Операция «Немезис»

Грейнджер сидела в своем кабинете и перебирала на столе папки с информацией об украденном шаре. Маленький стеклянный предмет, на первый взгляд казавшийся безобидным, хранил в себе огромную силу. Владелец подобной «безделушки» получал возможность претворить в жизнь все, что позволяло его воображение — достаточно было только представить нужную ситуацию в шаре, и оно становилось явью. Глаза пробегали по строкам, в поисках какой-нибудь новой зацепки, но ничего интересного она так и не нашла. «Достаточно представить… Бла-бла-бла… Был реставрирован десять лет назад… Бла-бла-бла…» Ах… Совершенно ничего нового: одно и то же Гермиона перечитывала уже в сотый раз. Буквы перед глазами уже буквально плавали, веки опускались, головная боль снова дала о себе знать. Грейнджер встала со своего места, позвала секретаршу, которая тут же появилась перед ней. — Слушаю, мисс Грейнджер, — сразу же обратилась девушка. — На сегодня я беру выходной, в случае вопросов или новых деталей касательно этого дела, сразу же отправьте мне сову. — молодая женщина кивнула, и гриффиндорка уже собиралась аппарировать, как вспомнила что-то, — и, пожалуйста, Элеонора, называй меня по имени. Мы же, в конце концов, одногодки. — Но… — собиралась уже возразить, как послышался хлопок аппарации, и Гермиона исчезла из виду. Оказавшись дома, Гермиона сразу же бросилась к кровати, прикрыла веки и провалилась в сон. Обычно она принимала зелье для сна без сновидений, однако сегодня она была настолько уставшей, что даже подумать об этом не успела: цепкие объятия Морфея тянули к себе без промедления. Впервые за долгое время не последовала давней привычке, которая образовалась у нее ещё в Хогвартсе. Это дало о себе знать: она увидела то, чего избегала уже который год. Это случилось… Бледные руки прошлись по ряду книг, очевидно, в поисках чего-то конкретного. Быстрые и ловкие пальцы перебирали тома — один за другим, но не останавливались, все ещё продолжая искать заветную книгу. Спустя несколько мгновений, в мраморных руках оказался толстый фолиант серого цвета с золотой прописью на корешке, однако Гермиона сквозь пелену не смогла разглядеть написанные на книге буквы. Поставив предмет на ближайший стол, все те же бледные руки начали быстро разворачивать страницы. Пальцы быстро перепрыгивали по листам, искали что-то, не останавливались. Но будто найдя то, что искали, резко остановились. Ладонь пятерней упала на страницу, потом спустилась, позволяя Гермионе увидеть чью-то калдографию на верхнем углу листа. Это лицо было таким знакомым… Но кто же это? Пальцы продолжали спускаться по списку с номерками, а потом, найдя то, что искали, развернули нужную страницу, предъявляя гриффиндорке другую колдографию… Грейнджер подскочила со своей кровати будто ошпаренная. Она быстро оглянулась вокруг, схватила палочку, накинула на себя мантию и аппарировала. Она оказалась в темной комнате, в которой единственным источником света была свеча, зажженная на столе. Глаза бегали по прохладному помещению в поисках хозяина. — Меня ищешь, Грейнджер? — знакомый голос донёсся откуда-то со спины. Гермиона обернулась и сразу же подняла в угрожающем тоне палочку: серые холодные глаза смотрели на неё, а нахальный голос продолжал говорить: — Снова за мной подглядываешь? Мм… как неприлично… — Заткнись, Малфой, — сурово произнесла девушка, нахмурив брови, — уж не тебе меня судить. А теперь скажи мне, почему ты в искал информацию об украденном артефакте. — А тебе какая разница? — как всегда с презрением поинтересовался наследник древнего рода. На такое нахальство Гермиона закрыть глаза не смогла. В последнее время она и без того ходила, как нервная, а сейчас ее лимит спокойствия подходил к концу. Заметив отсутствие палочки у оппонента, она произнесла: — Alliges duplicia, — невидимые канаты привязали Драко к креслу, на котором тот сидел, и он не смог даже пальцами пошевелить. Его такой расклад определенно не устроил, и он, зло сверкая глазами, перевел взгляд на Гермиону, и процедил сквозь плотно сжатые зубы: — Что ты себе позволяешь, поганая грязнокровка? — в глазах читалась неприкрытая неприязнь. Гриффиндорка же, прекрасно знакомая с его манерами, а, точнее, их отсутствием, не прерывая зрительного контакта, спокойно ответил, собрав все остатки здравого смысла: — Малфой, перед тобой сейчас стоит уже не