Скажи мне, что это неправда

В первый миг Шерлоку показалось, что он ослышался. Но искреннее недоумение и надежда, читающиеся на лице Джона, дали понять, что он не шутит. Обратиться за помощью? Какое унижение! Ах, посмотрите, великий детектив идет на поклон безмозглым полисменам из Скотланд-Ярда! К счастью, менее, чем через минуту, "безмозглые полисмены" явились сами. И их появление явно спасло Джона от насмешливой отповеди Шерлока о том, что уж кто-кто, а отставной вояка Джон Ватсон со своей патологической неуклюжестью и предсказуемостью тянет на убийцу еще меньше, чем сам Шерлок на воспитательницу в детском пансионате. Потому что вслед за Лейстрейдом, уже практически привычно воспринимающимся в этих стенах, показалась сержант Донаван и вид у нее был неожиданно пришибленный и несчастный. Шерлок удивленно вскинул брови, не ожидав такого сюрприза. Рабочие туфли оказываются заляпаны грязью, что означает, что сержант посреди рабочей смены куда-то выходила из отделения. Выходила давно - грязь почти высохла, но не осыпалась, как было бы при ходьбе, значит потом вряд ли возвращалась в отделение надолго, разъезжая в такси. Это подтверждают и волосы - сухие, несмотря на то, что в Лондоне весь день и вечер лил дождь. Но манжеты форменного пиджака почему-то запылены, будто она возила ими по асфальту. На губах еще виднеются следы помады, но основная краска стерта и вряд ли Донаван, очень трепетно относящаяся к своему лицу, замечает это. Значит не просто волнуется, а еще и чего-то сильно боится. И это "что-то" уж точно не вернувшаяся невовремя из командировки жена Андерсена. Шерлок дергает уголком рта, что выдает одновременно удивление и заинтересованность. Ей, конечно же, не угрожали, и страх, заставляющий ее обкусывать губы, явно рожден не боязнью за собственную жизнь, а скорей, необходимостью совершить какую-то очень нежелательную вещь. — Шерлок, у нас третье убийство. — не дождавшись приветствия, выдохнул Лестрейд, по обыкновению поднимая умоляющий взгляд на детектива. — "Призрак" убил брата Донаван. — Кто? — Шерлок неприязненно поджал губы, — Призрак? — Тот маньяк. Я тебе писал, что он не оставляет следов. Никаких, ни отпечатка, ни следа от ботинка. Два часа назад был найден третий труп, убитый тем же ножом, что и предыдущие. И опять ни следа, ни свидетелей. — То, что вы не можете найти следы не значит, что их нет, — несколько устало заметил Шерлок, убеждаясь, что с фантазией у полицейских совсем печально. Будто бы кроме пальцев и ботинок, у убийцы не существует ничего другого. — Да, мы не можем, — Лестрейд уже несколько заученными движениями сцепил пальцы, покачиваясь на пятках и глядя в глаза Шерлоку предельно преданным взглядом, полным безграничного терпения. — Мы каждый раз убеждаемся, сколь мы малы и ничтожны перед твоим великим мозгом. И поем тебе хвалу всем участком, когда ты снисходишь до помощи. И нам она опять очень нужна, Шерлок! Донаван смущенно потупилась за спиной инспектора. Шерлок заметил, как несмотря на общее состояние, она попыталась сдержать усмешку, но сузившиеся от неподавляемого мышечного сокращения веки сдали ее с головой. — Сержант Донаван, очевидно, тоже убеждается в этом? — Шерлок не смог отказать себе в маленькой мести на завуалированный сарказм и вопрос прозвучал несколько дотошно. — Что ж, иногда и в её голову приходят здравые мысли. А что-то кроме неуловимости и невидимости у вашего "Призрака" имеется? Лестрейд, очевидно, понял, что удача идет к нему в руки и поспешил оправдать её доверие. — Есть предположительный анализ оружия. Ни логики, ни мотива пока не выявлено. Все убитые незнакомы друг с другом, не имеют общего прошлого и найдены в разных местах. Только почерк везде один - удар четко под ключицу, перерезающий аорту. — Как интересно, — Шерлок равнодушно снял ноги с кофейного столика и сел ровнее, но внутри всколыхнулось чувство настоящего любопытства. В самом деле - ткнуть в сердце проще и банальней. Чтобы попасть в выемку между ключицей и грудиной, нужно обладать весьма нетривиальными медицинскими знаниями.

