Когда глаза привыкнут к темноте

— Заходите еще! Колокольчик над дверью звякнул, и из фотостудии вышла молодая пара — смазливой внешности молодой человек и кареглазая красавица с каштановыми волосами. Хотя стояла ночь, улицы были заполнены людьми, возвращающихся с работы или гулянья. — Как думаешь, я хорошо получилась на фото? — спросила девушка, обращаясь к мужчине. Тот рассмеялся, взял ее за руку и поцеловал. — Не переживай, — сказал он. — Такая красавица, как ты, просто не могла плохо получиться. Девушка покраснела. — Я так счастлива, — прошептала она и вцепилась в локоть молодого человека. Но этому счастью не суждено было длиться долго. И Грелль Сатклифф, наблюдающий за парой с крыши, понимал это лучше, чем кто-либо другой. — Вот рондо завершается, и наступает смертельная агония, — пропел аловолосый жнец, щуря в улыбке глаза. — От сожаления исходит запах пламени. Послышались тихие щелчки, сопровождаемые еле заметными искорками, и девушка вспыхнула, словно факел. На ее истошные крики стала собираться толпа. Молодой человек снял с себя пиджак и попытался потушить огонь, который охватил его спутницу. — Элен! — кричал он в отчаянии. Когда его пиджак загорелся, он обжег свои ладони и рефлекторно отбросил горящую материю. Элен из последних сил протянула ему свою обожженную руку, и он схватился за нее, игнорируя боль и жар. В какой-то момент тело девушки рассыпалось пылью, смешиваясь с потрескавшимся асфальтом. Мужчину сотрясли рыдания. Он упал на колени, и в каждом его движении сквозило отчаяние. — Началось! — возбужденно сказал Грелль, свесившись с крыши. — Ослепительное пламя смерти!

♔♔♔

Я сидел за своим рабочим столом и тяжелым взглядом сверлил бумаги. Со стороны могло показаться, будто я занят решением каких-то важных задач. На самом деле я вел мысленный диалог с Системой, готовясь приобрести какой-нибудь навык из озвученного списка. Последний был весьма скуден, что, по словам Системы, оправдывалось ничтожным количеством выполненных мной миссий. Подумав так и эдак, я остановил свой выбор на навыке «Острый слух». Этот навык позволял услышать больше, лучше и дальше. Как по мне, это была незаменимая вещь для фигуры светского общества, особенно учитывая любовь аристократов задавать балы и банкеты. Я предвкушающе потирал руки при мысли о том, сколько полезной для шантажа информации мне удастся собрать. [Герб рода Транси подходит Вам как нельзя лучше], — сухо заметила Система. «Спасибо, — беспечно отозвался я. Порой я был весьма толстокож. — Так ты собираешься давать мне навык или нет?» [Вы приобрели навык «Острый слух». Оставшееся количество очков: 100.] Я тут же решил испытать новый навык. Миг, и я схватился за голову, которая заболела от обилия разом нахлынувших звуков. Все перемешалось: тиканье часов, потрескивание огня в камине, звон посуды, голоса тройняшек. В один момент в эту какофонию звуков вторгся быстрый звук шагов, и я почувствовал на плече чью-то руку. — Что с Вами, Ваше Высочество? Вам плохо? — раздался вкрадчивый голос Клода, и он был настолько оглушительно громким, что я вскрикнул. Новая волна боли затопила разум, практически выбивая из меня сознание. А потом все закончилось. Я обмяк и безвольно прижался к телу дворецкого. [Внимание! Была выполнена принудительная деактивация навыка «Острый слух», — механическим голосом сообщила Система и уже более эмоционально продолжила: — Прошу прощения. Я упустила из виду, что люди так хрупки. Возможности навыка «Острый слух» были ограничены, и теперь Вы не будете чувствовать боли при его использовании]. — Господин? — услышал я голос Клода прямо возле уха и попытался выпрямиться на стуле. Демон тут же обвил мои плечи рукой, не давая отстраниться. Заметив мой странный взгляд, он поправил очки на переносице и сказал: — Думаю, Вам нужно отдохнуть. Оставьте остальные дела мне. Но прежде чем я успел ответить, дверь открылась, и внутрь вошла Ханна, держащая в руках поднос с конвертом. Ее взгляд скользнул по моему бледному лицу и остановился на руке Клода, которой последний продолжал меня обнимать. Темно-синие глаза горничной