Я тебя перевоспитаю.

Воскресенье. У Юнги выходной, чему он, несомненно рад, так как можно насладиться тишиной с телефоном чашечкой кофе, и плевать, что на часах уже почти десять вечера. Чимин ещё утром ушел куда-то гулять и Мин вообще понятия не имеет, где он. Во дворе стоят фонарики, которые освещают тропинку от входной двери к калитке, а вода в бассейне красиво их отсвечивает. Телефон начинает вибрировать, что говорит о поступающем звонке с очень знакомого номера. – Юнги. – говорит тихий высокий голос. – Забери меня отсюда. О боже. Чимин пьян. Что может быть "лучше"? – Откуда? – спрашивает старший нервно потирая переносицу пальцами. Ну зачем он вообще с ним связался? Мальчишка называет адрес, а Юнги, как не в себе, хватает со стола ключи от машины и стремительно идёт у выходу. Навигатор показывает, что по этому адресу находится полицейский участок. Ну, конечно. А что ещё это может быть, если Чимин пьяный и Мин понимает, что зол. На Пака за то, что доставляет ему столько проблем. На себя за то, что не может с ним справиться. Он с трезвым мальчишкой не знает, куда себя деть, когда он начинает специально испытывать его терпение, а что будет сейчас? Юнги и представить не может, что Чимину в голову придет. Мин понимает, что он забрал этого мальчишку из детдома потому, что он очень красивый. И его хочется. Но он не может себе этого позволить. Это противоречит всем правилам. Мужчина приезжает в участок, где его встречает дежурный, который просит заполнить некоторые бумаги и только после этого они могут отпустить мальчишку, который сидит сейчас на скамейке, а одна его рука наручниками пристегнуть к специальной перекладине. У Чимина плывет взгляд, тихо посмеивается, откидывая голову назад. Если бы не полиция, Юнги бы подумал, что парень под наркотой. – Зачем ты это делаешь? – спрашивает Юнги, когда они уже вышли за двери здания. – Я просто плохой мальчик. – отвечает Чимин, сверкая глазами и первее Юнги уходит к машине. Мину остаётся только закатить глаза, вздохнуть и пойти за парнем. Мужчина садится за руль и закрывает дверь возле переднего пассажирского сидения, что младший не мог сесть туда. Чимину остаётся только по-детски надуть губы и сесть на заднее. – Почему вперёд нельзя? – обиженным голосом спрашивает парень садится прямо за Юнги, чтобы положить подбородок на спинку сидения старшего. – Не веди себя как ребенок. – он снова закатывает глаза и заводит машину. – так безопаснее для тебя же. – Правда? – выдыхает Чимин и чувствует, как машина отъезжает с парковки. – Прости. – Ты специально меня выводишь? – с раздражением спрашивает Юнги, выезжая на дорогу. Машин сейчас не там много, потому что большинство людей уже дома, а поэтому ехать сейчас можно совершенно спокойно. – Нет. Что мне сделать, чтобы ты простил меня? – Юнги бы сказал, что это хороший вопрос. Но когда чужая рука забирается под его футболку, то понимает, что вопрос был плохим. С определенным смыслом. Пухлые пальчики медленно проходятся по животу и груди, а тихое дыхание над ухом не позволяет мыслить нормально. – Сколько ты выпил? – спрашивает Юнги, стараясь держать себя в руках, но все равно слишком рвано выдыхает, когда случайно, сам не замечая того, откидывает назад голову и сразу фокусирует взгляд на дороге. – Много. Но чувствую себя отлично. – слышится сзади, а тихий смешок только сносит остатки здравого смысла. Но Мин держится, потому что зол на Чимина из-за его поведения. Не был бы он его отцом, прямо здесь бы наказал бы так, что парень на всю жизнь забыл бы что такое непослушание. Руки скользят к ремню, Пак чувствует, как мышцы живота напряжены, поэтому он одним пальцем пытается как-нибудь поддеть пояс, чтобы расстегнуть. Он пользуется тем, что Юнги за рулём, и не может никак помешать. – Убери руки. – говорит