Я скажу нет

-Ююнги! Эй! Черт возьми, ты меня слышишь? Юнги! — Как же меня достал этот напыщенный ублюдок. Хотелось врезать ему прямо сейчас. И какого гада именно меня послали за этим недоумком на крышу. Я между прочим легко заболеваю! Ахщ. -Если ты, черт тебя дери, сейчас же не встанешь, ты вообще больше никогда не встанешь. -Оо, правда? — ухмыльнулся он. Хотелось стереть его улыбку, а впрочем. Почему бы мне этого не сделать. Я достал палочку и победно ухмыльнулся, смотря на то, как парень бледнеет. — Ты не сможешь. И вообще откуда она у тебя. Их же забрали. -Оо, правда? — передразнил я парня, перебирая палочку пальцами. — Нуу, — потянул я, как бы ненароком наставляя палочку на парня, отчего тот весь сжимается и лопается от злости одновременно.- В отличии от некоторых, не буду показывать пальцем. (на самом деле я сделал это с огромным удовольствием) Я все эти годы был сущим заинькой-лапонькой-паинькой, по этой причине моя палочка все еще при мне, а вот твою забрали. -У меня осталась еще одна. — он серьезно думал, что это на меня подействует? Подействует конечно, но только не под отрезвляющим. Так бы я конечно потек как последняя сучка. -Будешь так себя вести и этой не будет. Никогда, — рыкнул на него я. Да я сегодня огонь. Как бы потом не аукнулось. Может палочки у него и нет с собой, зато силы предостаточно. -Хорошо. Я сейчас приду, — сказал он, и я повернулся, чтобы уйти. — Только, ради бога, перестань вилять своей попкой, сладкий. — Я остановился. Чертов ублюдок! -Ты, кажется, забыл, что я сказал. — Я мгновенно оказался рядом с ним и буквально прижимал его к полу. Сладенький значит. Ну что ж. Ты сам этого захотел. Сладенький. Увидимся, — сказал я и с гордо поднятой головой вышел. В душе все ликовало! Наконец-то я сделал. Я черт возьми сделал это! Посмотрим теперь, как ты, сладенький запоешь. Хмыкнув про себя, я нежно поздоровался с профессором и продолжил свой путь в библиотеку. Эта неделя будет прекрасна. Она обязана быть прекрасной! Всю неделю. Всю неделю я наблюдал за лицом этого недоумка. Особенно доставляло удовольствие то, как в понедельник он по привычке зажимался с каким-то пареньком (или это была девушка, я не особо приглядывался). Единственным на кого я смотрел в этот момент был он, его глаза. Глаза, в которых зарождается подозрение, когда он отпускает девчушку (у этого нечта была грудь, так что теперь я уверен в его поле). Я конечно позорно сбегаю, дабы помучить его. Сам захотел. Была палочка… и нет! Ох, как я веселился, когда изо дня в день он ходил с таким заебавшимся лицом, лицом человека у которого не встает. Вообще. Это было прекрасно. Наблюдать за этим было, черт возьми, так весело, как никогда прежде. К концу недели он, кажется все-таки понял в чем дело. Потому что глаза его горели праведным гневом, когда он направлялся ко мне в библиотеке. Он лишь указал рукой на дверь и пошел вперед, думал я пойду за ним. Ну нет. Я так не играю. Это моя игра. Игра Пак Чимина. А значит ты, Минни, будешь играть исключительно по моим правилам. Я качнул головой, показывая, что явно не собираюсь с ним идти. Он, я в этом уверен, готов был переломать мне шею прямо на месте. Но я достал палочку и, покачав ее перед парнем, спрятал назад. Мин Юнги ушел. Я надеялся, что он будет мучиться долго. Очень долго. Очень Очень долго. И я наслаждался. Наслаждался тем, что он смотрел на меня. Не сводил взгляда, а я все крутил пред ним палочкой, усмиряя его пыл. Хотя пыла то у него в каком-то смысле и не было. По прошествии месяца он просто ввалился в мою комнату, тяжело