Baby, I love you

У Сынмина нет друзей из класса, у него всегда была только учеба и брат. Но с братом отношения разладились так сильно, что они перестали разговаривать (Чонин и не начинал, а Сынмину надоело пытаться). А учеба... Сынмин просто устал. Поэтому с утра, вместо того, чтобы пойти на первый урок, он идёт за школу, где ученики, пока учителя не видят, привыкли собираться в мелкие компании и курить перед занятиями. Противный мелкий дождик загнал школьников под крыши хозяйственных гаражей. Сынмин сбрасывает капюшон и недовольно хмурится, когда холодные капли попадают на лицо. Хёнджина он замечает сразу, тот стоит в отдалении от всех в одиночестве, под крышей одного из гаражей, выкуривая уже не первую по счету сигарету. Между ними никаких договоренностей и куча недосказанности. Они не встречаются друг с другом, не дружат да и не общаются толком. Только у Сынмина все мысли о Хёнджине. Ким облокачивается о стену рядом с ним и берет его за холодную руку, крепко переплетая пальцы и чувствуя, как подушечки начинают мелко покалывать. Ему все равно, что кто-то может увидеть их. Он так устал думать о том, что он должен делать и как он должен себя вести, что ему хочется просто делать. Хёнджин нежно гладит внутреннюю часть ладони большим пальцем, а Сынмин млеет от этой простой ласки, окончательно расслабляясь рядом со старшим. Губы Хёнджина то и дело обхватывали фильтр, а Сынмину кажется, что завидовать сигарете это уже какой-то край. Он взгляд оторвать не может, словно заворожённый наблюдает, как Хёнджин курит. — Хочешь? — выдыхает дым Хван, стряхивая пепел на асфальт. — Хочу, — отвечает ему Сынмин, не до конца понимая, о чём он, но всё равно соглашаясь. И чувствует, как Хёнджин мягко касается его губ своими, выдыхая дым ему в рот. Они столько раз делали это, оставаясь наедине, но сейчас, за школой, под дождем, это ощущается по-другому. — Нас точно видели, — довольно улыбается ему в губы Хёнджин, оставляя легкий поцелуй на губах Кима. — Ну и похуй, — выдыхает короткое Сынмин, целуя Хёнджина уже по-настоящему.