сузились, и в их глубине вспыхнули алые искорки. Не успел я это обдумать, как Ханна опустила голову, пряча эмоции. Клод нахмурился, и его пальцы на моем плече чуть сжались. — Как ты смеешь входить в кабинет господина без стука? — холодно спросил он. «Не впутывайте меня в свои демонические дела, ладно?» — подумал я, чувствуя головную боль. — Ханна, зачем ты пришла? — спросил я, не желая продолжения конфликта. — Принесли письмо, — тихо сказала она и поставила на стол поднос с конвертом. Клод убрал руку с моих плеч и, поднявшись, встал за моей спиной. Получив долгожданную свободу, я выпрямился в кресле и взял в руки письмо. Это был кремового цвета конверт с оттиснутым на оборотной стороне темно-красным королевским гербом. — Королева Виктория, — пробормотал я и задумчиво потер подбородок. Я уже успел позабыть, что, будучи теперь графом Транси, занимаю пресловутую должность Паука королевы. Мое положение было таким же, как у Сиэля Фантомхайва, известного как Цепной Пес. Приняв из рук дворецкого нож, я аккуратно вскрыл конверт и развернул письмо. Королева поздравляла меня с обретенным титулом и выражала соболезнования по поводу смерти Уильяма Транси. Если опустить расшаркивания и предписанные этикетом условности, она просила меня расследовать случаи спонтанного самовозгорания людей в Лондоне. Насколько я помнил из аниме, это было первое дело Сиэля после его потери памяти. [Внимание! Вам доступно задание «Укрощая огонь». Описание: В Лондоне орудует серийный убийца-поджигатель. Разоблачите и задержите преступника. Награда за выполнение задания: Вариативно. Штраф в случае провала задания: Лишение титула графа и объявление в розыск]. «Лишение титула графа и объявление в розыск? Никакого разнообразия», — проворчал я. Я еще раз перечитал последние строки: «Поскольку история возвращается на круги своя, я поручаю Пауку расследовать это дело». Я знал, что случаи самовозгорания бывали и раньше и что дело это так и осталось не раскрытым, и все же меня не покидало чувство, что за этими словами кроются гораздо более серьезные вещи. По крайней мере, одно стало доподлинно ясно — я точно не в аниме. В письме не говорилось ни о каком сотрудничестве с Сиэлем Фантомхайвом, а значит, королева поручила дело мне одному. Помнится, Ее Величество была недовольна тем, что Сиэль, вместо того чтобы спасти похищенных цирковыми артистами детей, приказал Себастьяну сжечь их вместе с особняком барона Кельвина. У меня были подозрения, что поручая это дело мне, она выказывала недоверие к своему Цепному Псу и одновременно с этим испытывала новоявленного Паука. «Отличный ход, достойный королевы Великобритании», — подумал я, а вслух сказал: — Люди сгорают заживо, Клод. Ее Величество хочет, чтобы я расследовал это дело. Я глянул на дворецкого. Проницательные пытливые глаза встретились со спокойными осколками янтаря. Если мне не изменяла память, психопатка, ответственная за случаи самовозгорания людей, сказала, что человеком, сподвигнувшим ее на убийства, был мужчина с золотыми глазами. Из персонажей аниме Клод единственный подходил под это описание. — Ты, случаем, ничего об этом не знаешь? — помедлив, спросил я дворецкого. — Из того, что мне известно, — вкрадчиво начал он, — в Лондоне было зафиксировано несколько случаев самовозгорания. Вчера вечером от этого погиб еще один человек. — Ты точно больше ничего не хочешь сказать? — подозрительно уточнил я. Демон вскинул бровь и снисходительно посмотрел на меня. — Ясно. Я вздохнул и подпер щеку кулаком. Но если это был не Клод, тогда кто же? Так тонко манипулировать чувствами других мог только демон. — Должен ли я отменить все запланированные на сегодня дела? — спросил Клод, видя, что я снова собираюсь предаться размышлениям. — Прежде всего нужно развеять тревоги Ее Величества, — кивнул я и поднялся. — Ханна, подготовь карету. А ты, Клод, отправляйся собирать информацию. Я хочу знать о жертвах все: кем они были, чем занимались и что общего между ними было. Клод поклонился: — Как прикажете, Ваше Высочество. Он помог мне переодеться, и мы вместе вышли наружу. Ханна