home is where you are

ᅠᅠЧонгук осматривает пространство Выручай-комнаты и в который раз мысленно удивляется огромному ассортименту ингредиентов для зелий, что занимают собой все полки в нескольких высоких старинных шкафах. Юный волшебник переводит взгляд с пузатой стеклянной банки, где хранится непонятная трава, предназначение которой он не может вспомнить, на склонившегося над ветхим толстым фолиантом Чимина, который внимательно вчитывается в полустёртые строки, написанные от руки убористым каллиграфическим почерком, и пытается приготовить очередное зелье из ряда «лучше не стоит». ᅠᅠ– Почему в кабинете Джин-хёна нет и половины из того, что хранится здесь? – спрашивает он и, забравшись на старую поскрипывающую парту прямо с ногами, садится в позу «лотоса». ᅠᅠ– Потому что многие из этих ингредиентов используются для зелий из книг запретной секции, – бурчит под нос Пак и подкладывает в бурлящий над голубым магическим огнём котелок пару крысиных хвостов, от чего прозрачное густое зелье вспыхивает изумрудными искрами. – Сомневаюсь, что директор был бы рад тому, что нас обучают опасным вещам. ᅠᅠ– К тому же, – Тэхён появляется буквально ниоткуда, из-за высокого стеллажа, с открытой книгой в руке. – Многие из этих штук опасны сами по себе. А некоторые студенты – полные кретины, которые могут навредить себе или кому-то просто из-за своих глупых шуток. ᅠᅠЧонгук понимающе тихо мычит себе под нос и переводит взгляд на небольшое облако, плавающее под потолком помещения и оставляющее за собой рой маленьких снежинок, задорно вальсирующих в спёртом воздухе. Он на столько погружается в собственные мысли, что совсем не слышит заданного Кимом вопроса, и приходит в себя лишь тогда, когда чужая крупная ладонь мягко трясёт его за плечо. ᅠᅠ– А? – чуть вздрогнув, спрашивает он, вскидывая взгляд на друзей. ᅠᅠ– Я спрашивал, пригласил ли ты уже Сокджин-хёна? ᅠᅠЧонгук зябко ёжится и медленно кутается в полы мантии. На деле – пытается тянуть время. ᅠᅠ– А… Это… – тихо шепчет он, в такой смехотворной надежде, что его не услышат, и отводит взгляд в сторону. – Я, вроде как, решил не звать его? ᅠᅠ– Чего? – Чимин отрывается от своего дотошного изучения рецепта с неподдельным удивлением на вытянувшемся лице. – Почему? ᅠᅠ– Какого чёрта, Гук-а? – ворчит Тэхён и садится рядом с Чоном. – Ты должен сделать это. ᅠᅠ– Он всё равно не согласится… ᅠᅠ– С чего ты это взял, мелкий? ᅠᅠ– С того, что он мой преподаватель, – с долей отчаяния отвечает младший, опуская голову ещё ниже. – Как бы хорошо он ко мне не относился, это просто… забота старшего хёна. И мы все это знаем. ᅠᅠ– Гук-а… ᅠᅠ– Всё в порядке, – Чонгук буквально выжимает из себя улыбку и нарочито бодро спрыгивает с парты. – Мне уже пора на гербологию, парни. До скорого. ᅠᅠЧон подхватывает свою сумку, что всё это время лежала на полу возле одного из стеллажей, и под громкое «пуф» от взрыва переваренного зелья спешит покинуть Выручай-комнату. Рождественский бал не такое уж большое событие, верно?

***

ᅠᅠВопреки собственным словам, Чонгук знает, что всё не нормально. Две следующие недели он активно избегает встреч с Сокджином и сознательно прогуливает несколько лекций по зельеварению (на самом деле, он давно получил почти все зачёты по этим темам, прослушав их с другими классами) на вообще-то вполне резонных основаниях. Неуверенность в себе и собственных силах вдруг вгрызлась зубастым чудовищем в самую подкорку сознания. Он любит Сокджина, но как долго ему хватит лишь заботы от старшего, без ответных чувств, он не знает. В конце концов он, наконец-то, понимает, что безответная любовь причиняет слишком много боли. Но… он не совсем уверен в том, что должен делать дальше.

