Не на первой полосе

*** Телефон в руке женщины завибрировал, чем заставил ее вздрогнуть, а сидевшего рядом мужчину на мгновение взглянуть в ее сторону. Но он помнил, что ему нужно следить за дорогой, а краем уха он все же прислушался к начавшемуся разговору. - Чарли на проводе, - энергично заговорила женщина, прикладывая мобильник к своему уху. – Да, мы с Себастьяном уже едем, я не осталась в морге, другой доктор подменит меня, он заштопает тела. Росс уже ждет нас в парке? А вы где? А, хорошо, я поняла. До связи. Доктор убрала мобильник в карман своих брюк, после чего снова скрестила руки на груди. - Это Изабелла, Росс уже ожидает нас в парке, - суд-мед эксперт решила передать слова фотографу, который невозмутимо вел машину по улицам загруженного Лондона. – Салли и Изи остались в участке, будут ждать информации от нас. Они получат имя производителя, они туда позвонят, и, как мы надеемся, потом всей компанией двинемся туда. - Весьма логично. И оперативно, - кивнул Себастьян, крутя рулем, пытаясь пролезть между двумя автобусами, но аккуратно и элегантно. На английских дорогах все чересчур организованно. Оказались они у южного парка, где были этим утром, уже через несколько минут, они оба вышли из машины. Ограждающих лент больше не было, равно как и полисменов. В глубине у одной из урн парка они разглядели фигурку высокого мужчины и стали продвигаться по направлению к ней. - Девочка, подруга покойного мальчика, сказала, что Николас бросил фантик в урну в начале прогулочной тропинки, - перешел сразу к делу детектив, бросив быстрый взгляд на подошедших коллег. – Здесь таких урн 4, две - здесь, две - на другом конце тропинки. Давайте вы пойдете туда, я уже проверил одну урну. Фантик золотого цвета, конфета была круглым шариком. Копайте до самого дна. Росс перевернул общественный металлический бочок, высыпав весь собравшийся мусор на землю. Отложив урну в сторону, детектив стал тщательно копаться в мусоре руками с натянутыми на них стерильными перчатками. Себастьян, по пути меняя свои перчатки на стерильные, шел следом за Чарли по тропинке по направлению к другому ее концу. Там они без слов взялись за дело, заняв по одной урне. Они оба перевернули бочки, высыпав все их содержимое на землю, после чего стали тщательно копаться в куче в поисках названного фантика. Вскоре Чарли издала победное восклицание и резко выпрямилась, сжав в руке найденную улику. Золотой фантик, материалом похожий на фольгу, по форме отдаленно подсказывал, что конфета была сферической формы. - Детектив, сюда! – помахала она мужчине на другом конце тропинки. Свободную руку в стерильной перчатке она сунула в карман и начала быстро искать нужного абонента в контактах. – Обрадуем вторую половину нашей следовательской семьи. Пока устанавливалось соединение, и пока детектив приближался к ним, Себастьян быстро навел порядок, сунув мусор обратно в урны. - Изи, мы нашли фантик, - сообщила суд-мед-эксперт в трубку с громкой связью. - И какое там имя производителя? - Ммм, «Гензель и Гретель», какая ирония, - протянула женщина в ответ. - Оставайтесь на связи, сейчас Салливан поищет контакты и адрес фабрики,- строго проговорила журналистка. Новое победное восклицание со стороны старшего детектива раздалось уже тогда, когда подошел младший. - Это в Сомерсе, у парка Оакли*, - ответил громко мужчина, после чего раздался шорох, кажется, он поднялся со своего рабочего места. – Езжайте туда, мы с Изабеллой встретимся с вами там. *Прим. Автора: Сомерс (Somers Town) – совсем небольшой район на севере Лондона. *** Полицейская машина остановилась у ворот кондитерской фабрики одновременно с черным седаном журналистки и другой полицейской машиной. Все пятеро, участвовавших в расследовании, направились к входу. - У вас удивительно способный стажер, Изи, - шепнула Чарли журналистке, когда женщины поравнялись, идя следом за мужчинами в компании. – Ловил все налету. - Считаете? – подняла брови мадам. – Много фотографировал? - И не только, дорогая моя, - покачала головой восхищенно та. – Он мне ассистировал при вскрытии, а о его знании анатомии человека даже забавно говорить, мне в какую-то секунду показалось, что это я ему ассистирую, а не наоборот. - Вот как, - только и ответила Изабелла, взглянув на спину высокого молодого человека, идущего перед ней. Она усмехнулась про себя, осознав, что, в принципе, для нее это уже не внезапный сюрприз. У входа в массивное здание их встретил охранник. Хотя, встретил – неподходящее слово. Скорее – остановил. - Добрый вечер, дамы и господа, - поприветствовал он, дружелюбно улыбнувшись. – Чем могу помочь? Вы пришли сделать