стояла возле кареты, дожидаясь меня. Кроме нее, там находился один из тройняшек, кажется, Томпсон. Он-то что тут делает? Впрочем, подумав, я нашел это логичным. Жители Лондона нашли бы странным, если бы кучером была женщина, да еще одетая в форму горничной. Томпсон ожидаемо сел на место кучера, а мы с Ханной расположились внутри кареты друг против друга. Я махнул на прощание рукой Клоду, и экипаж тронулся с места. Когда мы отъехали на достаточное расстояние от поместья, я снова активировал навык «Острый слух». Как и сказала Система, боли на этот раз не было, хотя дискомфорт все же присутствовал. Я с любопытством прислушивался к звукам снаружи, когда вдруг мой слух уловил два хлопка, похожих на выстрелы. В тот же момент лошади заржали и начали заваливаться на бок, увлекая за собой и карету. Не думая, я метнулся к сидящей напротив женщине и обнял ее, закрывая своим телом. Ханна была настолько ошеломлена, что на несколько секунд застыла, прежде чем смогла сдвинуться с места. Я не видел выражения ее лица, потому что зажмурился, ожидая удара. Однако боли не последовало. Я распахнул глаза и с изумлением уставился в лицо демонессы, на котором блестели два алых глаза. Ханна держала меня на руках, словно принцессу. Но я был слишком растерян, чтобы смущаться. Оглядевшись, я обнаружил недалеко от нас сломанную карету, завалившуюся набок. Лошади бились на земле в предсмертных судорогах, под ними расползалась лужа крови. Томпсона нигде не было видно. [Какое безрассудство], — прокомментировала Система. Она явно имела в виду мой порыв и попытку защитить Ханну. «Ну прости, забыл, что она не обычная горничная, а демонесса во плоти», — закатил я глаза и тут же вздохнул. Неужели я действительно пытался закрыть Ханну своим тщедушным тельцем? Наверное, со стороны это выглядело смешно. Я снова посмотрел на Ханну и увидел, что ее глаза вернули свой темно-синий цвет и теперь с нежностью взирали на меня. — Зачем Вы это сделали, господин? — тихо прошептала она, опуская меня на землю. Я сухо откашлялся в кулак. Уровень ее милоты просто сбивал с ног. — Я мужчина, а ты — женщина. Разве не естественно, что мужчина пытается защитить женщину? — пробормотал я. В этот момент из-за кустов вышел Томпсон, который тащил за собой связанную поводьями женщину. У нее были светлые вьющиеся волосы и серые глаза. Одета она была в черное платье, обманчиво узкое, но как выяснилось позже, совершенно не сковывающее движения. Удивительно, но я узнал ее. Это была наемница по имени Джейн. Она должна была появиться в более поздних главах манги в качестве горничной барона Хэтфилда. С чем связано ее раннее появление в сюжете? И какого черта она забыла в землях Транси? — Миссис Уоррен, — констатировал Томпсон. Он толкнул женщину, и та с шипением упала на землю. — Это она стреляла. Пряталась за деревьями. Я с недоумением посмотрел сначала на садовника, потом на свою несостоявшуюся убийцу. Какая еще миссис Уоррен? Подождите-ка, а ведь знакомая фамилия… Точно, так звали учительницу игры на фортепиано. Помнится, вчера я просил Клода отменить урок фортепиано и уведомить об этом миссис Уоррен. Но какое это имело отношение к Джейн? — Рада видеть Вас в добром здравии, граф, — усмехнулась упомянутая женщина. — Что-то я в этом сомневаюсь, — спокойно отозвался я, присев на корточки напротив ее лица. Я поддел пальцем ее подбородок, заставляя поднять голову. Ошибки быть не могло — это действительно была Джейн. — Надо признать, я недооценила Вашу прислугу, — сказала она. Ее улыбка пропала, а взгляд стал заинтересованным и пристальным. — Раньше я недоумевала, почему их так мало, но теперь, кажется, понимаю. Найм таких профессионалов, должно быть, влетел Вам в копеечку. В принципе, Джейн была права. Чего она не знала, так это того, что демонам от меня нужно нечто более ценное, чем деньги, — моя душа. — Кто тебя нанял? — спросил я. — Сначала развяжите меня. — По-моему, ты что-то путаешь, — сказал я, поднимаясь на ноги. — Мы сейчас не переговоры ведем. — Ну, попытаться стоило, — усмехнулась Джейн и уже серьезно добавила: — Меня наняла виконтесса