Когда глаза привыкнут к темноте

Я сидел, прислонившись спиной к дереву, и зажимал руками кровоточащий бок. Из-за недавнего бега дышал я тяжело и часто. Шума погони не было слышно, но я знал, что мои преследователи находятся недалеко. Впрочем, теперь это было не так уж важно. Все равно жить мне осталось от силы несколько минут. Я немного запрокинул голову, уткнувшись затылком в ствол дерева, и посмотрел в небо. Начинал накрапывать дождь. В детстве мать рассказывала мне, что по хорошему человеку, когда он умирает, плачет небо. Еще одна красивая ложь. Я вздохнул, изможденно прикрывая веки. Сил совсем не осталось. Да. Похоже, это действительно был конец. При мысли об этом я самоуничижительно усмехнулся, и из уголков моих губ потекли тонкие ручейки крови. Если бы я знал, что все так закончится, то убил бы их всех, пока была такая возможность. «Но что теперь жалеть об упущенной возможности», — подумал я угасающим сознанием, и меня поглотила темнота. Когда я очнулся в следующий раз, то увидел над собой потолок просторной комнаты с бледно-лиловыми стенами. Я лежал на широкой кровати под балдахином и некоторое время пытался сообразить, где я и что происходит. Вспомнив о своем побеге и предшествовавшей ему погоне, я отбросил одеяло и вскочил с кровати. У меня не было времени думать о том, как гнавшимся за мной ублюдкам удалось вытащить меня с того света. Главное сейчас — выбраться отсюда. Оглядевшись по сторонам, я увидел слева от себя дверь. Справа находились окна с опущенными шторами, а впереди — камин. Комната была мне незнакома. Похоже, меня приволокли куда-то в другое место, а не домой. И это было плохо. Расположения здешних комнат я не знал, а значит, можно было даже не надеяться бежать через дверь. Оставалось только окно. Когда я распахнул шторы, моему взору открылось поместье, ничуть не уступавшее тому, в котором я вырос. Синяя черепичная крыша, длинные высокие окна и башни, украшенные шпилями. По сторонам чернел лес, а за ним простирались поля. Похоже, даже если мне удастся сбежать, пару суток придется провести в лесу, перебиваясь кое-какой растительной пищей. После некоторых усилий мне удалось открыть обе створки, и я выглянул вниз. От земли меня отделял один высокий этаж. Стена была абсолютно гладкой, и было совершенно ясно, что втискивать пальцы некуда. Я уже готов был связать веревку из простыней, как вдруг раздался чей-то голос: [Автоматический запуск Системы. Идёт загрузка… Загрузка завершена]. Я хотел было оглядеться в поисках говорившего, но вовремя сообразил, что голос звучит внутри моей головы, а не идет извне. [Здравствуйте! Вас приветствует система «The Second Chance», — сказал женский механический голос. — Вы были успешно перерождены в мире «Темный Дворецкий». Вам автоматически присвоена личность «Алоис Транси», Паука королевы и главы рода Транси]. Я застыл, пытаясь переварить услышанное. Голос между тем продолжал: [Ваше основное задание — раскрыть тайну гибели Винсента и Рэйчел Фантомхайв. Вам начислено 100 стартовых очков. При успешном выполнении различных миссий Вы будете получать дополнительные очки. Пожалуйста, убедитесь, что количество очков не равняется 0, в противном случае Вам будет назначен штраф]. — Ты правда думаешь, что я поверю в этот бред? — спросил я и тут же осекся. Мой голос звучал по-мальчишески звонко: чуть выше, чем мужской, но и не женский. Он не мог принадлежать двадцатисемилетнему мужчине, коим я был. Я опустил голову, оглядывая себя. На мне была надета белая ночная рубашка, которая задралась, обнажая худые белые ноги. Я перевел взгляд на свои руки. Эти узкие кисти с изящными пальцами и ухоженными ногтями никак не могли принадлежать мне. Это не могло быть правдой. Просто не могло. Я надавил пальцем на глаз и снова посмотрел на свою руку. Рука раздвоилась. Значит, это была не галлюцинация. Я поднял голову и в нерешительности огляделся по сторонам. — Эй, — позвал я и сам удивился, насколько хрипло прозвучал мой голос. — Так я действительно попал в аниме? [Вам не обязательно говорить вслух. Я читаю Ваши мысли]. «Все?» — уточнил я, переходя на мысленный диалог. [Только те, в которых Вы ко мне обращаетесь, — сказала Система. — Что же касаемо Вашего предыдущего вопроса, Вы действительно попали в мир «Темного Дворецкого»]. В этот момент в двери постучали. Наверное, это был Клод. Я схватил с прикроватной тумбочки канделябр и швырнул им в дверь. — Убирайся! Я никого не хочу видеть! Какое-то время за дверью стояла тишина, потом послышались удаляющиеся шаги. Выдохнув, я упал на кровать и уставился в потолок. Значит, я все-таки умер. Но на этом все не закончилось, и я переродился. И не где-нибудь, а в вымышленном мире Яны Тобосо, подарившей миру маленького графа и его демона-дворецкого. «Да я чертов везунчик!» — подумал я и криво усмехнулся. Пожалуй, «Темный Дворецкий» был единственной мангой, за обновлениями которой я все время следил и экранизацию которой досмотрел до конца. Но надо же было так случиться, что из всех возможных персонажей я угодил именно в тело Алоиса Транси. Оставалось надеяться, что я не кончу так же, как он. Возложенное на меня задание также вызывало смешанные чувства. Я должен разоблачить убийцу четы Фантомхайв, но разве после просмотра аниме не стало ясно, что в их смерти повинны королева Виктория и падший ангел? Впрочем, Система не стала бы давать мне заведомо невыполнимое задание. Значит, за действиями этих двоих стоял кто-то еще. Кто-то достаточно умный и достаточно всемогущий, чтобы договориться с падшим ангелом и