старший и снова выдыхает, стараясь не показывать тяжёлого дыхания. – Чимин, не выводи меня. Его голос сейчас слишком тяжёлый для мальчишки, поэтому он чувствует, как его рука дрогнула. Но это же Чимин, его не остановит обычное предупреждение. – Или что ты мне сделаешь? – Юнги чувствует каждой своей клеткой это мерзкую улыбочку, а после рука резво справляется с ремнем. Мин мгновенно смотрит на свою ширинку и расстёгнутый ремень и сразу возвращает ошарашенный взгляд на дорогу. – Иначе, мы, блять, разобъемся. – с раздражением отвечает старший и думает, что он должен сделать, чтобы не совершить ошибку. – Ну так не отвлекайся от дороги. – хихикает парень и ловко расстёгивает ширинку, кладя руку на возбуждение старшего, отчего тот сдавленно мычит и сворачивает на обочину. – Ты доигрался. – говорит Юнги и выходит из машины, но только для того, чтобы открыть дверь, где сидит мальчишка. Его взгляд полон возбуждения. Да, он хочет его, ещё немного и он точно совершит ошибку. Но Чимин так его довел, что у Юнги буквально отключился мозг. Мужчина толкает парня, заставляя младшего разложиться на сидении. Пак смотрит на старшего затуманенным взглядом, а победная улыбка стала еще ярче, когда Мин раздвинул его ноги, стал между ними и захлопнул за собой дверь. Он вытащил из брюк тот самый ремень и взял за запястья мальчишку и ловко привязал чужие руки за ручку над окном, а младший и не сопротивлялся, он будто хотел этого. Но когда Юнги застегнул свою ширинку, шумно выдохнул и вышел из машины, то выражение лица Чимина было из разряда "а щас не понял". Он дёрнул несколько раз руками, чтобы выкарабкаться, но попытки были тщетными. – Зачем? – один единственный вопрос, который говорит о многом. – Чтобы ты не распускал свои похотливые ручонки. – отвечает Юнги и садится на свое сидение так, что ноги остаются снаружи, а дверь широко открывает. Он достаёт из бардачка пачку сигарет и зажигалку и подкуривает, чтобы успокоить немного свое тело. – А мне? – спрашивает Чимин жалостным детским голосом и снова дёргает руками. – Обойдешься. – словно отрезает Юнги выходя из машины, чтобы немного попрыгать, хотя и сам не знает, зачем. – Ты злой. – обиженно произносит парень и прекращает попытки вырваться и расслабляясь, удобнее садится, опираясь на дверь. – Да, я злой. Потому что ты ведёшь себя не так, как должен. Почему тебе обязательно делать так, чтобы я был не в себе? – Юнги выкидывает откурок, садится за руль и злостно захлопывает дверь. Мин тормозит возле своего двора и только сейчас понимает, что то, что Чимин похож на заложника. Он выходит и снова залазит на заднее сидение, чтобы отвязать мальчика. Когда руки парня снова свободны, а Юнги на коленях пытается отползти к выходу, Пак резко дёргает его на себя и тихо посмеивается, когда понимает, что он сильнее старшего. Мин нависает над Чимином, хотя держать свою голову на расстоянии от лица парня довольно проблематично из-за сильных рук, держащих его за шею. – Не уходи. – мальчишка как-то умудряется ногой захлопнуть дверь, а одной рукой скользит по телу мужчины, доставая из кармана ключи, сразу нажимая кнопку, чтобы закрыть её и поставить на сигнализацию. И Юнги понимает, что просто так он сейчас отсюда не выберется. В противном случае заорёт сигнализация и сбегутся соседи. – Отдай. – говорит Мин, стараясь не шевелиться. Его заводит этот мальчишка одним своим пьяным видом, но он, правда, старается держать себя в руках. – Нет. Я хочу, чтобы ты поцеловал меня. – Чимин улыбается и крепко держит в руке ключи. Юнги вздыхает и коротко чмокает его в щеку и снова требует вернуть вещь. В нем взрывается миллиард вселенных из-за просьбы поцеловать. Он безумно этого хочет, но не может. Кто вообще придумал эти правила. – Не так. – А как? Ты же не уточнял. – он свёл брови к переносице