Буршье из Эссекса. Собирая информацию, я узнала, что Вы, граф, редко покидаете поместье, поэтому мне пришлось прикинуться преподавателем фортепиано. Я задумался над ее словами. Фамилия «Буршье» не была мне знакома. Или такого виконтства в реальном мире не существовало, или этот род давно угас. Так или иначе, я не имел ни малейшего представления о том, зачем какой-то виконтессе из соседнего графства убивать шестнадцатилетнего подростка, запершегося в стенах своего поместья. — Полагаю, ты не знаешь, зачем виконтессе Буршье понадобилось меня устранять? — спросил я, заранее зная, что ответ будет отрицательным. Та ожидаемо покачала головой. И тут мне в голову пришла идея. — Сколько тебе обещали заплатить? Услышав сумму, я задумчиво провел пальцем по губам. Нанять киллера в Викторианскую эпоху оказалось намного дешевле по сравнению с моим временем. Или это просто голова Алоиса стоила так мало? В любом случае мне это было только на руку. — Я дам тебе эту сумму, и тебе не придется терпеть убытки. Я также буду ежемесячно платить тебе зарплату. Но это, конечно, только в том случае, если ты согласишься работать на меня. Да, я хочу нанять ее. В конце концов, не одному же Сиэлю вербовать людей. К тому же я знал, что Джейн обязательно согласится. Она принадлежала к тому типу людей, которые измеряют свою жизнь деньгами. Была еще одна причина, почему я хотел, чтобы она работала на меня. На данный момент вся моя прислуга состояла из демонов, и при встрече дворецкий семьи Фантомхайв это сразу поймет. Как итог, Сиэль будет насторожен, и я не смогу подступиться к нему. Если же меня при встрече с ним будет сопровождать одна только Джейн, у него будет меньше повода для недоверия. — Я всегда открыта для бизнеса, граф, — с усмешкой сказала блондинка. — А в качестве кого Вы хотите меня нанять? — В качестве телохранителя и горничной, — ответил я и жестом велел Томпсону развязать ее. Джейн встала и стала отряхивать подол от пыли и земли. — Я не ожидаю, что ты назовешь мне свое настоящее имя, поэтому буду звать тебя просто Джейн. «Так привычнее», — подумал я. — Хорошо, — пожав плечами, не стала спорить она. — Значит, так, — сказал я. — Вы двое возвращайтесь в поместье, а мы с Ханной продолжим путь в сторону Лондона. И да, Томпсон, если Клод вернется раньше нас, объясни ему всю ситуацию с Джейн. После того, как я закончил отдавать распоряжения, мы с Ханной удалились вглубь леса. Там я залез на спину демонессы, и мы с огромной скоростью помчались в город. Уже через десять минут мы были там.

♔♔♔

Я прислонился спиной к стене, прислушиваясь к разговору между полицейскими Скотленд-Ярда. Взгляд, который Ханна бросила на меня, думая, что я на нее не смотрю, был полон противоречивых чувств. Ну да, аристократу не пристало подслушивать и прятаться в подворотне, подобно какому-то вору-карманнику. — Это уже третий случай за последний месяц, — заметил первый голос. — Если так продолжится, за дело возьмется граф Фантомхайв. — Не упоминай при мне этого имени! — сердито сказал уже другой голос. — Скотленд-Ярд обязательно выяснит, кто преступник и как это дело связано с предыдущим. Мы обойдемся без вмешательства Цепного Пса королевы. Я хмыкнул. Полиция действительно не слишком жаловала Сиэля Фантомхайва. Ну, это было неудивительно. Что мешало Сиэлю быть повежливее с комиссаром? Я не понаслышке знал, что с правоохранительными органами надо дружить, особенно поставляющими информацию. Ну, а если серьезно, второй голос упомянул кое-что интересное: «Скотленд-Ярд обязательно выяснит, кто преступник и как это дело связано с предыдущим». Королева в своем письме тоже ставила на этом акцент. После просмотра аниме большинство этих намеков так и осталось для меня загадкой. Подобные случаи происходили и раньше, это было очевидно. Но кто были жертвы? И как долго длилось это дело? У меня было столько вопросов, на которые я хотел получить ответы. Разговор между тем продолжался. — Мне кажется, люди были правы, — снова сказал первый голос. — Жертвы выпили слишком много спиртного и самовоспламенились. Довольно распространенное