Веселые деньки Гробовщика

"Ах, молодость! Как беззаботна ты, прекрасна и вольна! Кружатся пары в легком танце, блестят красавиц дивные глаза, и чаша уж вином полна! И хмель всем телом и душой овладевает... Прошу, пожалуйте на бал, нам только вас и не хватает!" - в газете в первой колонке статья, посвященная скорому празднеству в доме графа Дорлейн, с "впечатляющей" стихотворной припиской с оригинального приглашения. - Хорошая завлекуха! - Кора скептически просмотрела статью, на мгновение задержав напряженный взгляд на словах "легкий танец". - Мисс Гремверс! - одернул ее Мортимер, затем с расстановкой, чуть растягивая слова на манер аристократов, продолжил, - не пристало леди вашего положения так выражаться! Не забывайте о своем статусе. - Ах, прошу прощения, мистер Лойд! Должно быть, мои необдуманные слова больно ранят ваш слух? - Да, это все дурное влияние вашего дяди с его натуральным хозяйством... То есть, я хотел сказать, с многомиллионными гектарами, отданными в аренду фермерам, снабжающим все наше государство. - Вы абсолютно правы, но страна сейчас находится в упадке, зато дядя обеспечил работой сотни людей, а... - Так стоп! Стоп, стоп! Кора, мы это обсуждали, ни слова о политике! Благовоспитанная девушка не станет критиковать правящий класс, ведь сама относится к нему! Поговори о моде, поэзии, о погоде в конце концов! - Знаешь, Лойд, я не собираюсь играть богатую дурочку! Человеку разум был дан не для обсуждения платьев и стихов! Живя вне "правящего класса", как ты выражаешься, лучше понимаешь обстановку в стране. Возможно, тонкости политических интриг мне не постичь, но я понимаю проблемы простого населения! - Так, закончим призыв к революции и сосредоточимся на деле. Не влезай в дебри, помни, ты ничего, подчеркиваю, ничего не знаешь о проблемах страны, твоя жизнь - праздник, все заботы лишь о хорошем времяпрепровождении. - Но как же... - Думаешь мне это нравится? Они там все насквозь прогнили, настоящие отбросы общества - самые надушенные и разодетые. Но тебе придется слиться с этой грязью ради дела. - Хорошо... - девушка устало потерла висок. После трех дней репетиций танцев ноги ныли, руки тряслись, а от светских бесед болела голова. "Ради дела... Ради дела. Но стоит ли оно того?" - эта мысль не давала ей покоя. Ватикан, ничего не объяснив, задал ей сложное задание, чтобы справиться с ним, экзорцистка должна пожертвовать всеми моральными принципами да еще и конечностями... - Давай еще раз, только не забывай, о чем мы говорили, - Мортимер тоже устал, даже для выносливого жнеца это был стресс. Он гонял Кору по залу, заставляя повторять элементы по десять раз, доводя до безупречного, ну или почти безупречного, затем, усадив ее на один из ящиков в зале, давал ей краткий перерыв, во время которого практиковали светские беседы на разные темы. Кажется, три дня, так мало времени, чтобы подготовиться к балу, даже если почти не есть и не спать, но если у тебя есть такой учитель как Мортимер , то тебе ничего не страшно! Точнее наоборот, жутко страшно, но зато действенно. У девушки были неплохие способности, врожденные и развитые на столь опасной работе, но этого было недостаточно. Они успели пройти азы, но для полноценного участия в празднике этого мало. Может, Гремверс и сможет станцевать один танец и поддержать разговор, но о кружении в паре с прекрасным принцем весь вечер можно забыть. Жаль, что сказки так далеки от реальности. Но помимо скоростного изучения манер и поведения, перед детективами стояла еще одна важная задача: добыть ингредиенты для заклинания, присланного для обессиливания лифона. А именно - кандалы из Кладовой жнецов. Как красочно описали это место сами шинигами, Кладовая представляет собой большой склад, забитый всякими магическими амулетами, свитками с заклинаниями и прочим хламом. Стоит ли говорить, что Кора теперь наяву грезила о посещении Библиотеки жнецов, ведь Кладовая была лишь пристройкой к огромному зданию, где на пленке хранились человеческие жизни. Про Библиотеку она знала с малых лет, когда только начала учиться на охотника за нечистью. После смерти человека шинигами с помощью своей косы забирают его душу и воспоминания о его жизни. Воспоминания хранятся в виде плёнки, которая при быстром прокручивании даёт живую картинку, потом они записываются в книгу и ставятся на полку в Библиотеку жнецов. Когда приходит время Страшного Суда, книгу достают и просматривают запись. Если человек совершал в жизни больше хороших поступков, то душа его отправляется в Рай, если же человек прожил грязную и распутную жизнь, то душу отсылают в Преисподнюю. Книги вновь возвращают в Библиотеку, где они и будут лежать вечно. На полках можно отыскать жизнь каждого человека, жившего с самого сотворения мира. Совсем не многие, не работающие в организации "Несущие смерть", могут похвастаться, что бывали там. Да и Гремверс жнецы