заказ? - Не совсем, любезнейший, - с немного ленивой улыбкой ответил детектив Салливан, доставая свой значок с удостоверением. – Мы пришли поговорить с заведующим. Молодой человек растерялся, его улыбка моментально исчезла. Казалось, что он не поверил. Его немного подозрительный взгляд прошелся по всем в появившейся компании. - И что, вы все из полиции? – спросил охранник, сглотнув. Росс продемонстрировал свой значок, Чарли указала на свой, прикрепленный на брюках, хоть у нее был значок судебно-медицинского эксперта. - Он – судебно-медицинский следователь, мой напарник, - уверенно соврала патологоанатом, указав пальцем на Себастьяна. Как ни странно, Изабелла в этот момент достала из своей сумки значок старшего детектива. Настоящие детективы незаметно взглянули на нее искоса, а у той на лице нарисовалась невинная улыбка. - Эм… Хорошо, я сейчас позвоню начальству. Проходите, - охранник быстро вернул себе невозмутимый вид, открывая металлическую безликую дверь и пропуская гостей внутрь. Они оказались в коридоре, в котором было несколько дверей. Дальняя слева, похоже, вела на саму фабрику, в огромное помещение, где производили сам продукт, а те, что вели в малую часть здания, вели, скорее всего, уже в отдельные административные кабинеты. Именно к ним компания и начала неторопливо продвигаться. - А у вас-то откуда значок детектива? – спросил чуть возмущенно и выразительно Салливан, поравнявшись с довольно улыбавшейся журналисткой. Словно он допрашивал подозреваемого. - У вас со стола стащила, - пожала плечами та. – Эффективная вещь, завидую я вам. Вам давно надо было меня такой штукой снабдить, если вам действительно нужно мое участие в делах Скотленд Ярда. Уши старшего детектива подрумянились, брови выровнялись в ровную линию, образовав между собой морщинку. Казалось, будто он по-настоящему сердился. - Изабелла, вы уж не забывайте, что это, вообще-то, не по правилам пускать журналистов так близко к делам Скотленд Ярда, как я пускаю вас, - с легкими раздраженными нотками заговорил мужчина. – Будьте скромнее, ибо эту возможность очень легко отнять. Женщина весело фыркнула. - Детектив, мы с вами работаем вместе вот уже несколько лет, и мы оба извлекаем из этой совместной работы выгоду, - Изабелла бросила выразительный улыбающийся взгляд в собеседника, после чего вновь стала смотреть вперед. – А также не забывайте о чувствах вашего напарника, нашего милого детектива Росса: без общения со мной бедняга совсем скиснет. На это младший детектив весело посмеялся, когда старший в ответ только раздраженно вздохнул, подняв глаза к потолку. Чарли и Себастьян обменялись смеющимися взглядами. Тем временем они дошли до двери, через окошко которой можно было разглядеть часть небольшого кабинета и человека в костюме, сидящего за столом. Салливан, шедший первым, без стука открыл дверь и уверенно перешагнул через порог. Худощавый заведующий, что было очень странно для управляющего кондитерской фабрикой, поднялся гостям навстречу. - Чем-то могу помочь, дамы и господа из Скотленд Ярда? – со сдержанной гостеприимностью спросил он, поправляя очки на остром носу и прислоняясь к краю своего рабочего стола. - Мы расследуем гибели троих детей, - сразу начал говорить старший детектив, немного подпитывая свое дружелюбие грозными нотками. – У одного из них, которого мы нашли сегодня утром, в желудке нашли остатки от шоколадной конфеты, которую вы производите. - Мне очень печально слышать такие вести, - встревожился мгновенно мужчина в очках, нервно заерзав. – Но почему вы решили, что это наш продукт стал причиной смерти этих детей? - Вместе с какао и молоком, ингредиентами конфеты, мы обнаружили и остатки мышьяка, которые мы так же нашли и в других двух телах. Доза смертельная, - продолжила спокойно Чарли за детектива. – Мы подозреваем, что кто-то умышленно добавил яд в сладости, после чего отдал их детям. Фантик от конфеты мы нашли в урне, указанной свидетелем трагедии, фантик навел на вас. Вы что-нибудь скажете нам? Чтобы выглядеть более серьезными и внушительными, Салливан подошел к рабочему столу заведующего фабрикой и положил на него фотографии троих детей на месте обнаружения их трупов, документ, в котором приводились все продукты, найденные в их желудках, а так же сам фантик, аккуратно помещенный в стерильный пластиковый пакетик для улик. Мужчина в очках стал внимательно изучать полученные документы, выглядел он несколько мрачно. Лицо посерело, на лбу появились множественные горизонтальные складки. - Да, конфета нашего производства, - пробормотал досадно он, лишь мельком взглянув на фантик. – Но насчет мышьяка – это что-то