дыша и сжимая руки в кулаки. -Пак Чимин… черт… Чимин! — жалобно взвыл он. -Я, конечно, польщен. Но до черта я пока не дорос. Хотя твои жалобные завывания вызывают улыбку. -Чимин! Я умоляю тебя. Верни все назад. Я умоляю тебя, черт возьми. Что еще тебе нужно. Чима! Пожалуйста! Моя психика не выдержит этого больше! Я постоянно хочу секса, но он черт возьми не встает. Блять, — шумно выдохнул парень и провел пятерней по волосам. До такой степени сексуально, что мне пришлось облизать губу и как следует ее прикусить, чтобы не застонать в голос. -Нет, — сказал я, прокашлявшись. -Что? — спросил он. -Нет, — повторил я более уверенно. И явно уловил ярость в его взгляде. Ярость и безвыходность. Он ударил кулаком по стене.- Ты можешь делать все, что хочешь. Никто не снимет с тебя этого, кроме меня. Но я ведь озвучил. Никогда. Никогда больше, сладкий. — ухмыльнулся я, замечая ярость парня. -Уебок хренов.- сказал он и вылетел из комнаты. Я был этому рад. Очень рад. Потому что если бы он остался здесь и хоть еще один раз облизнул свои пересохшие губы или сделал бы нечто такое, я бы определенно. Определенно снял с него все чары. Потому что мне было бы жизненно необходимо, чтобы у него встал. Потому что я тек даже от простого разговора с ним. Я был рад ему. Это был первый раз, когда я сказал ему нет. Дважды. После этого он уехал, и я не мог сказать рад я этому или, скорее разочарован. Наверное даже больше собой, чем им. Ты долбаный придурок, Пак Чимин. Влюбленный придурок. Месяц я пытался о нем не вспоминать, пока не произошло это… -Чимии, ты не хочешь побыстрее с этим закончить и поехать домой, ммм. Чимиинаа. Меня ведь так долго не было. Ты соскучился, милый. — Юнги стоял за моей спиной и жарко обнимал. Я заполнял, кажется, годовой отчет. Я не был уверен в том, что это годовой отчет. Не был уверен в том, что я вообще его заполнял. Он что-то шептал. Совсем нежно. Прямо в ухо. Периодически он прихватывал мочку губами и также скоро выпускал ее из сладкого плена. Через пару минут я открыл ему шею. Нет. Я точно не заполнял отчет. Я не мог. Слишком сладким было искушение. Он был слишком сладким. -Юнги, ахх, черт. — я не сдержал стона, когда он нежно прикусил мою кожу. Чертова псина, завтра все придется замазывать, но до чего сейчас было хорошо. До дрожи в коленях. Мои колени дрожали. От возбуждения. От нетерпения. От него. -Чими, скажи мне, — нежно прошептал он в ухо, отчего я покрылся мурашками. Пришлось сильно закусить губу, чтобы не застонать. — Ты закрыл дверь? — Я тихо кивнул. Я закрыл. Конечно же закрыл. Знал же, что он будет делать, наглец. Но такой ахуенный. — Умница, — прошептал он, расстегивая пуговицы на рубашке и снимая с головы мои очки, — мое чудо, — продолжал он нежно шептать, пока его руки совершенно бессовестно раздевали меня. Он огладил пресс, отчего я замер. Прикосновений хотелось до невозможности. Хотелось буквально кричать ему о своем желании. — Мой мальчик, только мой. Правда ведь? — И я снова лишь кивнул. Он нежно целовал мою кожу, оглаживал тело, мне было хорошо. До безумия хорошо. -Поцелуй, — хрипло попросил я, повернувшись, и увидел совершенно, невозможно пошлый взгляд. Он мотнул головой. -Не сейчас, мой хороший. Сначала. Сначала раздень меня. — Он хитро сощурился и сел на диван, стоящий в кабинете. Подлец. Я медлил. Хотелось прикоснуться к себе наконец. А еще лучше наконец почувствовать его, но сейчас он не даст, и я снова закусил губу. Когда я встретил его взгляд он усмехнулся и провел рукой по волосам. — У тебя такой блядский взгляд, ты