Любовь и метаморфозы

«Чтобы сблизиться с человеком, нужно хоть однажды поговорить с ним с глазу на глаз». И.А. Тургенев, «Накануне».

Повествование от лица Вадима.

Мы довольно долгое время блуждали по этому лесу. Я постоянно принюхивался, пытаясь уловить запах своего лучшего друга. Увы, безрезультатно. Игнат иногда с надеждой поглядывал на меня, но я лишь отрицательно мотал головой. После этого он опускал взгляд и просто смотрел вперёд. Я дружу с его кланом с самого детства. Мы многое вместе пережили, а потому я понимаю, как ему сейчас нелегко. А Игнат понимает, каково сейчас мне. — А ты правда инугами? — вдруг спросила Мива. Я удивлённо посмотрел на неё: — Ты же чувствуешь мой запах. Признаюсь честно, меня несколько удивило то, что Мива сама вызвалась пойти со мной. Нет, я подвоха, конечно, не заметил, она сказала это от чистого сердца. Но разве ей не внушает страх то, что она идёт рядом с собакой? И при чём не с одной? Да простят меня эти лугару. — Да… просто я ещё никогда не видела таких, как ты… — смущённо призналась она. Я удивился ещё больше: — Никогда? И сколько же тебе лет? Знаю, не стоит спрашивать девушку о возрасте. Мне просто любопытно. Да и отвлечься от плохих мыслей тоже было бы неплохо. Но она ответила как ни в чём не бывало: — Через пару месяцев будет ровно сто. Я уже в совершенстве владею способностью превращения. Правда, пока ещё в человека и обратно в лисицу. А после моего дня рождения брат научит меня более сложным фокусам. Да будет вам известно, что лисы начинают свое обучение с пятидесяти лет. И по достижении ста лет они действительно очень хорошо овладевают искусством превращения, которое с годами будет только совершенствоваться. Та же история и с пирокинезом*. А уже потом кицунэ начнут учиться управлять иллюзиями и магией. — Да, это круто. А брату сколько? — Триста три. — Сколько? — с удивлением спросил один из волков. — Триста три года. Я знаю, о чём вы подумали. Что сегодня утром он с лёгкостью мог вас порвать. Да, мог, но не стал. Во-первых, вас было много. Во-вторых, он был на вашей территорий. И в третьих, он не хотел подвергать опасности Нику. — Надо же, а лисёнок не такой дурак, — отозвался молчавший всё это время Игнат. — Скажи спасибо, что он не слышал, как ты лисёнком его назвал, — ответил я. Парень усмехнулся и хотел было что-то сказать, как вдруг резко остановился. — Игнат? — с беспокойством позвал я друга. Мива и лугару также остановились и повернулись к нам. Он как будто и не слышал нас. И кажется, я понял, в чём тут дело. Я подошёл к нему: — Что ты слышишь? — Крик, — ответил он. — Откуда? — неужели кто-то из наших. Он кивнул в ту сторону, куда ушли Ника, Кён и Лиза. А ещё через несколько секунд раздался волчий вой. — Это и есть сигнал! — сказал лугару. Мы не стали терять времени и приняли свой истинный облик. Во-первых, на четырех лапах бежать гораздо быстрее, чем на двух. А во-вторых, это наверняка тот случай, когда придётся применить клыки и когти. Мива, ставшая ярко-рыжей лисицей с одним хвостом, изумленно ахнула: — Доберман? Я кивнул: — Да, я доберман. — Потом будете друг друга обсуждать! — рыкнул волк. — Быстро за мной! Мы не могли его ослушаться. Когда мы прибыли на место, то все, с кем мы пришли сюда, уже собрались. И все были в своём истинном облике. Ну, кроме нашей троицы и волка, который их сопровождал. — Гиана, — выдохнул Кир (который, кстати, был в облике чёрного волка), смотря на отвратительное бледно-зелёное существо, похожее на девушку. — Вот уж не думал её снова увидеть. — Снова? — переспросил Кён. — Да. Пару лет назад я наткнулся на одну такую. Чуть не погиб. А кто второй? Ой, а я и не заметил, что рядом с этой тварью лежит ещё и парень. Я подошёл к нему, принюхался и ошеломленно произнес: — Человек… — Он случайно здесь оказался, — тихо сказала Ника. — Это сейчас не важно, — ответила Лиза. — Вопрос в том, куда его деть? — У его родителей есть дом неподалёку. — А что мы им скажем? — возмутился лис. — Что их сыночек просто шёл и о ветку случайно споткнулся? Ника растерянно посмотрела на него: — Н-нет. Просто скажем, что нашли в лесу. — Чтобы он рассказал своим родным о гиане? — вмешался Кир. Мы все между собой переглянулись. Кир заговорил снова: — Ну раз уж всех посетила одна и та же мысль, то, думаю, Кён не будет против приютить у себя дома ещё одного гостя. Лису эта идея явно не понравилась. Но возражать он не стал. Тем более, что сейчас всем, кроме меня и Мивы, очень нужна одежда.