невразумительное. Мы каждый день проверяем все продукты, их происхождение, доставку и качество. - Если можно, нам хотелось бы самостоятельно проверить все в фабрике, - сказал старший детектив, достав из кармана свои стерильные перчатки. - У вас есть ордер? – спокойно спросил заведующий, подняв на детективов глаза. - Можем и получить его, все улики здесь, вы их сами видите, - мужчина указал на документы. – Но сейчас нас пятеро, а с ордером на такое большое заведение натравят весь отдел, и это точно не поможет репутации вашей фабрики. Может, облегчите всем задачу? Худощавый мужчина в костюме обвел всех присутствующих взглядом. Он понимал, что детектив прав, так что думал над ответом недолго. - Хорошо, я лично проведу вас по интересующим помещениям и цехам, - с готовностью вздохнул он, возвращая все документы старшему из собравшихся детективов. – Прошу за мной, дамы и господа. Они прошли в огромное помещение фабрики, где уже, собственно и производили сладости. Следователи решили разделиться и поделились планом с заведующим. Отнесшись к этому плану сдержанно, мужчина в очках провел их сначала к самому концу цепочки, где отливались и запаковывались конфеты, где они и оставили Себастьяна и Росса. Остальные прошли вслед за заведующим в отдельное помещение чуть меньших размеров, куда доставляли продукты и распределяли их по производственным цехам. Здесь стояло множество коробок и контейнеров, их-то и начали изучать детектив, патологоанатом и журналистка, которая неустанно все записывала в свою записную книжку. - Мы проверяем все тщательно каждый день, я сам слежу за проверкой, - заверил мужчина в костюме, стоя в дверях. Салливан и остальные заглядывали в коробки, осматривали картонки этих коробок, некоторые небольшие контейнеры и отодвигали, ища хоть какие-нибудь следы, но таковых не было. - А вы не думали, что это кто-то посторонний добавляет яд в наши конфеты, когда сладости уже попадают на полки в магазинах? – спросил заведующий, пытаясь хоть как-то скомпенсировать свое бездействие. – Жертвами оказались пока только дети, хотя, если бы мышьяк был среди общих ингредиентов, пострадали бы многие, как в эпидемию. Наш продукт хорошо раскупают. - Да, мы уже допускали такую мысль, - кивнула Чарли, на секунду отрываясь от своего занятия. – Но нам хотелось бы в лишний раз проверить все допустимые возможности яда попасть в конфету. Начали с самого «массивного» из всех предположений. - О, ясно… - понимающе пролепетал мужчина, кашлянув в кулак. Посмотрев только пару контейнеров, Изабелла остановилась и смерила все помещение пустым взглядом. Листок блокнота, куда она записывала ход расследования, разочарованно пустовал. - Нам здесь искать нечего, детектив, - обратилась негромко она к плотному высокому мужчине, прижав пальцы с ручкой к подбородку. - Уже что-то предполагаете? – спросил сухо тот, продолжая вместе со второй женщиной рассматривать содержимое коробок. - Просто подумала, с чего бы убийце подкладывать ядовитый ингредиент в самом начале производства? – женщина бросила задумчивый взгляд в лицо ожидавшего заведующего. – Легче всего сделать это в процессе, так и другие на фабрике не заметят. И потом, если подумать, как он выбирает жертв? А выбирает он вообще? Судя по трем жертвам, выбирает. - Но какой мотив? – остальные следователи приостановили свои занятия, присоединяясь к рассуждению. Салливан с готовностью делился мыслями и выслушивал других. - Без малейшего, - вздохнула журналистка, прикрывая глаза, как от усталости, и сжимая-разжимая руку с ручкой. – Но если убийца выбирал жертв, то фабрика – не самая удачная затея. Нереально с точностью рассчитать все так, что конфета с ядом попадет именно к намеченным лицам. - В таком случае, моя теория имеет смысл, - холодно проговорил заведующий. – Убийца действовал откуда-то извне. - Чувствую, что мы не там ищем, - пробормотала угрюмо Чарли, обходя живые препятствия и выходя из помещения. - Давайте хотя бы наших мальчиков проверим, - Изабелла обернулась к старшему детективу и встретила соглашающийся взгляд. – Даже если убийца и орудовал на фабрике, легче всего сделать это и отследить конфетку «с сюрпризом» в самом конце конвейера. Демон смерил всевидящими внимательными глазами всех рабочих на фабрике. Все они были погружены каждый в свою работу, и не чувствовалось ни в одном из них какого-нибудь эмоционального скачка, нервозности, страха или напряжения. Из этого следовало лишь то, что убийцы среди рабочих фабрики нет. По крайней мере, если они не имеют дело с особенно хладнокровным и бездушным убийцей. При употреблении последнего прилагательного, демон в душе оскалился, прикрыв