маленькая грязнокровая второкурсница, нет… Не стоит так сильно ошибаться. Перед тобой сейчас стоит глава отдела магического правопорядка Гермиона Джин Грейнджер. И если ты сейчас же не объяснишь мне, какого черта ты роешься в министерских делах, сегодня же твой дом станет отелем мракоборцев, а ты — главной целью всего Аврората. — девушка звучала непоколебимо, уверенно. Это даже заинтересовало Драко. Грейнджер не любила проигрывать ни в чем, даже в споре. Он был таким же, поэтому эта её черта характера чертовски ему нравилась. Но отставать он явно не собирался. Вот почему он вновь натянул свою фирменную ухмылку на лицо, наградил Гермиону насмешливым взглядом и отозвался: — А валяй, Грейнджер. — На него посмотрели с недоумением. — Но перед этим хорошенько подумай, — на его лице красовалась плотоядная улыбка, — А что ты скажешь своему Уизли, м? Как же ты узнала про то, что я ищу эту самую, как ты говоришь, информацию? Он ведь не знает, да, Грейнджер? Гермиона напряглась: Малфой задал правильный, но в то же время пугающий вопрос. Эту тему они не открывали ещё со времён Хогвартса. Она была под запретом у них обоих, однако Драко посчитал правильным использовать козырь именно сейчас. Заметив, что девушка замешкалась, слизеринец продолжил: — Так что же ты ему скажешь? Что увидела это во сне? А почему ты увидела это во сне? А, Грейнджер? Отвечай же! Как ты ему объяснишь то, что видишь все это, видишь все то, что делаю именно я, то, что можешь даже вещи сквозь сон передавать, но не кому-нибудь, а именно мне. Как ты объяснишь это, Грейнджер? Что ты ему скажешь? — он победно оскалился, замечая, что былая уверенность гриффиндорки распарилась за мгновение. Грейнджер даже палочку начинала опускать, как вдруг прозрела: не будет она играть по его правилам. Ни за что! Она снова подняла палочку, а сама гордым взором посмотрела прямо тому в глаза и сказала с усмешкой: — Вот именно, Малфой. Ведь ты же сам не хочешь, чтобы правда всплыла на поверхность, да? — Драко вскинул бровь, все ещё слушая ее, — Давай подумаем, что же будет, если ты не согласишься на сотрудничество со мной. Тебя без замедления отдадут на растерзание аврорам, а потом у тебя будет слушание в Визенгамоте, где ни один хороший адвокат не сможет помочь тебе избежать наказания, так как ты вмешался не просто в министерские дела, а в особо конфиденциальное дело отдела тайн экстренной важности. Но кроме всего этого, все общество узнает о том, что соулмейтом последнего представителя великих Малфоев является ненавистная им маглорожденная Грейнджер. Бьюсь об заклад, Скитер нехило подзаработает, м? А что же потеряю я? Ровным счетом ни-че-го. Драко внимательно слушал ее до самого конца. Он ясно понимал: Гермиона действительно готова вызвать подмогу в виде мракоборцев, и ему это ой как не нравится. Но в её монологе был один огромный пробел. — Вранье, — не сомневаясь ни секунды, произнес он, — тебе есть, что терять, Грейнджер. Ты потеряешь друзей, жениха, доверие близких тебе людей. — Не потеряю, они… — хотела было возразить, как ее прервали: — Нет, Грейнджер, они не поймут, и ты это осознаешь. Всегда осознавала, поэтому и не говорила им об этом. Поттер, возможно, и поймет, но что насчёт Уизли? Он же психанет — не остынет. А как будут на тебя смотреть твои же подчинённые и коллеги? Смотрите, это же она соулмейт пожирателя Драко Малфоя? Берегитесь ее, вдруг она тоже из этих! А мне, как раз-таки, терять совершенно нечего. У меня и без того никчёмная жизнь: зачем мне за нее цепляться? Гермиона нервно сглотнула, но все же сказала: — Не говори глупостей, даже война не смогла разлучить меня с ними, думаешь это новость сможет? Рон, возможно, действительно очень эмоциональный, но для него всегда на первом месте были его близкие, поэтому он никогда от меня не отвернется. На такое заявление Малфой только хмыкнул: было что-то в её тоне, что говорило не в пользу ее слов. Но Драко решил не развивать эту сторону спора: уж слишком затянулись их переговоры. Именно по этой причине он только сузил глаза и обратился вновь к Гермионе: — И все же, ты нарушила нашу договоренность и подсмотрела за мной. — Во-первых, я не специально, во-вторых, ты первый нарушил эту самую договоренность, — к Гермионе вернулся ее пыл. — Что за чушь! — с напускным безразличием пробормотал он. — Да неужели? У меня есть две теории касательно тебя. Либо