и позволяют такое, то лишь недовольные родители, которые не знают границ.       Вот и сейчас за закрытой дверью явно слышен повышенный голос отца Трусовой.       -- Нет, это вы не понимаете!!! Саша должна, наконец, показать хоть какой-то результат! Иначе, мне кажется, это говорит о вашей некомпетентности!       Даня толкает дверь без стука.       Вячеслав Трусов только успевает сказать:       -- Или Саша плохо работает, или ваша команда!       Этери при этом стоит, оперевшись на стол и обхватив себя руками. Мужчина перед ней почти в два раза больше, нависает практически, не давая сказать ни слова. В глазах Этери оцепенение.       -- Вы переходите все границы!-- Даня в три шага оказывает рядом, перетягивает внимание на себя.       Вячеслав краснеет ещё больше, вены на шее напрягаются.       -- Я говорю с главным тренером, а не каким-то... хореографом,-- почти выплёвывает в лицо.       -- Вы говорите с женщиной,-- Даня чувствует , как закипает.-- Точнее, вы на нее кричите.       Они смотрят друг на друга пристально, воздух искрит.       -- Я поняла ваши претензии,-- голос Этери холоден, им можно резать лёд.-- А теперь дайте нам работать дальше.       Оцепление из взгляда уходит. Там сталь и спокойствие, как безграничное северное море.       Когда дверь за Трусовым закрывается, Даня хочет обнять Этери, но тут же спотыкается о холодную стену между ними. Она зла и кусает губы.       -- Не смей никогда больше вступаться за меня так,-- руки сжимаются в кулаки.-- Прикрываясь моим полом и отношением ко мне. Я главный тренер, а ты хореограф. Это вопрос субординации.       -- Это вопрос банального этикета,-- Даня чувствует, как закипает.       -- Здесь, ты мой подчинённый и я решаю, что делать.       Спорить с таким тоном Этери бесполезно, Даня это понимает.       -- Да, госпожа начальница,-- хочет пошутить, но голос не слушается.       -- Не смешно,-- Этери даже не моргает, в море ее глаз закипают волны.       -- Прости...я...-- но договорить Даня не успевает, в дверь входит Аксенов.       Без стука. Как к себе домой.       -- Там Трусов чуть не снес меня по дороге, что случилось?       -- Не сошлись мнением про тренировочный процесс,-- Этери устало трет виски.       -- Рассказывай,-- Эдуард бегло смотрит на часы и садится в кресло напротив. Этери вздыхает. Волны в ее глазах утихают.       -- Скажи, что я задержусь на тренировку,-- говорит Даниилу.-- Начинайте без меня.       Он кивает, чувствуя даже не один укол внутри, а сразу несколько, делает глубокий вдох.       -- Дань, -- он оборачивается на голос и понимает, что несмотря на штиль в ее глазах, тонет.-- Возьми мне кофе... пожалуйста.       Он кивает, потому что понимает: Этери не умеет извиняться, но продолжить этот разговор им придётся.       С тренировки они уходят последние, плечом к плечу, но молчат. Этери выглядит уставшей и задумчивой, кофе не помогает, зевает.       В кабинете Даня закрывает дверь на ключ, показывая, что мешать им больше никто не будет.       -- Я должен сказать это сейчас, Этери, а ты послушай,-- Даня аккуратно обнимает за плечи.-- Ты не можешь постоянно все нести на себе, потому что есть я, Дудаков и вся наша команда.-- Шепчет на ухо, еле касается губами кожи.--Я защищал бы тебя перед Трусовым, даже если бы мы были не вместе. Потому что ты такого отношения не заслуживаешь. Ты как тренер Этери Тутберидзе, а не только женщина, которую я люблю. Этери вздыхает, трётся носом о шею, успокаивает своих демонов.       --Хорошо,-- отстраняется.--Поехали домой.       Даня садится за руль сам, а Этери не сопротивлчяется, потом он готовит ужин и больше не возвращается к ситуации в кабинете.       После душа Этери забирается под одеяло и кладет голову Дане на плечо.       -- Я сорвалась на тебя, потому что испугалась,-- Даня молча слушает.-- Когда на меня кричат мужчины, мне всегда страшно.       Она больше не рассказывает, почему , но, если будет готова, то обязательно это сделает. Потому что Даня знает, папа никогда не повышал голос на Этери и воспитывал ее в большой любви и уважении.       Он не торопит ее открываться дальше, а просто приподнимает майку, ведёт привычные рельсы-рельсы по худой спине, чувствуя , как Этери расслабляется.       -- Не бойся, -- тихо произносит.-- Я никому не дам тебя в обиду.       Они лежат так близко, что кажутся будто связанными невидимыми нитями друг с другом. Прямо от сердца к сердцу.       -- Пусть слон походит сильнее возле лопаток,-- почти мурчит Этери.-- Да, вот так...-- выгибается.       Даня смеется, а потом замирает, когда слышит сквозь сон тихое:       -- Спасибо.       И он прекрасно знает, за что конкретно Этери сейчас благодарит, даже если она это не уточняет.