***

ᅠᅠВ итоге Сокджин ловит его сам, когда за обедом их неизменная компания из шести человек уплетает еду за столом Равенкло, «растолкав» по сторонам третьекурсников с этого факультета. Ким как ни в чём не бывало (будто бы не он тут самый молодой и красивый преподаватель) садится за стол прямо напротив Чонгука и не сводит с него пристального напряжённого взгляда. ᅠᅠ– Ты избегаешь меня, – раздаётся внезапно и звучит совершенно не как вопрос, и Чон давится только что отпитым глотком тыквенного сока, который, к стыду младшего, льётся прямо из его носа на рукава мантии и забрызгивает стол. ᅠᅠТэхён и Чимин тихонько гиенят рядом в два заливистых тембра, но упорно делают вид, будто смеются над чем-то другим, а не над Чон-неудачником-Чонгуком. Но поймав гневный взгляд младшего, почти что искрящийся алыми искорками, начинают хохотать ещё сильнее и более открыто, чем выдают себя с потрохами. Чимин, кажется, даже хрюкает, уткнувшись носом в плечо гриффиндорца. Мягкие улыбки Хосока и Намджуна, а также несильное, но уверенное, такое родительское, похлопывание ладони Юнги по спине, немного остужает пыл младшего. ᅠᅠ– Это... Это не так, хён, – хрипло, всё ещё надсадно покашливая, отвечает Чонгук. – Я просто был занят. ᅠᅠ– Занят чем? – хищно сощурив глаза, шипит Ким. – Ты посещал все лекции, кроме моих, Чон Чонгук. Ты перестал торчать в моём кабинете во время обеда, как делал это каждый день на протяжении последних двух лет. ᅠᅠЧонгук хлопает глазами и совершенно растерянно смотрит на Сокджина. Так небрежно брошенное Кимом «Чон Чонгук» вместо привычного и уже родного «Чонгук-и» режет слух, а злость в чужом тоне совершенно выбивает из колеи. Почему хён сердится? Разве не Чонгук тот, кто должен злиться сейчас? ᅠᅠ– Хён... – Юнги тихо и настороженно пытается оттянуть внимание на себя, даже Тэхён и Чимин мгновенно притихли на фоне. ᅠᅠ– Почему ты избегаешь меня, Чонгук? – старший будто бы не слышит никого и ничего, всё так же не сводя настойчивого взгляда с сжавшегося студента. ᅠᅠ– Я не... ᅠᅠ– Я могу просто поставить тебе «троллей» или вообще не аттестовать за твои прогулы, Чон. ᅠᅠ– Ты не можешь, – нахмурив брови, возражает младший. – Я слушал все твои лекции и ты знаешь об этом. ᅠᅠ– Не могу? – Сокджин не унимается, совершенно не замечая накалившуюся обстановку вокруг, он уже даже шипит совершенно по-змеиному и едва ли не брызжет ядом. – Хочешь проверить или, быть может, ответишь на заданный тебе вопрос? ᅠᅠМинутная тишина, что повисла над ними, нарушалась лишь фоновым гулом голосов и звоном посуды. Над головами семерых молодых людей словно образовался наэлектризованный купол, не пропускающий звуков извне, превращая посторонние шумы в радио-частоту. Чонгук неотрывно смотрит в глаза напротив и закипает, будто то самое испорченное Чимином зелье. Ещё секунда или пять и Чонгук, взорвавшись, под удар собственных ладоней о поверхность стола, вскакивает на ноги и, наклонившись вперёд, зло рычит прямо Сокджину в лицо: ᅠᅠ– Потому что мне надоело быть Вашим щенком, сонсэнним. ᅠᅠВ один неуклюжий шаг перешагнув лавочку, он спешно убегает из обеденного зала под ошарашенные и обеспокоенные взгляды друзей.