глаза, чтобы скрыть раздраженный блеск в нечеловеческом взгляде. Человек без души для него равноценен пушечному мясу и не более. Чтобы отвлечься от своих мыслей, мужчина обернулся к своему коллеге, который в тот момент внимательно следил за процессом производства шоколадных конфет на конвейере. - У вас есть что-нибудь, Росс? – спросил молодой человек, подходя к упомянутому и натягивая стерильные перчатки плотнее на свои тонкие пальцы. - Вот, думаю, если бы я был убийцей, добавил бы я мышьяк в шоколадную часть конфеты, или же в ее полую часть? – спокойно поделился своими размышлениями младший детектив, не отрываясь от той махины, что соединяла две остывшие половинки конфеты. Он указал именно на этот механизм. – Вон, видите? Конфета состоит из толстого поверхностного слоя шоколада, а внутри небольшая пустота, ее чем-то заполняют. Кажется, кремом или джемом. - Хм… Себастьян внимательно проследил за действиями этого механизма, а после перевел взгляд на конвейер, где, как и предполагал детектив, наполняли полую часть в каждой конфете. Там был автоматизированный шприц, который и заполнял жидкой сладкой субстанцией пустоту в шоколадной конфете. После этого образовавшееся отверстие легонько совсем расплавляют, и оно исчезает. Мужчина размял свои пальцы. - Вопрос, на который хотелось бы знать ответ, - начал задумчиво бормотать демон, подходя к конвейеру и подцепляя пальцами только что вышедшую на свет конфетку. – Убийца вводил мышьяк во время отливки, или после, когда конфета уже готова к упаковыванию? - Судя по тому, как наши коллеги выходят из соседнего помещения унылые и с пустыми руками, - вздохнул Росс, скрещивая руки на груди и глядя куда-то в сторону. – Я предполагаю, что после. - Что-нибудь нового, молодежь? – спросила добродушно Чарли, когда они остановились возле детектива и фотографа. - Лично мне кажется, что убийца ввел яд в конфету уже после того, как она сошла с конвейера и оказалась в фантике, - высказался Себастьян, подходя к одному из столов с кондитерскими приборами и инструментами. – Автоматизированный механизм, на который мы с детективом Россом обратили сейчас внимание, подсказал мне, как, возможно, убийца это сделал. Все присутствующие стали внимательно следить за аккуратными манипуляциями высокого мужчины. Он положил конфету на разделочную белую доску, на фоне которой конфета выделялась просто блестяще. Молодой человек взял в руки нож и надавил лезвием на центр конфеты, после чего и разрезал ее. Из пустоты вытекла темная липкая жидкость, до нее Себастьян и дотронулся кончиком указательного пальца. - Запах очень резкий и сладкий, - пробормотал он, растерев капельку кончиками большого и указательного пальцев, приблизив к носу и принюхавшись. – Даже если бы ребенок взял конфету в руки и даже если бы он ее прокусил зубами, запаха мышьяка он бы не почувствовал все равно. - Мышьяк, который мы нашли, был растворен в воде, ко всему прочему, - напомнила патологоанатом. – Тогда мышьяк потерял свой запах и некоторые свойства. Детектив Салливан посмотрел на указанный своим молодым напарником механизм. - Думаете, что убийца ввел яд в полую часть сладости с помощью шприца, а потом положил обратно в фантик? – мужчина задумался. - Мышьяк был растворен, повторяю, его легко можно было бы ввести в конфету с помощью шприца, смешав яд с имеющимся внутри джемом, - кивнула женщина. – Тогда стоит проверить найденный фантик и найти шприц, с помощью которого ввели мышьяк. - Фантик мы изучим, - Изабелла обменялась взглядом с Чарли, отрываясь от записывания фактов в блокнот. – Но шприц где искать? - Начнем отсюда, придется проверить всех работников, - вздохнул Салливан, после чего обернулся к коллегам. – Чарли и Изабелла, мы будем долго здесь копаться, вам ни к чему здесь мучиться. Мы с парнями все осмотрим. - А как же… - А вам я позвоню потом, - строго перебил детектив журналистку, заранее зная, что та хочет обо всем знать первой. – Или ваш студент позвонит, но ваше физическое присутствие делу не поможет. Изабелла, напустив на себя вид обидевшейся девочки, отняла у стоявшего рядом демона отрезанный им же кусочек конфеты и сунула в рот, начав разжевывать сладость с большим удовольствием. Детектив только раздраженно фыркнул, развернулся и обратился к заведующему фабрикой. - А почему бы вам не провести обследование прямо в участке? У нас есть исследовательская лаборатория прямо в здании, - предложил Росс, обращаясь к женщинам. – Так нам всем не придется постоянно ездить далеко и надолго. Разрешение я получу, Салливан будет только за. - Хорошая идея, - кивнула выразительно Изабелла, проглатывая сладость. - Тогда мы с