Скажи мне, что это неправда

Салли закрыла дверь на ключ и, развернувшись, быстрым шагом направилась к стоянке такси. Конечно, на дороге машину поймать было удобнее, но девушка хотела пройтись. Перед глазами ещё стояло бескровное лицо Стивена и разом постаревший, подавшийся отец в смотровой полицейского морга, и она использовала любую возможность отвлечься от неприятных мыслей. В конце концов, если ещё и она расклеится, толку не будет никакого. Донаван свернула в узкую арку, сокращая путь в соседний квартал. Фонари внутри двора опять не горели и сырая октябрьская морось создавала впечатление, что сейчас глубокие сумерки, хотя время едва перевалило за два пополудни. Под выгнутым навесом стояла и вовсе кромешная тьма, и Салли, зябко поёжившись, подняла ворот пальто, прячась от завывающего, будто в трубе, ветра, и надеясь не споткнуться в темноте о какую-нибудь торчащую железку или кусок кирпича. Но едва она переступила незримую черту, отделяющую мрачное нутро арки от внутреннего дворика собственного дома, как чьи-то сильные руки, затянутые в противно пахнущую канифолью толстые кожаные перчатки, накрыли её рот и резко развернув, прижали к холодной стене, зафиксировав предплечья. Салли мгновенно отреагировала, даже умудрилась метко пнуть нападавшего в колено острым каблуком, отчего человек ощутимо пошатнулся, но хватки не ослабил и через несколько секунд короткой яростной борьбы всё же прижал и обездвижил девушку, приглушённо хмыкнув над её ухом. — Чему вас только учат в вашей академии, сержант, — произнёс преступник нестерпимо знакомым довольным голосом и разжал хватку, освобождая Салли от необходимости пачкать пальто о грязную стену. Девушка развернулась и возмущенно выдохнула, выплюнув, как ругательство: — Шерлок! Психованый придурок, мать твою! Какого хрена ты делаешь, психопат несчастный? Холмс несколько натянуто улыбнулся, что незнакомым людям частенько казалось высокомерным. К счастью, Салли, хоть и не любила детектива, знакома с ним была не первый год. — Только не говори, что у тебя важный разговор и ты не мог дойти до участка! — Как ты узнала, какое оружие использовал Призрак? — Шерлок проигнорировал возмущение девушки, деловито поправляя сбившийся во время нападения шарф. — Ты ведь и понятия не имела, что это за клинок, ты просто решила отличиться, показать, как ты эрудирована по сравнению со своими коллегами-идиотами. — Что? — возмущенно протянула Донаван, — ты считаешь, я бы стала выслуживаться на смерти родного брата? — Кто опознал орудие убийства! — непререкаемым тоном повторил детектив. — Если бы ты и впрямь его знала, ты бы обратила внимание на смазочный материал до того, как на него вам ткнул Джон, и если бы вы удосужились провести сравнительную экспертизу, вы бы поняли, что тот нож, который вы изъяли у него, не имеет к убийствам ни малейшего отношения. Донаван стушевалась и отвела глаза. — Просто... Отец говорил, что такие смертельные ранения он видел на войне. Афганцы так убивали русских шпионов. По их верованиям, у врага нет сердца, а значит убивать их нужно было более унизительным способом. Так и появился удар под ключицу, перерезающий аорту. Они делали это длинными тонкими кинжалами, но когда наше правительство снабдило их Fulcrum-ами, они очень быстро оценили их качество и перешли только на них. Отец часто наблюдал такие показательные казни, и когда он увидел Стивена... Салли поджала губы. — Он разумеется, опознал руку и рассказал тебе о своей бурной молодости, — Шерлок скептически поджал губы. — И вы ухватились за эту ниточку, не сподобившись даже проверить связь семей всех убитых. — Мы проверяли... — слабо возмутилась сержант. — Вы проверяли не то! Разумеется, они не были знакомы между собой, но их и ваши родители были не просто ветеранами Афганской войны - они заседали в одном штабе. Едва ли они были друзьями. Британский генералитет проворачивал не самые честные обороты, наживаясь на войне, а такое редко сводит людей до уровня друзей. Но они совершенно точно подписывали общие указы, формировали полки и дивизии... И не говори мне, что вы этого не знали! Донаван пожала плечами и с вызовом вскинула голову. — И зачем ты мне это говоришь? Я не твой влюблённый в тебя блоггер, и своим убогим мозгом вряд ли смогу помочь. Шерлок хищно улыбнулся и прищурил глаза. — О нет. Как раз ты - можешь!