навряд ли бы с собой взяли, но она проделала долгую и упорную работу по уговариванию Лойда, а бедный седовласый так устал от нытья, что согласился, не посвятив, однако, Воллиса. Было шесть часов утра, когда Кора, разбуженная приходом Мортимера, быстро одевалась и приводила себя в порядок. Все еще на койке в приюте... Она даже успела свыкнуться с этим унылым местом, которое Лойд просто терпеть не мог. Девушка очень волновалась, даже не столько из-за бала, на который она должна была явиться сегодня в десять вечера, сколько из-за визита в Библиотеку жнецов, да еще и без разрешения хозяев. - Быстрее! Ты хочешь подождать, пока все соберутся, и демонстративно протопать у них перед носом? Боюсь, тогда твоя жизнь закончится гораздо раньше написанной в книге даты! - Мортимер тоже не мог успокоиться, сегодняшний день был очень ответственным, и если что-то пойдет не так... Он даже думать об этом не хотел. А, между прочим, это ЧТО-ТО сейчас он брал с собой в секретной помещение, значит, уже все не так! Но, что поделать, сам согласился. - Да иду я! - наскоро заправив постель, экзорцистка засунула оружие под кровать и поспешила вслед за провожатым. Как объяснял Лойд, жнецы могут попасть в измерение, где находится Библиотека, из любого места лишь по собственному желанию, но чтобы протащить с собой такой тяжелый груз (на этих словах девушка пришла в негодование), ему придется открыть проход, а делать это можно только в местах с сильной энергетикой, и чтобы другие люди ничего не заметили. Им повезло, Собор Святого Павла был одним из самых сильных мест в Англии, да и идти от приюта до него совсем немного. Зайдя в один из переходов собора, жнец остановился, внимательно огляделся по сторонам и взял девушку за руку. Если бы так произошло месяц назад, то она бы смутилась, покраснела, но за последние три дня ладонь Мортимера стала настолько привычной для ее руки, что Гремверс стала воспринимать их связь как должное. - Не вздумай отнимать руку, иначе застрянешь где-то между измерениями. - И в мыслях не было, - улыбнулась Кора. Жнец закрыл глаза, девушка почувствовала, как начала едва заметно вибрировать земля, откуда-то сверху подул ветер, хотя низкий потолок этому только препятствовал, сила, исходящая от Лойда, просачивалась сквозь пальцы в тело Коры, точнее даже в душу, ибо где-то в груди появился теплый сгусток энергии, который все рос, а тело становилось невесомым. Вдруг, прямо перед ними появилась скважина в воздухе, словно кто-то разрезал пространство. Из нее исходил яркий бело-голубой свет. Седовласый шагнул вперед, увлекая девушку за собой. Секунда, и они уже стояли на мосту. Тело приобрело привычную массу, а неведомая энергия перестала ощущаться. Внизу не было ни реки, ни оврага, просто бледно-голубой туман, сзади мост тоже уходил в неизвестность, а впереди мощеная дорога вела к громадному белому пятиэтажному зданию со множеством окон и башен, пристройки тянулись далеко-далеко, до самого горизонта. Небо было темно-синее, без единого облачка, что сильно контрастировало с туманным Лондоном. - Вау! - только и смогла произнести пораженная экзорцистка. - Красиво? - усмехнулся Лойд. - Добро пожаловать в Библиотеку жнецов! С открытого пространства мудро решили уйти, вошли через один из сотни боковых входов и сразу очутились в огромном холле. Лестницы из белого мрамора вели наверх по обе стороны от центра зала. Помещение было пустынно, но скоро жнецы должны были явиться на работу. Пока поднимались по лестницам, проходили по коридорам, Мортимер объяснял девушке, с интересом рассматривавшей все вокруг, где, что, как работает. Пройдя несколько больших, как казалось Коре, залов и переходов, пара вышла в главный холл. Вот это было действительно впечатляющее зрелище! Стены были заставлены стеллажами, уходящими вперед и теряющимися в дымке, на них покоились книги, большие и маленькие, толстые и тонкие, но все цвета запекшейся крови, с оттенками фиолетового, шоколадного, даже почти черного. От них исходил странный едва заметный аромат. Каждая книга пахла по-своему, а на одной полке запахи перемешивались, создавая новые сочетания, некоторые благоухали цветами, пряностями, Кора уловила сильный запах корицы у одной из полок, некоторые же источали запах помоев и гнилых водорослей, что напомнило Коре о порте на Темзе. - У каждой души, как и у тела, в которое она помещена, есть свой неповторимый запах. По нему демоны определяют, насколько вкусная и чистая душа перед ними. Люди не могут почувствовать этот запах друг в друге или в себе, но в книгах их жизни, когда аромат уже не скрывают помыслы и эмоции, его может почувствовать каждый. - А ты чувствуешь, как пахнет моя душа? - девушка округлила глаза. - Да. - Как?! - Запах очень сложно объяснить словами! Тем более такой сложный, как у человеческой души! - Ну Мо-о-ортимер, ну пожа-а-алуйста! - Да что ты прицепилась?! Ну хорошо!...