Конец повествования от лица Вадима.

***

— Надеюсь, он недолго у нас пробудет, — прокряхтел Кён, укладывая Женю на диван. — Не дом, а проходной двор какой-то. — Братик, это всего на одну ночь, — сказала Мива. — И скорее бы она закончилась, — недовольно пробурчал ей в ответ лис. — Блондиночка, долго он ещё будет спать? — Нет, — отозвалась Лиза. — Как минимум минут пять, может, даже меньше. Вы пока пленницу можете допросить. — Она тоже ещё не очнулась. Видимо, я её здорово ударил. Пока они с Лизой разговаривали, я внимательно присмотрелась к лису. Он выглядел бледным, даже немного помятым. Гиана, похоже, успела-таки его зацепить — об этом говорят три длинные царапины на правой руке, тянущиеся от локтя до запястья. О чём я, между прочим, и сказала парню. Он посмотрел на руку. — Ай, чёрт. Всё-таки зацепила. — Может, промыть? — спросила ведьма. — Вдруг это опасно? — Спасибо за заботу, конечно, но не стоит. На оборотнях всё быстро заживает. Если только нас ярчуки** не укусят. У оборотней регенерация значительно выше, чем у человека — наши раны заживают через несколько секунд. Исключения действительно могут составить только те раны, которые были нанесены чёрной собакой породы ярчук. И вот сейчас буквально у нас на глазах раны, нанесённые гианой, довольно быстро заживали. Совсем скоро от них не останется и следа. А потому я перевела разговор на более волнующую меня тему: — Как ты собираешься допрашивать гиану? Она ведь может пение применить! Или тот свой ужасный крик. — Не волнуйся, Ника. Я защищён вот этим, — он показал мне голубой шарообразный светящийся кулон. — Слышала о хоси но тама***? — Да. Там кицунэ хранят часть своей магии. — Так вот, этот кулон предназначен не только для хранения магии. Но и для защиты от других тварей. Точнее, от их способностей. — Ладно, хорошо. Но как ты сможешь защитить остальных? Кён протянул мне и Лизе руки: — Отдайте наушники — и защитите их. Я и забыла, что наушники всё ещё у меня. Мы отдали гарнитуру лису. — Вот видишь, — с гордостью сказала я. — От наушников всё же есть польза. — Не могу не согласиться, но тем не менее они приносят больше вреда, — ответил парень и пошёл наверх, за одеждой для лугару. — Пойду-ка я, пожалуй, ужин приготовлю, — подала голос Мива. — Я с тобой, — ответила Лиза, и обе скрылись за дверью кухни. Вот ведь… Ни стыда, ни совести! А за человеком, получается, я буду следить, так?! Тяжело вздохнув, я села на край кровати и стала дожидаться пробуждения Жени. Попутно придумывая для него объяснение тому, как он оказался в доме Кёна.

Повествование от лица Лизы.

Наверное, неправильно было во так оставлять Нику с человеком. К тому же, она наверняка сама не рада этому. Но и я рядом с простым смертным отчего-то оставаться не хочу. Чтобы отвлечься от подобных мыслей, я обратилась к Миве: — Все кицунэ такие же грубые, как твой брат? Мива в этот момент открыла холодильник и достала необходимые к ужину продукты. — Нет, — сказала она. — Ну, по крайней мере, я дружу со всеми. У меня есть друзья даже среди ведьм. — Правда? — Да. И они меня хорошо принимают. Почти всегда. Я улыбнулась: — Ты, небось, и с демоном готова дружбу завести. — Возможно, — задорно сказала она. — Если бы этот демон был Себастьяном Михаэлисом****. И мы обе звонко рассмеялись. После этого наш разговор перешёл в другое русло. Говорили обо всем: о погоде, музыке, любимых фильмах. Но в основном говорили мы о наших сущностях. — Так ты стала ведьмой в тринадцать? — спросила Мива, нарезая лук для салата. Я же чистила картошку. — Ну да, — спокойно ответила я. — Я с самого детства знала, кто я такая, и с нетерпением ждала проявления своих способностей. — Ты, наверное, в тот день была вне себя от счастья. — Отчасти. Потому что знала, что это всё серьёзно. — Чем больше сила — тем больше и ответственность, как говорил дядя Бэн своему племяннику, — согласилась Мива, вспомнив фразу из «Человека-паука». Я согласно кивнула. — Слушай, а что за история с войной тогда была? — поинтересовалась я. — Я про ту, которую упоминал Кён. Мива повернулась к плите, но, услышав вопрос, на мгновение застыла. — Не знаю, — сказала она. — Кён мне рассказал обо всём лишь в общих чертах. Сказал, что наши родители тогда пропали без вести. Я даже не помню, как они выглядели — совсем тогда была малышкой. — Сочувчтвую, — вздохнула я. И я правда ей сопереживала. — Спасибо. Внутри как будто укололи иглой. И оставили эту иглу там, в сердце. Её рассказ заставил меня вспомнить давно забытые чувства… Но не успела я об этом подумать, как Ника пришла на кухню со словами: — Он очнулся.