ты после того разговора подсмотрел за мной, узнал об артефакте лишь имя рестовратора и решил раздобыть ещё больше информации, либо ты изначально знал о шаре и являлся соучастником или организатором преступления. Ну, какая теория тебе по душе больше? Грейнджер знала, что Драко был непричастен к краже, однако его маниакальный интерес к темным артефактам не давал ей покоя. Помнится, у Малфоев даже конфисковали целые коллекции темной атрибутики. Более того, у нее появилась просто идеальная возможность разузнать об этом самом шаре побольше, учитывая то, что у Малфоя имелась даже книга с таким материалом. Драко не хотел сдавать позиции. Нет, определённо не сейчас. Он получал настоящее удовольствие от споров с гриффиндоркой: это был единичный случай, когда соперник был равен ему по интеллекту. Но, как бы это не было прискорбно признавать, он уже проиграл: Гермиона попала в точку. Драко вздохнул и отвёл взгляд: ему нечего было ответить на подобное. — Вижу, я не прогадала, — спокойно проговорила девушка. — Ну, так что же, будешь сотрудничать со мной? — Сотрудничать? — усмехнулся парень. — Не смеши меня! Ты просто хочешь воспользоваться удобным случаем. Я не позволю использовать себя! — злобно смотря на неё, воскликнул он. Гермиона приподняла бровь. — Использовать? — на этот раз хмыкнула она, — Ничего подобного. Назовем это честным и равным обменом. Ты мне предоставишь информацию, а я тебе — свободу. Малфой на такое предложение только начал смеяться. — Свобода, говоришь? А на кой черт она мне сдалась? — последнее предложение прозвучало с неким разочарованием, хотя сам Драко пытался оставаться на вид бесстрастным. — Это не честный обмен, не считаешь? Гермиона хотела уже бросить что-то острое ему в ответ, но быстро прикусила язык, поняв, что разговор идёт в неправильное русло. Она хмурым взглядом наградила слизеринца и спросила: — Тогда что ты хочешь взамен? Драко оскалился: он добился своего. Ему было нужно услышать именно этот вопрос. — Участие. — Гермиона приподняла бровь, — участие в деле и полную информацию об этом шаре. — Что? — ошарашенно воскликнула девушка. — Это ещё зачем тебе? — Скажем так, — ликуя от того, что вызвал в ней такую бурную реакцию, растянул слова он, — у меня свой интерес. — Какой же? Украсть его во второй раз, но уже у самого грабителя? Малфой фыркнул: он, конечно, не святой, даже бывший пожиратель, однако, в первую очередь, он аристократ: он никогда бы не упал так низко, чтобы заниматься кражей. — Грейнджер, — легко освобождаясь от невидимых пут, при этом не использовав палочку, он медленно встал со своего места и начал двигаться в сторону соперницы, — не стоит путать меня с вашими министерскими крысами. Девушка сильно напряглась. Она и понятия не имела, что Малфой умел пользоваться беспалочковой магией. В такой обстановке парень напоминал настоящего змея, который двигался в сторону жертвы, коим себя чувствовала сама Гермиона. От этого взгляда серых глаз по телу пробивал холод. — Думаешь, преступник из наших? — пыталась сохранить спокойствие она. И вот, ещё шаг, — и слизеринец оказался прямо перед Грейнджер: палочка касалась его рубашки. — Не сложно было догадаться. Уверен, ты тоже пришла к этому выводу. — негромко ответил наследник древнего рода, а сам продолжал внимательно изучать ее реакцию. — Ну так что же, Грейнджер, согласна на такое сотрудничество? Гермиона вздохнула. С одной стороны, у нее все равно не было достаточно сведения, касательно артефакта, поэтому Малфой мог стать отличным источником информации. Однако, с другой стороны, она прекрасно осознавала, что сотрудничество с Драко Малфоем это то же самое, что сделка с самим дьяволом. Она взвесила все «за» и «против», опустила палочку и произнесла: — Я согласна. — слизеринский принц ухмыльнулся своей маленькой победе, но девушка продолжила: — однако, у меня есть несколько условий. — Каких именно? — сразу же поинтересовался парень. — Первое: в случае поимки преступника, тебе запрещается каким-либо образом присваивать себе артефакт. Второе: ты обязан предоставлять мне абсолютно всю информацию, которая у тебя есть, касательно этого дела. И третье: запрещается распространение о том, что мы соулмейты, если на то нет очень серьезной причины. — Хорошо, я согласен, — он позволил Грейнджер насладиться видимостью первенства, однако сам находился в лидирующей позиции.