***

ᅠᅠВ ночь на Рождество Чонгук остаётся в гостиной Хаффлпаффа, окружив себя сладостями из «Сладкого королевства». На столике рядом – пара чашек пунша, которые Тэхён стащил для него, и несколько учебников по трансфигурации. Тепло от камина мягко обволакивает со всех сторон и Чонгук, расслабившись, позволяет себе утонуть в куче милых мягких подушек на диванчике в центре комнаты. Он не спеша листает страницы учебника, больше для вида, чем действительно погружаясь в материал. Открытая коробочка с леденцами «Берти Боттс» лежит на его коленях и Чонгук морщится каждый раз, когда ему попадается мерзкая на вкус конфета. Вот и сейчас он с перекошенным от отвращения лицом заедал «дождевого червя» кислыми зелёными тянучками. ᅠᅠЧон бросает беглый взгляд на настенные часы и издаёт тяжёлый вздох. Время тянется словно дёготь, слишком медленно. Стрелки будто бы прилипли к циферблату. До полуночи оставался целый час. ᅠᅠМотнув головой, Чонгук отпивает немного пунша и возвращается к изучению материала, но его мысли вновь и вновь возвращались к Сокджину. С инцидента в обеденном зале прошло несколько дней и что ж... резонно было бы заметить, что теперь Чонгук был не единственным, кто избегает встреч. Ким будто бы вовсе пропал из замка Хогвартс, безвылазно обосновавшись в своём кабинете. Чонгук не встречал его даже в обеденное время, когда весь преподавательский состав собирается за своим столом. Наверное, домашний эльф по имени Уолли снова носил для него еду, как это было тогда, когда Ким вернулся в Хогвартс в качестве ассистента преподавателя, и пропадал в кабинете под кипой учебного материала. Что ж, по крайней мере, Чонгук надеется на то, что Сокджин не морит себя голодом. И, быть может, самую малость, он надеется на то, что старший скучает по Чонгуку точно так же, как он сам скучает по Киму. ᅠᅠЗлится ли Чонгук? Конечно, он злится. Но спустя почти три недели тоска по Сокджину превратилась в тянущее сердце чувство которое перекрывает собой все те злость и возмущение, что вспыхнули в младшем в тот день. Они перегорели также быстро, как зародились, но, к сожалению, сделанного не вернёшь. ᅠᅠЧонгук перелистывает очередную страницу учебника и вздрагивает от неожиданности, когда рядом с ним, откуда ни возьмись, появляется крупный чёрный кот. ᅠᅠ- Куки, - парень откладывает книгу в сторону и тянется к фамильяру, чтобы посадить его на свои колени. - Где ты пропадал последние несколько дней, негодник? ᅠᅠКот отзывается тихим мурчанием и потирается о руки своего маленького волшебника, подставляясь под тёплые ладони. ᅠᅠ- Опять гонял мышей в теплицах с мандрагорами? - улыбается Чонгук и принимается почёсывать шею кота кончиками пальцев. - Хм?.. Что это, Куки? ᅠᅠЧонгук цепляется за что-то и находит маленький, свёрнутый трубочкой лист пергамента, закреплённый под тонким чёрным ободком ошейника на крепкой кошачьей шее. Он аккуратно вытаскивает его и, развернув, начинает читать, хмурясь. На нём лишь несколько слов, выведенных знакомым до боли почерком: ᅠᅠ«Класс зельеварения. Приходи до полуночи. К.СД.» ᅠᅠБоднув руку Чона в последний раз, кот спрыгивает с его колен и, свернувшись, клубком, укладывается около его бедра. ᅠᅠ– Предатель, – фырчит Чонгук, но, несмотря на это, мягко почёсывает маленькую голову фамильяра между ушей. – Должен ли я пойти? ᅠᅠВопрос повис в воздухе без ответа, лишь мягкий треск огня в камине и мурчание кота нарушают тишину гостиной факультета. Чонгук вновь смотрит на настенные часы, висящие прямо над камином, и поджимает губы. 23.35. Если он действительно собирается идти, то следует выдвигаться прямо сейчас. Должен ли он? Чонгук безмерно скучает по Сокджину, но он не уверен, что эта встреча не принесёт ему боли. Но, опять же, с другой стороны – он прекрасно понимает, что не может вечно бегать от старшего и пропускать его занятия. В конце концов Сокджин не виноват в том, что не имеет к Чонгуку никаких чувств. Может быть Чон должен быть благодарен уже лишь за то, что старший постоянно возился с ним и терпел его назойливую компанию. ᅠᅠВзвесив все «за» и «против» ещё раз, Чонгук вскакивает на ноги и наказав Куки следить за учебниками и сладостями, выбегает из гостиной Хаффлпаффа.