манипулировать королевой Англии. Но была и другая вероятность. Я попал в мангу, а не в аниме. То, что Алоис Транси ни разу не фигурировал в манге, еще не означало, что его там нет. К тому же, если подумать, Система никогда ничего не говорила об аниме. Она лишь обмолвилась, что я попал в мир «Темного Дворецкого». Я мог придумать только один способ проверить свою догадку. Я должен спуститься в подвал и проверить, нет ли там коробки из-под чая с кольцом рода Фантомхайв внутри. И если я все же попал в аниме, то можно попытаться убить Сиэля до того, как им заинтересуется Клод. Не думаю, что нельзя раскрыть тайну гибели Винсента и Рэйчел Фантомхайв без участия их сына. [Если умрет главный герой, Вы тоже умрете], — хладнокровно заметила Система. «Не вижу логики», — нахмурился я. Я должен разоблачить убийцу четы Фантомхайв, но если мне это удастся, контракт, заключенный между Сиэлем и Себастьяном, будет завершен. Как итог, главный герой лишится своей души, а я последую за ним в загробный мир, так как наши жизни связаны. [Вам и не нужно видеть в этом логики. Просто знайте это], — вежливо-холодным тоном произнесла она. «Я могу отказаться от выполнения основного задания?» — спросил я без особой надежды. [Можете, но тогда Вы умрете]. «Я умру в любом случае!» — закатил я глаза. В дверь снова постучали. — Войдите, — подумав, сказал я. Двери тотчас отворились, и высокий статный мужчина вкатил в комнату сервированную тележку с чаем. «Так вот он какой, этот демон-дворецкий дома Транси», — подумал я, ненавязчиво оглядев гостя. Наверное, это и называется «дьявольски красив». Кожа у него была цвета алебастра. Черные волосы были небрежно зачесаны назад, несколько прядей падали на лицо. Из-под аккуратных прямых бровей сверкали янтарные глаза. [Клод Фаустус — демон-дворецкий дома Транси. Он апатичен и имеет полное отсутствие симпатии к своему хозяину. Но у него есть еще и другая сторона, непредсказуемая, безумная и невероятно опасная. «Я обращу день в ночь, Сахар в соль, Живых в мертвецов, Таков дворецкий семьи Транси»]. Ну, что я могу сказать? Фамилия у демона была говорящая. Помнится, старик Фауст слыл в народе чернокнижником и союзником дьявола. Интересно, Клод сам выбрал себе фамилию или это сделал Алоис? — Вы не должны сидеть с открытым окном. Вы можете простудиться, — сказал Клод, закрыв створки. Эти слова можно было бы принять за заботу, если бы не безразличный голос, которым они были произнесены. «Айсберг, а не человек, — хмыкнул я. — Хотя, о чем это я? Он ведь действительно не человек, а демон». Разлив чай по чашкам, Клод протянул одну мне, после чего встал на одно колено и стал одевать меня. Никто не вспоминал утренний инцидент. Закончив, дворецкий поклонился и вышел из комнаты. Воспользовавшись его отсутствием, я приблизился к гардеробу и открыл дверцы. Не подумайте, у меня вовсе не было намерения переодеваться. Мне просто хотелось знать содержимое теперь уже моего шкафа, чтобы в следующий раз выбрать одежду, соответствующую моему статусу. Как по мне, Алоис был уже не в том возрасте, чтобы щеголять в коротких шортах и сапогах на высоких каблуках. Так вот, возвращаясь к гардеробу. Он состоял из крахмальных рубашек, жилетов, сюртуков, шорт и брюк. Судя по состоянию вещей, Алоис не успел перемерить даже половину своего гардероба. Неплохо. Жаль только, что нижнее белье еще не изобрели. Живот заурчал, сигнализируя о том, что пора бы спуститься к завтраку. Выйдя из комнаты, я оглядел коридор и остановился в раздумье. Расположение здешних комнат полностью отличалось от планировки поместья, в котором я жил. Поэтому я не знал, где может находиться столовая. [Желаете приобрести навык «Карта»? — подала голос Система. — Навык «Карта» позволит Вам проложить маршрут в любое нужное место. Цена: 15 очков]. «Да», — подумав, ответил я. Так вот зачем были нужны эти очки. [Идет загрузка… Загрузка завершена. Маршрут проложен. Пожалуйста, следуйте за красной линией на полу]. Я спустился в столовую, где уже был накрыт стол. Признаться, я был немного разочарован, так как ожидал увидеть нечто большее, чем традиционный английский завтрак. Похоже, Клод не баловал Алоиса так, как баловал Сиэля Себастьян. Вышеупомянутый демон сделал вид, будто не заметил моего разочарования. Закончив завтракать, я вытер губы салфеткой и оглядел собравшуюся прислугу. Будучи тройняшками, Кентербери, Томпсон и Тимбер были, как говорится, на одно лицо. Волосы у них были фиолетовыми, а глаза — красными. Отличить их можно было только по прическам. [Кентербери, Томпсон и Тимбер — демоны-слуги дома Транси, а также подчиненные Ханны Анафелоуз. Пока Ханна Анафелоуз лояльна Алоису Транси, они так же будут ему верны. Как правило, тройняшки тихие и сдержанные, но если разрешить им говорить, то можно обнаружить, что они ужасно болтливы. Кентербери управляющий поместьем, Томпсон садовник, а Тимбер — повар. «…Если бы не мисс Ханна, я бы давным-давно сжег это поместье. …Сжег к чертям. …Это не заняло бы много времени»]. «Так это тебя я должен винить в своем скудном завтраке?» — уставился я на Тимбера. Тот переглянулся со своими братьями, и они зашептались. — Можете говорить вслух, — махнул я рукой. Я не был таким же вспыльчивым, как Алоис. Что бы они там ни сказали, меня это вряд ли заденет. — Ваше Высочество, Вы уверены? — вкрадчиво спросил Клод. — Как я уже говорил Вам в прошлый раз, они абсолютно не умеют следить за языком. — Я помню твои слова, — сказал я, подперев щеку рукой. — Но мой ответ не изменился. Вина в отсутствии их этикета лежит