Изи поедем в участок первыми, вы тут копайтесь, а потом по желанию присоединяйтесь. Ничего отвратительного я делать не буду, - улыбнулась Чарли. – Удачи, мальчики. Мадам взяла у своего подопечного ключи от машины и, ничего не сказав, уверенным шагом ушла вслед за суд-мед экспертом. Мужчины-следователи остались одни с целой фабрикой подозреваемых. *** - Надо бы попросить Салли отдать эту лабораторию в наше полное пользование, когда у нас имеется дело, - присвистнула Чарли, когда они с журналисткой оказались в исследовательском помещении в здании Скотленд Ярда. Это были две смежные большие комнаты, соединенные между собой широкой аркой. Белый плиточный пол, белые стены, металлическая мебель, приборы, инструменты, шкафчики с флаконами и бутылочками, холодильники для хранения изучаемых частей тела и прочего, шкафы с вещдоками и уликами – все это было уже знакомо патологоанатому, это помещение ничем не отличалось от прозекторской, где она работала. Женщина радовалась в душе, что такая лаборатория имеется, и что ее отдали им на полноправное пользование. - Почему он раньше не давал на нее разрешение, да и вообще не упоминал о ней? – хмыкнула Изабелла, кладя свои вещи на один из стульев возле двери. - Росс сказал, что оборудовали эту лабораторию недавно, - ответила суд-мед эксперт. – Салли – старший детектив, а вместе со всеми нами он разрешил множество дел. Он без проблем получит разрешение для нашей компании, и нам удастся пользоваться ею, сколько нам потребуется. Облачившись в белые халаты, на груди которых красовались ярлычки Скотленд Ярда, и в стерильные перчатки, обе женщины принялись за работу. Каждая за свою работу, имеется в виду. Чарли, осторожно достав единственную вещественную улику, фантик, из пластикового пакетика, принялась тщательно ее изучать. Изабелла же, вооружившись своим незаменимым блокнотом и ручкой, протоколами и прочими документами по делу, принялась за тщательное изучение фактов, жизней жертв, рассказов свидетелей и показаний родителей погибших детей. Рабочую тишину нарушали лишь шелест бумажных документов, пишущая ручка и позвякивание приборов. Ни одна из присутствующих женщин не желала помешать работе другой. Но вот одна из них известила о своей маленькой победе. - Я кое-что нашла! – воскликнула с победной улыбкой Чарли. Она сидела спиной к коллеге, что-то разглядывая под микроскопом. - Что там? – оживилась журналистка, повернувшись на крутящемся стуле к собеседнице. Суд-мед эксперт оставила микроскоп и потянулась к монитору компьютера, который находился на столе рядом с ней и был подключен к микроскопу. Вскоре после некоторых простых манипуляций на черном экране высветилось изображение, которое и видела докторша под своим микроскопом. Были какие-то кругляшки и фигуры, которые, однако, ни о чем не сказали второй мадам. - Что это? – спросила Изабелла, вглядываясь в непонятное ей изображение на мониторе компьютера. - Это частички клеток на внутренней стороне фантика, - пояснила спокойно эксперт. – Человеческих клеток. - ДНК? – подняла брови мадам. - О да, - кивнула с широкой улыбкой Чарли. – Ваш студент был прав, яд ввели уже после упаковывания, ведь конфеты упаковываются с помощью автоматизированных механизмов, и никто, по идее, не мог оставить внутри фантика свои следы. Раз мы их нашли, значит, кто-то раскрывал конфету, чтобы ввести в нее мышьяк. - Хм, так, у нас есть ДНК, - пробормотала коллега, указав ручкой в сторону микроскопа. – Но нет подозреваемого. Было бы с чем сравнить эти данные… За спинами женщин зашумела входная дверь из коридора. - Привет, дамы, что у вас нового? – поприветствовал вошедший мужчина, привлекая внимание находившихся в помещении коллег. - А, Росс, - поприветствовала Чарли и сразу перешла к делу. – Мы тут кое-чего нашли. Но у вас там как дела? - Ничего, совершенно, - с досадой вздохнул громко младший детектив, плюхаясь на один из крутящихся стульев рядом с собеседницами. – Никаких новых улик, никаких подозреваемых. Фабрика чиста, как с иголочки. - А где Салливан и Себастьян? – спросила в свою очередь журналистка. - Салливану захотелось пропустить чашечку кофе, и попросил Себастьяна составить ему компанию, они в нашем офисе убойного отдела, - поджав губы, ответил мужчина. – Детектив говорит, что к двум особям женского пола, занимающимся расследованием убийства, лучше отправить одного человека, а не рисковать всеми сразу. Себастьян – новое лицо, он не пускает к опасным личностям новичков. - Как грубо, - весело возмутилась Чарли. – Как будто мы будем вас здесь насиловать. - Что вы, коллега, - заговорщицки улыбнулась Изабелла, произнося слова выразительно, шире