объяснение, сводящееся к тому, что якобы жертвами самовозгорания становятся хронические алкоголики, чьи тела пропитаны спиртом и поэтому вспыхивают от случайной искры. Я вскинул голову и скрестил руки на груди. Если бы кто-то услышал эти слова, решил бы, что полиция просто хочет побыстрее закрыть дело. Действительно, какой образцовый полицейский стал бы верить слухам? — Это просто сплетни, — раздраженно возразил второй голос, подтверждая мои мысли. — А мне нужны улики. Поняв, что больше не услышу ничего интересного, я вышел из своего укрытия и приблизился к полицейским. Последние стояли кольцом вокруг черного выжженного следа, образовавшегося между стеной здания и тротуаром. Надо полагать, именно там вчерашняя жертва провела последние секунды своей жизни. Среди скотленд-ярдцев выделялись двое. Один был среднего роста, медноволосый, с голубыми глазами и аккуратными усами. Одет он был в приличный, слегка старомодный костюм, поверх которого был наброшен дорожный плащ. Наряд дополнял серый котелок. [Фред Абберлайн — офицер полиции Скотленд-Ярда. Он любопытен, разбирается в искусстве и часто сотрудничает со своим начальником, комиссаром Артуром Рэнделлом. «Я готов к выговору, коль дело будет закрыто как можно скорее. Я не поклонник Ваших методов, но Ваша цель, как и цель Скотленд-Ярда, заключается в защите людей»]. Второй был мужчиной среднего возраста с пышными бакенбардами и угрюмым выражением лица. Его серые волосы были собраны в хвост и перевязаны бордовой лентой, на носу сидели прямоугольные очки. [Артур Рэнделл — комиссар полиции Скотленд-Ярда. Он строго и часто критикует других, не любит легкомысленность и пустяки. «Если Ее Величество и граф Фантомхайв говорят, что дело закрыто, то преступника больше нет»]. — Жди меня здесь, — бросил я через плечо, обращаясь к Ханне, и пошел дальше. Когда я приблизился, один из полицейских попытался преградить мне дорогу: — Простите, но вам сюда нельзя! Я знал, что так и будет. В конце концов, Алоис был не так знаменит, как Сиэль, и еще не успел засветиться в полиции. Что уж там, с тех пор, как похоронили бывшего главу Транси, он ни разу не выходил в свет. Я вытащил из внутреннего кармана письмо с королевской печатью, и меня, поколебавшись, пропустили. Я подошел к погрузившемуся в раздумья комиссару и окликнул его: — Простите, Вы комиссар Рэнделл? Первым отреагировал Фред Абберлайн. Он озадаченно нахмурился и спросил: — Что здесь делает гражданский? Как ты сюда попал? Его слова привлекли внимание комиссара. Рэнделл хмуро оглядел меня с ног до головы и задержался взглядом на конверте, который я нарочно не стал убирать в карман. Он положил руку на плечо своего подчиненного и сжал, прося помолчать. — Да, комиссар Рэнделл — это я, — сказал он, отвечая на мой предыдущий вопрос. — Много наслышан о вас, уважаемый комиссар, — улыбнулся я и протянул Рэнделлу руку, которую тот с секундной задержкой, словно нехотя, пожал. — Разрешите представиться: граф Алоис Транси. Возможно, Вы знали моего покойного отца. Офицер Абберлайн нахмурился, словно пытался вспомнить, где он слышал это имя. — Довелось пересекаться с ним, — хмуро отозвался Рэнделл, и, судя по тому, каким тоном были произнесены эти слова, он был далеко не лучшего мнения об Уильяме Транси. — Надо полагать, титул Паука королевы перешел к Вам? — Так и есть, — ответил я, вздохнув. — Признаться честно, я надеялся, что эта участь обойдет меня стороной. Сиэль Фантомхайв превосходно справлялся с возложенной на него обязанностью, и поэтому я был удивлен, когда получил письмо от Ее Величества с просьбой расследовать случаи самовозгорания. С последними словами я протянул комиссару королевское письмо. Судя по тому, как у него между бровей пролегла складка, он умел читать между строк и понимал, что провал неприемлем. По крайней мере, для меня так точно. Наши взгляды встретились, и я слегка кивнул, подтверждая его догадку. — Это мое первое дело, комиссар Рэнделл, — сказал я, — и мне жизненно необходимо добиться в нем успеха. Комиссар помолчал, глядя на меня хмурым взглядом. Я знал, о чем он думает. С