на тебе. Это твоя обязанность как дворецкого следить за тем, как слуги себя ведут и исполняют свои обязанности. Не похоже было, что мне удастся прожить долгую жизнь. Так почему бы не позлить заносчивого демона? — Клода отчитали, — констатировал Томпсон. — В кои-то веки, — кивнул Кентербери. — Давно надо было это сделать, — сказал Тимбер. «А вы мне нравитесь», — подумал я, с улыбкой глядя, как дернулась бровь дворецкого. Жаль, что он хорошо владел своим лицом. Вздохнув, я перевел взгляд на Ханну. Это была стройная смуглая женщина. Она была красива, впрочем, как и все остальные. У нее были длинные серебристо-лавандовые волосы, собранные в косу, темно-синие глаза, аккуратный прямой нос и красиво очерченный рот с выкрашенными фиолетовым губами. [Ханна Анафелоуз — демон и горничная поместья Транси. Она спокойна и сдержанна, но если обидеть ее хозяина, она выпустит когти и обнажит клыки. «Наша любовь приведёт нас в вечный Рай»]. «Странная фраза», — подумал я. В конце концов, не пристало демону говорить о Рае. Из мыслей меня вырвал голос Клода: — Теперь, когда Вы позавтракали, Вам пора приступить к своим обязанностям и заняться делами компании. После обеда у Вас урок игры на фортепиано с миссис Уоррен, а дальше уроки французского и немецкого языков с миссис Беннет и мистером Бернхардом соответственно. При слове «фортепиано» я вздрогнул, но попытался скрыть это. Будучи теперь представителем аристократии, я понимал, что рано или поздно мне придется сесть за рояль и сыграть, но лучше пусть это случится поздно, чем рано. — Отмени урок фортепиано и не забудь уведомить об этом миссис Уоррен. Скажи ей, что мне нездоровится, — сказал я как можно небрежнее. Клод внимательно посмотрел на меня, а потом, отвернувшись, сказал: — Как прикажете, Ваше Высочество. — Отведи меня в подвал, — сказал я, уже обращаясь к Ханне. Я поднялся, и мы покинули столовую, сопровождаемые взглядом дворецкого. В подвале было тускло, сухо и мрачно. Вдоль стен высились шкафы из темного дерева, полки которых были заставлены запечатанными сургучом бутылками и чайными коробками. Я прошелся вдоль винных стеллажей и с довольным видом оценил запасы. Как хорошо, что, будучи теперь снова юным, я мог не ограничивать себя в спиртном. И вообще, кто знает, сколько мне осталось жить. [Это не повод бросаться в омут с головой], — неодобрительно заметила Система, и я с сожалением отошел от полок с алкоголем. Не то чтобы я внял ее словам, просто были дела поважнее. Я исследовал полки с чаем и с облегчением обнаружил отсутствие той злосчастной банки, внутри которой должно было находиться кольцо рода Фантомхайв. Недолго думая, взял одну случайную коробку из-под чая и бросил ее стоящей в стороне Ханне. — Завари мне его, — сказал я. — Я буду у себя в кабинете. Когда Ханна ушла, я в последний раз окинул взглядом подвал. К счастью, я все-таки попал в мангу. Сейчас было начало весны тысяча восемьсот восемьдесят девятого года, а значит, Сиэль Фантомхайв закрыл дело о похищенных цирковыми артистами детях и погрузился в пучину бытовой суеты. Используя навык «Карта», я быстро добрался до своего кабинета. Клод уже ждал меня внутри. На рабочем столе аккуратными стопками лежали документы и письма. Обозрев непочатый край предстоящей работы, я откинулся на спинку кресла и потер виски. «Слушай, ну вот не верю я, что Алоис управлялся со всеми этими бумажками», — мысленно пробормотал я. [Чего только не сделаешь, чтобы произвести впечатление на любимого человека], — философски заметила Система. Я закатил глаза. Думается мне, что Клод даже не заметил усилий моего предшественника. После просмотра документов я выяснил, что род Транси владеет компанией, контролирующей целую сеть ювелирных магазинов, и ипподромом. Теперь было понятно, откуда у семьи столько денег. — Сегодня вечером на ужин прибудет господин Арнольд Транси, — сообщил мне за обедом Клод. — На этот раз его сопровождает священник. «Вот и сюжет подъехал», — подумал я со вздохом. Я сидел, подперев рукой щеку, и ковырялся вилкой в остатках картошки. Арнольд был младшим братом Уильяма, бывшего главы дома. У него давно были сомнения по поводу того, что Алоис является его племянником, и он, наконец, решил сделать свой ход. В общем-то, Арнольд был прав. Алоис действительно был самозванцем. Джим Маккен, так его звали на самом деле. Он был сиротой, родом из деревни. Лука, его младший брат, погиб в огне вместе с остальными жителями деревни. Выжил только Джим. По крайней мере, он так думал. Раньше Джим жил за счет украденных вещей. Но так как все жители деревни были мертвы, воровать было не у кого, и Джиму пришлось скитаться, пока его вместе с такими же, как и он, беспризорниками не отправили в поместье Транси. Тогдашним главой семьи был Уильям Транси, и он растлевал малолетних мальчиков. Во время пребывания в поместье Транси до Джима достигли слухи о фее, которая может исполнить любое желание. В точности выполнив инструкции, данные ему другими мальчишками, он призвал демона, который позже представился Клодом. Осознав, что у Джима нет желания, которое он хотел бы исполнить, Клод велел ему возвращаться, когда оно у него появится. Когда настала его очередь, Джим соблазнил Уильяма Транси и заделался его любимцем. Граф стал задаривать его подарками, а позже даже дал разрешение свободно перемещаться по поместью. К тому времени Джим определился со своим желанием и снова призвал демона. Он хотел узнать, кто стоял за трагедией в деревне, и отомстить за смерть брата. Клод решил воспользоваться этим. Ведь пока