- он с шумом вдохнул воздух и сосредоточенно начал хмурить брови, пытаясь что-то вспомнить. - Э-э-э... Фиалками, медом, солью, с оттенком серебра. - А разве серебро пахнет? - Для вас, может и нет, а для нас - да. - То есть ты постоянно чувствуешь странную смесь моего запаха? - Ну да... На самом деле довольно вкусно получается! - он подмигнул и облизнулся. - Лойд! - Что? После краткой экскурсии по первому этажу, седовласый поспешил увести спутницу подальше, так как начали прибывать жнецы. Они бежали по коридорам, запутанным словно в лабиринте, Гремверс только удивлялась, как Мортимер умудрился запомнить все направления! Наконец, когда они удалились на приличное, по человеческим меркам, расстояние от главного холла, жнец, после очередного поворота, резко остановился у больших кованных дверей. - Пришли! - жизнерадостно объявил он, даже не запыхавшись. - Ага, - только и смогла выдохнуть девушка. Сердце, бившееся в ускоренном темпе после бега, еще больше участило ритм, ведь перед ней сейчас откроются двери великой Кладовой! Лойд толкнул двери и они с тихим скрипом распахнулись, открывая глазам пораженной экзорцистки заваленное коробками и ящиками пространство склада. Несмело ступая по каменным плитам, Кора продвигалась дальше от дверей в темноту зала. - Почему здесь так темно? - Жнецам и так все хорошо видно, - пожал плечами шинигами. - Тогда почему в Библиотеке так светло? - Для красоты! - отмахнулся собеседник и пошел к центру склада. На этот раз поиски длились намного дольше. Поскольку обычно жнецы в Кладовую заглядывали нечасто, то знать, где лежит нужный предмет в горе из миллиона других, им было не нужно. Но сейчас, после трехчасового блуждания по складу, Мортимер очень жалел, что их не заставили раньше учить, где и что лежит. В процессе поиска отыскивались самые необычные вещи: кувшин, вода из которого не вытекала и была холоднее льда, сломанная скрипка, издающая странный визги, когда к ней прикасались и, наконец, огромные напольные часы. Когда Кора случайно задела их, пытаясь посмотреть на содержимое рядом стоящей коробки, они угрожающе зашатались, стрелки вытянулись на "двенадцать" и с грохотом оторвались от циферблата, выстрелили в Кору, та едва успела отшатнуться, и стрелы не пронзили ей живот, но попали в подол платья, приковав ее ноги к полу. Дальше стало еще страннее и страшнее, цифры соскочили с положенных мест и взлетели, кружась над головой девушки. Скрепившись между собой в цепочку, они набросились на несчастную, явно пытаясь задушить. Но экзорцистка, благодаря хорошей реакции и навыкам, приобретенным в войне с нечистой силой, успела схватиться рукой за маятник часов. На удивление легко оторвав его, она орудовала им как мечом, пытаясь отогнать цифры. Зрелище было забавное, но только Коре было не до смеха. Часы никак не хотели отстать. Ножки зашатались, и громадные и, наверняка, жутко тяжелые часы накренились и начали падать прямо на нее. Гремверс дернулась, но стрелки крепко держали ее на месте. "Лойд!" - только и успела она мысленно взмолиться, даже не надеясь на успех. Часы были всего в нескольких сантиметрах от нее, девушка в страхе закрыла глаза и прикрыла голову, готовятся к удару. Но удара не произошло, лишь что-то несильно толкнуло ее в спину. Подождав секунду, она с опаской приоткрыла веки, взгляд уткнулся в фигуру, стоящую между ней и злополучными часами. На черное пальто свисали длинные серебристые пряди. - Ну и? Ты еще раз попросишь меня взять тебя с собой куда-нибудь? - такой родной голос, с теми же нотками ехидства, правда более напряженный чем обычно. Гремверс пришла в себя, по крайней мере достаточно отошла от шока, чтобы оценить обстановку. Лойд пришел как раз вовремя, остановил часы одной рукой, а другой придвинул к себе девушку и закрыл телом от часов, видимо на случай, если те все-таки упадут. Теперь Кора стояла, прижатая стрелками к полу и Мортимером к себе, нельзя сказать, что это было удобное положение, но можно и потерпеть, если жить хочется. Их "объятия" продлились не более пары секунд. Жнец оттолкнул часы, и они заняли прежнее место, затем наклонился и с легкостью вырвал стрелки из камня, в который они ушли на целую ладонь. - Спасибо. Это уже второй мой должок тебе! - освободившись и переменив положение, Кора благодарно посмотрела на спасителя. - А что это было? - Проклятые часы, - будничным тоном сообщил Лойд. - Кстати, тебе придется меня отблагодарить! - Ой, знаю я твои желания дурацкие! Заставишь меня танцевать с тобой? - Ну вот, меня раскрыли! - притворно расстроился седовласый. - Чуть не забыл! - он достал из-за спины странные черные наручники. - Я нашел сокровище! - Молодец! А теперь пойдём отсюда! А то мало ли что еще захочет меня убить! - Аккуратнее быть надо, деточка. - Бе-бе-бе! В ответ на кривлянье двадцатилетней девчонки, восьмисотлетний помощник смерти лишь показал язык.