представить себе не сможешь. Такого взгляда не было даже, когда я впервые вошел в тебя. А сейчас. Посмотри на себя. Выглядишь как шлюшка, — шептал он мне на ухо, отчего в паху сжимало до невозможности. У меня были все шансы кончить только от его голоса. Я потянул руку к его рубашке, но он перехватил ее и коснулся своих губ. Господибожедочегожеэтобылоохуенно. Я провел подушечками по нижней губе, и он приоткрыл рот, лизнув указательный палец. Мне не хотелось думать, что он мог бы лизать прямо сейчас, просто попроси я. Я не стану просить его. Сегодня он ведет игру. И я буду подчиняться. Только вот картинка его невероятного, сексуального лица с моим членом во рту была настолько соблазнительна, что я прогнулся в спине и застонал. — Проказник, — прошептал он мне в ухо, когда я примостил свою голову у него на плече, — что же ты себе напредставлял, пока я просто облизнул твой пальчик. Скажи мне…- Он буквально опалял мою шею и ухо своим горячим, давно сбившимся дыханием, пока его руки шарили у меня по спине. -Тебя, — еле слышно произнес я, пытаясь стянуть наконец с него рубашку. Он засмеялся. -А поточнее, — он лукаво улыбнулся целуя мой лоб. -Минет, — на выдохе произнес я. — Ты делал мне крышесносный минет. Совсем по- блядски оттягивал и поднимал крайнюю плоть, а потом обхватывал головку своим чертовски горячим ртом, собирая капельки спермы. ты…- я хотел продолжить, но задохнулся от его прикосновений к члену, через чертовы брюки. -Немного позже я обязательно сделаю его, но для начала. Я обязан снять с тебя эти чертовски облегающие на тебе брюки. — Когда мы оба остались голыми мне захотелось плакать от возбуждения. Сил не было. Я прижимался к нему своим стояком настолько сильно, насколько это только было возможно. — Мой хороший, — шептал он, оглаживая ягодицы, — Мой. -Тво ах й — не сдержал я стона, когда наши члены соприкоснулись — Юнги! -Не двигайся, пожалуйста. Господи, если ты сейчас дернешься я просто кончу. Тебя нужно растянуть. Меня долго не было. -Не… не нужно, — с красным лицом прошептал я, поддаваясь вперед, пытаясь достичь максимального контакта наших тел. — Не надо. Я умоляю тебя. Я больше не выдержу просто, — в этот момент я задохнулся, он соединил наши члены и медленно, до сумасшествия медленно начал дрочить. — Блять, Юнги. -Скажи еще раз, — попросил он, смотря прямо в глаза, — произнеси мое имя, произнеси его.- он соединил наши лбы так, что губы почти касались, — назови меня по имени, — его теплое дыхание осталось на моих губах, я почти задыхался от желания его поцеловать. -Юнги, юнги, юнги, юнги, юнги, — шептал я, хватаясь руками за его плечи и целуя, целуя, целуя. Лоб, нос, подбородок, шея, волосы. Я поцеловал все. К губам я побоялся прикоснуться, но меня немедля притянули. Я растворился. Мы стукнулись зубами, но даже это распаляло. Он прошелся по моим зубам, небу, прикусил нижнюю губу и потянул. Я застонал, переплетая наши языки и еще сильнее прижимаясь к парню. Он аккуратно приподнял меня, и я облегченно выдохнул. Наконец-то. Наконец-то блядь.- Люблю тебя, — сорвалось с моих губ, когда он вошел в меня, задевая простату, когда я наконец-то кончил, когда проснулся. Я проснулся. Захотелось плакать. Член болезненно ныл, также как и сердце, напоминая о чудесном сне. Чертовски чудесном. Я притянул к себе колени и, тяжело выдохнув, спрятал голову в ногах. Мои плечи тряслись, а глаза стали до безумия красными. До чего было хреново. Чертов Юнги. Чертова влюбленность. Чертов сон. Чертов я. -Люблю, — заскулил я, падая на кровать и сжимаясь. Хотелось исчезнуть.