***

ᅠᅠПуть до класса зельеварения не занимает много времени, отчасти потому что он, как и гостиная его факультета, находится в жилой части подземелий, или, быть может, всё дело в том, что Чонгук бежал так быстро, как только мог. ᅠᅠОтдышавшись и собравшись с духом, Чонгук тихонько стучит в дверь после минутной задержки в приступе нерешительности, и заходит в кабинет, не дожидаясь ответа. ᅠᅠСокджин обнаруживается замершим около небольшого окна. Его взгляд немного напуганный и сам он выглядит неестественно бледным в тусклом, полупрозрачном свете кабинета, но нерешительная, робкая улыбка на его лице придаёт Чонгуку немного смелости. ᅠᅠ– Хён?.. – облизав пересохшие губы, тихо зовёт Чонгук. – Ты хотел меня видеть? ᅠᅠ– Да, – отводя взгляд, ответил старший. – Я хотел... извиниться. ᅠᅠЧонгук хмурит брови в непонимании и чуть склоняет голову на бок, изучая старшего пристальным взглядом. ᅠᅠ– Извиниться? – переспрашивает он. – Но за что, хён? Это я накричал на тебя... ᅠᅠЧонгук тихо вздыхает и смотрит в пол перед собой. Ему искренне стыдно за своё поведение. Вот в чём заключается правда, как бы противоречива она не была. Сокджин не был виноват в том, что не любит его – Чонгука. Единственный, кто действительно проебался, повысив тон и возомнив себя «королевой драмы», был сам Чон. И только он должен был просить прощения. ᅠᅠ– Накричал, – голос Сокджина раздаётся гораздо ближе, чем ощущался до, и Чонгук поднимает взгляд, обнаруживая, что старший подошёл к нему на несколько шагов. – Но не то чтобы в этом не было моей вины. Прости меня, Чонгук-и. ᅠᅠ– Но… ᅠᅠ– Йа! Просто дай мне сказать, ребенок, – наигранно ворчащим тоном перебивает его Ким. – Я взрослый. Ну, может быть, не столь взрослый, как остальной преподавательский состав, но определённо старше тебя. И я несу за тебя ответственность, понимаешь? ᅠᅠВыжидающий взгляд, направленный прямо на Чонгука, заставляет младшего нерешительно качнуть головой в знак согласия. ᅠᅠ– И корни вейл, Чонгук-и… – нахмурившись, Сокджин берёт чужие ладони в свои и оглаживает тонкую нежную кожу на тыльной стороне чужих рук большими пальцами. – Ты совсем ребенок. Почему ты считаешь, что просто не очарован моими чарами? Ты хоть представляешь, сколько раз за день я слышу признания в любви? ᅠᅠ– Но, – тихо выдохнул Чонгук, в кровь искусав собственные губы. – Я – не они, хён. Я люблю тебя, понимаешь? Люблю то, что внутри тебя, а не снаружи, хён… ᅠᅠМладший поджимает губы и молчит несколько мгновений. ᅠᅠ– Хотя, – тихо бормочет он, с трудом сдерживая рвущееся наружу хихиканье. ᅠᅠ– Будем объективны, хён, твоя внешность играет немаловажное значение. ᅠᅠ– Вот же маленький паршивец… – Ким качает головой, но не сдерживает уже улыбки, сжимая чужие ладони чуть крепче. ᅠᅠ– Но, хён… ᅠᅠЧонгук, становясь серьёзнее, заглядывает в глаза Сокджину. Его губы украшает робкая, застенчивая улыбка, а большие доверчивые глаза ярко искрятся. ᅠᅠ– Я не очарован тобой. Это не исчезает тогда, когда тебя нет рядом. Я правда люблю тебя. ᅠᅠСокджин, в который раз за эту встречу, поджимает губы и неотрывно смотрит, вчитываясь в чужой взгляд, совершенно чистый, не подёрнутый пеленой чар. Коктейль из нерешительности и миллионов вопросов ложится отблесками на карюю радужку. ᅠᅠЗвон колоколов часовой башни гулом разносится по всем этажам и приглушённый шум восторженных голосов доносится до них с первого этажа. Ким вскидывает взгляд и мягкая улыбка ложится на его губы, когда он возвращает его на лицо Чонгука, который, кажется, даже не обратил на все это внимания. ᅠᅠ– С Рождеством, Чонгук-и, – шепчет он. ᅠᅠ– С… ᅠᅠПрежде чем младший успевает поздравить его в ответ, Сокджин прижимается к его губам своими в маленьком, целомудренном поцелуе, чем выбивает весь дух из лёгких Чона. Это было так быстро, но Чонгук отчётливо ощутил воздушную мягкость и крепкую сладость ласковых любимых губ. ᅠᅠ– Рождеством… ᅠᅠСокджин смотрит на стремительно розовеющие щёки младшего и тихо смеётся с его реакции. ᅠᅠ– Так это значит, что… – запинаясь и отводя взгляд, шепчет Чонгук. – Ты тоже меня любишь? ᅠᅠ– Это значит, что ты не получишь ничего более серьёзного, чем этот поцелуй до окончания школы, – строго отвечает Сокджин, но Чон всё же отчётливо слышит улыбку в его голосе. – Ты понял меня, Чонгук-и? ᅠᅠВместо ответа Чонгук утягивает старшего в объятия, осыпая его лицо короткими мягкими поцелуями, которые горят на коже Сокджина, будто сотни маленьких звёзд.

***

ᅠᅠ– Омела, хён? ᅠᅠ– Что ж… Поцелуй меня за это ещё раз.