одной стороны, Паук королевы почти ничем не отличался от Цепного Пса, которого он так невзлюбил. С другой же стороны, помочь мне означало понизить ценность графа Фантомхайва в глазах королевы Виктории. — Вы можете рассчитывать на мое сотрудничество, граф Транси, — наконец, сказал он. — Теперь я вспомнил! — воскликнул молчавший до того момента офицер Абберлайн. — Ходили слухи, будто Алоис Транси самозванец. Когда Уильям Транси раскрыл его тайну, он подстроил его убийство и стал следующим графом. [Внимание! Вам доступно задание «Грязное белье». Описание: Лондон полнится слухами о графе-самозванце. Очистите свою репутацию и поднимите престиж семьи Транси. Награда за выполнение задания: Вариативно. Штраф в случае провала задания: Несмываемая репутация самозванца]. Выслушав задание, я снисходительно посмотрел на офицера: — Верить сплетням или нет — это Ваше право. Вы полицейский, и кому как не Вам лучше знать, что такое подтверждённая информация. — Я… — Абберлайн смутился. Комиссар откашлялся, прерывая неловкое молчание: — Простите его грубость, граф Транси. Это мой подчиненный, офицер Фред Абберлайн. — Ничего страшного. Он не первый и не последний, кто так на меня реагирует, — усмехнулся я, пожимая руку офицера, затем снова посмотрел на комиссара. — Ее Величество в своем письме упоминала, что подобные инциденты происходили раньше. Я бы хотел увидеть записи старых дел. — Это невозможно, — покачал головой Рэнделл. Я знал, что последует за этими словами, но надо было отыграть свою роль до конца. — Почему? — сконфуженно спросил я. — Записи пропали, — лаконично ответил полицейский, — и, судя по всему, пропали уже давно. Какие подробности, однако. Помнится, в аниме Сиэль Фантомхайв задал тот же вопрос, а комиссар Рэнделл ответил ему, что, мол, от записей ничего не осталось. Ни о какой пропаже тогда речи не шло. Пожалуй, это можно было считать успехом. — Могу ли я тогда получить сведения о жертвах и заключение коронера? — спросил я. В такие моменты начинаешь завидовать Сиэлю Фантомхайву, у которого был доступ к такому ценному источнику информации, как Гробовщик. Это было равнозначно тому, чтобы иметь собственного коронера. В принципе, так оно и было. — Вы можете послать кого-нибудь в участок, чтобы забрать копии записей, — сказал комиссар Рэнделл. Я поблагодарил его, и мы попрощались. Я не стал уходить далеко, чтобы послушать, о чем будут говорить комиссар и офицер. Уже в который раз я подумал, что навык «Острый слух» довольно полезное приобретение. — Что значит «паук королевы»? И при чем тут семья Транси? Абберлайн задавал правильные вопросы. Похоже, комиссар Рэнделл нашел себе достойного преемника. — В обычном обществе Транси — это старинный аристократический род, занимающийся ювелирным бизнесом, — терпеливо пояснил Рэнделл. — Но в преступном мире семья Транси выступает в качестве тайного органа исполнительной власти, контролируемого Ее Величеством. Семьи Транси и Фантомхайв выполняют похожие обязанности и имеют одну и ту же цель — служить интересам королевы. Транси называют пауками королевы, и их роль, как ты, наверное, уже догадался, похожа на положение сторожевого пса. — Почему я никогда не слышал об этом раньше? — озадаченно спросил офицер. — Я не видел нужды говорить тебе об этом. Ожидалось, что после смерти Уильяма Транси, бывшего главы семьи, должность паука королевы займет его младший брат, Арнольд Транси. Но этого не произошло, — сказал Рэнделл. — С тех пор прошло три года. Многие позабыли о пауках королевы, а Транси не давали о себе знать. Во всяком случае, так было до сегодняшнего дня. — Но почему именно сейчас? — Думаю, Цепной Пес чем-то расстроил Ее Величество. И правильно думаешь. — Впредь следи за своими словами, — строго сказал комиссар. — И прекрати собирать сплетни. — Простите, — виновато проговорил Абберлайн. Отказавшись от дальнейшего подслушивания разговора, я направился в сторону Ханны, которая стояла за углом соседнего здания. После этого мы оба посетили кондитерскую компании Фантом, где я купил целую коробку леденцов на палочке. — Куда теперь, милорд? — тихо