Анна. Лекарство от ликвидации

Разговор Анны в кабинете Раппопорта все продолжался. Она уже сама не знала, и кому ей верить. Ее риторика и аргументы, тон беседы многократно менялся. — Но почему ты объединился с хейтерами костёла из обслуживающего персонала, если ты суперсолдат, и изначально планировал подставить организацию? Разве у нас нет суперсолдат, которых кинули? — У меня все было иначе, Анна, — будучи наказанным, ему нечего было скрывать. А так никогда бы не сказал. — Ты хотела, чтобы член исчез, чтобы люди в черном поменьше тебя забирали, чтобы разрешили свидания с одноклассниками. В моем случае произошла история наподобие твоего бойфренда Рика Кёртиса, только хуже. Чиновник передал его медсестре и она воспитала его хотя бы похожим на человека. Мой чиновник передал меня в большую семью, напичканную кокаиновыми наркоманами и алкашами. Когда я пошел в школу, все эти люди в черном, дополнительные уроки, казались мне и вовсе несуществующими. Стоило мне рассказать об этом, и я стал посмешищем у одноклассников, но, в отличие от Рика, не хотел им быть, и оказался в кабинете школьного психолога. Поскольку воспитание передали не тем людям, которым и обычные дети не нужнее, никаких психологов в своем доме я не видел. Рик имел преимущество: медсестра хотя бы сказала ему, кто он такой по жизни и кем он должен быть для людей извне. Переходя в другие школы, я ни с кем толком не общался и не хотел, в отличие от тебя. Пока я твердо не поселился в организации, я вообще сомневался в реальности всех этих событий. Даже сейчас я не уверен, происходит ли все это на самом деле. Я пытался себя проявить хоть в чем-то, быть успешным и полезным организации, но они сказали, что мой БТР угрожает их филиалу. А я этого не понимаю. Ты жаловалась на меня по той причине, что тебе Администратор и Мэрил приказали задавить мой проект или нет? Судя по разговору с тобой, ты не такой жестокий человек, которым кажешься. — Это было моей точкой зрения в прошлом, но какая разница, что я думаю сейчас? Ты неплохой человек, Раппопорт. Отвяжись ты, в конце концов, от ворованых трехмерных принтеров, начни какой-нибудь другой бизнес на воле с нуля, что музыкальный, что фотографический, что киношный, и все у тебя будет. — А если я хочу собирать БТРы, только БТРы и ничего кроме БТРов? Я больше ничего не умею делать, а хоть какой-то серьезный бизнес в других сферах давно и прочно занят либо монополистами, либо олигополистами, например киношники или сотовые операторы. И вообще, у меня заказчик есть. Он говорит: выходи на легальный рынок среди БТР, ты мне долю обеспечишь. Пока его нет в совете директоров, он хочет финансировать легальную компанию, а не этот самопал, который для него просто смешной. Я не пытался играть против костёла, когда они принимали мою помощь, но после того звонка из Нью-Йорк-Сити именно они остановили мой проект и свернули его под пол. Я ни за кого, Анна; я против всех. Став соадминистратором, я вспомнил Дональда Трампа в США. Он говорил: «сделаем Америку снова великой», а я хотел сделать костёл великим. Власть должна быть у солдат, а не чиновников, бумагомарателей и прочих бухгалтеров. Знаешь, почему никто не знает моего имени кроме секретного? Я сам его забыл, хотел дистанцироваться от своего прошлого. Если бы заказчиками солдат были другие солдаты, не было бы дурацкого распределения, как в случае Рика, или, как в моем случае, я бы не оказался у этих наркоманов. Да, моя логика странная. Да, я похож не пойми на кого даже с точки зрения других суперсолдат, но все, что я делаю — это изменить всего лишь одну ошибку, и то, совершенную другими людьми. * * * Закончив разговор, она вышла из кабинета Раппопорта, и пересекла следующий кабинет с большим столом и креслами, который вывел ее в коридор. В коридоре ее встретил Бульдозер, они взялись за руку и коротко обошли имевшиеся у них сектора. Когда они стояли возле трехмерных металлических принтеров, она заметила серую букву S, что должно быть SM5921, которая была