***

Приход Лестрейда всегда расценивался Джоном двояко. Появление инспектора обозначало два факта. Первым была потенциальная возможность избавить Шерлока от скуки подкидыванием очередного дела. Если Шерлок делом заинтересуется, конечно. А вторым – всегда плохие новости. Смерть, заложник, бубонная чума и неизвестная межгалактическая угроза. Для Шерлока эти проблемы стояли на одном уровне и по быстроте решаемости, и по интересу, и по степени опасности. Опасности, в основном, для общества, но не для Шерлока. Этот человек не знал слово «опасность» в принципе. То есть знал, но в пунктах его ежедневного расписания она отсутствовала по поводу презираемости. Впрочем, как и приличия. Известие о том, что погиб брат Донован было встречено Джоном со сдержанным скорбящим пониманием. Люди умирают каждый день – уж Ватсону ли это не знать… То, что под удар попала Салли… Никто не застрахован и это прискорбно. Даже знакомые, в чью неуязвимость верится всегда. Поймав себя на мысли о том, что сосуществование бок о бок с Шерлоком откладывает определённый отпечаток на мировоззрение и мироощущение, Джон шевельнулся в кресле, выпрямляясь и превращаясь в слух. Впрочем, долго просто слушать он не смог. Сдержав почти саркастический фырк при словах Лестрейда на счёт признания собственной беспомощности, доктор перевёл взгляд на Шерлока. И успел поймать то самое мгновение, в которое его друг превращался из несносного скучающего детектива в несносного консультирующего детектива. Вопрос, заданный Шерлоком после шпильки в адрес несчастной Донован, убедил Джона окончательно – в ближайшее время он забудет что такое депрессивный синдром соседа по комнате. Шерлок заинтересовался. А после заинтересовался и Джон, услышав подробности убийств. — Под ключицу? — доктор приподнялся в кресле и взглянул на Лестрейда. — Это определённо странно. Нужно обладать знаниями, которые позволят нанести удар точно. — Именно, — инспектор кивнул, не снимая со своего лица заискивающего выражения. — Профессиональными. — Я рад, что мне не пришлось разжёвывать вам ещё и этого, — фыркнул Шерлок и стремительно поднялся с дивана, направляясь к двери. — Вы ведь хотите успокоить скорбь… Салли… как можно быстрее? — развернувшись на миг, Шерлок всё-таки, потрудился пояснить своё поведение. — Думаю, что скорейший осмотр тела мне в этом поможет. — Но… Шерлок… — Джон хотел было обратить внимание на то обстоятельство, что в Лондоне сейчас далеко не плюс двадцать, а прогулка в халате, накинутом поверх пижамы, по вечерним улицам покажется минимум странной, но спина Шерлока уже скрылась на лестничном пролёте. Вздохнув, доктор отправился следом, подбадривающе улыбнувшись полицейским. — Мы смогли получить форму лезвия, — в машине Лестрейд оказался более продуктивным на информацию. — Как только осмотрите тело, отвезём вас в Скотланд-Ярд – ознакомитесь с материалами детальнее. — Думаю, что тебе, всё-таки, стоило одеться, — заметил Джон, искоса поглядывая на Шерлока. — Я всё равно вернусь домой, к чему лишние телодвижения, чтобы потом вновь раздеваться? — поинтересовался детектив, меряя Джона изумлённым взглядом. Больница Святого Барталамео всегда вызывала у Ватсона улыбку. Но, отчего-то в этот раз Джон не ощутил в себе радости возвращения в родные стены. Возможно, всё дело было в Донован, как-то даже визуально сжавшейся и решившей остаться у входа в прозекторскую. Тело, накрытое простынёй, не подарило ничего, кроме тяжёлого молчания. Однако, Шерлока это молчание не остановило. Как только друг откинул ткань, взгляд Джона впился в полоску рассечённой кожи между ключиц. Один точный удар, перерезающий аорту – Лестрейд не ошибся. Большая кровопотеря, быстрая асфиксия, смерть практически мгновенная. Болезненная и рваная. Для такого удара требуется сила, уверенность и определённый уровень знаний – как медицинских, так и боевых – подобные раны не наносятся гражданскими. Джон отвёл глаза. Он никогда не смотрел долго на трупы. Внимание нужно уделять живым.