спросила демонесса, наблюдая, как я распихиваю по карманам несколько леденцов. — Возвращаемся. Мы с Ханной наняли карету и отправились обратно в поместье Транси. Ехали мы долго, и, когда добрались до дома, уже стемнело. Я открыл дверцу и вышел из кареты. Приблизившись к кучеру, я высыпал ему на ладонь горстку монет. — Вы так щедры, сэр! Благодарю Вас! — взволнованно воскликнул кучер. В ответ на это я лишь обаятельно улыбнулся, и конный экипаж тронулся в обратный путь. Когда карета скрылась за поворотом, я пошарил в кармане и вынул шоколадный леденец на палочке. — Господин, зачем Вы столько заплатили? — спросила Ханна, пока я разворачивал обертку. — Этот кучер не упустит случай посплетничать о господах. Не хочу, чтобы к моему прозвищу «самозванец» прибавилось еще и «крохобор», — небрежно ответил я. Когда я уже собирался сунуть леденец в рот, чья-то рука перехватила мое запястье. Я поднял голову и наткнулся взглядом на дворецкого. «Черт». — Ужин готов, Ваше Высочество, — негромко произнес Клод. — Не стоит портить аппетит сладким. Демон наклонился, чтобы разжать мои пальцы, и я проводил леденец тоскливым взглядом. Правда, когда Клод отвернулся от меня и неспешно двинулся к поместью, я стер с лица кислую мину и тут же потянулся за очередным леденцом. — Что? — воскликнул я и стал повторно ощупывать карманы. Ничего. Карманы были пусты. Внезапная догадка поразила меня, и я уставился вслед уходящему Клоду. — Вот дьявол, — тихо выругался я и обреченно побрел за дворецким. Оказавшись внутри, я велел Клоду прочитать добытые сведения вслух, а сам тем временем принялся за еду. Преступница действовала довольно осмотрительно для простой марионетки. Хотя ее жертвами становились замужние женщины, далеко не все они перед смертью посещали фотостудию, в которой она работала с мужем. Вся остальная информация не имела к делу никакого отношения, поэтому я с чистой совестью пропустил ее мимо ушей. Когда Клод закончил свой доклад, я отодвинул от себя пустую тарелку и откинулся на спинку стула. — Итак, что мы имеем? — стал вслух размышлять я. — Нельзя, просто посмотрев на идущую по улице парочку, сказать, что они женаты. Значит, наш убийца откуда-то ее добывает, эту информацию. Среди жертв не было аристократов, из чего следует, что убийца не хочет привлекать к себе излишнего внимания, и на улицах Лондона, скорее всего, орудует простолюдин. Судя же по частоте убийств, мы имеем дело с серийным убийцей. Измена, несчастливый брак, одиночество… Мотив не столь важен, сколько орудие убийства. Как именно это происходит? Самовозгорание — это почти миф. Официальная наука этот феномен не признает и относит к паранормальным явлением. Вроде призраков. Клод внимательно посмотрел на меня, словно впервые увидел. Немного помолчав, он спросил: — Почему Вы считаете, что это убийство? Большинство жителей Лондона уверены, что всему виной алкоголь. «Потому что я знаю», — закатил я глаза, а вслух сказал: — Это же как нужно было нажраться, чтобы самовозгореться? Просто смешно. Это уже не говоря о том, что ни одна из убитых женщин не была пьяницей. Вытянув перед собой руку, я стал загибать пальцы. — Один раз — случайность, два — совпадение, а три — это уже закономерность. Это не случайная смерть, Клод, а убийство, — заключил я. — Частота смертей составляет один раз в неделю. Все жертвы были убиты на открытом воздухе. Случайное место и случайное время — это совсем не те слова, которыми можно описать дело о самовозгорании людей в Лондоне. Клод чуть приподнял бровь, что, насколько я мог судить, означало удивление, и спросил: — Как Вы собираетесь с этим разобраться? — Пока никак, — ответил я, скрестив пальцы на животе. Я знал, кто преступник, но не хотел раскрывать свои карты раньше времени. Народные волнения играли мне на руку, и я был бы первостатейным глупцом, если бы не воспользовался предоставленной мне возможностью в полной мере. Сейчас моей главной целью было не раскрыть дело, а изменить общественное мнение в свою пользу. Ведь даже если я разоблачу преступника, все лавры достанутся Скотленд-Ярду, а обо мне