Влюбиться в нее - исход фатальный.

И теперь он, будущий вице-президент компании Зималетто, Роман Дмитриевич Малиновский, стоит и любуется той, которую потерял четыре года назад. Она испуганно смотрит на него, наверное думая, что он захочет ее как-то публично унизить, причинить ей боль. Но он просто с довольной ухмылкой произнес: — Ну что, будем знакомы, Катенька? — Будем… знакомы… — не переставая с мольбой глядеть на мужчину, кивнула Катя. — Катенька, все хорошо? — ее будущий шеф явно заметил странные перемены в настроении девушки. — Да… — она повернулась к Жданову, стараясь нацепить на лицо бодрую улыбку. Но эта улыбка вышла вымученной и неестественной, что, конечно же, не скрылось от глаз Малиновского. — Катя, а позвольте я вам проведу экскурсию по нашему офису? — довольно сухо, по-деловому предложил Малиновский. Такая серьёзность и даже важность были совершенно не свойственны тому Роме, которого знала Катерина. — Андрей, вы уже закончили? — спросил он Жданова. Голос его звучал спокойно и уверенно, словно ничего особенного не произошло и появление Кати здесь вещь вполне себе ординарная. — Да, Катенька, прогуляйтесь, — согласился начальник, удерживая в голове мысль непременно выведать потом у Пушкарёвой, что собственно происходит, и что это за гляделки у нее с их вице-президентом. А если та не расколется, то уж из Малиновского он выбьет правду любой ценой. — Хорошо, Роман Дмитриевич, пойдёмте, — ещё раз настороженно оглядев всех присутствующих, ответила Катя и последовала за Малиновским, галантно распахнувшим перед ней дверь. — Тебе не показалось их поведение странным? — спросил Жданов у отца, когда за парой закрылась дверь. — Не знаю, а что было не так? — холодно спросил Павел. — Да они же буквально пожирали друг друга глазами! — воскликнул он, приподнявшись со стула и изумленно вскинув брови. — Андрей, даже если и так, то это в любом случае не наше дело, — сдержанно ответил отец. — Только не говори, что тебе не интересно, — хитро ухмыльнувшись, спросил Андрей и искоса взглянул на отца. — Как бы нам не было интересно, в первую очередь мы должны оставаться культурными, порядочными людьми и не лезть в чужую жизнь. Порядочными, Андрей, — отец строго посмотрел на сына. — Не смей допрашивать Катю. Она вон, бедная, и так еле живая сидела. Ты меня вообще слышишь? — он повысил голос. — Да слышу, слышу, — лукаво улыбаясь, без особого воодушевления отвечал Андрей. — Я очень надеюсь на это, — строго отчеканил Павел.

***

Выйдя в приемную, некогда влюбленная пара шла молча. Каждый думал о своём. Катя опустила голову вниз и медленно плелась за Ромой, который беспристрастно смотрел вдаль совершенно пустым, холодным взглядом. Градус напряжения рос, но никто из них не решался нарушить это гнетущее, официальное молчание. Мужчина решил заговорить первым. Всё-таки он находился на своей территории, что бесспорно являлось преимуществом. — Не думал, что когда-нибудь ещё увижу тебя… — произнес он задумчиво. — И что, расстроился? — бросила она язвительно. — Нет, почему же, наоборот, — Катя кивнула, что-то буркнув себе под нос. А Рома, выдержав небольшую паузу, вновь продолжил. — Послушай, Кать, многое изменилось, я изменился. И я уже не тот мальчишка, что бегал за тобой, смиренно проглатывая все твои издёвки и жестокие фразы. Если ты думаешь, что я снова начну бросаться тебе в ноги, то нет. Этого не будет. Сейчас я начал трезво смотреть на жизнь, в том числе и на людей. Если даже когда-то я безумно был в тебя влюблен, сейчас это прошло. Надеюсь мы сможем все забыть и начать нормально работать вместе, — нервно бросая взгляды по сторонам, Роман говорил на удивление спокойно и серьезно. От него веяло равнодушием и холодом, словно это все говорил не человек, у которого есть чувства, и в котором кипит кровь, а безэмоциональный мертвый вампир. — Да, конечно, — «Господи ну и где твое былое хладнокровие? Ещё час назад ты даже не вспоминала о нем, думая, что это твое темное прошлое. Ведь тогда, когда он признавался тебе в любви, ты молила, чтобы он забыл тебя, начал ненавидеть. И что теперь? Теперь он стоит перед тобой и предлагает все забыть, а ты не можешь, просто не можешь ему сказать: «Не хочу! Я не хочу тебя забывать!», потому что ты не имеешь права выглядеть дурой в его глазах. Дурой, не имеющей ни грамма гордости. Дурой, которая все ещё любит его всем сердцем и душой. Дурой, готовой на все, чтобы ещё раз заполучить его сладкий поцелуй.» — Честно сказать, я тоже не хочу кричать всем о том, что у нас были отношения. Давай все оставим в прошлом, — кивнула Катя, максимально сдерживая свои эмоции. — Я рад, что ты меня поняла, — Малиновский попытался натянуто улыбнуться. — Ну, давай, наверное, перейдем к экскурсии? — Ты серьезно? — выгнув бровь, переспросила девушка. — То, что мы расстались, ещё не делает нас злейшими врагами. — И все же не нужно, я сама разберусь здесь, — Пушкарёва уверенно повернулась и сделала шаг вперёд, но уверенная мужская рука тут же схватила ее за запястье и вернула обратно. — Кать, ты уверена? — сказал парень, взглянув ей в глаза, пытаясь прочесть в них хоть частичку сожаления об утерянной любви. — Да-да, иди уже, — Катя небрежно махнула рукой и уверенно направилась прямиком к лифту. А Роман, серьезно поджав губы, внимательно за ней наблюдал, пока ее силуэт не исчез за створками кабинки.  — Работу никто не отменял, так что работаем, дамы! — почувствовав на себе удивлённые взгляды женсоветчиц, сказал Рома и широкими шагами направился в кабинет президента.

***

— О, тебя-то я как раз и ждал! — воскликнул Андрей, оторвавшись от бумаг. — Как прошла экскурсия? — радуясь тому, что сейчас наверняка узнает всю правду, он не мог сдержать любопытную улыбку. — Нормально прошла, — без особого энтузиазма ответил Рома. — А Катя где? — Ушла домой. — Ммм, поня-ятно, — заговорщически продолжал президент. — Ром, а ты тоже заметил странный взгляд, каким на тебя смотрела Катя? — аккуратно издалека начал мужчина. — Нет, ничего необычного в этом взгляде не было. Так что, я думаю, ты просто преувеличиваешь, — раздражённо сказал Роман и прошёлся по кабинету. — И вообще, может сменим тему на более интересную? Как насчёт того, чтобы сходить сегодня куда-нибудь расслабиться? — он посмотрел с надеждой на друга, который в последнее время регулярно составлял ему компанию на весёлых тусовках с моделями в ночных клубах. — Прости, дружище, но нет. Я уже обещал отцу быть у них на ужине вместе с Кирой. Предложи мне это ещё раз завтра, когда я возможно буду свободен, — с тоской ответил Жданов, тяжело вздохнув. — Ну завтра, так завтра, — тихо пробубнил Рома, смотря в стену. — Ладно, пойду я, — сказал он и вышел из кабинета. «Правильно ли я все сделал? — думал Малиновский, усевшись в своем кресле и сделав глоток виски. — Мы не испытываем друг к другу никаких чувств. Тогда почему ты все ещё об этом думаешь?»