контрактор был в этом твердо убежден, договор можно было считать выполненным. Судя по всему, имели место какие-то личные счёты, и Клод сделал козлом отпущения Себастьяна. Якобы тот уничтожил деревню, выполняя условия контракта с одним человеком. Сиэль Фантомхайв стал следующим контрактором Себастьяна, и Джим решил заполучить его, надеясь таким образом отомстить демону, отнявшему у него младшего брата. Уильям Транси раньше был женат и имел сына, которого звали Алоис. Последний был похищен вскоре после своего рождения, и графиня Транси, не выдержав горя, покончила с собой. Когда Уильям почил, Джим воспользовался этим фактом, а также своим сходством с покойной графиней, чтобы стать следующим графом Транси. [Внимание! Вам доступно задание «Под маской лжи». Описание: Арнольд Транси сомневается в том, что Вы являетесь сыном его брата. Предотвратите разоблачение собственной личности. Награда за выполнение задания: 20 очков. Штраф в случае провала задания: Лишение титула графа и объявление в розыск]. — Должен ли я вернуть поместью прежний вид? — спросил Клод, видя, что я продолжаю молчать. Со смертью прежнего главы семьи поместье претерпело большие изменения. Большая часть мебели была заменена, обои сменили свой цвет с красного на сизый, а дорогие, но безвкусные картины были сняты со стен и сложены на чердаке. — Зачем? — вяло удивился я, подняв взгляд на дворецкого. — Арнольд вряд ли станет относиться ко мне лучше просто потому, что я оставил поместье нетронутым. Поэтому не утруждай себя. — Тогда что Вы собираетесь делать? — спросил Клод. В его голосе я уловил заинтересованные нотки. — Ничего. Хотя… — задумчиво протянул я. — У нас ведь сохранился семейный портрет? Клод кивнул. — Повесь его в столовой. Уверен, гости не откажутся составить мне компанию за ужином, — усмехнулся я и, подумав, добавил: — Еще мне нужна вся имеющаяся информация по Арнольду Транси. [Что Вы задумали?] «Скоро узнаешь», — отмахнулся я. Клод опустился на одно колено и, приложив правую руку к сердцу, сказал лишь три слова: — Да, Ваше Высочество. Приталенный черный фрак, прекрасно подчеркивавший достоинства его фигуры, начищенные до блеска туфли и словно вылепленное искусным скульптором лицо. В этот момент он был настолько красив, что я невольно засмотрелся на него. Опомнившись, я кашлянул в кулак и отвернулся. Кажется, я недооценил дьявольское обаяние дворецкого. Янтарные глаза сверкнули холодом, но я этого уже не увидел.

♔♔♔

Мы сидели в гостиной за столом. Клод стоял за моим плечом и время от времени наполнял наши чашки чаем. — Я с большим удовольствием должен отметить Ваши успехи, граф, — сказал мистер Бернхард, который как раз закончил проверять мои бумаги. Это был мужчина средних лет с каштановыми волосами и карими глазами. — Благодарю, — отозвался я. Мистер Бернхард был моим учителем немецкого языка, и мне очень повезло, что он решил посвятить сегодняшний урок письменной работе. Ранее на уроке французского языка мне пришлось вести с миссис Беннет полноценную беседу, и последняя была поражена достигнутым мной прогрессом. Хорошо еще, что Клода тогда не было рядом. Так и спалиться недолго, честное слово. [Вы, получается, полиглот? — спросила Система. Еще до того, как начались занятия, она пыталась втюхать мне навык «Языкознание» за баснословные очки, но потерпела неудачу. — Кем же Вы были в своей прошлой жизни?] «Разве это имеет теперь значение?» [Если это тайна, извините]. «Так что там с Арнольдом? — перевел я тему разговора. — Сколько времени осталось до его приезда?» [Два часа три минуты сорок восемь секунд], — ответила Система. «Похоже, пора закругляться», — подумал я, а вслух сказал: — Что Вы думаете насчет ужина, мистер Бернхард? Ко мне как раз приезжает дядя. Думаю, ему будет интересно узнать о моих успехах. Учитель немецкого уже готов был согласиться, но, услышав второе предложение, заколебался. Видя это, я сказал: — Сэр, я настаиваю. — Не думаю, что это будет уместно, — с сомнением в голосе проговорил мистер Бернхард. — Прошу Вас, сэр, — настойчиво произнес я. — Я буду рад Вашей компании. Неужели Вы откажите мне в такой малости? Мистер Бернхард еще некоторое время колебался, но потом все же согласился. Я велел слугам подготовить гостевую комнату, сам же удалился в сопровождении дворецкого. — Клод, ты собрал сведения, которые я просил? — спросил я. Пока я мучился с французским языком, демон пропадал в городе, выполняя мое поручение. — Вся нужная Вам информация лежит на столе у Вас в кабинете. — Хорошая работа, — кивнул я. Оказавшись в своем кабинете, я сел за стол и стал просматривать собранную информацию об Арнольде Транси. Закончив, я откинулся на спинку кресла и задумался. Теперь было понятно, почему мой новоявленный дядюшка вдруг засуетился. Арнольд Транси был женат, и у него было двое детей, обе девочки. Одна из его дочерей, Дебора, уже через месяц выходила замуж, а денег на приданое не было. Едя сюда вместе со священником, Арнольд преследовал две цели. Во-первых, убедиться в подлинности личности своего племянника, а во-вторых, попросить денег в долг. — Это упрощает дело, — пробормотал я и продолжил, уже обращаясь к Клоду: — Подготовь документы на пятнадцать соток земли и несколько золотых украшений, оставшихся от покойной графини Транси. Транси владели участками земли размером свыше пятидесяти гектаров. С меня не убудет, если я дам своим родственничкам немного земли. — Как прикажете, Ваше Высочество. Клод поклонился и покинул комнату. Я повернулся в кресле и задумчиво посмотрел в окно.