и снова тяжело дышит. Мин не выживет в одном доме с этим парнем. И Чимин прижимается к губам Юнги. Оба зажмурили глаза так, что появляются белые вспышки. Мин понимает, что медленно умирает, когда его прижимают за шею сильнее, а мягкие пухлые губы слегка приоткрываются, окончательно снося крышу мужчине. Юнги пускает в ход свой язык, ему доходит мысль, что это то, чего он хотел с самого первого дня. Сознание кричит о том, что нужно остановиться, но он не хочет. У него не получается. Губы парня настолько манящие, что оторваться от них просто невозможно. Одно только касание опьяняет сильнее любого алкоголя на свете. Когда Чимин издает звук, похожий на стон, а руки парня уже давно на его бедрах, Юнги понимает, что это точка невозврата. Он отрывается на секунду, чтобы резким движением сорвать с себя футболку, но потом снова целует, мокро, развратно. Но что-то заставляет его остановиться и Мин, так тяжело дышит, забирает ключи, открывает машину и выбегает, сказав что-то напоследок, чтобы младший шел спать, потому что тот пьян. Юнги забегает в ванную комнату, закрывая за собой на замок дверь, включает холодную воду и прямо в одежде становится под душ, охлаждая тело. Он ударяется головой о стену, будто пытаясь сказать себе, что он не должен был этого делать, но соврет, если скажет, что ему не понравилось. В мыслях теперь только пухлые губы и то, что мальчишка ещё может ими сделать. Юнги злится на себя и ударяет в стену кулаком, благо, стены прочные. На улице идёт дождь, из-за чего съёмки сегодня отменили, время уже за полдень, а кружка кофе неизменно находится в руках Мина. То, что случилось вчера, явно не позволит сегодня нормально общаться с Чимином, который, кстати, сейчас спускается по ступенькам, чтобы направиться к кухне, где сейчас сидит Юнги. Как понял мужчина, мальчишка только вышел из душа, потому что мокрые розовые волосы зачесаны назад, а по телу ещё в некоторых местах стекают кристальные капельки воды. Итак, вашему вниманию: Мин Юнги, который влюбился в семнадцатилетнего парня, которого он же и усыновил. – Доброе утро. – с лёгкой улыбкой говорит Чимин и подходит к холодильнику, чтобы достать питьевой йогурт. – Уже не утро. – отвернувшись, отвечает старший, чтобы не смотреть в глаза. – Какой-то ты недовольный. – произносит парень и присаживается напротив. – ужасно болит голова. Мы много выпили вчера. – Я знаю. – жалостно отвечает Юнги и отпивает немного кофе. – Я поздно пришел? Я вообще ничего не помню. – говорит Чимин, откинувшись на спинку стула. – Не помнишь? – Не-а. Ну, только как мы сидели в клубе, а потом пошли гулять. – Юнги с надеждой выдохнул и понял, что так будет даже лучше. – Ты позвонил мне из полиции и попросил забрать. – И ты забрал? – Если бы не забрал, то ты бы сейчас проснулся в участке. – Что мне нужно сделать, чтобы отблагодарить тебя? – Мин резко повернулся к парню и сощурил глаза и проницательно посмотрел несколько секунд в лицо напротив. – Не стоит. Всё нормально. – Юнги встаёт из-за стола и направляется в свою комнату, попутно потрепав мальчишку по мокрым волосам. Он лежит у себя на кровати, в наушниках играет музыка. В голове миллион мыслей. Он так сильно хочет наплевать на все эти правила, чтобы дарить мальчику любовь, но не отцовскую. Хочет прижимать его ночью и слушать стоны, и он уверен, Чимин тоже, вроде как, не особо против. Парень каждый раз как будто специально заводит его, доводит до точки кипения, а Мину уже сложно сопротивляться, у него же тоже может закончиться терпение. Юнги не хочет совершить ошибку, из-за которой потом будет жалеть. А что, если мальчик просто специально делает это, чтобы в конечном итоге просто накатать на него заяву за педофилию и изнасилование? Это самый непредсказуемый человек, которого в своей жизни встречал Юнги.