***

Джон не понимал Шерлока. Вновь. Появившийся было интерес к делу Призрака сняло как рукой, когда детектив вернулся домой после своего утреннего исчезновения. А пришедшая следом апатия ясно дала понять, что Шерлок снова скучает. И Джон прекрасно осознавал, что на этот раз поиск дела для друга будет стоить куда более серьёзных усилий, чем обычно. Поэтому даже не старался их прилагать, разумно решив, что необходим отдых как ему, так и его компаньону. Не старался так же усиленно, как пытался не вспоминать Шерлока, уснувшего у него на коленях. И что-то неясное, тянущее, потревоженное этой необычно-домашней картиной. Лестрейд не давал о себе знать вообще и Джон уже практически поверил в то, что арест ему пригрезился от переутомления. Ещё одно ночное дежурство и ничем не примечательный день, после недолгого отдыха, встретил Джона серым небом. Хотя нет, примечательное намечалось. Даже не столько примечательное, сколько приятное. Джон не стал перезванивать Артуру и напоминать о встрече. Военные всегда напоминают швейцарские часы – пунктуальны и исполнительны во всех аспектах жизни. Немногие из них нуждаются в дополнительном заводе. Артур относился к «правильным» часам, причём всегда – что на службе, что на гражданке. Наскоро приняв душ и завернувшись в тёплый халат, Джон, собираясь в паб, быстро закинул в себя кусок чизкейка, принесённого миссис Хадсон сегодня утром. Домовладелица внезапно решила начать подкармливать доктора своей стряпнёй, не переставая сетовать на глупость Скотланд-Ярда и видимо считая, что едой может загладить вину мира перед Джоном. Джон не был против абсолютно и только с ухмылкой отмечал, что это - единственное мешающее забыть об аресте обстоятельство. Напоминание появлялось каждое утро на столе и встречалось предвкушающим урчанием в животе. Впрочем, Шерлок неожиданной благосклонностью миссис Хадсон пользовался тоже и без всяких зазрений совести. Об этом говорили периодически оставляемые по всей квартире блюдца с остатками кексов. На одно из них Джон едва не сел пару минут назад, решив проверить электронную почту и пристроившись на диване. Убедившись в том, что ящик пуст, Джон отставил ноут и, бросив быстрый взгляд на часы, подхватил пальто с вешалки. Октябрь уже вовсю радовал холодными дождями, а повторять подвиг Шерлока, разъезжающего по городу в одном халате, Джону не хотелось вовсе. Артур уже ждал за заказанным столиком и приветственно взмахнул рукой, приподнявшись с места, как только Джон показался в дверях. — Я заказал нам по пиву и по сэндвичу с беконом, — сообщил боевой товарищ, крепко пожимая протянутую Ватсоном ладонь. — Полдня бегал по Лондону, выдохся как сволочь и хочу не просто есть, а жрать! Джон рассмеялся, ловя себя на мысли о том, что кухонный шкаф, заполненный фирменной выпечкой от миссис Хадсон, пришёлся бы Артуру определённо по душе. — Тогда нужно было не один сэндвич заказать, — опускаясь на стул напротив приятеля, заметил Джон. — Тут такие сэндвичи, что на роту хватит, — довольно отозвался друг. — Впрочем, меня это не пугает. Паб шелестел разговорами и через пару десятков минут Джон уже полностью забыл и о промозглой осени, и о домашних проблемах. Артур разошёлся воспоминаниями об Афганистане. Джону оживлять так усердно отгоняемую от себя войну было странно, но, на удивление, не неприятно. Может быть Майкрофт и прав? Перекидываясь с Артуром всплывающими в памяти