Конец повествования от лица Лизы.

Парень был без сознания довольно долгое время. Если бы я не слышала его дыхание, то подумала бы, что он уже не жилец. Но, видимо, ему здорово досталось. Ещё бы. Я уверена, такой крик и оборотень вынести едва сможет. Что уж говорить про человека. Заметив, что у него из ушей идёт кровь, я быстренько взяла упаковку влажных салфеток, которая лежала возле телевизора, вытаскиваю одну салфетку и стала вытирать эту красную жидкость. Это же как крик гианы на мозг должен действовать, чтобы кровь из ушей потекла? Я снова, как вчера, стала рассматривать его. Выражение его лица было абсолютно безмятежным, будто сегодня вообще ничего не произошло. Я аккуратно повернула его голову, чтобы вытереть кровь с другой стороны. Женя не проснулся. Если честно, то когда он спит, то выглядит настолько беззащитным, что во мне это невольно вызывает чувство… жалости и… сострадания? Нет, Ника, нет, так быть не должно. Он человек, а к человеку нельзя привязываться. Женя начал часто дышать, а потом схватился за голову и медленно открыл глаза. — Женя, — тихо позвала я. Он посмотрел на меня удивлёнными глазами. — Полежи пока, я позову остальных. — Где я? — прохрипел он. — В доме моей подруги. Лежи спокойно, я скоро. Я выбежала из комнаты прямиком в кухню и сказала стоявшим там подругам: — Он очнулся. Лиза тут же оживилась и побежала в гостиную. Мива пошла следом. — Привет, Женя, — тихо сказала ведьма, как только мы подошли к парню. — Меня зовут Лиза, я подруга Ники. Ты как? — Голова раскалывается, — простонал парень. — Как я вообще здесь оказался? Мы с Мивой взволнованно переглянулись. А Лиза ответила абсолютно спокойно: — Мы с девочками гуляли по лесу. И когда шли обратно домой, то увидели тебя. Без сознания. Мы не знаем, что произошло, поскольку уже нашли тебя таким. Женя медленно принял сидячее положение. Его взгляд был задумчивым, словно пытался что-то вспомнить. Хотя почему «словно»? Он пытался вспомнить недавние события. — Помню… перед тем, как я «отключился», я услышал крик, — пробормотал он. — Всё может быть, — сказала Лиза. — ты ведь был в лесу, а там много диких зверей. Кого угодно могли… — Нет. Этот крик был совсем рядом. И был таким громким и жутким, что у меня мозги едва не расплавились. Оу, вот теперь я ещё больше за Кёна беспокоюсь. Как и за тех, кто сейчас гиану допрашивает. — Может, это была галлюцинация? — сказала Мива. — Может, ты, когда упал, ударился головой? А что, так бывает. Видишь или слышишь что-то страшное, падаешь, теряешь сознание, потому что ударяешься о землю. Женя поразмыслил над её словами и сказал: — Возможно. Только вот почему именно я сознание потерял? Я пожала плечами: — Этого мы не знаем. — К тому же, я до этого крика вообще ничего не помню. Помню только, что в лесу погулять решил. Как и вы. Фу-ух. Хвала Небесам, поверил. Оно и к лучшему, пусть остаётся в неведении. Тут я уловила небольшой редкий запах чего-то подгоревшего. — Мива, — обратилась я к нашей лисичке. — А это не у тебя ли… Она тут же всё поняла: — О, боги! Совсем забыла! — и убежала на кухню. — Ужин, — обречённо выдохнула Лиза. — А мы так старались. — Вам повезло! — крикнула Мива из кухни. — Курица только слегка подгорела. Ещё бы чуть-чуть — и легли бы спать голодными. — Это хорошо, — крикнула я в ответ, а потом повернулась к Жене: — Хочешь есть?