♙♙♙

Тем временем за несколько километров от поместья Транси ехала карета, запряженная двумя лошадьми. В карете сидели трое: Арнольд Транси, святой отец Генри и виконт Алистер Чембер. Арнольд изначально не планировал брать с собой Алистера. Виконт Друитт приехал к нему с визитом в то время, когда он покидал свой особняк. Хотя Алистер был его племянником, Арнольд опасался оставлять его наедине со своей женой и дочерьми, и ему ничего не оставалось, кроме как взять его с собой. Дело было в том, что Чембер владел подпольным аукционом, на котором продавал женщин и части их тел. Но Арнольд потерял право его судить, когда одолжил у него деньги, прекрасно зная их происхождение. Да и что он мог сказать, если его собственный родной брат, будучи еще живым, растлевал детей? Зная об этом увлечении Уильяма, Арнольд сомневался в подлинности личности Алоиса. Что, если последний был одной из постельных игрушек его брата? — Вы сказали, что подозреваете своего племянника в самозванстве, верно? — спросил священник, вырывая его из раздумий. — Да, — кивнул Арнольд. Уильям и его жена долгое время не могли завести ребенка. Арнольд нередко думал, что это расплата за все грехи, которые совершил его брат. Но потом невестка все же забеременела, а после даже родила здорового мальчика, которого они с мужем назвали Алоисом. Когда эти вести дошли до Арнольда, он не мог не почувствовать беспокойства за будущее своего племянника. Правда, он успокоил себя тем, что его брат хоть и пал низко, но не настолько, чтобы позариться на собственного сына. В какой-то момент Арнольд даже стал надеяться, что наличие ребенка образумит Уильяма. И действительно, его брат стал проявлять сдержанность в поведении и проводить больше времени с семьей. Но потом кое-что произошло, и все вернулось на круги своя. — Алоиса похитили сразу после рождения, — сказал Арнольд. — Моя невестка от горя покончила с собой, а брат отправился на поиски своего сына. На самом деле Уильям в то время выполнял поручение королевы. Как и пресловутые Фантомхайвы, Транси выступали в качестве тайного органа исполнительной власти, контролируемого королевской семьей. — Он искал везде, но безрезультатно. А потом Алоис вернулся, — констатировал Арнольд и, сделав паузу, продолжил: — Но не один, а вместе с черным как смоль дворецким. Перед глазами у него живо встал образ высокого мужчины, одетого во все черное, с бледной кожей и янтарными глазами. — Вскоре после этого мой брат таинственным образом умер, и Алоис встал во главе рода Транси, — закончил он свой рассказ. — Значит, — заключил священник, — нет никаких доказательств, что нынешний граф Транси приходится сыном Вашему брату. — Верно, — сказал Арнольд, глядя в окно кареты. Они прибыли. — Отец Генри, Вы хорошо чувствуете ложь. А Вы, виконт Друитт, были неплохо знакомы с Уильямом. Я бы хотел, чтобы вы помогли мне раскрыть тайну этого юноши. Если таковая, конечно, у него имеется. — Ах, к чему эта официальность! — воскликнул Чембер. — Зовите меня просто Алистер, дядя. А не то отец Генри может подумать, что мы чужие друг другу. Арнольд предпочел проигнорировать его реплику. Вот уж чего он хотел меньше всего, так это чтобы его ассоциировали с виконтом Друиттом. Когда они вышли из кареты, им навстречу вышел светловолосый юноша в сопровождении дворецкого и еще какого-то мужчины. Арнольд сразу узнал Алоиса, хотя видел его только однажды — на похоронах брата. Несколько раз он приходил в графское поместье, но там его всегда встречал один лишь дворецкий. За тот год, что они не виделись, Алоис изменился. Говорят, юноши дурнеют с возрастом, но он стал еще красивее. Хотя детская нескладность фигуры еще не исчезла, он прибавил в росте и ширине плеч. На нем был фиолетовый сюртук, светлая рубашка, поверх которой темнел зеленый жилет в черную полоску, короткие шорты и высокие обтяжные сапоги на каблуках. Может, на ком-то подобная одежда смотрелась бы нелепо или излишне претенциозно, но только не на нем. Существовала такая порода людей, что ни надень — всегда уместно и элегантно. Алоис был одним из них. — Алоис Транси, глава рода Транси, к вашим услугам, господа, — с улыбкой поприветствовал их юноша. — Давно не виделись, дядя. Могу я узнать имена Ваших спутников? Прежде чем Арнольд успел что-то ответить, послышался чей-то стон. Это был виконт Друитт. — Господь сделал чудовищную ошибку, даровав титул графа такому молодому юноше! — эмоционально воскликнул он, схватившись за грудь. Его глаза жадно изучали каждую черточку лица юноши. — Смогут ли эти хрупкие плечи вынести на себе такое тяжелое бремя ответственности?! Но я прощаю тебя, Господь! Аминь! — Знаете ли… — хмуро начал было священник, но Алистер его уже не слушал. Он приблизился к Алоису и обхватил узкую мальчишескую ладонь. Стоя рядом, они были похожи друг на друга. Оба одинаково стройные, светловолосые и красивые. — Вам стоит прислушаться к святому отцу. Ваши слова могут показаться некоторым людям… кощунственными. — На последнем слове Алоис запнулся. Виконт Друитт прижался губами к костяшкам его пальцев, и он растерянно посмотрел на стоящих за его спиной мужчин. Дворецкий сохранял на лице невозмутимое выражение. Брови другого были нахмурены, а губы поджаты. Но прежде чем кто-то из них успел что-то предпринять, отец