Реформаторы Реальности

1. Гриша На ободранной аллее я встретил Веру. Она, конечно, болела, но, ради дискотеки, поправилась. – Надоело отсиживаться? – спросил я. Вера та еще сучка. Впрочем, кому бы было дело до этого, если бы она не была десяткой. Порода в сучках, как в суках – важное дерьмо. – Мне Оля звонила, – сказала она. – Просила поддержать ее. – Ты хорошая подруга. – А ты, Гриша, хороший друг. Она обожает это вворачивать. Знает, что нравится мне. Откуда только знает? Сучка. В школе она тут же шмыгнула в женский туалет. Громыхала музыка. У входа пацаны втихую давились каким-то дерьмовым бухлом, трепались. Некоторым нравится трепаться. – Жека ее отымел, а потом даже не разговаривал с ней. – Влад, как олень, попер драться, а ведь она ему даже не дает. – Вот, лошара. И огреб еще, – они уже визжали от смеха. – И Оля та еще, конечно. Я немного послушал их. 2. Оля – Вера! – я чмокнула ее в щеку. – Спасибо тебе! – Не могла же я танцы пропустить. – Слушай, – мы отошли к зеркалу, нужно было поправить тушь. Вопрос был первостепенной важности. – Как я? Женя должен пожалеть. – Пожалеет, – Вера кивнула. – Он сначала всех отшивает, а потом жалеет. – Откуда ты знаешь? – Секрет? – Конечно. – Таня в восьмом классе отправила ему записку. Приглашала куда-то, не важно. Он отказал ей. А через несколько дней стал вокруг нее увиваться. Потом видели записку уже от него. – И что? – И ничего. Таня сказала, что у нее нет времени. – А правда, что он теперь в Машу влюблен? – Не думаю, – пожала плечами Вера. – Думаешь, ему все еще Таня нравится? Вера пожимает плечами, а я надеюсь, что нет. Мы вышли из туалета. Около актового зала толпилась группа людей вместе с Гришей. Увидев меня, они расступились, как будто бы выстроились, и принялись улюлюкать. – Оля! Оля! Фап-фап-фап! – Что, поимел тебя Женя? Тогда я развернулась и бросилась прочь. 3. Маша Я бродила туда-сюда в темноте среди мелькающих огней и музыки. Ждала, пока появится Женя. Он же собирался пригласить меня, правильно? Тогда где он ходит? – Ты не видела Женю случайно?! – перекричав музыку, спрашиваю у Лизы – она стоит у стены с насупленным видом. – Не будет его! – со злорадством отвечает она. – Родители его наказали за драку! – За драку с Владом?! – переспросил непонятно как появившийся рядом Гриша. – Да! Получил по заслугам! – Ты Мариванне сказала?! – продолжал допытываться тот. – А что?! – Лиза с возмущением посмотрела на него. – Женя ваш – маргинал! Вот пусть и отвечает! Тупая курица. Ябеда и доносчица. – Женя поумнее тебя будет! – говорю ей. – И получше как человек! Она фыркает и уходит. – А про меня, Маш, что думаешь?! – спрашивает Гриша. Что это он? Подлизаться решил. Нужен он мне! Клоун. – Не светит тебе, уймись! 4. Влад Какие-то придурки орали про то, что Оля – блядь и что этот мудак трахнул ее. Гриша верно сказал, если немного обосрался, нужно заставить кого-нибудь обосраться покрупнее. – Отымел? – я рассмеялся. – Нихуя. У Женька не стоит. Оля, конечно, домогалась его, но без-ре-зуль-тат-но. Им понравилось, они ржали. – Приползла ко мне потом. Вдуй, Владик, пожалуйста. А я и бросил ее. Кому нужна тупая шлюха? – Так она тебе все-таки дала? – Дала. Она всем дает. Догони вон, спроси. Новый взрыв хохота. – Тут тухляк какой-то, пойдем лучше курить. Мы поперлись на улицу. Я прикурил. Вот так. Каждый мудак и каждая шлюха должны знать свое место. Потому что главный здесь я. Сама судьба помогала мне. На школьном дворе мы наткнулись на Женю. Мои пацаны окружили его. Он не бежал – и правильно, нихуя он никуда не денется. – Эй, Женек, – крикнул Дрон, – а правда, что у тебя маленький?! Послышался ржач, а потом Жека взбесился, бросился на Дрона и разъебал ему все рыло. – Держите мудака! – крикнул я. Но он бросился бежать, как последняя крыса. – За ним, он обделался уже! 5. Вера Меня зовут Вера, я учусь в десятом «Б» школы номер 73. Я немного болела, но пришла на дискотеку, потому что Олю отшил Женя, и из-за этого она немного разругалась с Машей, которая Жене тоже не нравится. А потом из-за того, что Женя отшил Олю, все начали обзывать ее шлюхой, и она сбежала. Звучит как бред. Прелестно. Теперь я шла обратно к школе. Оля попросила меня узнать, что происходит, да я и сама была не против. Плохо пропустить все самое интересное, вытирая ей сопли. Из-за угла школы вылетел Женя и кинулся за ворота, за ним с улюлюканьем бежали Влад и его прихвостни. Гриша курил со скучающим видом, сидя на ступеньках крыльца. – А что ты не с ними? – спрашиваю его. – А смысл? Я помолчала. Он делал вид, что непробиваем, но его было очень легко задеть. Как и всех, кого заботит, что о них подумают другие. – Боишься Влада? На мой вопрос он не ответил, только смеялся. – Думаешь, я боюсь Влада? – Льстишь ему все время. 