открывая рот. – Если и насиловать, то морально. Наука теперь сексуальна. - Итак, что там у вас нового, вы что-то нашли? – обменявшись с собеседницами смеющимися взглядами, перешел к делу Росс. - Фрагменты ДНК на внутренней стороне нашей обертки, - перешла на деловой тон суд-мед эксперт. – Студент-практикант был прав, конфету заполняли мышьяком, уже когда она оказалась в фантике. Но так как у нас нет подозреваемых, а точнее говоря, ДНК этих несуществующих подозреваемых, у нас сравнить находку не с чем. - Придется искать еще что-нибудь, другими словами, начать расследование заново, - вздохнула удрученно Изабелла. - Минутку, - встрепенулся на крутящемся стуле Росс, что-то вспомнив. – «В любом деле подозреваемыми являются все, даже я сам». - Слова Салливана? – недоуменно спросила патологоанатом. - Да… - опешил детектив, потом стал что-то искать в кармане своих брюк. Обе женщины немного недоуменно нахмурились, когда детектив, дабы не загрязнить новую улику своими отпечатками, взял в руку салфетку со стола. После чего рукой, завернутой в эту салфетку, вытащил из кармана свой белый носовой платок. - Что тут? – недоуменно прочила докторша. - Ааа, минуточку… - выдохнула озаренно журналистка, прежде чем детектив раскрыл рот. Росс покивал. - Проверьте, док, - обратился мужчина к суд-мед эксперту. – Это единственное постороннее ДНК, что у нас имеется. *** Девочка резко встрепенулась на металлическом стуле в комнате для допросов, когда в комнату с шумом зашли взрослые незнакомцы. Хотя нет, все же одного из них она уже знала, молодого детектива с приятной внешностью. Однако сейчас он выглядел несколько мрачно, его улыбка казалась натянутой, фальшивой. В своих руках в этот раз он держал целую папку с какими-то документами. А вот женщина была ей незнакома. Взрослые плотно закрыли дверь в эту крохотную комнатку и расположились за столом напротив девочки. - Здравствуй, Алисия, - дружелюбно проговорила женщина, кладя сплетенные в замочек пальцы рук на стол. – Меня зовут Чарли Беннет, я судебно-медицинский эксперт и следователь, детектива Росса ты уже знаешь. - Здравствуйте, - немного настороженно кивнула девочка, сжимая ткань платья на своих коленках и переводя взгляд с одного взрослого человека на другого. Вошедшие следователи выдержали достаточно долгую паузу, и это только сильнее настораживало юную совсем девушку. - Почему вы меня вызвали? – спросила, в конце концов, она, не выдержав напряженного давления со стороны взрослых. Женщина, сидевшая перед ней, сощурила глаза, сильнее скрепив пальцы на столе. Ее улыбка исчезла, от этой дамы повеяло холодной строгостью. - Ты очень умная девочка, Алисия, очень умная, - заговорила суд-мед эксперт. – Но, боюсь, твоих знаний еще недостаточно, чтобы превзойти в хитрости нас. Одна из наших коллег подробнее изучила всех трех жертв, похожих друг на друга. Три ребенка, включая Николаса, скончались от одинаковых симптомов, от отравления мышьяка. Но, что еще интереснее, у этих трех ребят была одна общая подруга и одноклассница – ты, Алисия. - Вы что, подозреваете, что это я как-то причастна к их смертям? – всполошилась девочка, бегающими глазами косясь на обоих следователей. Взрослые не ответили. Девочка громко досадно вздохнула. На глазах навернулись слезы. - Моих друзей убили, они все умерли, а вы подозреваете меня? – повысив тон, спросила девочка. Детектив Росс ухмыльнулся и наклонился над столом. - А откуда ты знаешь, что их убили? Алисия замерла, сверля напуганными глазами мужчину. Патологоанатом прочистила горло. - Ты сообщила нам о выброшенном фантике от конфеты, которой ты угостила своих друзей, - начала вновь говорить Чарли. – Нам повезло, мы нашли этот фантик. Докторша взяла из рук напарника стерильный пакетик для улик, демонстрируя запечатанный фантик в нем. - Мы изучили его и нашли на нем фрагменты ДНК, - все так же холодно продолжала женщина. – Мы не знали, с чем его сравнить, пока детектив не вспомнил об единственном ДНК человека, имеющего причастность к этому делу. Когда с тебя брали показания, ты плакала, и детектив дал тебе свой носовой платок. Твои слезы тоже несут в себе твои ДНК, и нам удалось без труда его вытеснить. Росс достал из папки документ, на котором была показана диаграмма с двумя вертикальными рисунками. Посередине диаграммы значилась надпись: «MATCH» («Совпадение»). - Как видишь, ДНК совпали, - поджала губы женщина, положив эту бумажку на стол и повернув ее лицом к допрашиваемой девочке. – Значит, ты брала в руки конфету, вновь ее завернула в обертку и отдала Николасу. Мы подозреваем, что так ты поступала и с другими конфетами, которыми ты делилась с