Генри увел Алистера в сторону. Видит Бог, он еще никогда в жизни не был так смущен. — Алоис, познакомься, это святой отец Генри и виконт Алистер Чембер, — прокашлявшись, представил своих спутников Арнольд. — Я прихожусь тебе троюродным братом! — с энтузиазмом добавил виконт Друитт. Алоис удивленно приподнял брови, а потом кивнул: — Приятно познакомиться. — А этого джентльмена как зовут? — спросил Арнольд, переводя взгляд на кареглазого мужчину. — Это мой учитель немецкого языка — Андреас Бернхард, — представил его Алоис. Судя по имени и внешности, он был южным немцем. — Как мне к Вам обращаться? — спросил Арнольд после обмена рукопожатиями. — У меня нет никакого титула, поэтому зовите меня просто мистер Бернхард, — ответил Андреас на чистейшем английском языке, чем немного удивил его. Арнольд перевел взгляд обратно на Алоиса. — Надеюсь, своим визитом мы не отвлекли тебя от важных дел? Просто ты всегда так занят, что я тебя совсем не вижу, — сказал он, следя за выражением лица юноши. Те, кто умеет читать между строк, конечно же, поняли, на что он намекает. Алоис нахмурился, потом улыбнулся и произнес: — Ничего такого, что не могло бы подождать. Видя, что он проигнорировал вторую часть его слов, Арнольд лишь уверился в том, что до сегодняшнего дня Алоис нарочно избегал его. — Давайте пройдем внутрь, — предложил Алоис, и все последовали за ним. Арнольд был приятно удивлен тем, как изменилось внутреннее убранство имения. После того, как Уильям стал графом, некогда красивое поместье, в котором Арнольд провел свое детство и юность, утратило всю свою прелесть. Но сейчас все словно вернулось на несколько десятилетий назад, когда их с братом родители еще были живы. Алоис, как гостеприимный хозяин, устроил им небольшую экскурсию по поместью. Арнольд не мог не отметить, как тут пустынно. Во времена его юности, да и позже, когда титул графа перешел к Уильяму, в имении вечно толпились слуги, гости и родственники, а сейчас… Поместье будто вымерло. — Здесь все так изменилось! — воскликнул Алистер. — Так Вы бывали тут раньше, виконт Друитт? — вежливо спросил Алоис. — Алистер, — поправил его мужчина. — Зови меня Алистер. — Алистер, — послушно повторил юноша. Арнольду показалось, или он действительно сдерживает смех? Чембер удовлетворенно кивнул, расплывшись в улыбке. — Отвечая на твой вопрос: да, бывал. Но, Алоис… — огорченно вздохнул виконт Друитт. — Зачем же ты убрал отсюда почти все золото? Дяде Уильяму оно нравилось. И картины… боже мой, куда ты дел его любимые картины?! Хоть они безвкусны, тебе стоило оставить их хотя бы в память об отце! Его слова заставили Арнольда посмотреть на Алоиса другим взглядом. Любой нормальный ребенок на его месте бережно хранил бы память о своих родителей, а не пытался бы избавиться от любых напоминаний о них. — Я просто живу настоящим и не цепляюсь за прошлое, — спокойно ответил Алоис, но Арнольд видел, как его пальцы сжались в кулаки. — Тоска на сердце человека подавляет его. Вы согласны со мной, святой отец? — повернулся он к священнику, и тот кивнул. После прогулки по поместью они переместились в столовую. К их приходу стол был уже накрыт, но первым в глаза бросилось не это. На стене напротив стола висела картина. Это был семейный портрет, на котором были изображены Уильям, его жена и новорожденный сын. — Die Mütter sind das Ergreifendste, was es gibt auf der Erden, — раздался голос Алоиса, вырывая его из оцепенения. Арнольд повернул голову и увидел, что Алоис задумчиво рассматривает лицо матери. — Мать — это самое трогательное из всего, что есть на земле, — перевел мистер Бернхард и мягко посмотрел на юношу. Поймав на себе удивленные взгляды, он пояснил: — Это Ремарк. «Приют Грёз». Арнольд снова перевел взгляд на картину. Чем дольше он разглядывал изображенное на нем лицо покойной графини, тем труднее ему было отрицать родство Алоиса с ней. — Прошу ужинать, — пригласил их Алоис. Дворецкий хотел было отодвинуть стул для своего хозяина, но Алистер успел первым. Галантно усадив Алоиса на главное место, виконт сел по правую его сторону, а Арнольд, Андреас и святой отец — по левую. После того как они закончили ужинать, немногочисленная прислуга поместья убрала грязную посуду, и Арнольд решил перейти к делу, по которому, собственно, он и пришел. — Алоис, я искренне рад твоему возвращению домой, — сказал он. — Но позволь спросить: где же ты пропадал все это время? — Дядя, — предупреждающе произнес Алоис. Но Арнольд, не вняв предупреждению, продолжил: — Ты исчез больше десяти лет назад. И каким же было мое удивление, когда я узнал о твоем возвращении. Моему брату следовало бы официально представить тебя двору как своего наследника, но он этого не сделал. Я долгое время задаюсь вопросом: почему? Алоис с грохотом положил вилку на тарелку: — Довольно! Подобные разговоры не должны выходить за пределы семьи, дядя. Его холодный тон заставил Арнольда вздрогнуть. — Простите, но вам придется уйти, — сказал юноша, уже обращаясь к остальным. — Клод сопроводит вас до ворот. Мистер Бернхард, мне очень жаль, что так получилось. — Все в порядке, — заверил его мужчина, поднимаясь из-за стола. Арнольд нахмурился. Разве мог он позволить потенциальным свидетелям уйти? Алоис, видимо, догадался о его намерениях, потому