никто и не вспомнит. В конце концов, будучи Пауком королевы, я должен действовать в условиях полной секретности, скрывая свою причастность к расследованию. Учитывая все это, я решил написать научно-исследовательскую работу о человеческом самовозгорании. В своей прошлой жизни я занимался различными исследованиями в области химии и физики, и мне приходилось читать массу ученых сочинений, некоторые из которых имели непосредственное отношение к человеческому самовозгоранию. Таким образом, я собирался провести следующие дни в Лондонской библиотеке за прочтением научных трудов, а также в Университетском колледже Лондона, где я смог бы обменяться мнениями с профессором химии Уильямом Рамзаем. Все-таки было бы очень подозрительно, если бы я состряпал научную работу на ровном месте. В крайнем случае я мог бы загрузить этой работой одного из демонов. Уильям Рамзай был выдающимся ученым в области физики и химии. В тысячу восемьсот восемьдесят седьмом году он был приглашен на кафедру химии при Университетском колледже Лондона. В тысячу девятьсот четвертом году он получил Нобелевскую премию по химии за открытие инертных газов. Прожил Рамзай не очень долго. Во время своих экспериментов он неоднократно подвергался радиоактивному облучению, в результате чего заболел раком и умер. Я не был уверен, что он существует в этом мире, но проверить стоило. — А где Джейн? — отвлекшись от своих мыслей, спросил я. — Ей нужно было забрать из квартиры кое-какие вещи, поэтому я отправил их с Кентербери в Лондон, — ответил Клод. Зная Джейн, я подозревал, что все дело было в оружии. Он сделал паузу, а потом спросил: — Зачем Вы ее наняли? Заранее заготовленного ответа у меня не было, так что я легкомысленно ответил: — Я не хочу прозябать среди одних только демонов, Клод. Мне нужно человеческое общество, понимаешь? Судя по взгляду, дворецкий не понимал. Я решил перевести разговор на другую тему. — Тебе что-нибудь известно о роде Буршье? — поинтересовался я. — Буршье, — задумчиво повторил он. — Насколько я знаю, в живых остался только один представитель этого рода — Энн Буршье. После смерти своего отца она стала одной из богатейших наследниц Англии, что сделало ее самой желанной невестой. Правда, в последние годы о ней ничего не было слышно. — Надо полагать, кому-то из аристократов удалось добиться ее руки, — хмыкнул я. — Между нашими семьями есть какие-либо обиды? — Если и есть, то я о них не знаю. — Ладно, оставим это на потом. Сейчас есть дело поважнее. С этими словами я поднялся со стула и, встав напротив дворецкого, протянул ему раскрытую ладонь. Некоторое время демон молча изучал меня, затем вытащил из своего внутреннего кармана шоколадный леденец и вложил мне в руку. «А остальные?» — хотел было спросить я, но лишь вздохнул и вышел из столовой. Остаток дня я провел, слоняясь по поместью. Когда Джейн вернулась, я попросил ее продемонстрировать свой арсенал. Стрелкового оружия у нее оказалось предостаточно. — Мне бы и самому не помешало обзавестись оружием, — задумчиво протянул я, потерев подбородок. Стрелять я умел с ранней юности. — Пистолетом, например. Как думаешь, Клод? — с улыбкой повернулся я к дворецкому и увидел, как на его лице появилось странное выражение. «Ах да, — подумал я, — ведь я теперь Алоис». Учитывая садистские наклонности последнего, было бы странно, если бы демон с восторгом отнесся к идее вооружить меня. Хотя пули были неэффективны против ему подобных, они наверняка все еще доставляли дискомфорт. А зная Алоиса, тело Ханны было бы изрешечено пулями уже на следующий день. «Бедная женщина», — подумал я со вздохом. Тем не менее я не собирался отказываться от идеи обзавестись пистолетом. Видя это, Клод ненадолго ушел и вернулся уже с маленьким компактным пистолетом. У Фантомхайва, помнится, был такой же. — Ваше Высочество, прошу Вас помнить, что теперь с нами в поместье живет человек, — медленно и размеренно сказал дворецкий. — И стрелять в кого-то из слуг будет не совсем уместно. Мысленно закатив глаза, я уверил его, что до такого не дойдет. Судя по взгляду демона, он мне не поверил.