Меж двух огней

      Две недели пролетели незаметно. Середина сентября выдалась теплой и люди на уикэнд спешили покинуть город, ловя последние теплые деньки. Так поступили и нынешние хозяева аптеки в Паучьем переулке.       Сначала ребята не хотели бросать аптеку, но мисс Грейнджер услужливо предложила им свою помощь, пообещав, что должным образом присмотрит за магазином. Сомневаться в компетентности этой знаменитой женщины не приходилось и потому Эйлин приняла это выгодное предложение.       Итак, отправив молодежь на вольные просторы, Гермиона всецело погрузилась в написание отчёта о проделанной работе.       В тоже время, за много миль от дома, тем же занимался Снейп. Он давно уже был негласным осведомителем министра магии и теперь вёл свою разведдеятельность в стенах Хогвартса.       Бруствера Снейп несомненно уважал, но его ужасно раздражало прошлое этого замечательного человека, вернее факт того, что он был мракоборцем. С каждым годом Кингсли становился всё мнительней, выискивая врагов везде, даже там где их нет.       Снейпу не впервой было дурить народ. Сливать всю информацию он не в коем случае не собирался. Довольствовался общими фразами. «Педагогический состав полностью укомплектован, процесс идёт согласно плану. Проблем со студентами не возникает».       «И вообще, нечего соваться в мою вотчину, сам разберусь» — размышлял Снейп, заклеивая конверт.       Отсылать он его не стал. Было желание покинуть Хогвартс и навестить домашних. Заодно и письмо занесет в министерство - оставит у охраны. Но сначала надо разрулить ситуацию с проблемными учениками не применяя традиционные методы наказания.       Педсовет был не долгим. Поставив вопрос ребром, директор не ожидал скорых предложений, однако профессор Лонгботомм вдруг задался вопросом: — «А что общего есть у этих детей?       С любопытством взглянув на бывшего ученика, Снейп ответил. — Они несчастны! Злость, обида на весь мир. Через свои действия они пытаются самоутвердиться.- он тяжело вздохнул, вспомнив на мгновение свою молодость и продолжил. — Но это самообман, иллюзия, ошибка. Так не должно быть.       — Может быть тогда их следует объединить в группу и озадачить общим делом? — неуверенно развил свою мысль Невилл, стараясь не смотреть на начальника.       — Прекрасная идея, мистер Лонгботтом. — учтиво произнес Снейп.       Больше сегодня никто не высказался. Распустив деканов по своим делам, он попросил Невила задержаться.       — Профессор Лонгботтом. — начал Снейп. — Нам нужно раз и навсегда покончить с недопониманием. — он выдержал паузу, дав мужчине возможность воспринять информацию. — Я был не лучшем учителем для Вас. Увы. Прошлого мне не вернуть. Но! — он приблизился к нему и посмотрев на него снизу вверх, так как Лонгботомм почти на голову был выше его, произнес: — Я прошу у Вас прощения.       Невилл не в силах был выдерживать этот взгляд и сначала отвел глаза, но потом, осознав смысл сказанного, уставился на начальника с неподдельной благодарностью.       — Директор Снейп. Вы вовсе не обязаны… — заикаясь начал говорить Невилл, но был прерван своим оппонентом в лучшей его манере.       — Обязан, профессор Лонгботтом. Мне стыдно, что я так по-свински обращался с Вами и другими учениками, не способными в силу возраста и характера оказать мне достойное сопротивление. Это было низко с моей стороны. Оглядываясь назад, я понимаю как был не прав и прошу у Вас прощенья.       Смущенный Невилл тихо ответил: — Я прощаю Вас.       Снейп довольно улыбнулся и продолжил: — Вы, мистер Лонгботтом, за прошедшие дни удивили меня уже дважды. Приходится признать, что я недооценивал Вас. Надеюсь, мы с Вами найдем точки соприкосновения и будем сообща трудиться на благо учеников Хогвартс?       Невилл так и стоял в полной растерянности. Снейп для него всегда был и оставался толстокожим непробиваемым ублюдком, которого он боялся. Но теперь, когда этот мрачный и холодный тип, сначала попросил у него прощения, а потом ещё и похвалил, он просто не понимал, как вести себя дальше. Тем не менее он дал положительный ответ.       На этом мужчины распрощались, крепко пожав друг другу руки. Невилл уходил из учительской с гордо поднятой головой, а Снейп в очередной раз задумался над тем, как мало нужно человеку для того, что бы почувствовать себя счастливым.       Пару часов спустя, удостоверившись в отсутствии разного рода эксцессов, требующих его присутствия, директор передал бразды правления школой профессору Флитвику, на которого мог всецело положиться, и воспользовавшись преимуществами директорской должности, покинул замок.       