что смерил его ледяным взглядом, и он не смог выдавить из себя ни слова. — Я, между прочим, тоже родственник! — запротестовал Алистер, но священник проигнорировал его и выволок из комнаты. Наконец, дверь за дворецким закрылась, и в столовой остались только двое. — Чего Вы пытались добиться, приглашая этих людей? — заговорил Алоис после молчания, и Арнольд почему-то почувствовал себя неловко. — Унизить нашу семью? Вам мало тех слухов, которые гуляют по Лондону? — Именно из-за слухов я здесь, — сказал Арнольд. — Это также является причиной того, что я взял с собой священника. Юноша смерил его тяжелым взгляд и неожиданно устало спросил: — Что Вы хотите знать, дядя? Где провел я свое детство? Почему изменил убранство поместья после смерти отца? Почему избегал Вас все это время? Я Вам отвечу. Он повернулся на стуле, посмотрел на семейный портрет, и на его лице отразилось море противоречивых чувств. — Я хотел сжечь эту картину, — внезапно произнес Алоис, и это откровение удивило Арнольда. Он ожидал оправданий, слезливой истории, но совсем не этого. — И поверьте, не будь на ней изображена моя мать, я бы сделал это. Не удивляйтесь, — усмехнулся он. — Мы оба с Вами знаем, каким человеком был мой отец. Арнольд сжал в руках ткань брюк. — Я знаю, что он любил меня. И я благодарен ему за то, что он вытащил меня из того ада, — продолжал Алоис. — И все же я не могу простить ему десятки поломанных детских судеб. — Ада? — уцепился за это слово Арнольд. Он не хотел слушать о злодеяниях своего брата. На душе становилось тошно, стоило подумать о том, что Уильям растлевал детей. И ведь перед ним вполне могла стоять одна из жертв насилия его брата. Арнольд бы даже пожалел юношу, если бы не подозревал его в убийстве Уильяма. Юноша кивнул. — Вы спрашивали, где я пропадал все это время? После того как я был похищен, меня бросили в далекой деревушке. Ответственными за это были враги отца, которых последний нажил, выполняя бесчисленные поручения Ее Величества. Меня могли бы убить, но как говорится, дети не в ответе за родителей. Его взгляд потемнел, а по лицу расползлась усмешка. Казалось, он погрузился в воспоминания. — Сколько себя помню, жители деревни всегда недолюбливали меня. Меня и еще одного мальчика, — он сделал паузу и продолжил: — Лука, так его звали. Он тоже не знал своих родителей. Нам приходилось много работать, чтобы наскрести на еду. Мы жили в подвале заброшенного дома, что стоял на окраине деревни. Холод, голод и избиения стали нашими вечными спутниками. Алоис говорил ровным, спокойным голосом, но его глаза выдавали бурю эмоций в душе. — Однажды, когда я набирал воду из реки, — сказал он, — течением принесло труп. Я поспешил обратно в деревню, только чтобы обнаружить, что она в огне. Все жители, включая Луку, были мертвы. Не скрою, смерть последнего сильно ударила по мне, ведь он был мне почти братом. Я долго скитался, и когда голод, усталость и отчаяние почти убили меня, меня нашел отец. Алоис был или честным юношей, или искусным лжецом, но с каждым его словом Арнольд все больше верил ему. — Отец решил повременить с моим официальным представлением ко двору, так как, будучи выросшим в деревне, я многого не знал. Он нанял мне домашних учителей, и я стал усердно учиться, пытаясь оправдать его ожидания. — Алоис посмотрел на свою ладонь и сжал ее в кулак. — Потом однажды я застал его в постели с мальчиком, который едва ли был старше меня. Никогда не забуду отвращение, которое я тогда испытал к отцу. Тут же вспомнились сказанные им слова: «Я знаю, что он любил меня. И я благодарен ему за то, что он вытащил меня из того ада. И все же я не могу простить ему десятки поломанных детских судеб». Арнольд открыл рот и закрыл, не зная, что сказать. Алоис поднял голову и посмотрел на него. Арнольду не понравился его взгляд. Дети не должны смотреть так. — Теперь Вы понимаете, дядя? — сухо спросил он. — Я ненавижу отца. И это поместье тоже ненавижу. От одной лишь мысли, сколько детских страданий видели эти стены, мне становится дурно. Я действительно избегал Вас. Но только потому, что Вы очень похожи на моего отца. Конечно, я говорю про внешность, а не про характер. Я наблюдал за Вами весь этот год, поэтому могу с уверенностью сказать, что Вы неплохой человек. «Я ошибся», — осознал Арнольд. Это действительно был его племянник Алоис, а не самозванец. По крайней мере, он верил в это. — Алоис, я… — начал было он, но Алоис устало перебил его: — Просто уходите. Мне нужно остыть. Клод, проводи моего дядю до кареты. Арнольд только сейчас заметил, что они не одни. Как давно здесь стоит дворецкий? Алоис ясно дал понять, что разговор окончен, и Арнольду ничего не оставалось, кроме как последовать за дворецким наружу. Когда он садился в карету, дворецкий вложил ему в руки сверток. — Мой хозяин слышал, что леди Дебора выходит замуж, — равнодушно поведал мужчина. — Его слова были таковы: «Будучи одной из Транси, у нее обязательно должно быть приличное приданое». В этом свертке — документы на землю и украшения покойной графини. Арнольд растерянно уставился на сверток в своих руках, а потом перевел взгляд на поместье. Из его груди вырвался тяжкий вздох, и он сказал: — Передай Алоису, что я и его тетя будем рады видеть его в своем доме. — Всенепременно.