сценами из оставшихся за спиной сражений, Джон неосознанно сопоставлял происходящее в его жизни тогда с тем, что есть сейчас. И порой, эти две реальности спорили между собой из-за количества выделяемого ими адреналина. Доктор ухмыльнулся, представив, сколько бы незабываемых ощущений было у него, надумай, вдруг прошлое и будущее пересечься. Шерлок в Афганистане… До свидания, доктор Ватсон, столько нервов у вас попросту не имеется! — А помнишь Талукан? — поинтересовался вдруг Артур без улыбки, отпивая от уже давно принесённого пива большой глоток. Джон вздрогнул и попенял себе, что думать о Шерлоке во время встречи с другом несколько неуместно. Нужно ведь оставить сколько-то процентов жизни незанятых детективом. Впрочем, это желание было сродни фантастике. — Помню, — Джон кивнул, тоже потянувшись к своему бокалу. — Это был последний мой город. И последний месяц службы. — Значит, ты не застал приказа о сдаче стен, — хмыкнул Артур, отправляя в рот ломтик поджаренной картошки. — Немного не дотянул. Меня практически сразу после ранения комиссовали. В Афганистан больше не возвращался. — Жалеешь? — Артур наклонился вперёд, опираясь локтями о стол. Джон пожал плечами. — Только о том, что после службы несколько лет не мог найти себе места. Война не учит жить в мире. — Многие с этим столкнулись, — понимающе кивнул Мёрдок. — Не знаешь, что делать и как жить без гашетки под пальцами. Теряешься полностью, а восстанавливаешься очень медленно. Джон успел только ухмыльнуться на это, такое знакомое сожаление в голосе друга, как его внимание привлёк звук колокольчика над дверью паба. Сержант Донован вплыла в помещение из сырого вечернего лондонского марева, казалось, светясь от сверкающих капелек, осевших на её мелких кудрях. Не прошедшая ещё скорбь в глазах делала Салли похожей на Мадонну. На чернокожую Мадонну, явившуюся из холодного тумана. Джон из-за внезапных ассоциаций, не сразу обратил внимание на то, что сержант была не одна. Её кавалер придержал дверь перед спутницей и проскользнул в паб следом, опустив голову и стряхивая с воротника кожаной куртки воду. Гладкие чёрные волосы сверкали ещё сильней, не иначе, перед выходом были уложены специальным гелем. Джону на миг почудилось что-то знакомое в том, как незнакомец пригнулся под низкой притолокой. Что-то до боли привычное и такое близкое, что захотелось расплыться в улыбке и не отпускать мужчину взглядом. Но разобрать, что именно так привлекло внимание, доктор не успел – парочка прошла в одну из кабинок в дальнем углу паба и устроилась под неярким торшером. Причём устроилась так, что Джону оказалась видна только Салли, скользнувшая по нему равнодушным взглядом. Джону не досталось ни кивка, ни улыбки, хоть узнавание в тёмных глазах промелькнуло совершенно точно. Впрочем, девушка сразу же отвела взгляд и полностью переключилась на своего кавалера. — А это не та детектив, которая всё время пытается строить из себя умную стерву на пресс-конференциях Скотланд-Ярда? — Артур внезапно оживился и указал ломтиком картошки на Салли. Джон подавился пивом и попытался замаскировать кашель под смех. — Именно она, — Ватсон поймал весёлый взгляд друга. — Странное место они выбрали для романтики, — заметил Мёрдок, наблюдая за тем, как на столик парочки ставят ведёрко со льдом и шампанским и два высоких бокала. Джон хмыкнул и понял, что не согласиться с боевым приятелем он не может.