Было уже довольно поздно. Часы в гостиной показывали начало одиннадцатого. Во всём доме царила кромешная тьма, из чего мужчина сделал вывод, что молодежь ушла гулять, как это уже неоднократно случалось. Ждать их не было смысла, так как вернуться они могли и в два, и в три часа ночи, а то и вовсе под утро.       Снейп вздохнул и укорил себя: «Надо было предупредить о своём визите», а потом подумал: «Зачем, завтра увидимся». Дожевывая краюху черного хлеба, найденную на кухне, он отправился к себе в спальню, где его ожидала приятная неожиданность в лице Гермионы Грейджер.       Голова немного побаливала, яркий свет раздражал. Волшебник использовал Люмос минимум только для того чтобы раздеться и лечь наконец в кровать. Всю неделю он спал непростительно мало — всего по четыре часа в сутки. А это в его возрасте можно было считать сомнительным достижением.       Сдёрнув покрывало, которое на деле оказалось одеялом, он обнаружил женское тело лежавшее на кровати в позе зародыша. Первое негодование прошло уступив место любопытству. Снейп поднес еле светящуюся палочку к лицу «спящей красавицы» и усмехнулся, понимая, кто находится перед ним.       — Грейнджер, — выдохнул он себе под нос. — И что мне с тобой делать?       Укрыв женщину, он сам, закутался в покрывало и тихонечко, чтобы не разбудить любовницу, устроился рядом. С любопытством рассматривал он очертания её лица, чуть различимые в полумраке комнаты и думал о том, стоит ли продолжать весь этот фарс дальше. Он не в коем случае не хотел причинять ей боль, но знал, что если только она захочет остаться с ним, это непременно случиться.       Усталость в конечном счете взяла своё. Снейп отключился незаметно для себя. Под утро, когда в доме из-за приоткрытых окон стало холодно, он машинально придвинулся к женщине. Тёплая, нежная, приятно пахнущая апельсинами и корицей Грейнджер взбудоражила его. Возникло желание снова обладать ей. Обхватив ее грудь, зарывшись носом в каштановые кудри, бесцеремонно прижимаясь причинным местом к её округлой попке, мастер пытался ненавязчиво разбудить гостью и устроить небольшой допрос с пристрастием. Ему почему-то казалось, что Грейнджер понравится это.       Гермиона не поняла, что случилось. Находясь в том состоянии, когда сон граничит с реальностью, она невольно захотела стать режиссером этого действа и досмотреть божественный сон до конца. Положив на руку сжимающую её грудь свою ладонь, она выгнулась и прижалась к твердой мужской плоти, постепенно понимая, что чувствует это на наяву.       От неожиданности она взвизгнула и призвала палочку.       — Зачем Вам это, Грейнджер? — услышала она приятный баритон Снейпа. — Не со мной же Вы собрались воевать?       — Профессор? — невольно вырвалось у застигнутой врасплох ведьмы.       — Какие у Вас, однако, занятные сексуальные фантазии. — констатировал он ледяным тоном, без намека на шутку и тем более на флирт. — Рассказывайте Грейджер, как оказались в моей постели?       — Я всего лишь воспользовалась выгодным предложением и сняла комнату.       — Ах вот оно что. — прошипел маг. — Эйлин — растяпа. И словом не обмолвилась, о своих планах. — хмыкнул маг, сильнее сжимая Гермиону в своих объятиях. — С другой стороны, хорошо, что на Вашем месте не оказался кто-нибудь другой, — его рука скользнула во влажную дырочку.       — Почему? — простонала женщина, чувствуя волну возбуждения накатывающую на неё.       — Потому что ни с кем другим мне не хочется заниматься этим.       Он в очередной раз трахнул её. Теперь иначе. Нежно и уверенно ласкал её тело своими умелыми пальцами, доставляя блаженство. Медленно двигаясь в ней, натягивал её стройное тело на себя, силясь доставить удовольствие обоим.       Гермиона ловила кайф. Ей нравилось абсолютно все, что испытала она с этим человеком. А чёрные холодные глаза любовника, пронзающие всё её существо насквозь, заставили её вновь почувствовать себя маленькой, глупенькой и наивной девочкой, поверившей в свою победу над ним.       — Теперь ты знаешь. — прошептал Северус.       — Чертов легилимент. — взвыла Грейнджер. —Воспользовался случаем?       — Какая проницательность. — усмехнулся он. — А теперь ответь, — с лёгкой издёвкой в голосе, продолжил Снейп: — Ты всё ещё хочешь продолжения наших отношений? — Гермиона всхлипнула, но тут же пресекла душевный порыв, ответила: — Да. — прощая и его, и себя за ту давно совершенную ошибку.