другими детьми. Даже если то, что ты была знакома со всеми жертвами, не покажется для представителей исправительного учреждения серьезным, ДНК не оставит сомнений. Детектив Салливан получил ордер на обыск твоего дома, он в данный момент с другими полицейскими ищет шприц, с помощью которого был введен яд. А у нас есть ордер на твой арест. Чарли вновь выдержала паузу, давая молчавшей от страха девочке осознать всю тяжесть ситуации, в которую она попала. Женщина склонилась над столом и вновь обратилась к ней, понизив голос и сощурив в презрении глаза. - Алисия, ты убила Николаса Андерсона и еще двух детей, используя смертельную дозу мышьяка, введенного в шоколадные конфеты, - грозно произнесла суд-мед эксперт. Женщина медленно откинулась обратно на спинку своего стула. Детектив разложил все упомянутые документы на стол, затем и сам откинулся на спинку своего стола и по-мужски закинул одну ногу на другую. - Мы ждем твоих признаний, Алисия, - сухо проговорил Росс. *** Лицо юной Алисии исказило гримасой. Мгновение внезапно одолевшего отчаяния, боли, страданий. Именно такой палитрой наделена секунда перед горькими рыданиями. Девочка глухо всхлипнула, опустив голову, отчего тень свесившихся волос в прямом и переносном смыслах омрачила ее искаженное лицо. - Они наплевали на меня… - шепотом заговорила она. – Мои родители… Взрослые коротко переглянулись. - Им было все равно, как я живу, понимаете? Понимаете?! – Алисия запустила руки в волосы, лицо раскраснелось от избытка эмоций. – Они никогда мной не интересовались, им было просто все равно, как будто меня в доме и не было! Но у меня нет сил как-то им вредить, они же мои родители… - А какая связь между ними и твоими невинными жертвами? – спросила с неярко выраженным презрением Чарли. - У моих друзей были любящие родители, - все так же с трудом подавляя рыдания, всхлипывала сознающаяся убийца. – Я… Я не понимала, почему их родители с таким трепетом относились к ним. У них всех были такие счастливые лица, вы просто не представляете. Меня просто тошнило! Девочка приумолкла, отчаянно вытирая слезы. - Когда умерла Лиллит, ее родители были и сами убиты горем, - с внезапной усмешкой пробормотала хрипло Алисия. – Их перекошенные лица, красные от слез глаза… Я засматривалась на них, и не могла оторваться… Страдания, которые я хотела увидеть на лицах своих родителей. Меня это успокаивало, мне становилось легче… - Но недолго, да? – фыркнула цинично женщина. – Убийство детей ради страданий их родителей стало для тебя лекарством? И поэтому ты продолжила убивать? - Вы ничего не понимаете! – завопила девочка, ударив обеими руками по поверхности стола. - Не поверишь, даже более чем, - усмехнулась Чарли. – Это ты все не можешь понять, что ты натворила, и на что ты сама себя и своих родителей обрекла! Себастьян, слушая признание юной убийцы за стеклом в прослушивающей комнате, обернулся к стоявшей возле него женщине. Ее лицо исказилось презрительным оскалом. - Как ничтожно, - прошептала Изабелла, продолжая смотреть на изливавшую детективам душу девочку в соседней комнате. – Настолько любила себя, что убила из-за этого трех своих друзей. И только чтобы утешить себя картиной страдающих чужих родителей. Ей нужно лечиться. - Мы этим займемся, - вмешалась немного бесцеремонно стоявшая рядом психолог, одна из сотрудников из исправительного учреждения. – Придется провести ряд дополнительных исследований, чтобы потом помочь ей. - Надеемся, что это поможет, - учтиво кивнула ей журналистка. Психолог удалилась, чтобы решить административные бумажные дела, оставив высокого молодого человека и женщину одних. - Ты хорошо справился, Себастьян, - строго произнесла Изабелла, вновь устремив взгляд на девочку в комнате для допросов. – Почти что решил весь ход расследования. - Что вы, мадам, всего лишь следовал Вашим указаниям, - хмыкнул негромко в ответ демон. - Зато я теперь более чем уверена в тебе, - женщина устремила на подопечного благодарственный взгляд. – А теперь идем, нам здесь больше делать нечего. Бросив последний взгляд на юную преступницу, Себастьян развернулся и последовал за своей госпожой, которая направилась к выходу из офиса убойного отдела. Прямо в дверях, ведущих в коридор, они встретили детектива Салливана, который довольно улыбался. Рядом с ним стояли бледные от шока мужчина и женщина, похожие на родителей Алисии. - Ну что, все прошло гладко? – спросил с улыбкой старший детектив, когда с ним поравнялись коллеги. - Да, она призналась, рассказала буквально все, - ответила с такой же улыбкой Изабелла. К ней внезапно повернулась женщина, сверля испепеляющим взглядом. - А вы