♔♔♔

[Поздравляем! Вы успешно выполнили задание «Под маской лжи». Вы получаете: 20 очков. Общее количество очков: 105]. [Поздравляем! Вы успешно выполнили скрытое задание «Родственные связи». Арнольд Транси теперь полностью Вам доверяет. Вы получаете: 15 очков и доступ в особняк Арнольда Транси. Общее количество очков: 120]. «О? — удивленно протянул я, прослушав слова Системы. — Так тут есть скрытые задания? Неплохо, неплохо». В этот момент двери открылись, и в столовую вошел Клод. — Ты передал ему сверток? — спросил я, хоть уже знал ответ. — Да, Ваше Высочество, — лаконично ответил дворецкий. Он налил чашку чая и протянул ее мне. Некоторое время он пристально наблюдал, как я, делая глоток, смачиваю горло, после чего невзначай заметил: — Это была великолепная игра — от начала и до конца. Я едва не подавился чаем, настолько неожиданной была эта похвала. Откашлявшись, я сказал: — Ничего такого. — Отнюдь. Вы научились плести хорошие сети. — Что же, недаром на гербе рода Транси изображен паук, — со смешком сказал я. Многозначительно посмотрел на него и добавил: — Да и к тому же у меня был хороший учитель. Клод прищурился, поправляя очки. На миг мне показалось, что его глаза блеснули алым огнем. Я не стал заострять на этом внимание и перевел взгляд на картину, что не давала мне покоя на протяжение всего вечера. На полотне была изображена женщина, сидящая на стуле. На руках она держала младенца — такого же светловолосого и бледнокожего, как она сама. Меня поразило сходство ее лица с Джимом. Разве могут два человека, не связанные кровным родством, быть так похожи друг на друга? Мог ли Джим действительно быть пропавшим сыном графа и графини Транси? Но как тогда объяснить родство между Джимом и Лукой? Я перевел взгляд на Уильяма Транси, который стоял, положив руку на плечо своей жены. Его внешность резко контрастировала с красотой и молодостью покойной графини. Он был стар, толст, с седыми волосами и коричневыми пятнами на лице. Глядя на него, я не мог не чувствовать омерзения. Чертов педофил. Тут кое-что пришло мне в голову, и я спросил: — Из какого рода вышла покойная графиня? Насколько сильно ее семья должна была ненавидеть ее, чтобы выдать замуж за такого человека? Клод задумался, потом покачал головой: — У меня нет ответа на этот вопрос. Хотите, чтобы я исследовал это? Я кивнул. Клод ушел на кухню, а я вернулся в свой кабинет, чтобы закончить разборку документов. Когда время перевалило за полночь, я отставил бумаги в сторону и направился в свою спальню. Шторы был распахнуты. За окнами шёл сильный ливень и сверкали молнии. Послышался стук в дверь. — Войдите. Я думал, это Клод пришел, но обернувшись, увидел Ханну. Она стояла, опустив голову и сцепив руки. — Клод велел мне помочь Вам облачиться в ночную рубашку, — тихо сказала она. Будь на моем месте Алоис, он бы разозлился, услышав это, но я лишь кивнул. Я сел на кровати и позволил раздеть меня. В отличие от Клода, который старался как можно быстрее закончить процесс переодевания, движения Ханны были медленными и осторожными. Закончив, она задернула шторы, чтобы заглушить гром, и уже собиралась покинуть мои покои, но я окликнул ее. — Останься со мной, пока я не засну, — произнес я. Моя просьба настолько удивила Ханну, что она резко вскинула голову и посмотрела прямо на меня. — Вы уверены? — прошептала она. Если честно, не уверен. В конце концов, она тоже была демоном. Но пусть уж лучше она, чем Клод. Так было меньше шансов, что меня убьют, пока я буду спать. Я не забыл, как сделал ему выговор сегодня. — Да, — наконец, ответил я. — Как прикажете, мой господин. Уже засыпая, мне показалось, что чьи-то руки гладят меня по лицу.

♔♔♔

В следующей главе... …Скользнув взглядом по письму, я тут же подобрался. Это был кремового цвета конверт с оттиснутым на оборотной стороне темно-красным королевским гербом. Итак, королева Виктория сделала свой ход. — Люди сгорают заживо, Клод. И королева хочет, чтобы я расследовал это дело... …Многие позабыли о Пауках королевы, а Транси не давали о себе знать. Во всяком случае, так было до сегодняшнего дня. — Но почему именно сейчас? — Думаю, Цепной Пес чем-то расстроил Ее Величество...