6. Женя От них я, конечно, в конце концов оторвался. Но будет, мать их, хреново, если это до выпуска будет продолжаться. Костяшки на правой руке побаливали – ободрал их. Домой мне идти не хотелось, так что я гулял по району, жалея, что тогда не побил Влада получше. Впрочем, кто сказал, что у меня не будет другой возможности? На скамейке я увидел Олю. Она, кажется, плакала. Не знаю, что говорить тем, кто плачет. – Привет. Все хорошо? Оказалось, она была зла лично на меня. – Ты что им сказал? – Кому? – Не прикидывайся. Ну и не надо. Смысл с ней разговаривать, если она так себя ведет? К тому же, я ничего ей не сделал. Этого бы вообще ничего не было, если бы она не напилась тогда. 7. Миша Без понятия, зачем я шел на эту дискотеку. Быдло-тусовки меня никогда не интересовали. Антропологические исследования, наверное. На ступеньках перед входом я встретил Гришу. Он курил, даже не пытаясь скрываться. – Что, прям здесь? – спросил я его. Он пожал плечами. Неужели он настолько туп, что не понимает? Или просто окончательно обнаглел? – Ну что там? – спрашиваю у него. Почему из него все клещами вытягивать приходится? Совсем отупел, наверное, пока Владу подпевал. А может, у него вообще никогда своего мнения не было. Гриша мучительно долго думал, прежде чем ответить. Впрочем, я проявлял терпение – ему наверняка нужно время, чтобы составить связное предложение. – Женю за драку с Владом наказали. А самого Влада – нет, – наконец сказал он. – Смешно. – Стукнул твой Влад, – победоносно заявил я. Он даже не понял, что сказал? Настолько тупой, что не разберется, что к чему, даже когда толпа начнет его линчевать. А она ведь обязательно начнет. Я позабочусь об этом. В этот момент в ворота школы ввалились Влад и его банда. Они выглядели раздосадованными. Гриша вдруг резко поднялся, затушил сигарету и пошел обратно в школу. Ну и хорошо, одним меньше. – Кореш его! – заорал Влад, показывая на меня. Они противно загоготали, окружили меня. Гамадрилы тупоголовые. – Знаете, что… – начал я. Двое схватили меня под руки, Влад ударил в живот. Я закашлялся. Твари. – Что-что? – издевательски переспросил он. – Влад – стукач! – заорал я. – Слил Женьку, а потом сдал его училке! Ударили снова. Я попытался ответить им, но меня держали крепко. – Крыса! – сгибаясь от боли, процедил я. – Влад, это вообще-то зашквар, – шепеляво говорил кто-то. – Жеки родакам звонили, а твоим нет. – Нихера я не стучал! – рявкнул Влад. – Так! Что это здесь? – на крыльце появилась Мариванна, меня сразу отпустили, но я все еще опирался о колени. Быдло тупое. – Влад, расскажи. Пробежали шепотки: «его спрашивает». – Разговариваем, Мария Ивановна. Она кивнула, обвела всех суровым взглядом. – Мальчики, если будете снова обижать Влада, я приму меры. Я почувствовал, словно мне было даровано чудесное исцеление. Добро пожаловать на социальное дно, Влад. 8. Лиза Я уже собиралась идти домой, но неожиданно встретила на аллее Влада. Он показался мне очень грустным, на нем просто лица не было. – Влад, что случилось? – спросила я. – Иди, Лиза, что пристала? – огрызнулся он. Но я-то знала, что ему нелегко. Хотя бы этот Женя психованный. Конечно, Влад был зол – но это просто боль, которая копилась внутри него. Он привык ни от кого не ждать помощи, так что пытался всех оттолкнуть. Но я знала, что это только бравада, так что ничего не отвечала и просто шла рядом с ним. – Так ты отвалишь или нет? Я молчала. Так мы оказались перед его подъездом. – Ты что, и в квартиру со мной пойдешь? – нарочито-насмешливо спросил он. – Да, – ответила я. Это была чудесная ночь.