тут же перебита красным пластиком, где написано RAPPOPORT LTD, выглядело это SRAPPOPORT LTD. Это можно понять как «Супер Раппопорт», но ассоциация с русским словом «срать» и копрофилистические замашки Раппопорта веселили ее не меньше. Анна рассмотрела: принтер печатает металл не совсем четко, возможно потому что он краденный и его кое-как настроили, лишь бы минимальные функции выполнял. Игла, распылявшая металл, ездила вперед и назад. Анна подошла очень близко: металлическая платформа при движении была зажата ее ростом, и печать следующего слоя металла была ошибочно осуществлена зигзагом, а не являлось продолжением того же прямоугольника. «Несолидно, однако, Раппопорт. Эта платформа должна была сбить меня с ног, а не мои ноги сильнее платформы и могут ее остановить или зажать», — подумала Анна. Она сделала фотографию краденного принтера с куском оригинального и самоустановленного логотипа. Неплохой компромат для костёла. Анна не исключала, что ноги могут помешать и оригинальному принтеру, а не только его краденной версии, но о безопасности тоже надо думать, например, остановка работы, если человек на линии. Мужчина под псевдонимом Бульдозер вывел ее на поверхность при помощи лифта и вот она уже смотрела в небо. Был поздний вечер, уже темнело. Анна подумала, что ей нужно нагнать Рика Кёртиса, пока он ничего не заподозрил. Она взяла телефон и хотела ему позвонить. Но в этот момент зазвонил ее телефон и на дисплее высветился номер, которого она не знает. Она много раз отжимала трубку, раз сорок, но этот номер не переставал звонить. Недовольная, Анна взяла трубку и хотела узнать, кто это. — Алло? — Здравствуй, Анна. Это заказчик. Тот самый. — Почем я знаю, что ты мой заказчик, а не пересмешник, нанятый Раппопортом? Кажется, ты позвонил не вовремя. — Я знаю о тебе абсолютно все, Анна, и могу это доказать. В семь лет тебе удалили аденоиды из носа без наркоза. На операцию тебя в больнице привели обманным путем: сказали, что потребовался второй осмотр. Ты сильно плакала и боялась, но так мы готовили тебя к виду крови. В отчетах, похищенных Раппопортом, нет этой детали. — Да, и я никому об этом не говорила, даже Рику, так что поверю. В таком случае, если ты мой заказчик, почему ты взял милость позвонить сейчас? Мне нужно попасть в организацию, — Анна сознательно избегала слова «костёл», за которое полагались штрафные санкции. — У меня просто нет времени трепаться с тобой и вспоминать детство. Меня ждет Рик, Администратор, Мэрил, у меня важная информация. Словом, у меня в голове детали, а у тебя? — У меня противоположная информация, Анна. Я не советую тебе ехать в организацию сейчас. Они точат вилы против тебя. Когда ты обманула Рика Кёртиса в самолете, и сказала, что спрыгнешь после него, ты послала его не на Черную гору, а гораздо раньше. Пока самолет подлетал к Черной горе, ты полчаса думала, как убить летчиков незаметно и внезапно, а вовсе не собиралась прыгать в течение пяти минут. Не волнуйся, они тебя не обвинят, тела слишком изуродованы, а странный звук с флешки черного ящика я уже перезаписал. Рик Кёртис звонил тебе в течение пяти часов, поссорился с Кеном Педроузом, и заподозрил сначала, что ты вывела Рика из организации с присвоением ему статуса бездействующего агента. Уточнив статус, у него появилась версия, что тебя завербовали Шульцы, но ты ведь была у Раппопорта, не так ли? После того, как ты уничтожила тот передатчик, а потом спецназ заложил свои бомбы и ликвидировал склад, Шульцы сбежали из Канады в Японию. А там один НАТОвский самолет обстрелял их квартиру, и всему клану конец. — На Раппопорта была объявлена крупная награда, он связался со мной в соцсети, написав на аккаунт художницы Анны, и я должна была воспользоваться этим шансом. Правда, мне сначала казалось, что за мной следит Администратор и Мэрил, может проверяют, смогу ли я предать организацию, но потом Раппопорт начал демонстрировать схемы, узлы, принтеры и прочие детали, так что я убедилась в реальности именно злодея. Я