кто? Детектив? – грозно спросила она. - Нет, я журналистка, - спокойно ответила мадам. Себастьян удивился, что его госпожа прямо в этом призналась, ведь ее профессия в кругах Скотленд Ярда да и вообще в общественности не очень-то и приветствуется. Лицо матери Алисии исказилось гневом, ее руки дернулись, казалось, что она готова вцепиться ими в незнакомку. - Как вы сюда проникли?! – она обернулась к стоявшему рядом детективу, который их сюда привел. – Как вы вообще допускаете таких людей сюда, детектив?! Ей ничего не ответили, а журналистка немного беспечно пожала плечами. - Не смейте писать и слова о моей дочери! – женщина угрожающе шагнула к Изабелле. –Я вас засужу! - Не советую, любезнейшая, это может быть чревато еще большими бедами, - поджала губы та. Но потом перешла на серьезный тон. – Ваша дочь убила трех своих друзей, тюрьма ей не грозит в ее возрасте, все на терпимом уровне. Но я напишу о ней статью не для того, чтобы все знали, насколько ужасно ее преступление, а для того, чтобы родители других детей не были безразличны к своим детям. Журналистка произнесла это настолько сурово и ядовито, что оба родителя потеряли дар речи. Изабелла смерила их надменным взглядом, кивком попрощалась с детективом, после чего молча уверенно зашагала в сторону выхода. *** Женщина с громким усталым вздохом откинулась на спинку стула, запрокидывая голову. Только тогда она и заметила, что за ее спиной посреди гостиной кто-то стоял. - Себастьян? – встрепенулась мадам, садясь прямо и повернувшись на крутящемся стуле к своему подопечному. – Ты что, все это время здесь стоял? - Последние пятнадцать минут, госпожа, - улыбнулся мужчина. – Я спросил Вас, не хотели бы Вы чаю перед сном, но Вы меня, кажется, не расслышали. - О, прости, я и вправду не услышала, заработалась, - неловко цыкнула Изабелла, вновь поворачиваясь к компьютеру. – Я уже закончила, сейчас отправлю статью прямиком в издательскую, чтобы уже завтра распечатали в утреннем выпуске. От чашки горячего чая не откажусь, спасибо. Закончив копаться в компьютере и выключив его, женщина поднялась с места и выключила настольную лампу. Однако она вновь испуганно втянула воздух в легкие через нос, когда развернулась. - Ты все еще тут? – поморщилась чуть укоризненно она. Но потом увидела серьезное выражение лица демона. – Ты хотел поговорить о чем-то? - Только уточнить насчет Ваших отношений с Скотленд Ярдом, - вежливо кивнул Себастьян. Хозяйка дома понимающе кивнула, тронув пальцами пряди светлых волос, ниспадавших на висок. - Все очень просто, один раз я пересеклась с детективом Салливаном, когда было совершено очень громкое преступление, которое всех поставило на уши, - начала спокойно рассказывать она, поставив вытянутую руку на стол. – Мы сначала не ладили, а потом он сам стал просить о моем присутствии в расследовании. Точной причины сказать не могу. Но это очень выгодный «симбиоз» для нас обоих, и он получает лишних помощников, и я получаю весь подробный материал. Наверное, ты заметил, что дела, которые они ведут, по большей части имеют щекотливый подтекст, такое людям никогда не хочется подвернуть огласке. Демон понимающе кивнул, когда хозяйка смолкла. - Как и сегодня, это было жутко, - поморщилась мадам, развернувшись к молодому человеку боком и начав чуть прибираться на своем рабочем столе. – Подумать только, убить друзей из-за личного ментального нездоровья. - Вы не простите девочку даже притом, что ее поступок был совершен под влиянием ее психологического недуга? – спросил демон. Изабелла на секунду приостановила на нем свой внимательный взгляд, после чего оставила стопку собранных бумаг в стороне, создав иллюзию порядка. Она повернулась и остановилась перед подопечным. - Я знала многих сошедших с ума, - прошептала немного грустно она. – Я могу простить любое безумие, но только если оно не подвергает других людей опасности. Себастьян вновь тихонько покивал, сосредоточенно смотря в карие глаза госпожи. Они простояли рядом в некоторой тишине, пока мужчина вновь не привлек к себе внимание. - Значит, чаю? – спросил с мягкой улыбкой он. Изабелла расслабленно прикрыла на несколько секунд глаза. - Ммм, да, было бы здорово. Уже очень поздно, но чаю хотелось бы, да, - протянула с улыбкой та, устало вздохнув. – Дай угадаю, «Дарджилинг»? Вроде как его ты назначил на вечер. - Только если Вам это доставит удовольствие, - угодливо произнес демон, склоняясь в легком поклоне. - Какой изворотливый, - хмыкнула женщина, обходя живую преграду. – Я приму душ, принеси чай в спальню. Только когда закрылась дверь за спиной демона, он выпрямился и улыбнулся сам себе. - Слушаюсь, мадам.