установила дипломатические отношения с Раппопортом. Он предложил мне похитить кое-какую информацию из нижнего сектора SM50, но я не обязана это делать. — Что именно он попросил и зачем? — Программу, формирующую открытые и закрытые ключи трехмерных принтеров, а также исходный код всех программ, драйверов и моделировщиков. Они необходимы для того, чтобы похищенные принтеры стали собственными и отвязались от серверов филиала, — она избегала тему заказчика Раппопорта, да и сама не знала, сообщил ли он ей правду или просто сам сбежал. И если это правда, был ли его заказчик действующим сотрудником костёла или такой же беглец, как и он сам. — Ты собираешься их похищать? — Нет, но если это будет необходимо для встречи с Раппопортом снова, можно дать ему приманку, предыдущую версию того, что он просит, а настоящие программы переписать и изменить. Ведь старый код открытых и закрытых ключей не поможет взломать ему новые пароли от трехмерного принтера. Как я могу доказать лучшие намерения? У меня есть фотография одного из похищенных принтеров с логотипом SRAPPOPORT, LTD. — Тебя собираются проверить на детекторе лжи. Честно ответь на вопросы и тебе не будут угрожать. Администратор и Мэрил Стокс уже готовятся на тебя давить различными ловушками: игнорируй их, у них нет конкретных доказательств кроме гипотез и версий. Есть один специальный фактор, о котором ты должна знать. Когда ты начала общение с Раппопортом через второй смартфон и базер, Рик, как тебе известно, что-то заподозрил. Он связался с Кеном и попросил установить видеонаблюдение за тобой. Но оказалось, что Кена Педроуза купил Раппопорт. Он видел, где ты прячешь смартфон и как общаешься с Раппопортом, но сказал Рику, что никаких подозрений нет. Завтра отправляется группа, она обыщет квартиру Кена Педроуза и уничтожит его на месте, вне зависимости от его хороших качеств. — Раппопорта они не смогли поймать, а Кена, сообщника Раппопорта, раскрыли? Где доказательства? Кену могла надоесть депрессивная жизнь и он просто взял все на себя. — У него была периодическая связь с Раппопортом по тем же буквам-цифрам, что и у тебя. Просто ты хотела привести организацию к логову Раппопорта, а Кен по его приказу ставил задачу обмануть Рика. Он ссылался на твою продажность с понтом, что Рик меньше всего подумает о подвохе Кена, которого давно знает. Педроуз был нужен Раппопорту, чтобы ты продолжала скрытно обмениваться информацией с ним, и в перспективе похищать сведения из филиала, а Рик закрывал на все глаза или не имел оснований что-то подозревать. Ведь его опровергает старый друг, работающий на сама знаешь кого. — Ничего себе! Какие вообще поединки из-за женщины! Но мне как-то совсем нелестно. Что сказать? Педроуз вообще уже допрыгался. Сначала эта неприятная история с насилием в темноте. Теперь шпионаж и получение денег. Заказчик сказал ей посмотреть на восток. Она увидела черный вертолет без внятных опознавательных знаков, незаметных даже в бинокле. Он был виден на фоне бликов в стекле от заката уходящего солнца. Бинокль был портативным без бленды: в более дорогих и сложных бликов могло не быть. Ей казалось странной ситуация, при которой ее хочет забрать какой-то вертолет, даже блики и непрофессиональность бинокля говорили: что-то не так. Летчики подлетели, открыли дверь и вытащили канат. Анна начала забираться. Ей не в первой, да и на тренировках были более сложные акробатические задания. — Будем знакомы, Анна, — говорил какой-то полноватый лысый мужичок в черном спортивном костюме. Его голос и вправду казался знакомым. — Я ваш заказчик, — она мгновенно вспомнила, что слышала его по телефону какие-то минуты назад, правда без части басов в голосе. — Куда вы меня тащите? В тюрьму для суперсолдат? — Нет, Анна. На брифинг. Ты должна кое-что узнать от меня. Больше вопросов он не задавал, да и спрашивать было бесполезно. Мужичок вел себя как те двое людей в черном. Она молча летела, одев наушники для подавления шума лопастей, и не знала, что ей ждать.